Потерянный [ЗАВЕРШЕН]

Пока Джин и Ви перемещаются по темному коридору без пространства и времени, Ви не оставляет чувство беспокойства. Интуиция ясно подсказывает ему, что что-то не так, но он никак не может понять, что именно. И это страшно раздражает Жнеца.

- О чем задумался? - даже голос Джина выводит его из себя.

Ви необходимо сесть куда-нибудь и обдумать все, но из-за чертового задания у него нет даже минутки, чтобы собрать свои мысли воедино. Словно все во Вселенной сговорились помешать ему во всем разобраться. И, будь он один, ему может и удалось бы это сделать, но компания из «надзирателя» не особо располагает к разгадыванию таких трудных головоломок.

- Хочу побыстрее покончить с этим делом, - хмурит брови Ви. - Почему ты решил мне помочь?

- Мы же друзья, разве нет? - удивленно хлопает глазами Джин.

- У Жнеца нет ни друзей, ни семьи. Ты сам меня этому учил, - напоминает Жнец.

- Тогда я помогаю тебе, потому что хочу помочь, - пожимает плечами «курьер».

Ви хмыкает. Жнецы никогда не хотят никому помогать. И уж тем более такие древние, как Джин. Всех жнецов готовят к этому: они должны научиться работать без эмоций, полагаясь лишь на разум. От них требуют беспрекословного подчинения, а это невозможно, пока остается хотя бы одна точка давления. Их слабость.

- Сколько лет ты уже пожинаешь? - вдруг спрашивает Ви.

- Трудно ответить, - не задумываясь, говорит Джин. - И не сосчитаешь так просто.

Ви хмыкает во второй раз. Ну, конечно. Джин знает всё обо всех, знает когда кто из Жнецов прибыл, сам их обучает год, а потом позволяет взяться за работу, занимается всем и вся, но не помнит, как давно это продолжается?

Смешно.

Но они не успевают больше ни о чем поговорить. Оба жнеца оказываются на каком-то кладбище животных, если это можно так назвать. Везде обглоданные кости и черепа, вокруг - пустырь и ничего более. Кости огромные и их так много, что создается впечатление, будто это лабиринт.

- Где это мы? - спрашивает Ви.

По большому счету ему все равно на ответ, но ему нужно время. Еще немного, чтобы последние кусочки пазла встали на свои места. Его мысли бегают подобно белкам в колесе и никак не могут остановиться. Работа в его черепной коробке так и кипит, что, кажется, из его ушей скоро повалит пар. Еще чуть-чуть...

- Это? Думаю, это пустыня Атман. Сюда в древности очень часто приносили в жертву животных, - Джин засовывает руки в карманы брюк и осматривается. - Потерянную душу видели здесь.

- Кто? - вдруг спрашивает Ви.

- Что? - Джин оборачивается на коллегу.

- Кто ее видел? - повторяет вопрос Жнец.

- У меня свои источники, - поджимает губы Джин. - Ты мне не доверяешь?

Но Ви уже все понял.
Понял по-настоящему.

- Я знаю, кто ты, - наконец, произносит Ви.

Взгляд его прямой и уверенный, и больше он не чувствует, что его что-то гонит. Это чувство прошло. Прошло с моментом озарения, которое сам Ви мог бы очень скромно охарактеризовать, как великое.

Джин усмехается и качает головой.

- Разве? - взор его черных глаз сверлит дыры в собеседнике. Они прожигают друг друга взглядами и невозможно понять, о чем думают эти двое.

Внутри Ви извергается вулкан негодования и чувства обманутости. Он не может справиться с этим, не может унять свою гордость, которая оказалась задета. Но и молчать он больше об этом не может.

- Ты - Смерть, - голос его звучит низко и угрожающе.

Это не вопрос, не предположение, а утверждение. Как мог он этого не понять?! Но больше Жнеца раздражает то, что Джин даже не спорит с ним.

- Предпочитаю, когда меня зовут Ля Мор. Это куда поэтичнее, - отвечает Смерть.

За секунду из знакомого Джина она преображается в красивую девушку. Ее черные волосы струятся по плечам, черные глаза смотрят на Ви с теплотой, если, конечно, Смерть способна на тепло, а черное платье завершает весь этот черный этюд. Лицо смерти кажется ему смутно знакомым, словно он где-то уже видел ее, только не может вспомнить где.

- Шестнадцать лет и ты, наконец, все понял, - улыбается Ля Мор. - Долго же ты, однако. Хотя, если бы я пришла немного позже, может, шаман и рассказал бы обо всем, - протягивает она.

- Тогда какого черта ты меня к нему послала, если он мог так запросто тебя выдать?! И почему, если это было в твоих планах, ты не дала узнать мне правду там?! - голос Ви звучит подобно рычанию зверя.

Он не может так просто со всем смириться.

- Этого не было в планах, - резко отвечает Смерть. - Он должен был поговорить лишь с Атманами, но эта беспокойна душа Вана... - она недовольно поджимает губы. - Видимо, ты понравился ему, раз он решил откликнуться на зов шамана и попытаться тебя предостеречь.

Ви тяжело дышит. У него создается такое впечатление, словно все это время им игрались, дергали за ниточки, как у какой-нибудь марионетки. И он велся. Слепо велся на все уловки и играл в дурацкие игры со Смертью.

- Я не понимаю одного: зачем? - Ви делает шаг назад. - Зачем было всё это?!

На это Смерть лишь пожимает плечами, совсем как Джин, и взмахивает рукой, указывая на огромный олений череп неподалеку. Жнец не понимает, но все же направляется к костям. Он замечает движение. Подойдя ближе, Ви видит грязного, немытого и обросшего человека. Он оголен и напуган, пытается прятаться за черепом и ему это почти удается - настолько он исхудал и сжался.

Жнец чувствует этот страх, исходящий от потерянной души. Но ему никак не удается разглядеть его лица - мешают отросшие засаленные волосы души. Ви готов уже сдаться, он выставляет пустые руки перед собой и обращается к потерянной душе:

- Смотри, у меня ничего нет. Я тебя не обижу.

Ви даже не уверен, поймет ли дух его слова, ведь он кажется таким диким. Но душа замирает. Наконец, у Жнеца появляется возможность обойти череп и посмотреть в лицо своего задания. Только стоит этому произойти, как с его губ слетает ошарашенное:

- Что происходит?!

Он оборачивается на Смерть, которая наблюдает за всем неподалеку.

- Что все это значит?! - голос Ви срывается на крик, ведь он... узнает эту душу.

Смерть величественно шагает к застывшим, что оба начинают трястись: один от страха, другой от злобы, и обращается к Ви:

- Тише, Жнец. Знакомься: это твое задание. Его зовут Ким Тэхён. Он пропал шестнадцать лет назад.

***

Закрытое на ночь заведение с лучшими гамбургерами на весь город холодно встречает троих гостей. Они молча занимают один из пустых столиков в дальней части кафе. С улицы, через сломанное жалюзи, проникает свет уличных фонарей, пытаясь разогнать темноту, но тьму, проснувшуюся внутри Ви, не смог бы рассеять даже самый мощный прожектор на планете.

- Я жду объяснений, - он складывает руки на груди и смело смотрит в глаза Ля Мор.

Его двойник сидит рядом и помалкивает, украдкой глядя на Смерть. Ви чувствует, что этот Ким Тэхён как-то знаком с Ля Мор, он замечает, как душа смотрит на нее с болью, горечью, обидой, но все равно не может отвести от нее взгляда. И его раздражает то, что он ничего не понимает.

Но Ля Мор не хочет сдаваться так просто. Она одаривает Жнеца таинственной улыбкой и говорит:

- Теперь ты готов.

Она протягивает ладонь Тэхёну и тот, хоть и опасливо, дает ей свою руку. Ви удивленно наблюдает за происходящим. Смерть начинает чертить невидимые символы на запястье Кима, и секунду спустя, на его тонкой коже вырисовывается египетский знак Анкх.

- К чему я готов? - непонимающе спрашивает Жнец.

- Соедините знаки, - вместо ответа командует Ля Мор.

Оба послушно пожимают друг другу руки так, чтобы знаки наложились один на другой. Когда два Анкха соединяются, они начинают светиться желтым светом. Ви начинает уносить в какой-то очередной вселенский коридор памяти, перед погружением в который он снова смотрит на Смерть, но на этот раз уже узнает ее. И, последнее, что он успевает выдать - это изумленное:

- Джису?

***

Ночь. Он за рулем. Рядом сидит его чудо. Она смеется, берет его за руку, поет песни вместе с радио, опять смеется, смотрит на него. И он не может не смотреть на нее. Джису слишком прекрасна.

Всё получилось слишком банально и вместе с тем до ужаса трагично.

Тэхён просто не заметил машину на перекрестке.
Он правда ее не заметил.

Джису умерла на месте. Удар пришелся с ее стороны. А Тэхён... его госпитализировали. Реанимация. Безуспешно.

Кома.

Но он видел всё - сквозь сон, сквозь пелену, сквозь смерть. Он видел все: закрытый гроб своей любимой, рыдания ее родителей, себя на ее похоронах... Он кричал в небо. Долго, отчаянно, злобно. С каждым криком он чувствовал это горькое опустошение, как внутри не остается сил продолжать жить.

Хотя, есть ли жизнь после смерти того, кого ты любил больше жизни?

Нет.

У него не было сил даже влачить бесцельное существование.

И он продолжал кричать. Кричать во тьму, в пустоту, в небо и в ад, но все было бестолку. В крике его жила боль, но даже эти вопли не были в состоянии передать все, что было внутри у Тэхёна. Потому что для такой боли нет описания. Для нее не подберешь слов, пока не почувствуешь сам. И описать эту боль ты сможешь только если выживешь.

Тэхён знал - это его вина. Он виноват в смерти Джису. Кровь любимой на его руках, и он ничем ее не смоет.

В груди Кима тяжелеет ноша. Он снова и снова переживает ту ночь, те ужасные события, словно застряв во временной петле. Ему не изменить ход событий. Ему не скрыться от собственных страхов, которые терзают его, отрывая кусками плоть и душу.

Но он все вспомнил.
Ви вспомнил свое «я».
Он - Ким Тэхён, убийца.

***

Он долго не может прийти в себя. Смерть все так же сидит перед ним в той самой кафешке. В ее руках - серп, которым она играется. Ви сидит неподвижно, глядя на нее.

- Из всех лиц... почему именно она? - голос его звучит хрипло.

У Ви не осталось больше чувств. Он вновь опустошен, испит до дна, разбит вдребезги. Одних воспоминаний хватило сполна. Но видеть вновь перед собой свою возлюбленную...

Это слишком жестоко.
Даже для Смерти.

- Я не выбираю, кому как являться, - спокойно отвечает Ля Мор. - Это твое сознание. Мой истинный лик свел бы тебя с ума.

- Я уже умалишенный, - отрезает Жнец.

Тэхён все так же сидит рядом. Но теперь Ви понимает, почему его душа выглядит так истощенно. С другой стороны он даже удивлен, что в нем осталась душа. Ведь со смертью Джису он думал, что она забрала с собой всё: и душу, и сердце, и рассудок.

- Так ты готов? - спрашивает Ля Мор.

- А до этого эта фраза звучала утвердительно, - замечает Ви.

Смерть удовлетворенно кивает.

- Всё дело в выборе, - отвечает она.

- Ты спрашиваешь, готов ли я пойти с тобой? - Жнец прямо задает вопрос.

- Я спрашиваю, готов ли ты простить себя, - произносит Ля Мор. - Шестнадцать лет ты винил себя, Тэхён. Шестнадцать лет в коме. Смотри, что ты с собой сделал, - она кивает на потерянную душу. - Хватит. Пожалуйста, хватит так себя изводить.

Ви молчит. Он опускает взгляд и старается не смотреть на нее. Но даже голос Джису переворачивает внутри него все. Он до сих пор ее любит. И он невыносимо, до самоубийства, по ней скучает.

- Я тебя прощаю, Тэхён, - тихо произносит Смерть. - Прости и ты себя.

Раз... Два... По щекам Жнеца скатывается что-то обжигающе-мокрое и соленое на вкус. Его внутренности словно вжимаются в стенки организма, освобождая место для пустоты. И он ее чувствует. Чувствует, как эта пустота его захватывает все больше и больше, вытесняя даже воздух из легких, что дышать становится нечем.

Ля Мор не торопит его. Она дожидается его ответа. Говорят, что смерть ко всему безразлична, но иногда даже она бывает тронута. Но один из слухов о смерти верен: перед ней все бессильны и равны.

- Я должен пойти с тобой? - голос Ви звучит почти шепотом.

Смерть встает с места и, приподняв уголки губ, отвечает:

- Нет, Тэхён. Ты должен сделать выбор.

Жнец и его душа тоже поднимаются на ноги.

- И, что бы я ни выбрал, ты согласишься? - в глазах Ви блестит надежда. Или слезы.

- Да, - кивает Ля Мор.

- Хорошо.

Жнец обнимает свою душу и чувствует, как она втягивается в него, наполняет его изнутри теплом. Они вновь становятся единым целым. Как только это происходит, с запястья незаметно исчезает священный крест египтян, словно его никогда и не было. Ви спас потерянную душу. Но кто спасет его? Душа Жнеца искалечена, кровоточит и болит в нем. Он чувствует ее всеми фибрами, однако, как бы плохо ему ни было, он больше не откажется от собственной души.

Жнец закрывает глаза и вспоминает мир.

Странно, что думая о целом мире, он видит перед глазами лишь улыбку своей Джису.

Наконец, Ви открывает глаза. Теперь он уверен, что хочет этого.
Он уверен в своем выборе.

Взяв за руку Смерть, он пытается улыбнуться:

- Нам давно пора, не так ли?

Примечания:

Безмерно рада, что дописала эту работу! Наконец-то хоть один завершенный фанфик!

Спасибо организаторам, что они такие пусечки и дали возможность этой истории появиться на свет!

Спасибо моей самой-самой Джули (Julivasha) за ее помощь всегда, везде и во всем (я тебя кусь, моя любофь :З)

И спасибо всем, кто уделил время моей работе. Знаю, что конец мог вас огорчить (и клянусь, я не знаю, почему все так закончилось), но Тэхён решил все сам. Я думала закончить по-другому, но он слишком любит свою Джису..

П.С. Почему Джин-Джису? Я уловила в их внешности какие-то похожие черты, то, чем хотела бы наделить их обоих. Поэтому вместо ОЖП я взяла Джису - альтернативную версию Джина, с которым они составили бы просто идеальный коллаб, на мой взгляд. Эти двое - поистине красивы, а внешность их немного загадочна (наверно поэтому и являются лицом группы хд), прямо как смерть хд

П.П.С. "Ля Мор" переводится с франц.как "Смерть"

Если вам понравилась история, ставьте пальчики вверх, пишите комментарии, делитесь впечатлениями, для меня это очень важно!) Всем добра, мур~