68 глава
Он вышел, прикрыв за собой дверь в материну спальню. Пошел к Юле. Он понимал, что надо как-то завершить сегодняшний день, выяснить причины слишком громкого хлопка дверью, поговорить как минимум, спокойной ночи пожелать. Но если честно больше всего на свете ему сейчас хотелось вытянуться на своем диване и уснуть. И ничего не решать и тем более не объясняться с Юлей, почему они не смогут продолжить начатое.
Войдя в ее комнату, он увидел девушку уже спящей. Тут же закрыл ее снова и с чистой совестью ушел спать — Юля сегодня тоже очень устала, не стоило ее будить. Так даже лучше.
Услышав, как дверь скрипнула, закрываясь, Юля открыла глаза и откинулась на спину, посмотрела в потолок.
Ушел. А мог бы подойти, разбудить, лечь спать тут же, с ней рядом… Но он ушел.
* * *
Две недели до Нового Года пролетели незаметно.
Мамин приступ и волнения с ним связанные немного остудили Данин пыл, к тому же ее нельзя было волновать, так что для постельных игр не было ни настроения, ни свободного пространства, ни соответствующей обстановки.
Потому парень отправился снимать напряжение с помощью физических нагрузок, совместив с этим полезным занятием возможность опробовать свой подарок — он с ребятами сугубо мужской компанией отправился на горнолыжную базу. Вернулся оттуда прихрамывая с вывихом голеностопного сустава.
Юля же соблазнить его не пыталась. Она чувствовала себя отвергнутой и считала, что в прошлый раз весьма ясно дала понять, чего она хочет и с чем согласна. Присутствие мамы за стеной она проблемой не считала, вывихи и растяжения тоже, ну а как неприятности на работе влияют на потенцию, ей вообще было не понять никогда.
Даня, Юля и Рина сидели в Юлиной комнате, Даня смотрел спортивный канал, Юля косилась на него, гадая, чем вызван его сегодняшний интерес к телевидению, Ирина сидела рядом и о чем-то без остановки говорила.
— Кстати, Юль, а что там с Новым Годом? Может, будем отмечать его вместе?
— Я в ресторан иду.
— Дань, а ты? — Девушка повернулась к нему и Даня засмотревшись в экран и не чувствуя подвоха ответил, что он идет к друзьям.
— Так вы порознь что ли?
— Я Юлю звал, нас вместе приглашали, она уперлась — ей рестораны подавай.
— Дань, может, возьмешь меня с собой, раз Юля не хочет.
— Что? — Юля чуть не подпрыгнула на месте. — Что ты сказала?
— Юль, ты чего?
— Так, — Даня бросил пульт на диван и поднялся на ноги, — я, пожалуй, пойду.
Он вышел из комнаты, плотно прикрыв за собой двери.О чем там девушки разговаривали, он не слышал.
Тридцать первого декабря, с утра, ребята друг с другом не разговаривали, изо всех сил изображая оскорбленное достоинство. Светлана Алексеевна же, молча строгала салаты и делала вид, что все прекрасно и в доме праздничное настроение. После обеда она попросила ребят нарядить елку и даже, кажется, они над чем-то вместе смеялись, а потом опять поссорились все по тем же причинам.
Вечером Юля демонстративно готовилась к походу в ресторан. За ней должен был заехать один парень с работы на такси, по дороге им нужно было захватить еще одну пару, и девушка при муже весело щебетала по телефону, обговаривая время к которому она должна была быть готова. Даня на нее внимания не обращал.
Не добившись желаемого результата, Юля плюнула на все и решила, что в эту ночь она повеселится от души не зависимо от того, будет Даня рядом или нет. Если ему на нее параллельно, какой смысл ей переживать из-за него тоже.
Незадолго до назначенного времени девушка ушла в комнату одеваться. Кстати, с недавних пор, большую часть ее личного пространства занимала кровать, которую родители все-таки привезли в Данину квартиру. Потому что надоело Юле наживать себе хондроз, мучаясь и невысыпаясь на его неудобном диване.
Даня, проводив ее глазами, нервно сжал руки в кулаки и, позвонив Пашке, который нашелся как раз накануне, напросился к нему в гости. То есть, его давно звали, но он так и не дал окончательного ответа, поясняя, что все зависит от Юли. Юля свой выбор сделала, что ж, он тоже.
Юля выглядела шикарно, так как и должна была выглядеть. И куда ее такую? На хоум-пати к другу?
— Хорош. — Юля, улыбнувшись, вернула ему оценивающий взгляд. — А это у тебя что? Гель?
Она протянула руку к его зачесанным назад волосам.
— А у тебя что это, прыщ?
— Где?
— Я шучу… Прекрасно выглядишь.
— Я знаю. Поможешь мне? — Она протянула ему жемчуга, что держала в руках и повернулась спиной, чтоб он застегнул крохотный замочек.
Она повернулась, а Даня онемел.
Ее платье было скромным, да. По крайней мере, спереди. Вид сзади Даню потряс. Вся спина девушки была обнажена до самой поясницы. Нет, чуть ниже. Так, что еще чуть-чуть и видно было бы другое декольте… нижнее. Даня замер с бусами в руках, а в голове его вихрем проносились мысли о том, что сегодня кто-то, кому не жалко рук и шеи, будет прикасаться к этой спине, нежно гладить ее ладонями в танце, а он в это время будет далеко и будет молча сгорать от ревности. Девушка шевельнулась и, нагнувшись над столом, у которого стояла, потянулась к сережкам, и он понял, что никуда она от него сегодня не поедет. Даже если придется связать ее. Даже если ради этого придется отказаться от своих планов и остаться с ней дома. Даже если нужно будет просить ее никуда не ходить, только она останется с ним.
— Ты скоро? — Юля переминалась с ноги на ногу и ждала, когда он уже застегнет на ней нитку бус, а он в ответ схватил ее за локоть и развернул к себе.
— Юля…
— Ты чего? — Она удивленно смотрела на него, выгнув бровь, видимо, пытаясь правильно истолковать все, что написано было в тот момент на его лице.
— Ты вот так собралась… — Он не договорил, только рукой на нее показал.
— Классное платье, правда? — Юля еще раз перед ним повернулась. — Особенно вырез на спине! Ну, ты застегнешь уже жемчуг на шее или нет?
Она снова повернулась к нему спиной, и он защелкнул замочек, поправив его точно по центру ее шеи. А потом кончиками пальцев скользнул по ее спине до самого низа выреза. Кожа девушки тут же покрылась мурашками, он это видел и чувствовал, а сама она замерла как изваяние и только дышала часто-часто. Данина ладонь медленно двинулась вверх, сжимая иногда кожу. Вторая рука легла на талию девушки и прижала ее к его телу, крепко, так, словно она сбежит от него, если он не удержит.
— Юль… — Прошептал, зарывшись носом в ее волосы, вдохнув аромат духов, который окутал его облаком неясных воспоминаний и забытых ощущений. Ладонь легла на ее затылок, поворачивая ее лицо так, чтоб он смог дотянуться до губ, но в этот момент дверь в комнату открылась и на пороге возникла Светлана Алексеевна.
— Юленька, — она быстрым взглядом скользнула по ним, застывшим рядом, — а там тебя какой-то Миша спрашивает. Говорит, что за тобой приехал, чтоб ты спускалась.
— Мама, — Даня не отпускал взгляд жены, и сказал таким тоном, чтоб у нее даже сомнений не осталось в серьезности его намерений, — скажи этому… Мише… что у Юли муж ревнивый и он ее никуда не отпустил, скажешь?
— Хорошо, сынок, передам. — Дверь закрылась, но через секунду открылась снова. — Дети, вы меня не теряйте, я у соседки, Татьяны, она меня все приглашала, я вам сказать не успела, ладно?
— Хорошо, мам, все понятно. — Даня сдерживался, а Юля так явно слышала, как дрожит его голос, что удивлялась, как же он ее еще на письменный стол не уложил. Тело его было напряжено, словно каждый мускул натянут как тетива, а в бедро ей упиралось что-то большое и твердое, то, что еле сдерживала ткань штанов.
Когда свекровь покинула их комнату уже, наверное, надолго, Даня прижал ее к стене.