2
Музыка стихла так же внезапно, как и началась, оставив в ушах звон и многотысячное эхо затихающего зала. Артём широко улыбнулся, притянул Алю к себе и по-дружески обнял за плечи, победно вскидывая микрофон вверх.
— Аля! — ещё раз прокричал он, и толпа отозвалась новым шквалом аплодисментов.
Она помахала залу, чувствуя, как адреналин всё ещё колотит в висках. Спускаясь со сцены по узкой технической лестнице, Аля попала в полумрак кулис. Свет софитов сменился холодным синим сиянием мониторов и суетой техников.
Гриша стоял прямо у подножия лестницы. Он не ушел в гримёрку, не отвлекся на телефон. Он просто ждал её, прислонившись спиной к металлической стойке с оборудованием. В руках он держал открытую бутылку воды.
— На, выпей, — негромко сказал он, протягивая ей пластик. — Ты круто выдала. Зал чуть с ума не сошел.
Аля помедлила секунду, затем взяла бутылку. Её пальцы всё ещё слегка подрагивали — не то от холода, не то от пережитых эмоций. Она сделала несколько глотков, чувствуя, как ледяная вода приводит в чувство.
— Спасибо, — коротко ответила она, стараясь не смотреть ему в глаза. — Рада, что Артёму понравилось. Это его вечер.
Гриша сделал шаг ближе, вторгаясь в её личное пространство. Запах его парфюма — тяжелый, знакомый до боли — мгновенно окутал её, возвращая в те времена, которые она так старательно пыталась вычеркнуть.
— Аль, я видел, как у тебя руки дрожали в начале, — его голос стал тише, в нём проскользнула та самая интонация, которую он приберегал только для неё. — Но ты вышла и разнесла. Я всегда знал, что ты сильнее, чем кажешься.
Аля наконец подняла на него взгляд. В полумраке его лицо казалось резким, сосредоточенным.
— Гриш, хватит, — её голос звучал ровно. — Не надо этих анализов. Я пришла, спела и ухожу. Мы договорились: просто вежливость.
— Это ты договорилась, — парировал он, криво усмехнувшись. — А я просто смотрю на тебя и понимаю, что песня-то была... про нас. Артём не зря её выбрал.
Аля почувствовала, как к горлу подступает ком. Текст действительно был слишком личным, и исполнять его сегодня было сродни тому, чтобы вскрыть старый шрам на глазах у десяти тысяч человек.
— Песня была про музыку, — отрезала она, возвращая ему бутылку. — Мне пора.
Она хотела пройти мимо, но Гриша на мгновение перехватил её за локоть. Хватка была мягкой, но уверенной.
— Останься на афтепати. Все будут. Артём расстроится, если ты сразу сбежишь.
Аля посмотрела на его руку, затем снова ему в глаза.
— Артём поймет. А ты... ты просто привык, что всё всегда идет по твоему сценарию. Но сегодня я сама решаю, где заканчивается мой вечер.
Она высвободила руку и направилась в сторону гримёрки, чтобы забрать вещи. Гриша остался стоять в тени кулис, глядя ей вслед. Он знал, что она права. Но он также знал, что этот короткий разговор под грохот следующего трека Майота — только начало.
За дверью гримёрки было уже не так шумно. Аля быстро накинула куртку, игнорируя призывы парней остаться «на один стакан». Ей нужно было на воздух. Ей нужно было тишина.
Выйдя на парковку через служебный вход, она вдохнула прохладный ночной воздух. Телефон в кармане завибрировал. Сообщение от Артёма:
«Аль, ты была лучшей! Спасибо! Ребята едут в клуб, ты с нами?»
Аля начала печатать отказ, как вдруг рядом негромко хлопнула дверь машины. Она обернулась. Из черного внедорожника вышел Гриша.
— Я не на афтепати, — сказал он, убирая ключи в карман. — Я тебя просто отвезу домой. В таком состоянии за руль или в такси к чужим людям — плохая идея. Без разговоров, Аль. Просто довезу.
Аля посмотрела на него, потом на спящий город за забором Арены. Силы спорить закончились. Она молча обошла машину и села на пассажирское сиденье.
Продолжение следует...