Миры в поцелуях [ЗАВЕРШЕН]

- Ну, как идут дела? - в комнату спешно зашёл долговязый парень с большим пакетом в руках. - Написала хоть что-нибудь? - застыв на месте, он с огромным вниманием посмотрел на рыжеволосую девушку, сидевшую у окна с чистым вордовским листом на экране.

Она еле сдержалась, чтобы не закатить глаза и не хлопнуть крышкой ноутбука. Секретарь Пак всегда задавал этот вопрос. Даже отлучившись на пару минут в магазин, он всё равно спрашивал её об этом. А ведь этот Пак должен был помочь вдохновиться!

Подняв уставший взгляд на него, Чэён задумалась. Рваные джинсы, серая рубашка, расстёгнутая на верхних пуговицах, несколько ярких браслетов-резинок на руках, вихрь смолянистых волос и огромные блестящие глаза. Вот, что видела она перед собой. Даже внешность секретаря Пака не вдохновляла её: он был полной противоположностью её литературного героя.

- Нет, совсем не то, - пробормотала девушка, качая головой.

- Опять ничего? - расстроенно спросил Чанёль, проходя к столику в углу и водружая на него свой пакет. - Ладно, не расстраивайся, у меня тут для тебя куча сладостей и орешков, - он широко улыбнулся.

- Я ещё те не доела, - Чэён ткнула в сторону полок, на которых красовалась упаковка миндаля и пара плиток шоколада.

- Почему? Ты на диете? - наивный взгляд устремился к ней, мгновенно сменившись хихиканьем: - Не волнуйся, я буду любить тебя даже толстой!

- Какое самопожертвование, - фыркнула в ответ девушка, переводя взор на ноутбук и нервно постукивая пальцами.

Мысли о том, что ей и сегодня не удастся ничего написать, опутали разум и привели в уныние. Так продолжалось уже пару месяцев подряд. Сняв очки, она кинула их рядом с техникой и закрыла лицо руками, делая глубокие вдохи и выдохи.

Прошёл год, с тех пор как она выпустила нашумевшую книгу «Разбудить от жизни», будучи выпускницей старшей школы. Её псевдоним - Rosé R. - был известен всей Корее, и она даже удостоилась звания «Лучший новичок». Та книга писалась очень легко, с элементами фантастики и с личными переживаниями автора. Тогда её бросили, и тогда она поняла суть своей жизни. Кошмарной жизни, от которой, как ей казалось, надо было проснуться. Но теперь... теперь всё было иначе. Проблема была исчерпана, поднимать её не имело смысла, и надо было двигаться дальше. Тем более плагиат у себя самой чести никому не делал.

На написание второй книги её вдохновил один из чуть ли не анти-фанатов её творчества. От него исходила такая мощная и притягательная энергия, мимо которой было невозможно пройти. Она заманивала каждого второго в свои сети, и Чэён не повезло оказаться именно второй. Наверно, это потому что рядом стоял издатель Мин, определённо относившийся к каждым первым.

Его звали Пак Чимин. Идеальный тип практически всех девушек. Неважно, говорили эти девушки об идеальном парне или же его образ был глубоко запрятан в укромном уголке сердца - факт в том, что Чимин был им. Беспардонный, прямой и жутко харизматичный. В этих трёх словах помещалось амплуа умопомрачительного парня, завоевавшего мысли не одной юной особы, мечтавшей о любви.

В тот день он пришёл смешать её книгу с грязью. Пришёл сказать, что в отношениях главных героев очень много наигранного и неестественного. Казалось бы, эти слова должны были задеть Чэён, но она-то знала правду. Только рассматривая свои отношения через призму автора, она поняла, сколько фальши было в словах и действиях Чонина. И всё это вылилось в историю. Всё это было настолько явно, настолько неоспоримо, что буквы словно плавились, и чернила от них растекались по краям книги, впитываясь в обложку и оставляя уродливые чёрные пятна. Уродливые пятна, какие оставил Чонин в её сердце.

Она забыла Чонина. Почти. Если не считать тёплый взгляд кофейных глаз, всплывавший в сознании всякий раз, как её полупрозрачные пальцы случайно задевали корешок «Разбудить от жизни». Но ведь она очнулась от прежней жизни, нет? Очнулась от своих иллюзий, правда ведь?

К тому же, кто станет пить тёплый кофе?

Только горячий. Обжигающий язык и душу.

Как жаль, что он её обжег. Не сжёг дотла, нет. Её Чонин так не умел. Единственное, что было ему под силу - обжигать. А Розэ благодаря ему, точно глина из печи, перестала поддаваться чужим рукам и действиям. Но в глубине своего существа Чэён всё равно надеялась, что и для неё где-то есть умелый скульптор, который сможет её смягчить, обработает трещины и ни за что не разобьёт затвердевшие чувства вконец.

- Знаешь, тебе просто надо отдохнуть и развеяться.

Голос секретаря Пака заставил девушку вздрогнуть. Она подняла голову, будто выходя из своеобразного омута прошлого и скидывая последние капельки дум обратно. Им нельзя было в этот мир.

- Просто ты практически никуда не выходишь, проводишь всё своё время в этой комнате за тем столом, - Чанёль кивнул на белоснежную мебель. - Ты даже взяла академический отпуск в университете!

- Ни за что не догадаешься, для чего! - иронично возвела глаза к небу (потолку) Чэён.

- Чтобы написать таки шестую главу? - поинтересовался парень, отправляя в рот горсть фисташек.

- Ну что ты! Я просто захотела видеться с тобой почаще! - хмыкнула рыжеволосая, отмечая, что принесённые ей продукты благополучно исчезали.

- Ты была права, я бы никогда не догадался, - обезоруженно согласился секретарь. - Ну так что? Ты идёшь? Ярмарка должна была уже начаться...

- Если так подумать, в моей жизни уже случился ты. Ничего хуже я даже со своей фантазией не могу представить. Хотя... - Чэён помолчала. - Нет, не могу. Пошли.

***

На ярмарке, посвящённой дню осеннего равноденствия, было по-осеннему уютно и весело. Всюду сновал народ, лениво разглядывая товар, толпясь около ведущих конкурсов и всяких совершенно незатейливых аттракционов, обмениваясь впечатлениями и уплетая за обе щеки горячую кукурузу.

Чэён и Чанёль просто бродили среди всеобщего столпотворения, молчали и едва не выпускали друг друга из виду. Только огненного цвета волосы Чэён были чанёлевским маяком. Только так он не терял её.

Чэён растворялась в атмосфере праздника и в этой суматохе. Её наполняло энергией, мыслями и словами, но не вдохновением. Все, что попадало в поле её зрения, обязательно обтекалось, приобретало форму в её голове, обзаводилось описанием и сравнением.

Писатели видят мир иначе, чем остальные. Их глаза стараются запомнить тончайшие нюансы; в сознании писателей даже запах имеет описание. Даже у эфемерности своё отдельное значение.

- Ты говорила, что глава обрывается, потому что ты не можешь подобрать правильные чувства героини к парню? - голос Чанёля опять отвлёк девушку от мыслей.

За последние недели это был второй по популярности вопрос у секретаря Пака. Как будто что-то менялось от того, что Чэён всякий раз подтверждала это. Однако это совсем не мешало брюнету повторяться из раза в раз.

Перед глазами молодой писательницы встала сцена их первой встречи. Уже тогда она чётко понимала: Чанёль не сможет ей помочь настроиться на работу. Он был слишком рассеян, чтобы организовывать кого-то другого.

Flashback

В тот день Чэён пошла в издательство просить у руководителя помощника. Издатель Мин ещё после первой награды «новичка» обещал помочь ей со второй книгой с условием подписания контракта. Стала бы она отказываться? Конечно, нет.

Таким образом, буквально через минуту рыжеволосая стояла перед распахнутой дверью, за которой возилось двухметровое чудо, определённое в её секретари. Парень тогда был одет в строгий костюм, который по идее должен был источать импозантность, но в той ситуации, в которой Чэён застала Пака, он смотрелся слишком неуместно.

Каким-то волшебным, абсолютно непонятным для девушки образом в офисном здании сосед Чанёля сверху умудрился затопить его. И бедному Паку приходилось справляться с водой в своём кабинете. А она капала из нескольких мест, где-то особенно сильно, и прямо под ней были какие-то бумажки, наспех кинутые во спасение дешёвенького ковра.

На тихое чэёновское «извините», парень, не оборачиваясь, нервно ответил:

- Скажи господину Мину, что я уже все сделал, и мои документы были переданы в руки господину Кану!

На самом деле Чэён сразу раскусила ложь. Иначе не метался бы по кабинету этот самый Пак и не был бы он так раздражён. Однако ей, как послушной девочке, не оставалось ничего, кроме как сходить к издателю и передать слова секретаря. Вернувшись, она сказала:

- Я всё передала. Вы и есть Пак Чанёль?

- Собственной персоной, - не отрываясь от незаконченных поисков, пробормотал тот.

- Я ваш новый клиент. Господин Мин назначил вас моим секретарем и помощником в написании книги. Вот приказ, - Чэён протянула работнику листок с печатью и подписью.

На мгновение Чанёль остановился, оглядел её с ног до головы, широко улыбнулся и... отвернулся.

- Я бы предложил тебе зайти, но, как видишь, тут развёлся целый океан, а хвоста и плавников я у тебя не заметил, - как бы между прочим бросил он, опять углубляясь в своё прерванное занятие. - Но если ты не против, можешь зайти, чувствовать себя как дома, вытереть полы... Я от помощи не отказался бы.

Чэён так и застыла с приказом в протянутой руке. Однако, быстро собравшись, она ответила:

- Юморок, конечно, так себе. На уровне тупых интернетовских приколов, но, видимо, он соответствует размеру вашего мозга.

- А у тебя его, наверное, вообще нет, раз ты не знаешь, что ум определяется не размером мозга, а количеством извилин, - съязвил Пак.

Рыжеволосой не оставалось ничего, кроме как бессильно открывать и закрывать рот. Она не нашлась, что ответить. Заметив её растерянность, Чанёль улыбнулся.

- Чайничек, не кипятись, это я так скорость твоей реакции проверяю, - он подмигнул ей.

У Чэён чуть дым из ушей не повалил! Как у самого настоящего чайника! А парень, тем временем, схватил со стола кипу бумаг и начал их бегло рассматривать, качая головой. Наверное, потерял нечто важное.

- Ну, знакомимся заново? - безразличным тоном спросил черноволосый.

- Меня зовут Пак Чэён, я известна под псевдонимом «Розэ Эр», и я автор книги «Разбудить от жизни», - девушка решила не поддаваться его провокациям и держать дистанцию.

- Что-то знакомое... - на секунду Чанёль задумался, сощурив глаза, а потом вернулся к поискам. - Нет, не знакомое.

Почему-то рыжеволосая даже не удивилась. А парень продолжал:

- Меня зовут Пак Чанёль. Я пока молод, амбициозен и нахожусь в самом начале своего карьерного пути. Я уже успел помочь... - Пак снова задумался, видимо, считая, скольким авторам сослужил добрую службу, - никому. Ты первая.

- Издеваешься?! - не выдержала в итоге Чэён. Она была готова мчаться на всех парах к господину Мину и требовать другого помощника, но громкий возглас молодого человека заставил её встрепенуться и забыть о своих делах:

- Охренеть! - Не обращая на неё внимания, Чанёль подлетел к бумагам, что впитывали лужи с пола.

- Вообще-то максимально культурное, что можно использовать в речи - «офонареть»... - начала девушка, но Ещё-пять-минут-и-он-её-секретарь боязливо выдохнул, глядя в её глаза:

- Вот теперь нет у тебя секретаря, а у конторы - Пак Чанёля...

В руках он держал, по-видимому, искомые документы. Очень важные документы. Именно в тот миг, когда в глазах парня скользнул страх вперемешку с серьёзностью, Чэён вдруг подумала, что на самом деле никто другой не сможет ей помочь. Потому что ни у кого больше не будет такого странного чувства юмора и таких искренних эмоций во взгляде.

- Ты мне подходишь.

Это было единственное, что сказала Чэён перед уходом. А Чанёль так и остался смотреть ей вслед недоумённым взглядом, который поблескивал опаской.

Flashback's end

Сейчас, глядя на своего помощника, рыжеволосая понимала, что первое впечатление, вопреки распространённому мнению, у неё совпадало с действительностью. Иначе не согласилась бы она на авантюру, придуманную секретарём прямо тут, на ярмарке.

- Не волнуйся, я за всё заплачу, - продолжал верещать секретарь Пак, таща девушку в сторону большого шатра, около которого была солидная очередь из девушек.

- Там народу много, может, не стоит? - попыталась выкрутиться Чэён, но огромная ладонь Чанёля крепко сжимала её запястье.

- Стоит! - отрезал тот, пристраиваясь в конец «змейки» из людей. - В первую очередь при написании книг ты примеряешь образ героини на себя. Чтобы понять, что она чувствует при взаимодействии с твоим героем, ты должна попробовать это сама!

- Но не целоваться же мне с пятью парнями подряд... - хмыкнула девушка, однако черноволосый уже не слышал её, обходя очередь стороной и направляясь прямо к шатру.

Пока Чэён стояла одна; её былая, хоть и мизерная, уверенность канула в лету. Она раза двести успела пожелать своему «обожаемому» секретарю пожизненные козлиные рога, роль ужина казаков-разбойников; чтобы он в своих длиннющих ногах запутался и... и всё. К этому моменту успел подойти сам Чанёль.

- Я обо всём договорился, ты идёшь следующей.

М-да. Впервые Чэён желала, чтобы он не справился с поставленной задачей. Скрипя сердцем, она чисто из любопытства спросила:

- Как тебе это удалось?

- Выкупил место за поцелуй, - хихикнул секретарь Пак, а девушка машинально посмотрела на его губы.

Если бы Чэён вдруг пришлось с чем-то сравнивать поцелуй с Чанёлем, то, наверное, это было бы карамельное облако с миндалём. Он же съедает почти все её конфеты и орешки. Поэтому и губы у него, должно быть, сладкие, с солоноватым привкусом арахиса...

Когда парень неловко прочистил горло, она поздно осознала, что слишком долго и слишком пристально следила за его губами. От одной мысли о том, что её этим неуклюжим кашлем попытались пристыдить, Чэён залилась краской и смущённо отвела взгляд.

- Идём скорее, - сказал Пак, кивая в сторону входа в шатёр.

По еле заметному рывку ладони Чанёля девушка поняла, что он опять хотел взять её за руку, но передумал. От этого щёки рыжеволосой заалели с новой силой. Наверное, посади её кто-нибудь на рождественскую ёлку с таким пунцовым лицом, все бы подумали, что это новогодняя звезда сияет так ярко.

За считанные секунды они подошли ко входу, игнорируя шум, поднявшийся после их шествия с конца очереди к самой двери.

- Для чистоты эксперимента тебе завяжут глаза, - предупредил Чанёль.

- Это со всеми так или только со мной? - поморщилась Чэён.

- Со всеми, - успокоил её секретарь, ожидая, когда посетительница выйдет наружу.

И она не заставила долго себя ждать. Раскрасневшаяся и довольная, она на всех парах вылетела из шатра, подбегая к подружкам и чуть ли не визжа от счастья. Проследив взглядом за ней, Чэён почему-то сильно разволновалась. Её руки мгновенно заледенели, а кровь отхлынула от лица.

Парень, тем временем, взял у девушки около входа повязку и повернулся к своей спутнице. Теперь отступать не имело смысла.

- Спасибо, Дженни, - кивнул той девушке около входа Пак.

- Ты отплатил сполна, - усмехнулась та, указав на купюры.

До того, как повязка легла на глаза Чэён, она успела разглядеть собеседницу секретаря. Это была достаточно милая девушка, желавшая казаться крутой и самодостаточной. Кожаные шорты, чёрная рубашка, что была больше на пару размеров, высокие кеды и надуваемый пузырь из жвачки. Потом мир для Чэён погрузился в темноту.

- Пошли, я отведу тебя, - Дженни взяла рыжеволосую за руку.

- Иди, - шепнул Чанёль, подталкивая писательницу.

Неровными шажками, махая в воздухе второй рукой, Чэён зашла в шатёр, где сразу поднялся гул. Это были парни. От этого она почувствовала себя ещё неуверенней, а сердце начало биться с трёхкратной скоростью.

- Эй, потише! - прикрикнула на парней Джен, продолжая жевать резинку. - За неё нам заплатили дорого. Будьте аккуратней и вежливей, - добавила она, выпуская ладонь клиентки и направляясь к выходу.

Чэён осталась одна во мраке. Мрак существовал лишь для неё, и ей не терпелось узнать, что происходило за повязкой. Не успела она об этом подумать, как кто-то обхватил её талию, прижимая к себе. Девушка испуганно дёрнулась в сторону, но это было бесполезно. Она всё равно зашла слишком далеко.

- Расслабься, - чужое дыхание опалило кожу возле уха, заставляя Пак сжаться во внутренней клетке. Его шёпот однозначно не располагал к расслаблению, нет. Скорее, наоборот. - Если ты против - никто не будет тебя целовать. Всё по обоюдному согласию, - добавил он и замер, ожидая ответа.

Только тогда рыжеволосая вспомнила, что пришла сюда чуть ли не по собственной воле. И пришла она ведь не для забавы! Ей просто надо было понять свою героиню и её чувства. Ради этого можно же и потерпеть?

Сделав глубокий вдох, она сама потянулась вперёд, готовясь к поцелую. Приняв это за сигнал, парень поцеловал её. Чэён мгновенно представила себе огромное пшеничное поле и яркое солнце. А ещё запах кукурузы, витающий везде в чистом голубом небе. Вот, на что были похожи осторожные губы первого донжуана. Девушке понравилось, что они имели слегка солоноватый привкус кукурузы, напоминавший о бескрайних фермерских землях. И ей пришлось признать, что этот поцелуй был не такой уж и ужасный. Но это было не то. Не отношения её героев.

Не прошло и минуты, как парни сменились.

- Ты готова? - тихо спросили её, на что Пак неуверенно кивнула.

И опять мужские губы накрыли её. Они целовали настойчиво, совсем по-хозяйски. Чэён сразу представился себе сёрфинг. И волна чужого дыхания швыряла её маленькую доску из стороны в сторону. Словно у всегда спокойного моря начался шторм. Почему-то ей казалось, что в этом поцелуе был не настоящий человек, что он всего лишь за маской бури, но на самом деле ласков и бережен.

Пока рыжеволосая пыталась успокоиться, около неё появился третий парень, аккуратно взявший её за руку. Пытаясь не смешивать полученные впечатления с новыми, она блокировала воспоминания. И вдруг в её темноте отчётливо прорисовались совсем другие губы. Те, увидеть которые в своей фантазии она была не очень рада.

- Ты же не будешь меня с ними сравнивать? - тихо поинтересовались у неё.

Этот голос был чуть застенчив, чем вызывал умиление Чэён. Она отрицательно мотнула головой, и только после этого её поцеловали. «И вправду, - подумала она, - этот поцелуй невозможно сравнивать с другими». В этом наивном, почти детском поцелуе, казалось, встретилось два совершенно других человека. Словно это были не они сами, а их внутренние маленькие человечки. Очень похожие друг на друга. И девушка знала, что это значило.

Чэён внезапно подумала, что и парень должен был почувствовать это. Да, определённо. Он должен был увидеть то же самое. В этом невесомом поцелуе будто встретились два идентичных мира. И в этом поцелуе раскрылась истинная личность. Пак знала, что этот парень пропустил поцелуй через себя. И их прикосновение друг к другу раскрывалось подобно чайной розе. Слишком искренней для такого шатра и для развлечения за деньги.

Когда они отстранились друг от друга, Чэён долго думала о том, что ей пришлось почувствовать. Она не разрешала поцеловать себя четвёртому парню, чтобы суметь запечатать предыдущее воспоминание в стерильную упаковку и убрать подальше. Иначе мысленно она будет постоянно возвращаться к нему. Только после этого следующий ловелас получил разрешение на поцелуй.

- Слишком близко к сердцу, - покачал головой парень перед непосредственным контактом. - Будь проще.

- Что?.. - удивлённо спросила Чэён, но её вопрос заглушили касанием губ.

Стоило этому произойти, как она почувствовала себя ветром. Совершенно беглой субстанцией, способной гулять везде: по крышам домов, в волосах людей, в чьих-то головах, в лесах и на полях. Это было настоящим глотком свежего воздуха. Настоящей свободой. Поцелуй, как и сам парень, был лёгким, неотягощённым невзгодами и лишними переживаниями. Через этот контакт тел Чэён вырисовала для себя конкретный образ того, каким должно быть её восприятие мира. Определенно, это должно походить на четвёртого ухажёра. Потому что именно такое отношение к жизни ведёт к успеху. Судьба не любит серьёзных. Фатальность. Вот, чего так не хватало Пак.

Когда этот парень отошел от неё, девушка вспомнила, что остался всего один человек. Но своего героя она так и не нашла среди них. Её последняя надежда подошла к ней неожиданно. Последний ухажёр не стал ни просить разрешения, ни говорить ей что-либо. Он просто прильнул к её губам, целуя грубо и забывчиво. Было совсем очевидно: техника поцелуев у него была доведена до идеала.

Чэён совсем не успевала отвечать его губам. Она чувствовала себя неловко из-за этого. Её ладони леденели, и что-то трепетало внутри. Поцелуй прервался столь же стремительно, сколь он начался. А ведь она не успела придумать описание! Но одно она знала точно: это был её парень. Её герой, каким он должен был быть.

- Подожди... - тихо прохрипела она, цепляясь за ткань тёплого свитера пятого номера. - Поцелуй меня ещё раз...

- Лимит исчерпан, - хмыкнули ей в ответ, и Чэён словно окатили ведром воды.

Она стянула с глаз повязку, встречаясь взглядом с тем, кто целовал её последним. Насмешка в глазах парня лишь больше смущала и обезоруживала девушку. Он откровенно смеялся над её взглядом, полным недоумения, неверия. Это и неудивительно.

Догадка Чэён оказалась правдивой. Настолько правдивой, что у неё чуть не подкосились колени.

- Пак Чимин? - выдохнула она, глядя на нисколько не изменившегося с их последней встречи парня. Всё те же пепельного цвета волосы, бесцеремонный вид, та же аура хаоса.

- Розэ Эр. Неожиданная встреча, правда? - улыбнулся тот в ответ.

И как только он улыбнулся, Чэён вдруг поняла, на что был похож их поцелуй. На смерть. Она чувствовала себя касаткой на мелководье. Всё так же спирало дыхание, и было невозможно двигаться. Она умирала медленно.

- Вы закончили? Там очередь громадная! - в шатёр заглянула раздражённая Дженни.

- Ещё увидимся, - кивнул на выход Чимин, игнорируя слова Дженни и обращаясь к Чэён.

Ничего не ответив, рыжеволосая вышла наружу. Она даже забыла посмотреть на остальных парней. Её интересовал только Пак Чимин. На этот раз она обязана была с ним поговорить. Она обязана была запомнить каждую деталь.

- Ну как? - к ней подлетел Чанёль, о существовании которого Чэён успела уже забыть, а посему испуганно вскрикнула от его громкого вопроса. - Да не ори ты, не такой уж я и страшный! - фыркнул он.

- Прости, - рассеянно ответила рыжеволосая. - Вроде нормально всё прошло, - на автомате добавила она.

- Ты смогла отдохнуть? - спросил Пак, шагая рядом с ней с самым заинтересованным видом.

- Ну, я сравнивала поцелуи с явлениями, - пожала плечами девушка, всё ещё думая о Чимине.

- Слишком много мыслей! Чересчур много! - брюнет остановился и развернул Чэён к себе. - Когда целуешься, вот тут вот ничего быть не должно. - Он постучал по её голове, заставляя девушку морщиться и жмурить глаза. - Всё должно быть вот тут, понимаешь? По-другому это не работает, - он взял её ладонь и положил на свою грудь.

Рыжеволосая ощутила его размеренное сердцебиение под джемпером.

- Но я... я так не умею, - потерянно ответила она.

- Так, ладно, - начал Чанёль, - закрой глаза и освободи мысли, - сказал он, проследив, чтобы Чэён хоть немного расслабилась. - Сделай глубокий вдох и не думай ни о чём. Ты же не думаешь, да? - уточнил на всякий случай.

- Нет, - покачала головой девушка, ожидая дальнейших распоряжений.

Но их больше не было. Чанёль подался вперёд, цепляя подбородок Чэён и поднимая её лицо. Она пугливо открыла глаза, обнаруживая секретаря в миллиметре от себя. Однако она не успела ничего предпринять, потому что этот миллиметр исчез за долю секунды, а губы Чанёля перестали казаться такими далёкими. Он поцеловал её. Поцеловал так, что в голове были слышны выстрелы, но мысли... нет. Их не было. Были лишь гул сердца и вспотевшая ладошка, чувствовавшая такой же бешеный ритм главного органа Пака.

Впервые Чэён перестала думать. Впервые она полностью отдалась ощущениям. Впервые она растворилась в Чанёле, что так умело нашёл причину поцеловать её. И впервые она была не против этого.

Глупышка Пак Чэён, не замечавшая инициативного Пак Чанёля.
Хитрый Пак Чанёль, всё-таки поцеловавший глупышку Пак Чэён.