56 глава
— Что за девица терлась об тебя на крыльце?
— Тебе-то какая разница?
— Мне есть разница — весь институт в курсе, что ты мой муж, и заигрывая с первокурсницами ты меня выставляешь дурой.
— Ты дурой сама себя выставляешь.
— Поаккуратнее на поворотах!
— Потише, мы на лекции вообще-то. — Даня огляделся на уже поглядывающих на них с соседних парт, однокурсников.
— Да мне наплевать!
— Так Милохины! — Раздался голос преподавателя. — Я понимаю, что вы молодожены и у вас очень пылкие отношения, но дисциплину в аудитории на моих лекциях еще никто не отменял!
Юля вспыхнув пробормотала что-то очень отдаленно напоминающее извинения и обратилась к Дане уже шепотом:
— Так кто она?
— Староста четвертой группы первого курса. Подходила насчет выездной школы актива…
— Какой школы актива? — Юля, сморщив бровки, пыталась понять, о чем он.
— Выездной, Юль. Ты что на первом курсе в «Метелицу» на школу актива не ездила?
— Нет, конечно!
— Ну, даешь! Много потеряла. Так вот, мы с подшефными первокурсниками, в четверг едем в дом отдыха до воскресенья.
— И ты поедешь? — Юля удивленно смотрела на него.
— Конечно! Мы каждый год с Машей ездили.
— Ты поедешь с этой блондинкой?
— Я поеду не с блондинкой, а с активом и с парой преподавателей, а в чем проблема-то, Юль?
— Ни в чем. — Юля насупилась и замолчала.
— Ревнуешь? — Даня лукаво улыбнулся, наблюдая за девушкой.
— Вот еще! — Презрительно хмыкнула она.
— Тогда не понимаю твоих переживаний.
— Я переживаю за твой моральный облик и за свой — мы теперь с тобой две половинки, помнишь? Ты там напьешься и начнешь первокурсниц в подушку лицом успокаивать, а краснеть придется потом мне.
— Да с чего ты взяла? И вообще забудь ты про эту подушку!
— Сейчас прям! — Юля окатила его гневным взглядом. — Ты меня чуть не задушил, извращенец.
— Ты мне это уже говорила. — Даня закатил глаза и отвернулся.
— Милохины! — Снова обратился к ним преподаватель, прервав лекцию. — Мы вам не мешаем?
— Нет. — Нервно буркнула Юля.
— Замечательно. — Кажется, мужчина расслышал. — Тогда продолжим.
Преподаватель снова повернулся к доске, продолжая чертить на ней какие-то схемы и делать необходимые пометки во время лекции. Юля некоторое время сидела молча, потом не выдержала.
— И все же, она на тебя липла.
— Тебе показалось. Но, в любом случае, не понимаю, чего ты злишься. Вот гляди, Васильев на тебя пялится, так я же не психую. Мне все равно.
— Он на меня пялится со второго курса. — Юля мельком глянула на парня, о котором говорил ей муж. Он сидел чуть позади нее, на соседнем ряду, так что, наверное, ничто не мешало разглядывать ее от каблучков туфелек до кончиков волос. Это был парень с другой группы, с которым девушка за все время учебы и пятью словами, наверное, не перекинулась. Иногда он, увидев ее, пытался что-то промямлить, краснел, заикался и шел мимо, втянув голову в плечи. Юля считала его забавным и безобидным. И на его интерес внимания не обращала никогда. То, что его пылкие взгляды заметил Даня, навело на определенные мысли. — Все равно, да?
Девушка закинула ногу на ногу и покачала туфелькой. Рука ее легла на бедро и чуть-чуть, на сантиметр потянула вверх узкую черную юбку, доходящую до колен. Даня молча наблюдал за ней, иногда поглядывая за ее плечо. Что он там видит, Юля не знала, но догадывалась.
Еще несколько минут и пара сантиметров вверх, не переходя дозволенных границ, и все более плотно сжимающиеся губы Дани. Еще чуть-чуть и он повернулся вполоборота к ней, одернул юбку, сжал колено девушки ладонью, обнял второй рукой за плечо, грозно зыркнув за ее спину.
— Что не так? — Невинно поинтересовалась Юля. — Ревнуешь?
— Стыдно мне за тебя, дуру, кого пытаешься из себя изобразить? И перед кем стараешься? К кому мне тебя ревновать? К этому убогому?
Юля сбросила его руку со своего плеча и уткнулась в тетрадь.
Ребята проучились уже больше месяца и подобные пикировки на занятиях не были редкостью. Преподаватели каждый раз одергивали их, но Юля и Даня свой темперамент усмирить не могли.
До четверга Юля тему предстоящей поездки не поднимала, надеялась на то, что Даня сам догадается не ездить. Но он уехал. Девушка молча проводила его, подвезла до вокзала и холодно приняв благодарственный поцелуй в щеку, отчалила на пары.
Юля старалась не думать о том, чем там намерен заниматься Даня, но ревнивые мысли и подозрения не давали покоя, и эти четыре дня тянулись для Юли, как четыре года, наполненные неизвестностью и сомнениями. Каким он вернется к ней? Не закрутит ли новый роман? Не переспит ли по-пьяни с той блондинкой из четвертой группы?
Между тем время шло, а Дани все не было. Юля уже не знала, что и думать, когда часов в восемь вечера она, наконец, услышала, как поворачивается ключ в замке, а потом его голос, приветствующий Светлану Алексеевну, вышедшую встретить сына.
Голос усталый, вроде и без привычного сарказма и иронии. Юля стояла у окна на кухне и жалела, что вовремя не скрылась в своей комнате. Она на физическом уровне ощущала, как он ходит за ее спиной по квартире, переодевается, что-то маме рассказывает о сумасшедших «первашах» перепившихся в первый же день и из-за которых чуть не досталось им. Еле-еле удалось замять скандал. Зато потом руководство в оба следило и за активом в том числе, так что расслабиться не удалось никому.
Она сразу поняла, когда он вошел на кухню и замер в дверном проеме, глядя на нее. Чувствовала его взгляд, словно он прикасался к ней, и от этого мурашки бегали по коже.
— Привет. — Он подошел к ней и обнял за талию. — А ты что не встречаешь мужа? Не скучала по мне? Я скучал…
— Да ну тебя! — Отмахнулась девушка. — Мало тебе что ли было развлечений? Скучал он…
Она вывернулась из его рук и повернулась, внимательно осматривая его с ног до головы, пытаясь увидеть, понять, какие изменения с ним произошли.
— Достаточно. — Даня пожал плечами, и когда Юля прошмыгнула мимо него в свою комнату, он не стал ее задерживать.
На следующий день в институте Юля решила прогулять лекцию и отсидеться в буфете. Но по дороге туда, она заметила в конце коридора силуэт отца, которому непонятно что понадобилось в их корпусе средь бела дня, и спряталась в женском туалете. Она неслышно притворила за собой дверь и в щелку следила, когда отец скроется за углом, чтоб продолжить путь. Неожиданно слух ее привлекли женские голоса, раздававшиеся из одной из кабинок. Кстати, оттуда же тянуло сигаретным дымом. Не часто, но студенты иногда курили в туалете, за это правда могли отчислить, но кто всерьез этого боялся?
Юля поняла, что привлекло ее внимание — имя. Бабенки в кабинке говорили о Дане. Юля замерла статуей, боясь шевельнуться и случайным шорохом выдать себя.