Белая рыба или как приручить писателя. [ЗАВЕРШЕНА]

Приглушённый свет проходил сквозь плотные шторы, но один луч всё-таки попал на лицо Чуи, но просыпаться не хотелось. Кровать не пускала, в ней было так тепло и уютно, из-за чего рыжик никогда не вставал по будильнику. Но в этот раз солнце уже давно было на синем полотне: погода была хорошей, будильник не звенел, ну или он опять забыл поставить телефон на зарядку. Но более странным было то, что Вискарик не просит есть', наверное, он знает, что ждёт хозяина. Мыслить было трудно, поэтому Чую захватил сон и теплая кроватка обратно. Неизвестно сколько времени пролежал он, но явно больше часа. Разбудил его приятный аромат кофе, который доносился из его же квартиры. «Так, либо мне мерещится, либо нет. Я живу один, кот готовить не умеет. Может грабитель или убийца решил выпить кофе?» — метались мутные мысли в голове. Чтобы не бездействовать и остаться целым, Накахара решил взять какой-нибудь предмет, попытаться оглушить незнакомца, выпивавшего кофе. Он тихими шагами направлялся на кухню, надеясь, что его не слышно. Но кофеман сам вышел из комнаты, это было слишком неожиданно, поэтому он получил по голове металлической лампой. Неприятель повержен.
— Зачем ты так, — сидя на диване и держась за голову, пробормотал блондин. — Я хотел сделать сюрприз для тебя.

— Кто заходит без предупреждения в дом, а если бы я тебя убил, ты головой думал, когда шёл сюда, — обрабатывая ссадину, говорил Чуя. — Прости, я не ожидал, что это ты.

Осаму помотал головой, не прощая рыжика. На него был брошен вопросительный взгляд, который недоумевал, почему не простил. «Ах, как прекрасно, мои планы всегда срабатывают», — подумал блондин, радуясь этому исходу.

— Когда я падал или ударялся, мама всегда меня целовала, — сделал обиженное лицо, но кто знал, что до Чуи доходит первого раза.

Чуя чуть наклонился, так как Осаму до сих пор сидел на диване, и потрепал по белесой голове, поцеловав нежно в место ушиба.

— Хитрый, как твой кот, — улыбаясь придуманной идее, отправился на кухню. — Я правильно понимаю, что кофе ты варил мне? — погладив нашедшегося Вискарика, сказал Накахара.

— А за прошлый раз поцелуешь меня? — ухмыляясь, произнес Дазай, вспоминая, что в тот раз его знатно поколотили. У Чуи тоже появилась лёгкая ухмылка, он медленно подошёл к блондину, смотря прямо в глаза.

— А что, господин желает возмещение, — Чуя решил продолжить идти, но дальше была стена, пути отхода заблокированы. — Раз уж ты так этого желаешь.

— Чуечка, я же пошутил, — Дазай был в неописуемом шоке от действий рыжика.

Он прижался в стену так сильно, как только мог. Чуя потянул его лицо за подбородок, не снимая ухмылки с лица, медленно потянулся к его губам. Между губами почти не было расстояния, от предвкушения Осаму закрыл глаза, но время шло так долго. Самый мучительный момент.

— Я тоже пошутил, — потрепав по голове и отойдя, сказал с усмешкой Чуя.

Он спокойно стоял у окна и пил уже остывший кофе, а Дазай до сих пор отходил от шока, его взяли и обвели вокруг пальца. «Возбудим, но не дадим, наверное это придумала рыжая бестия».– посмотрев на Накахару, который пил, как будто ничего не произошло. Они допили кофе, не произнеся ни слова, только Вискарик мяукнул пару раз, но что он хотел никому непонятно.

— Чуя, ты должен обо мне кое-что знать, чтобы мама ничего не заподозрила, — посадив рыжего на диван, чтобы удобнее было говорить, сказал Осаму.

— Ну давай, расскажи о себе, таинственный незнакомец, который сделал копию моих ключей, — смотря снизу вверх на раненого человека.

— Давай ты забудешь про это. Так вот, сперва о болезни, а то мало ли, что произойдет, — он сел рядом и начал говорить обо всем, что только вспоминал.

Осаму объяснил, что эта болезнь досталась ему от дедушки, как ни странно, но не от родителей. Проявилось витилиго в пятнадцать лет, ночью, когда Осаму проснулся утром был в ужасе, за ночь голова почти полностью стала белой, оставив клочок на затылке. Чтобы не казаться странным, он окрасил этот клочок в белый, но вроде бы он уже стал бледным. Болезнь до сих пор проявлялась, пятна на коже могли появляться на протяжении дня, а могли затихнуть на год.

— Знаешь, когда я первый раз о тебе узнал и увидел, я сразу нашёл информацию про витилиго, но почему ты не покраситься в свой естественный цвет? — перебив монолог, сказал рыжик, рассматривая пятно на руке в виде сердца.

— Не знаю, что-то остановило меня. Да и тогда бы я не встретил тебя, — с улыбкой сказал блондин.

— Ой бля, фу, выглядит, как дешёвый роман. Не говори больше так. Кстати во сколько мы должны собираться, я ещё должен в магазин сбегать.

— Ладно не буду, мы должны там быть в семь вечера. Так что у нас ещё много времени, — Осаму подмигнул бровями, взяв руку рыжика, которая была ближе.

— Если ты думаешь, что я с тобой настолько близок, то да, — в этот раз эмоций на лице не прослеживалось, оно было равнодушным. Рыжик поцеловал в пластырь, что закрывал рану, и встал с дивана, — ты ошибаешься. Я пошёл собираться в магазин, можешь пока что с ума сойти с Вискариком.

Чуя ушёл в свою комнату, осмысливая произошедшее за сегодняшний день. Он долго думал над тем, что подарить его матери, но не знал предпочтений. Поэтому остановился на букете цветов, чтобы не заявляться с пустыми руками. «Надеюсь у нее нет аллергии».

— Бинтованный, — Дазай с гостиной крикнул «что» на такое странное прозвище, — у твоей мамы нет аллергии на цветы?

— Не-а, у неё только на цитрусы, дай угадаю, ты хочешь подарить ей цветы? — открывая дверь спальни, не желая разговаривать через неё, сказал Осаму.

— Как ты догадался?! — саркастично произнёс рыжик. — Будь добр, закрой дверь, может быть я тут голый стою. Иначе я не буду твоей парой.

— Всегда ты такой, Чуечка, — с ноткой грусти, но всё же закрыл дверь.

Чуя выбирал между белой и цвета бордо рубашками, ведь это торжественный вечер нужно в белой, но не такой значительный. Эти сложные выборы одежды не только затрагивают девушек, ведь парни тоже пытаются выглядеть подобающе. Да, бывают люди, которым наплевать на всё это, и они даже превосходят более правильных, но всё же они существуют. Чуя пытался всегда выглядеть солидным, будь он хоть на улице, хоть дома. Но выбор остановился всё-таки на бордовой, она больше подходила под цвет волос, вечер не такой уж официальный. Один был готов, второй уже давно.

— Пошли, а то опоздаем, — поднимая ленивую жопу, что гладила кота, который дремал. — К тебе будем заходить?

— Чуечка, во-первых не заходить, заезжать, во-вторых да. Ты же видишь, как я выгляжу. — на улице был холод, поэтому здравствуй, пальто, которое не доставалось с зимы.

— Кстати, не забудь свою шляпу, а то я овладею ей, — доставая с шкафа пальто и шарф.

— Считай, что я подарил ее тебе, — стоя около выхода, ожидая маленькую копушу.

Они поехали сперва к Осаму, как оказалось он жил не так уж далеко. Чуя сильно волновался, его впервые впустят в обитель друга. Он откроет свои секреты, ведь Накахара до сих пор не знал, кем именно работает бинтованный. В этот момент вспоминаются маньяки, которые заманивают детей в машины и увозят. Дома пролетали быстро, всё смешивалось. Мысли рыжика быстро пролетали, но всё-таки как отреагировала мать Дазая на то, что он приедет с парнем.

— Дазай, скажи, — Чуя сильно волновался, было трудно поднять взгляд, — а как она восприняла эту информацию?

— Я думал, ты уже не спросишь про это. Если ты меня ударишь, то мы врежемся.

— Надеюсь, это не то, о чем я подумал, — с опаской смотря на блондина, сказал рыжик.

— Я не знаю о чем, но она не знает с кем я приду, — он аккуратно припарковался и развернулся к удивленному лицу. — Мы приехали, с тобой всё хорошо.

— Ты не сказал ничего матери, а я должен быть нормальным! Ты серьёзно?! — Чуя вышел из машины, куда идти он не знал и как обратно вернуться –тоже. — Надеюсь, она откажется от тебя.

— Мне уже давно не девятнадцать, пошли. — они шли в этой темной ауре, чувствуя нарастающее напряжение.

Эмоции Накахары били через край, они запутались, то паника, то злость, то небольшое счастье. Счастье? «Отчего бы мне радоваться, не понимаю собственное тело…» А счастье было от сердца. Оно билось чаще не только от страха, но и от радости, что рядом есть эта белая рыба. По мнению рыжика, Дазай жил в хорошем районе, не сказать, что Чуя в плохом, но всё-таки тишина наблюдалась лучше. Ну или он привык к шуму, создаваемым машинами. Они уже вошли в подъезд, так как Накахаре было неловко, то он прервал молчание.

— Впустишь меня в свою обитель, а вот я не разрешал тебе заходить. — рассматривая свой вид в зеркало лифта, заметив разницу в росте, он отвернулся.

— Коротышка, — заметив это обидчивое лицо, сказал Дазай, — почему же, один раз ты меня впустил, когда я должен был забрать свою шляпу.

— Один раз не пидорас, — усмехнувшись, сказал рыжик.

— Мал, чтобы так говорить, пойдем, гном, — отвечая издёвкой над юмором голубоглазого.  — Давай руку, а то потеряешься, — хватая за маленькую ручку, что пряталась в кармане. На неожиданное решение, которое нарушало личное пространство, Осаму был окинут вопросительным и непонимающим взглядом.

Чуя видел в первые его квартиру, но она уже понравилась, как и сам хозяин. Выглядела больше чем его, но чего-то не хватало, а именно кота, который находился у него.

— Сам заработал или родители помогли? — спросил рыжик, присаживаясь на диван по приглашению. Дазай направился в другую комнату, но все равно слышал.

— Конечно же сам. У нас мало времени на разговоры, так что не могу предложить кофе, — он бегал по квартире, что-то ища и нервничая. Но минут через десять беготня закончилась и перед Чуей предстал обворожительный блондин.

Осаму надел черную рубашку и брюки, но бинты были всё равно видны, уложил непослушные волосы, ну просто пленительный мальчик.

По пути в гости они заехали в цветочный магазин, где выбрали роскошный букет пионов. Осталось не сильно волноваться по приезду, ведь никому неизвестно, что их ждёт. Они ехали в полной тишине, как оказалось, жили они неподалеку, но из-за пробок принцы ехали минут сорок. Машина остановилась. Тревога нарастала. Страх, что не примут. Осаму, заметив, что Чуя трясется от переполняющих эмоций, взял его за руку, но в отличие от прошлого раза, он не выдернул руку. Они зашли в подъезд, уже стояли у двери. У обоих билось сердце, готово было выпрыгнуть. Но вот, дверь открывается и стоит веселая женщина. «Знакомое лицо». — подумал Чуя, улыбаясь в ответ. Они зашли в дом, вот только улыбка с лица матери исчезла, вопросы бы посыпались из нее, но не вежливо.

— Привет, мама. Ты так хотела, чтобы я был счастлив с кем-то. Это Чуя Накахара. Чуя это *** Дазай, — рыжик подарил букет, сказав, что очень рад знакомству.

Они сидели молча за столом, атмосфера накаливалась на пустом месте, почему после того, как она его увидела, начала молчать. «Почему мне так страшно… Может дело во мне?» Осаму видел тревогу, но не мог ничего сделать лучше, поэтому начал говорить.

— Мам, ты как-то стихла, ведь ты обычно расспрашиваешь новых знакомых, — на него смотрели голубые глаза убийственно, этого не хотел Чуя. — Я отойду.

Лучший способ избавиться от тяжёлой атмосферы — уйти. Разработано Осаму Дазаем.

— Накахара, чем вы занимаетесь в свободное от работы время? — решила воспользоваться советом сына, всё-таки узнать побольше.

— Ну как бы сказать, у меня нет свободного времени, почти весь день я занимаюсь своим хобби, которое приносит доход.

— Какое же у вас хобби?

— Я — писатель. Пишу на заказ или для себя. — волнение немного покинуло рыжика, после слов пришёл Осаму, поняв, что ситуация улучшилась.

— Так вот оно что! — от неожиданного восклицания парни сильно удивились. — Я думаю, где я могла вас встретить. Я заказывала у вас роман. Правда это было по телефону, но на всех ваших книгах присутствует фото.

— Оу, неожиданно, — удивленно сказал Осаму, понимая все происходящее.

А вот Накахара не был удивлен, он был немного расстроен и раздражён, ведь теперь он как бы приходится родственником. «Она будет ещё больше ебать мне мозги.» Они начали разговаривать обо всем, что только вспоминали, а точнее мать Осаму говорила, а им приходилось поддерживать. Чуя много нового узнал об Осаму, то какой он был в детстве. Было мило узнавать его, понимать, снова влюбляться. Вскоре рыжик привык, что начал активно разговаривать с матерью, Осаму не понимал иногда о чем они говорят. На часах было почти два ночи, но они до сих пор разговаривали. Когда *** Дазай увидела время, то решила, что им есть о чем ещё поговорить.

— Ребят, уже поздно, кому-то завтра на работу, — посмотрев на сына, который выглядел бодро, но измучился наверное сильно, — оставайтесь здесь, вам наверное далеко ехать, да и Осаму будет ближе к работе.

— Спасибо за гостеприимство, но…

— Никаких но, хорошо, мам, мы останемся, — заткнув Чую с улыбкой сказал блондин.

— Вам постелить в одной комнате? — направляясь в сторону спален, сказала женщина.

Накахара хотел было возникнуть, но раз Дазай задумал коварный план, то он доведет его до конца, поэтому, продолжая держать рот рыжика закрытым, сказал: «Да». Чуя был в непонимании, почему он всё так делает. «Осаму, что ты творишь, неужели тебе опять ударил алкоголь в голову…» Как оказалось, им постелили в старой комнате Осаму, когда он иногда приезжал, то часто оставался. В этот раз ему довелось остаться не одному. Они зашли в комнату, Чуе хотелось придушить это белое непонятное существо прямо сейчас, но при посторонних не очень правильно совершать преступление.

— Я вам постелила, доброй ночи. Если что, то Осаму покажет, где ванная, если понадобится. Ещё раз спокойной ночи. — сказала ласково мать, она была очень похожа на маму Накахары, такая же заботливая, разговорчивая. И неважно, что через год или два придется сдавать ей роман. Дверь закрылась, на лице рыжика было ужасное выражение лица, не предвещающее ничего хорошего.

— Ты где будешь, возле стены или с краю, — пытаясь разогнать черную, как его шутки, ауру и не получить. Неожиданно холодные пальцы коснулись забинтованной шеи, нежно поглаживая, блондин решил было, что всё решено, но они начали душить его. — Чуечка, милый, погоди, я всё объясню.

— Уж постарайся, — продолжая душить этого подлого человека, но всё же отпустил.

— Пойми, мама должна видеть, что мы любим друг друга. Вот я и решил, что стоит лечь вместе, да и так же веселее. Это только один раз, больше такого не будет.

Чуя на это ничего не ответил, он вспомнил, что это была их коварная сделка. Рыжик со спокойным лицом начал расстёгивать маленькие пуговицы любимой рубашки. Ему уже было всё равно на то смотрит ли Осаму или нет. Дальше в путь пошёл ремень, держащий брюки на их владельце.

— Я конечно всё понимаю, но тебе не кажется, что неправильно переодеваться при мне.

— Ты предлагаешь мне спать в костюме, помять его и ещё раз тебя душить после этого, — Чуя стоял в одних боксерах перед блондином, ни капли не покраснев. — Или ты думаешь, что можешь мне что-то сделать, — рыжик подошёл в плотную к Дазаю, у последнего покраснели мочки ушей. — Какой же ты стеснительный, спокойной ночи, моя белая рыба, — Накахара поцеловал в щеку Осаму, отчего тот стал весь красным.

Они тихо лежали рядом друг с другом, Чуя всё-таки выбрал место возле стены, а то мало ли упадет. Скорее всего он уже спал, а вот блондин не мог. Он не понимал, издевается над ним Чуя или это истинные чувства. Так хотелось прижаться к нему, почувствовать тепло его тела рядом с собой, но вдруг его осудят. Они же не так давно знакомы, но рыжик каждый раз дразнит его. «Неужели он знает о моих чувствах к нему. Ну да, кто будет врываться в дом, дарить кота, подвозить пьяным». Осаму стало стыдно за свои действия, а началось то всё с него. Если бы он тогда не появился в поле зрения Накахары, то ничего бы и не было. От ужасных мыслей голове блондин не мог уснуть, а ведь завтра на работу. Сдача документов, очередного дела и можно уйти в отпуск, а для чего ещё не решено.

— Осаму, будь добр, прекрати маяться, — сонным голосом сказал рыжик и повернулся лицом к мешающему человеку. — Почему ты не спишь?

— Скажи мне, а главный герой в романе, который ты пишешь для моей матери, похож на меня, — он не хотел задать главный волнующий его вопрос.

— Это тайна, я знаю, что тебя не это беспокоит, — Чуя потянулся к блондину, обнимая со спины. — Спи и разбуди меня, когда будешь собираться.

Когда Накахара ложился спать, то Дазай предложил ему свою старую пижаму, которую он носил когда-то давно. Поэтому обнимая маленькую причину просыпания, было весьма жарко, но зато он заснул. Они спали в обнимку, а точнее Чуя обнимал Осаму, всю ночь в тишине и спокойствии, не просыпаясь из-за кое-кого.