Четыре рыцаря

В глубине коридора слышался шум работающих мужиков. Айна тихо ступала по грязному коридору. Иногда на встречу из полутьмы выходили люди с грудой камней, кивали ей в качестве приветствия. У одного из них она узнала, где найти Фалека.

Он занял маленькую комнату в глубине этих подземных лабиринтов. Айна приложила ухо к влажному дереву и расслышала слова молитвы. Не желая мешать, она ждала.

- Входи, - послышался грубый голос.

Айна открыла дверь. Фалек стоял к ней спиной. Его огромный рост заставлял его чуть горбиться, чтобы не задеть потолок. Мышцы спины выглядели угрожающим чудовищем в пламени свечи. Он обернулся. В его зеленых глазах читалась скорбь и печаль. В руках лежал его двуручный меч.

- Как Алрон? – спросил он, вглядываясь в лицо Айны.

- Без изменений. Мы отнесли его в комнату к леди Калавель.

- Надеюсь, она с ним ничего сомнительного делать не будет, - улыбнулся Фалек. – Говорят, от этого быстрее не восстанавливаются. – Айна усмехнулась. – Что Элрус делает?

- Занимается подготовкой. Мы потеряли двенадцать человек, и еще двадцать ранены.

- Невероятно мало, для такого побоища, - Фалек присел на бочку у стены. Айна пристроилась рядом. – А в этом заслуга Алрона.

- Ты его до сих пор осуждаешь?

- Кого? Алрона? Нет. Конечно, нет. Он жертва, он такой силы не просил. Я не могу понять Элруса. После того случая он изменился. Не пойми меня неправильно, я не перестал ему доверять, просто мне тяжело увидеть его цели. Такое чувство, что он давно играет по своим правилам.

- Ты преувеличиваешь, - она толкнула его в плечо. – Элрус всегда был скрытный, особенно если речь идет о планах на будущее. Да и в целом наш орден всегда был скрытным, многие наши тайны вообще лучше не знать.

- Айна, - в его голосе было что-то, что стерло ее улыбку. – Что если новые боги проиграют?

Вопрос этот поставил в тупик леди-рыцарь. Она и сама часто об задумывалась, но не слишком серьезно.

- Алрон по сути был никем. Его дар видящего был в зачатке. И что из него сделал всего лишь один древний ритуал. Порой мне кажется, что Элрус просто хочет найти ответ через Алрона, в том числе и на свою силу, ведь она тоже относится к старым богам.

Айна молчала. Отчасти Фалек был прав. Она постоянно помогала Элрусу в изучении магии и древней истории, точнее той ее части, что сохранилась до наших дней. И замечала, как ее белый рыцарь все больше погружается в сказания и легенды былых дней.

- Но хватит об этом, - Фалек поднялся и достал тяжелый сверток. Айна знала что там. – Элрус остается Элрусом, и он все также предан нам и ордену, и нет сейчас времени на внутренние ссоры. Помоги мне одеть броню.

Пока Айна закрепляла на спине кристаллические пластины, Фалек выпивал одно зелье за другим. После того, что сделал Алрон, он не мог ударить в грязь лицом.

- Как думаешь, Элрус не просто так поставил себя в четвертый день? – Ее рука дрогнула и он это почувствовал.

***

Сир Элрус, вы уверенны, что это хорошая идея?

Солнце уже показалось над верхушками деревьев. Смрад заполнил замок. Но недавняя победа сохраняла выражение уверенности и веры в завтрашний день.

- Вы еще сомневаетесь в моих поступках? – ответил Элрус, прохаживаясь перед воинами, что будут сегодня удерживать замок. Их, к сожалению немного. Бойня в первый день оказалась выматывающей не только для Алрона. Из всех людей, что остались в основном были лучники. Тунель расчищали довольно быстро, и это чуть ли не единственная хорошая новость.

Трупы и раненых люди Гейрфаста забрали. Элрус хотел еще раз ударить по боевому духу врага показательными казнями на стенах замка, но потом передумал. Это могло сыграть против них, а отбивать второй штурм слишком рискованно. Но все же он успел нашептать парочке офицеров, что не хочет бесполезного кровопролития и если Гейрфаст позволит им незамедлительно покинуть Кирхард, они это сделают. Конечно, белый рыцарь не надеялся, что в рядах лорда шести за день вспыхнут бунты, или Гейрфаста убьют во сне. Но совершенно необходимо было использовать любой шанс, любую лазейку, что могла привести к победе.

Но мысль о поражении все чаще его посещала. Еще до зари он стоял на стене и осматривал лагерь Хилдвей. Даже если Алрон очнется и сможет выступить на пятый день, шансов не много. Лорд Гейрфаст скорее всего не дурак и уже послал за помощью. А значит уже завтра, в его рядах появятся жрецы Сираила и аургарды. Им же неоткуда ждать помощи. Решиться на собственную смерть всегда не просто, даже если ты рыцарь.

- Нет, но я не совсем понимаю вашу тактику, - Элрус остановился и взглянул на Балруха.

- Лорд Гейрфаст теперь будет осторожен. Он попробует аккуратно прощупать почву. Скорее всего, завтра или даже сегодня вечером у него будет подкрепление, и довольно серьезное. Наши люди устали, и мы не можем сражаться также на площади, а значит, не можем пустить врага в крепость. Поэтому сир Фалек будет держать ворота в одиночку.

- Но даже сир Алрон сражался с поддержкой за спиной, - не унимался Балрух.

- Послушайте. Тень Империи сильно отличается от других военных структур империи. Мы не выступаем как часть основной армии. То, что происходит сейчас лишь исключение, поскольку основные силы заняты востоком. У рыцарей нашего ордена куда больше времени на изучение искусств и оттачивание навыков. И сейчас в Кирхарде возможно самые сильные рыцари среди всех теней. И каждый по-своему хорош. – Балрух не перебивал. – Алрон – лучший фехтовальщик, впрочем, вы и сами видели, на что он способен. Айна прекрасно знает и владеет боевой магией, и не только потому, что она альнейр. Конечно, ее предела даже я не знаю, но могу сказать, что с этой женщиной лучше дружить. Фалек самый выносливый воин, использующий силу Банара. И все благодаря его особой «технике великана».

Балрух потупил взгляд. Элрус осмотрел еще несколько воинов, а затем продолжил.

- Как правило Лорд Балрух при преобразовании энергии Сираила в энергию Банара, заклинатель тратит много сил в пустую. Мы называем это эффектом Баигола. Примерно четверть всей силы уходит впустую и рассеивается в пространстве в виде остаточной энергии. Не будем глубоко вдаваться в фундаментальное устройство нашего мира. Главное, что это чудовищное количество.

- Но сир Фалек другой?

- Именно, что другой. Его тело аккумулирует невероятно много жизненной силы. Техника великана позволяет удерживать потерянную из-за эффекта Баигола магию в теле. На словах это просто, однако в реальности нужен чудовищный контроль над своими потоками. По Фалеку не скажешь, что он сильно себя контролирует, но поверьте раньше его характер и поступки были куда более ветреные и неожиданные. Сейчас я думаю на всем Теодоруме не найти человека, способного использовать силу Банара целый день.

Элрус замолчал. Поправил нагрудник одного из воинов, постучал кулаком по железу. Заметив улыбку солдата, он тоже приободрился.

- Империя, лорд Балрух, это не просто страна, - сказал Элрус. – Это идея, это совокупность душ и умов, объединение общих целей, надежд и мечтаний построить лучший мир. А мы, рыцари – защитники этой идеи. Ее оружие, ее щит, ее доспех. Нам не важно, сколько врагов перед нами, нам неважно как долго мы будем валяться в собственных кишках и дерьме, умирая на поле боя. Империя в нашем сердце, и она дает силу, которую нельзя получить никакой магией. Мы не дрогнем лорд Балрух, не дрогнут наши сердца, не дрогнут наши руки и ноги. А когда нам будут вручать ключи от Миэлевея, мы с пеной у рта будем просить еще; еще одно мгновение, еще одна минута, еще один шанс вонзить во врага свой меч. Да мы безумцы, лорд Балрух, многие так говорят, и они правы. Но знаете, по мне безумие – потратить свою жалкую жизнь, и даже не прикоснуться к чему-то большему, к чему-то возвышенному и великому, к чему-то, что переживет многих из нас.

Белый рыцарь отвернулся и принялся раздавать приказы, расставлять войска. Балрух молча, наблюдал за ним. В его душе появилось до селе неизвестное чувство. Словно он только что коснулся чего-то необъятного для одного человека, но столь невероятного, что смерть уже казалась уместной ценой. Перед глазами вновь всплыли ужасы первого дня. Лица, конечности и кровь. Его вина, все это его вина.

- Сир Элрус! – неожиданно для себя сказал Балрух. Белый рыцарь обернулся. – В чем ваша сила? – тот задумался.

- Не знаю, лорд Балрух. Но надеюсь, что шанса это выяснить мне не выпадет.

Чуть позже появился рыцарь Фалек. Одетый в простую кожаную куртку и штаны, он нес в руках огромный треугольной формы щит и меч. На плечах, поясе, спине виднелись темно-зеленые кристаллические пластины. Золотистые волосы россыпью развевались на ветру, блестели на солнце. Зеленые глаза твердо смотрели вперед. Сейчас он казался еще выше, чем обычно. Воины выпрямились и отдали честь. Элрус кивнул, чувствуя, как растет уверенность в победе. Айна шла позади, прижимая к груди меч Фалека, обернутый в серое полотнище. Ткань не могла скрыть полностью, пугающего своими размерами, двуручника и яростных переливов стали.

Остановившись в арке ворот, Фалек посмотрел на Элруса.

«Если я умру, то передай Лео, что я люблю его», - хотел сказать рыцарь. Да и много чего еще приходило на ум.

- Вас тут слишком много. Мне кажется, вы зря пришли. Я один разберусь, - громко сказал великан, и его слова подхватили крики «Ура!».

Крики защитников дошли до ушей лорда Гейрфаста. Он уже построил войска перед крепостью. Его взгляд был туманен. Эту ночь он тоже не спал. Вместе с солдатами копал братскую могилу и могилу для Вербальда. Зверь действительно оправдал свою репутацию, сломив боевой дух армии.

Но лорд принял этот бой. Он понимал, что сражается на два фронта: моральном и реальном. И оба проигрывает. Вход пошла ложь, и как часто это бывает, хорошая и вовремя сказанная, она порой свергает королей.

Первое, что сделал лорд шести – собрал слухи и рассказы воинов. Умело и практично, словно паук, плетущий сеть, он ловил общие моменты и точные описания. Великое мастерство черного рыцаря и его разящий клинок, как Зверь коснулся лба Вербальда и тот перестал сражаться. Что-то о том, что может скрываться в замке. Все брошенные слова и теории попадали в паутину, и рыжий паук оплетал и пожирал их.

«Только глупец считает воинов лишь бездушным куском мяса, что рубит другое мясо. Воин, прежде всего человек, и у него есть чувства. Страх, ненависть, радость, уважение. Эти чувства – тоже оружие. Оружие жестокое и смертоносное. Грамотный полководец, прежде всего, знает, что чувствуют его люди, умеет этими чувствами управлять. Неважно как: показательные казни, золото, девки, ложь. Ярость и жажда крови рождает мужчину. Любовь к родине и женщине рождает защитника. Уважение к командиру – создает легионы». Всплывали перед ним строчки из трактата великих умов войны.

Гейрфаст пользовался уважением. Он не пытался выделяться золотыми доспехами и рубиновыми браслетами. Он спал в обычной палатке, ел обычную еду, срал в обычную выкопанную яму. Работал куда больше обычного воина, а отдыхал куда меньше. Только его авторитет не позволил случиться дезертирству. Наемников у него куда больше преданных солдат, но как часто случалось с Гейрфастом, его харизма успела подействовать и на них.

Вторым шагом стала продуманная и взвешенная ложь, которую лорд шести раскидывал на каждом шагу. Бросал пару слов в одной компании, нарочито громко думал вслух рядом с другой, на что-то намекнул одному офицеру, и что-то нашептал другому. За одну ночь паутина рыжего паука оплела разум армии.

И на утро все изменилось. Черный рыцарь, что поражал отвагой, оказался еретиком и поклонялся ложным богам. Появился малец, который его якобы ранил в бою, и от этой раны тот и потерял сознание на глазах у всех. И в замке «к секрету для всех» хранились горы золота, которое трусливый лорд Балрух запрятал за долгие годы. И их командир Гейрфаст с удовольствием разделит эти горы с людьми в качестве компенсации. Так и получилось, что легион родился за одну лишь ночь.

Но Элрус к своему сожалению не ошибся. Лорд шести не дурак, далеко не дурак. Он догадался, что камни, которые сбрасывались со стен,вовсе не откололись от этих самых стен. Еще в первый день он послал гонца к основным силам с просьбой о помощи. Сейчас же необходимо сохранять давление.