34 глава
Выйдя из подъезда, Даня спокойно сел за руль машины, включил зажигание и плавно тронулся с места. Он сдерживал бушевавшие в нем чувства, не позволяя себе думать о признании Маши. Он не просто запретил себе вспоминать ее слова, он вообще не хотел о ней думать. Словно в его сердце, там, где раньше была она, теперь появилась пустота.
Вернувшись домой, и, припарковав машину, парень наткнулся в коридоре на Юлю. Пока он разувался, она стояла рядом и что-то противно жужжала над его ухом. Что-то о его праве уехать на ее автомобиле, забыв саму ее в институте. И о том, как ей натерли новые туфли на шпильке, в которых и сидеть-то было неудобно, не то, что ходить. И о том, что если он не пошутил на счет Алтая, пусть не надеется, что она впишет его в страховку и еще что-то. Жужжала она, пока он так на нее не рявкнул, что девушка моментально заглохла и ретировалась в комнату, плотно закрыв за собой дверь.
Прошло несколько минут, прежде чем Даня заметил, что он нервно мерит шагами комнату, а за ним молча наблюдает мать.
— Что случилось? — заметив взгляд сына, спросила женщина.
— Ничего.
— А чего тогда мечешься?
Даня сел на диван, сжав голову руками. Самое удивительное, что его сейчас съедала не обида на Машу и не огорчение от разрыва с ней. Вообще-то он никогда не боялся ее потерять — так сильно он был в ней уверен. Его мозг разрывали разнообразные чувства и мысли, но только не того характера, что должны были сопровождать его сейчас, наверное. Он был удивлен, нет, поражен. А еще зол. Маша, тихая, скромная , которая два года его ждала, которая в рот ему заглядывала, смотрела как на божество свое личное. Эта самая Маша загнала его под венец своей глупой выходкой, а потом еще и требовала от него исполнения воинского долга, во избежание того самого замужества, к которому сама же и подтолкнула.
Дане сейчас вообще были не интересны мотивы, по которым она так поступила. Он не хотел думать о ревности девушки и ее чувствах, которые она пережила в тот момент, когда увидела те фото. Зачем она вообще полезла туда, куда не просили?! А он, идиот, переживал за нее. Как она все это перенесла… Испытывал чувство вины перед ней, а она…
Даня резко поднялся и прошел в свою комнату, то есть, в комнату которую теперь занимала Юля. Распахнув дверь, и заметив, как девушка вздрогнула от неожиданности и обернулась к нему, он сказал:
— Собирайся, поехали.
— Куда? — Юля продолжала сидеть на месте, отчего Дане хотелось встряхнуть ее хорошенько, чтоб начала уже, наконец, шевелиться без лишних вопросов.
— В страховую. Через два дня выезжаем, документы должны быть в порядке.
— Ты сдурел? Я думала ты не поедешь, что ты пошутил. Как же Маша?
— Никогда, слышишь, — он подошел к ней и, нависнув над сидящей девушкой, процедил, — никогда больше не говори со мной о Маше, поняла?
— Поняла. — Юля встала и подошла к шкафу. — Выйди пожалуйста, мне нужно переодеться.
— Я жду на улице. — Бросил он и вышел из комнаты.
Юля достала с полки первое, что попалось под руку и быстро надела — она не понимала, что происходит с Даней, но каким-то чутьем ощущала — что-то случилось. И сейчас он как никогда не расположен к их пикировкам.
Удивительно было, что он все же согласился с ней поехать. К тому же сам, без отцовского давления… Ну, то есть почти без него.
В принципе, Юле было все равно, она не имела ничего против его соседства. К тому же ей было некого позвать с собой. Три близкие подруги помахали ей ручкой, а с остальными приятельницами Юля поддерживала отношения, не предполагающие совместных поездок. А к Даниному присутствию рядом Юля уже начала привыкать. Более того, она понимала, что кроме него ей сейчас и поговорить-то не с кем. И пусть их диалоги сложно было назвать беседами, все же они хоть сколько-нибудь разнообразили ее жизнь. Да и мама его оказалась женщиной на самом деле тихой и незаметной, но крайне полезной — она вкусно готовила и Юлю взялась научить. Девушка, помня о том, как запросто ее однажды оставили без ужина, скрепя сердце внимала поучениям свекрови. Сначала Светлана Алексеевна научила ее чистить овощи. И пока Юлина техника срезания у картошки шкурок толщиной в миллиметр не достигла совершенства, ей больше ничего не доверяли.
Даня, наблюдал за ней и мамой, отпуская ядовитые замечания о том, что Светлана Алексеевна напрасно тратит время и продукты. А Юля, скорее всего, отравит их при первой же возможности, так что лично он пробовать ее изыски не намерен. Ему и горелой пересоленной яичницы хватило.
Тестом на зрелость на первой ступени, условно обозначенной как «Приготовление первых блюд», стал борщ. То есть его самостоятельное приготовление. С которым девушка справилась на отлично и свекровь ее долго хвалила, гордясь собой и своим педагогическим мастерством.
Юля же, подойдя вечером к Дане, который ужинал, не догадываясь, кто ему приготовил, облокотилась о стол, упершись локтями о его поверхность, мило поинтересовалась:
— Вкусно?
— Вкусно. — Парень заподозрил неладное и косо посмотрел на нее.
— Не пересолено? — Юля продолжала изображать беспокойство.
— Нет, нормально… в самый раз… — Он поднес к губам ложку.
— Ну, слава Богу! — Картинно выдохнула Юля, воздев очи к небесам, то есть к потолку.
Даня поперхнулся и, скривившись, спросил:
— Ты что ли готовила?
— Я. — Довольно протянула Юля. И заметив его недовольное лицо, добавила, — Да ладно ты, ешь. Твоя мама хвалила и гляди, вон она сидит, жива-здорова и без желудочных расстройств.
— А давно она ужинала? — Парень посмотрел на часы.
— Часа два назад. Ты бы уже знал, если бы с супом было что-то не так, ешь. — Она, повернувшись, вышла с кухни. Перед сном к ней заглянул Даня и пробурчал под нос «спасибо». Потом собираясь уйти, замялся и добавил, что было вкусно…
Собравшись, Юля выпорхнула из подъезда, опять заметила Даню на водительском сидении, задумалась о том, что, наверное, нужно начинать прятать от него ключи, пока он на работу не начал на ее машине ездить, оставив ее без «колес».
Мысли девушки повернули к тому дню, когда она, желая позлить Даню, пришла к нему на работу, притащив с собой железный предлог — мамины пирожки на обед. Добрая женщина даже не заподозрила, почему невестка так охотно согласилась выполнить ее просьбу сходить к сыну на работу, чтоб он не остался до вечера голодным. И вот Юля, надев свою самую короткую юбку и самые высокие шпильки, отправилась в самое средоточие брутальных мужиков — в автомастерскую.
— Ау! — Позвала она, перешагнув порог бокса, где ей посоветовали найти мужа. — Есть кто живой?
Из под ближайшего джипа выкатился молодой парень, и оценивающим взглядом скользнув по ее ножкам, поинтересовался:
— А вы к кому, красавица? Не ко мне, случайно?
— Нет, — Юля ослепительно улыбнулась, — я к Милохину. Как мне его найти?
— Зачем же к нему? Может я вам смогу помочь?
— Вряд ли.
— Ну, тогда вам придется подождать — он занят. Я передам, что вы пришли, как представить?
— Я его жена.
— Жена-а? — Присвистнул парень. — Давно?
— Две недели. — Юля, улыбаясь, изображала счастливую новобрачную.
— Я сейчас… — Парень сунул в карман какую-то железяку и куда-то ушел.
Когда вернулся Даня, девушка сидела на самом чистом стульчике, а трое голодных работников мастерской в голубых комбинезонах, с удовольствием уплетали мамины пироги.
— Дорогой! — Девушка махнула ему рукой. — А я тут познакомилась с твоими друзьями, славные парни, им очень понравились пирожки твоей мамы.
Уже потом Юля узнала, что Даню за сокрытие свадьбы заставили поить весь коллектив в каком-то баре в тройном (штрафном) размере. А он потом, заявившись домой пьяным тарабанил в дверь, завалился в ее комнату и улегся спать в ее постель, предварительно раздевшись догола, приговаривая, что привык спать именно так и никто ему не помешает. Не нужно уточнять, что Юлю после этого как ветром сдуло из постели, и она коротала ночь на неразложенном диване в зале, задремав под утро, устроив голову на неудобном подлокотнике…
— Чего улыбаешься? — Сердитый голос отвлек ее от воспоминаний, возвращая в действительность. — Приехали.
Юля вышла из машины.
— Дань… — Она поймала его за рукав.
— Что? — Он повернулся к ней.
— Что с тобой? Никогда тебя таким не видела, даже на свадьбе.
— Тебе-то какая разница?
Действительно, какая?
Девушка цокнула, скривившись, и вперед него шагнула к дверям страховой компании.