57 глава
— …Все-таки Милохин такой классный, — слышался голосок одной, — красавчик, веселый, а как брейк танцует, ты бы видела! Только ради этого стоило поехать на эту долбанную школу актива. Я после его кульбитов знаешь, о чем подумала? О том, что он в постели вытворяет, Боже…
Юля от злости в жар бросило. Захотелось схватить стерву за волосы, кем бы она ни была, и утопить в унитазе. Девушка сжала кулаки и приготовилась слушать дальше.
— Ну, и как он? Результат стоил ожиданий? — Спросил рассказчицу другой голос.
— А, не знаю. — Восторженный голос стал вдруг разочарованно-равнодушным. — Он на девчонок внимания обращал не больше, чем на парней. Никого не выделял, общался со всеми одинаково дружелюбно. Нет, кто бы мог подумать? Как только я не пыталась привлечь его внимание, ну, ты же меня знаешь… Все без толку! Деревянный этот Милохин что ли… Или голубой? Черт, только половину гардероба напрасно туда таскала.
— Прокатил тебя Даня, значит? — Ее подружка кажется, злорадствовала. — Жаль я с вами не поехала. Я бы на это посмотрела… Ты что не знаешь, он ведь женат.
— Ну и что, что женатый. Не мертвый же. Да и жена его ведь не стена. Да и не было ее там. И вообще, все парни изменяют, а такие, как он, тем более.
— Так он женат на ректорской дочке. Это весь институт знает. Вот повезло парню — можно ничего не делать, а красный диплом у тебя, считай, в кармане. Но для амуров это проигрышный вариант, глупо клеить его при других студентах. Не поведется. Вот если…
Дальше Юля слушать не стала. Она кулаком постучала в закрытую дверь кабинки.
— Может, хватит уже языками чесать? И вообще-то здесь нельзя курить.
Из кабинки выскочила та самая блондинка, что клеилась к Дане на крыльце и еще одна девица, видимо ее подруга. Увидев, что перед ними студентка, а не одна из преподавателей, блондинка осмелела.
— Тебе-то какая разница? И вообще… — девушка игнорировала свою подругу, толкающую ее локтем, — чужие разговоры подслушивать не красиво.
— Да? А ничего, что вы здесь достоинства моего мужа обсуждаете, а? И, кстати, он не голубой, и да, в постели с ним не сравниться никому. Я к тому чтоб вы больше эту тему не мусолили. Мы прояснили этот момент?
Подруги молча развернулись и ушли. Последнее, что успела услышать Юля, это то, как одна шепнула другой: «это его жена, тебе что, учиться надоело?». Она прислонилась плечом к кафельной стене у окна, счастливо улыбнулась своим мыслям.
«Значит, верность хранил, — думала она довольно, — хороший мой…»
Юля тут же забыла про надоедливую блондинку и душу приятно грели подслушанные случайно слова. Она и не думала впредь опасаться девушку — раз уж Даня, будучи далеко от нее не прельстился на чужие прелести, значит, и нервы себе портить не стоит. Хватило ей бессонных ночей, когда он был далеко, и она не знала, чем он занят. Теперь знает, можно спать спокойно.
Вот только ему пока ни о чем не стоит знать. Про путаницу с именами Юля забывать не хотела упрямо. Вот пусть придет еще раз, покается, извинится, еще раз скажет, что он облажался просто, тогда она подумает, прощать ему это или нет, а до тех пор, пусть на турнике подтягивается чаще и душ попрохладнее делает. Кстати, бодрит нереально.
* * *
Спустя несколько дней, Юлю среди ночи разбудил звонок сотового телефона.
— Алло, — девушка спросоня жмурясь от ярко горящего дисплея, не разглядела номер звонившего.
— Юль, — голос Дани, только странный какой-то, — мама спит?
— Вроде спит… Ты это узнать звонишь? Оригинально…
— Юляш, открой дверь, пожалуйста, я ключи потерял… Только не шуми сильно, ладно?
— Ты пьяный что ли? — Девушка выбралась из под теплого одеяла и пошлепала в коридор.
— Ты идешь? — Он не ответил на вопрос.
— Да иду, иду… — Она, зевая, осторожно покрутила замок, стараясь, чтоб он не щелкнул, открыла дверь, пропустила Даню в квартиру, посмотрела на него… и опешила. Парень стоял перед ней весь перепачканный кровью и грязью, растрепанный, в местами порванной одежде.
— Что с тобой? — Она прижала ладонь ко рту.
— Тише, все в порядке.
В порядке — это он погорячился, конечно. Юля видела в полумраке коридора, что у парня сломан нос и заплыл глаз, и это только первичный осмотр, неизвестно что под одеждой.
— Поможешь мне?
— Конечно. — Она включила свет в ванной комнате и, склонившись над краном, принялась настраивать теплую воду. Почувствовала, как защипало в носу. Повернулась.
При ярком свете Данин вид Юлю испугал. Потрепан он был основательно, и не нужно было иметь медицинского образования, чтоб определить — без больницы здесь не обойтись. Девушка, сдерживая эмоции, которые уже готовы были навернуться на глаза и выплеснуться реками слез, стянула с парня куртку, видя, как он морщится от боли, но терпит, осторожно сняла с него толстовку. Включила душ, наклонила его голову над ванной и принялась смывать кровь. Голова закружилась, а картинка вдруг стала расплывчатой и смазанной — по щекам покатились слезы от вида Даниного торса сплошь покрытого синяками и ссадинами. Юля вдохнула судорожно, чтоб успокоиться и, пытаясь говорить спокойно и так, чтоб голос не дрожал, спросила:
— Кто тебя так?
— Отморозки какие-то… К девчонке привязались втроем, а я шел мимо и вступился. Были бы они вдвоем, я бы их ушатал, а троих…
— Вечно тебе больше всех надо. — Проворчала сердито, пытаясь сморгнуть вновь подступившие слезы.
— Посмотрел бы я на тебя, окажись ты на месте той девчонки. Сама-то на Алтае как испугалась, только узнав о планах тех парней, помнишь?
Юля в ответ шмыгнула носом.
— Э-э, нет, Юляш! Не сейчас. Давай закончим, и будешь плакать, ладно?
Девушка молча кивнула и вытерла глаза. Парень сел на бортик ванной и откинул голову назад — кровь из сломанного носа никак не переставала течь.
— Что делать?
— Давай тампоны?
— Что? — Юля решила что ослышалась.
— Тампоны, говорю, давай. Ну, что ты краснеешь, Юль? Я два года с девушкой встречался, да и не пять лет мне. Доставай же, ну… Только нитки отрежь, я тебя прошу. — Даня попытался улыбнуться.
— Тебе в больницу надо. — Жалобно пролепетала девушка, разворачивая средство экстренной помощи при кровотечениях из носа.
— Не надо.
— Данечка… давай я тебя в травмпункт отвезу.
— Не нужно. — Парень встал и посмотрел на себя в зеркало. — Н-да, красавец… Ничего, сейчас кровь остановится, вынешь из меня эти штуки да спать пойдем. Вот только надо придумать, что матери сказать… Может, что я под машину попал? Хотя по ощущениям больше похоже, что под поезд… Ты чего?
Он повернулся к плачущей девушке. Юля, пытаясь сдержать душившие ее рыдания, прижимала ко рту кулак, прикусив его, а слезы из глаз катились градом.
— Юляш, — он обнял ее за плечи, — ну что ты?
— Твой нос и… — Только и смогла проговорить девушка. Вместо слов она провела ладонями по отпечаткам чужих пальцев на его плече и спрятала лицо в ладонях.
— Юль, мне из-за другой девчонки досталось, а ты ревешь. Ну что ты, в самом деле, а?
— Дань… пожалуйста… поехали в травму. Или я маму разбужу.
— Шантаж?
Девушка молча покивала.
— Ладно, — Даня сдался. Травма — так травма. Все лучше чем до утра успокаивать ее, — поехали.