21.
Неделя тянулась мучительно долго, настолько, что Еве казалось, будто перед ней кто-то поставил песочные часы и заставил отсчитывать каждую из крошечных песчинок, одну за одной медленно падающих в самый низ резервуара. Ни одна из огромного множества попыток дозвониться до хоть кого-нибудь из троицы не увенчалась успехом, так что, примерно дня через три после того самого разговора с Шалнарком, она забросила эту затею, обиженно про себя отметив, что хоть один из них точно должен был видеть, что она звонила.
За оглушающим отсутствием каких-либо интересных событий и планов, к которым она так привыкла за последнее время, Ева решила направить свою злость и горькое чувство сжирающей все её нутро ядовитой обиды на кое-что полезное — на развитие нэн-способностей. Не без напоминаний и мотивирующих пинков под зад от Хисоки, конечно же. В один из вечеров ему в голову пришла гениальная, на его субъективный взгляд, мысль — поджечь ауру девушки.
***
— У меня появилась идея, Ева-чан!
— Я даже боюсь спросить, что на этот раз.., — она устало подняла на него взгляд, оторвавшись от книги, — Слушай, ну ты меня уже и водой обливал, пока я испускала потоки ауры, и током порывался ударить. Слава всем богам, которых я знаю, что ты вспомнил, что такое уже есть у Киллуа и решил, что повторяться не прикольно..
— Не будь такой пугливой занудой, Ева-чан. В этот раз тебе идея понравится, — его подозрительно довольная улыбка, которую, натянув на лицо, он направился в сторону кухни, не предвещала ничего хорошего.
Открыв один из навесных деревянных шкафчиков над плитой, Хисока заглянул в него.
— Ага, вот они! — спрятав находку в кулаке и заныкав руку за спину, он развернулся и двинулся к Еве.
Она измученно выдохнула.
— Ну что ты там опять придумал?
Он молча достал руку из-за широкой атлетичной спины и протянул её Еве, раскрыв ладонь. Она вопросительно изогнула бровь.
— Спички, и? — блондинка смотрела на него секунду с непониманием в глазах, а потом дернулась, будто резко пробудилась от ночного кошмара, — Только не говори, что поджигать меня собрался.
— Всегда поражался твоей догадливости, киса, — он хихикнул, хищно сощурив взгляд, — Ну тебе же это очень подойдет, разве нет?
— Да на кой черт мне это все вообще сдалось?!
— А ты думаешь, что пойти в галерею, где будет столько сильнейших нэн-пользователей, не владея никакой, даже самой примитивной техникой будет разумно, да? Слишком наивно, Ева-чан.
— Начнём с того, что я вообще не хотела идти, — ворчливо начала девушка, — И вообще...!
— Ничего не хочу слышать, — он был непреклонным и бесяче-назойливым настолько, что за все те дни, что он приходил и не позволял Еве провалиться в бесконечные рыдания на нервной почве, выбил из нее все силы на сопротивление, — Давай. Вытяни руку вперед и войди в состояние тэн. Я поднесу зажженную спичку к твоей ладони.
— Если ты мне спалишь руку, я тебя второй придушу, понял?
— Мгм, не сомневаюсь, — он чиркнул спичкой по красно-коричневой терке, — Как думаешь, Иллуми расстроился бы из-за этого?
Она беззвучно засмеялась.
— Дурак.
— У вас с Киллуа-куном на пару любимое словечко, — он поднес подожженную спичечную головку к её руке и осторожно, продолжая вести отвлеченный разговор, медленно ввел её в густые потоки ауры, — Кстати, Иллуми оно очень не нравится, — Ева дернула рукой, скривившись от боли, он, готовый к этому, методично схватил её за запястье и удержал на месте, — терпение, Ева-чан, терпение. Представь, как охренеет Фейтан, когда ты попадешь в поле его эн.
— Мне все равно, — упрямо огрызнулась она, попытавшись снова отдернуть руку. Ей казалось, что её кожа уже расплавилась вместе с мышечной тканью, до самых костей.
— Врешь. И притом очень нагло, — он нахмурился, — Мне, между прочим, тоже больно, — он опустил взгляд на свою руку, которая крепко держала её, — А все ради того, чтобы ты смогла либо заставить его упасть от шока, либо для того, чтобы ты его испепелила, если он все же решил поступить как последний мерзавец и исчезнуть, не сказав тебе ни слова.
Спичка догорела. Хисока отпустил её руку. Мокрая от пота, с прилипшей ко лбу челкой, она поднесла дрожащую руку к своему лицу, внимательно вглядываясь.
— Что? Как это возможно? — она недоуменно вертела перед собой абсолютно невредимой ладонью, — Я думала, без руки останусь..., — поправив очки, Ева потянулась к Хисоке и схватила его руку, пристально всматриваясь, — Твоя тоже целая?!
— Я использовал тэн для защиты. А вот то, что с тобой все в порядке, говорит о том, что твоя аура отлично приняла огонь и теперь будет трансформироваться в него, когда тебе потребуется.
— Не слишком ли это опасно? — Ева настороженно посмотрела на Хисоку-сенсея.
— Если будешь бездумной и чересчур агрессивной, то, конечно, опасно. Для этого и надо тренироваться, чтобы контролировать свои возможности.
— Жуть какая, — девушка неуклонно продолжала отвергать надобность нэн в своей жизни, — Жила бы и жила себе спокойно без этих ваших...
— Ага, — он дразняще ткнул пальцем в её нос, — Только для того, чтобы жить спокойно без «этих наших» нужно и с парнями, у которых есть «эти наши», шашни не крутить.
Блондинка недовольно запыхтела. В чем-то он, определенно, был прав. Хотя она и пыталась всячески убедить себя в том, что ей абсолютно плевать, что там с Фейтаном и почему он так поступил, все семь дней она почти только и делала, что думала о предстоящем походе в галерею и волновалась до трясущихся коленей.
***
Наступил день икс. Еву разбудил настырный некто, давивший на кнопку звонка за дверью.
Совсем не выспавшись и заранее зная, кто и с каким довольным лицом стоит за дверью, она пообещала себе, что прихлопнет его, как только выдастся удачная возможность.
Прикрыв протяжно зевающий рот и распахнув дверь, впуская вечно незваного, но все равно раз за разом приходящего гостя в коридор, она недовольно проворчала:
— Чего в такую рань приперся? Нам выходить только через.., — она бросила взгляд на настенные часы, — Через двенадцать часов?! Ты время видел?!
— Ева-чан, не сердись! — Хисока сдерживающе выставил ладони вперед, — Я не один, — он украдкой бросил взгляд через плечо за дверь, из-за которой показался Иллуми.
— Привет, — он неуверенно махнул ладонью в воздухе, — Я говорил ему, что, наверное, стоит идти к тебе чуть позже...
Ева сердито сдвинула брови к переносице и посмотрела на Хисоку:
— Вот! Послушал бы умного человека!
— Ну не сердись, Ева-чан...
Жестом она приказала ему заткнуться:
— Ничего не хочу слышать. Я в ванную. Чтобы ничего не учинили тут, пока меня нет!
— Тц, Ева-чан, ты за кого нас принимаешь? — наигранно обиделся Хисока, — Мы само спокойствие, — игриво стрельнув взглядом и юркнув рукой за спину Иллуми, он приобнял его и притянул к себе, чуть ли не вплотную, — Да ведь, Иллуми?
— А...да, — удивившись поступку знакомого, Золдик отреагировал несколько заторможенно. Это выглядело так, будто на время он забыл, как говорить, — Не переживай.
— Тебе я верю, Иллуми. Последи за ним, пожалуйста, — абсолютно серьезно попросила блондинка.
— Ева-чан!
— Цыц. Я все сказала. Выйду через десять минут, — оглушительно хлопнув дверью, она скрылась в ванной.
«Ну что за человек такой?» — думала девушка, скидывая с себя льняную пижаму.
Запрыгнув под обжигающие струи воды, она, с неким фанатизмом, принялась растирать кожу колючей мочалкой до красноты, разнося по телу воздушную пену с ароматом лаванды. Каждое её движение насквозь было пропитано липкой нервозностью. Наступил день, которого она одновременно очень ждала и очень боялась. Она хотела и не хотела, чтобы он наступал. И, так уж вышло, что, по милости своего неугомонного друга, вместо того, чтобы подольше поспать и хотя бы искусственно оттянуть момент столкновения с Фейтаном, Ева проснулась в такую рань и теперь все её мысли были заняты только этим.
Десять минут, о которых она говорила, тяжелыми раздумьями растянулись на тридцать.
«Убила бы, ну серьезно!»
Обтерев распаренное горячей водой тело махровым кипельно-белым полотенцем, она обернула его вокруг себя и встала перед запотевшим зеркалом. Провела по прохладному стеклу ладонью, собирая на нее закрывающий обзор конденсат, и всмотрелась в отражение.
«Может, и хорошо, что они так рано пришли. В таком виде нельзя никуда выходить. Хоть в порядок успею себя привести».
Зачесав ногтями мокрые волосы назад, блондинка быстро почистила зубы с лимонной пастой, обратно надела мятую пижаму, вышла из ванной и тут же услышала доносящийся с кухни сладкий голос Хисоки:
— Ева-чан, идем пить чай! Твой любимый, мятный, — он стоял, развернувшись спиной к ней и протирал руки чистым кухонным полотенцем.
— Опять хозяйничаешь в моей квартире? — Ева выглянула из-за его спины, — Это полотенце не для рук, — сняв другое, абсолютно идентичное, с ручки духового шкафа, она передала его Хисоке, отняв то, что он держал до этого, — Вот, держи, — она огляделась по сторонам, — А где Иллуми?
Хлопнула входная дверь.
— Я здесь, — войдя в кухню так плавно и грациозно, словно чёрный лебедь, степенно плывущий по прозрачной глади чистого пруда, Золдик поставил на стол бумажный пакет, — Мне не понравился магазин у твоего дома. Выбор скудный и продавец хамло. Пришлось пройтись подальше.
— Да не стоило, — Ева, слегка смутившись, отвела взгляд, — Я, в общем то, и голый чай могу спокойно пить.
— Не выдумывай, Ева-чан, — Мороу шумно шуршал пакетом, вынимая из него сладости, — Я прекрасно знаю, что ты ненавидишь ранние подъемы и обожаешь кокосовое печенье и всякий дурацкий мармелад, вот и попросил Иллуми пройтись. Мог бы и сам, но он ведь не знает, где у тебя что лежит, чай не смог бы сделать...
— Какой ты умный и заботливый! — девушка, хихикнув, ткнула его в бок, — Не был бы ещё таким...
— Да-да, я много чего умею! — он закрыл девушке рот своей широкой ладонью прежде, чем она успела договорить, и игриво подмигнул Золдику.
— Я заметил, — Иллуми заправил длинную черную прядь за ухо и ухмыльнулся.
Хисока вмиг умолк, замерев. Ева, воспользовавшись его мимолетным замешательством, отпихнула от себя его руку и кинула на него довольный, многозначительный взгляд, не ускользнувший от внимания Иллуми.
— Вы чего?
— Да так, ничего, — закусив изнутри щеки так, чтобы не улыбаться слишком очевидно и широко, Ева плюхнулась на стул и принялась распаковывать печенье, — Просто я кое-что вспомнила.
— И что же?
— В тот самый день, когда мы с тобой познакомились, а потом ты ушел, Хисока остался у меня хозяйничать. И даже посуду вымыл!
— Да ну? — лицо манипулятора окрасила недоверчиво-любопытная улыбка, — Серьезно?
— Ещё как! — Ева развернула лицо к Хисоке, — Роль домохозяйки ему очень идет, не находишь, Иллуми?
Они оба смотрели на Хисоку, упорно молчавшего и все ещё державшего в одной руке полотенце.
— А знаешь, ты, вообще-то, права, — согласился Золдик.
Хисока встрепенулся.
— Так я же могу и у тебя дома так!
Ева с хлопком прижала руку ко рту, заглушая ей смешок.
— Незачем. У меня прислуга, — возразил черноволосый, — И...
— Тогда приходи ко мне Иллуми! — перебил его Хисока, — У меня прислуги нет, и я...
— Хорошо. Приду.
Повисло молчание. Выжидающее Иллуми и шокированное Мороу. Одна Ева была готова заорать, да благо рот был все ещё прикрыт. Отдышавшись, девушка убрала руку от лица:
— Ну давайте уже чай, что ли, пить, остынет ведь.
Чаепитие медленно тянулось под споры о том, на что точно стоит посмотреть на выставке и как себя вести. Неловкость, вызванная согласием Иллуми на предложение Хисоки пойти к нему в гости постепенно сошла на нет. Через какое-то время кухня наполнилась веселым, несдержанным, громким хохотом.
— Нет, серьезно, Хисока, убить тебя мало! — Ева смахнула слезинку с уголка левого глаза, выступившую от очень долгого прищура, — Приперся в такую рань, притащил с собой Иллуми, и все лишь потому, что ты хотел, чтобы я помогла тебе покрасить волосы?
— И не говори, — подхватил Золдик, — Ему крайне повезло, что я привык к ранним подъемам. Было бы иначе—его бы тут сейчас не было.
— Злые вы..! Спелись прям! — сложив руки на груди, обиженно бросил Мороу, — Сначала, значит, воротили друг от друга носы, а теперь, оказывается, я тут третий лишний!
— Ерунду не неси и тащи сюда свою краску, — Ева ткнула в его нос, копируя его, — Иллуми, ты моешь посуду.
Манипулятор удивленно вскинул тонкие брови.
— Я? — он указал на себя большим пальцем, — Почему я? Я вообще не знаю, как это делать.
— Ну ещё бы ты знал! Вот и узнаешь, никогда не поздно осваивать что-то новое, да ведь, Хисока? — Ева сердито посмотрела на своего друга, припоминая ему недавний сеанс нэн-тренировки.
— Ага, Ева-чан права, — трансформатор расплылся в елейной улыбке, — Иллуми, я могу тебе показать, что делать.
— Ты, оказывается, универсальный сенсей. Учитесь. Я пока краску наведу.
Пока Хисока демонстрировал Золдику правильные способы мытья посуды, пристроившись за его спиной, Ева размешивала краску с оксидантом в пропорции один к одному.
— Только не вздумайте рассказать про это Киллуа, — предупредительно окинул гипнотизирующим взглядом трансформаторов Иллуми, — Иначе я вас...
В ответ они лишь громко расхохотались, оглушая манипулятора.
— Ты чего, Иллуми, — хватаясь за живот, прерывисто выговаривала слово за словом девушка, — Переживаешь, что мытье посуды уменьшит величину твоего авторитета перед младшим братом?
— Это же просто посуда, Иллуми, — Мороу положил подбородок ему на плечо.
Золдик, на удивление, не повел им, чтобы стряхнуть с себя его голову. Он медленно выдохнул, будто пытаясь унять подкравшуюся злость и попросил снова, уже тише:
— Не говорите. Просто не говорите.
— Да не скажем, не скажем! —заверила его Ева, — Хисока, садись, краска готова.
Парень вальяжно уселся на стул перед зеркалом в коридоре, предоставляя Еве полную свободу действий. Аккуратно расчесав его волосы и разделив их на проборы, она начала промазывать корни краской, растягивая к кончикам.
— Рыжий? Почему рыжий? — спросила блондинка, когда краситель начал проявляться на волосах.
— Рыжий очень красиво смотрится рядом с черным, — посмотрев в зеркало и встретившись в нем с синим взглядом, он подмигнул девушке.
— Да ну? — она игриво улыбнулась, — Неужто решил покраситься под костюм?
— Ну конечно, Ева-чан, а для чего же ещё? — смотря в отражение, он проследил за вошедшим и оперевшимся о проход Иллуми, — Хочешь, я тебя тоже покрашу? Тебе ведь тоже под черный нужно.
Ева кашлянула.
— Что?
— Платье. Я имел ввиду платье, мы ведь вчера выбрали тебе, — он продолжал хитро улыбаться, — А ты про что подумала?
— Ни про что!
— Ну-ну, верю,...
— Так, все! — Ева начала закипать, — Молча. Просто сиди молча.
— Если бы я был парикмахером, — подошел к ним Иллуми, — Уже прибил бы расческой такого клиента.
— И не говори! Еле держусь, — согласилась девушка.
— Тем интереснее, — почти пропел Мороу, — Прям чувствую вашу жажду убийств.
— Дурак.
— Ненавижу это слово, — недовольно скривился Иллуми, — Но согласен. А красить Еве волосы не нужно, я думаю. Хватит нам одного огненного...
— Считаешь меня огненным? — подпрыгнул трансформатор, — Правда?
— Да сядь, ты, черт тебя дери! — Ева надавила ему на плечи.
— Ой, извини, Ева-чан, — он задумчиво почесал шею, — Ладно, я согласен с Иллуми. Вот это у нас компашка подобралась : брюнет, блондинка и рыжий. Внимания не оберемся!
— Мне не хотелось бы привлекать чересчур много внимания, — возразила Ева, — По возможности я бы вообще с пауками не пересекалась..
— Чего?! Киса, ты с ума сошла совсем? — развернулся к ней Хисока, — Ничего не хочу слышать. Фейтан должен тебя видеть. И желательно бы вам поговорить.
— Не хочу я с ним говорить!
— Врешь, Ева-чан, злостно врешь, — покачал головой Мороу, — Я тебе говорю : он просто упадёт!
— Вы о чем вообще? — встрял в разговор Золдик, — Причем тут Портор вообще? И мы не сможем с ними не пересечься. Заказ, который я должен выполнить, сделал Куроро.
— Они с Евой-чан.., — на слишком разговорчивый рот парня легла девичья ладонь.
— Так, ничего не говори! — Ева сердито посмотрела в его бегающие янтарные радужки, — Моргни, если понял, — он моргнул, Ева убрала руку, — Иллуми, ты почему раньше об этом не сказал?
— А нужно было? Я ведь не знал, что у тебя какие-то недомолвки с одним из пауков. Что там у вас?
— Да уж... Знай я об этом раньше, точно не согласилась бы идти, —немного помешкав, Ева неуверенно начала рассказывать, — В общем, какое-то время мы с Фейтаном были очень близки..,
— Прям очень? — недоверчиво уточнил Иллуми.
— Ещё как! — встрепенулся Хисока, — Представляешь,..
— Хисока! Я тебя сейчас спалю нахрен! И не смей потом жаловаться, сам научил!
— Понял, я, Ева-чан! Все, молчу.
— Да, очень, — щеки синеглазой приобрели розоватый оттенок, а речь становилась все более суетливой и неразборчивой с каждым словом, — А потом вышло так, что...Он просто исчез из моей жизни. Без объяснения причин.
— Это очень...удивляет, — широко раскрыл глаза Золдик, — Я знаю его. И никогда бы не подумал, что он с кем-то может сблизиться.
— А я о чем! До сих пор диву даюсь! — поддержал Мороу.
— Сейчас это все не имеет значения. Я не хочу маячить у него перед глазами. Не хочу выглядеть так, будто выпрашиваю его внимания. Не хочу с ним говорить. Ничего не хочу, — Ева отвернулась и, сжав кулаки, продолжила, — В конце концов, все закончилось так же быстро и непонятно, как и началось.
— Не вздумай грустить, Ева-чан, — Хисока осторожно взял ее за запястье, — Он—последний дурак, — хихикнув, Мороу украдкой бросил взгляд на Иллуми, — Если решил закончить все таким образом.
— Согласен, — подхватил манипулятор, — Такими миледи не разбрасываются.
— Ой, да ну вас! — Ева весело хохотнула, отвлекшись, — Иллуми, тебе напомнить о том, что ты сказал, когда познакомился со мной?
— У меня тот же к тебе вопрос! —улыбнулся черноволосый, — Иногда первое впечатление бывает обманчивым.
— Рад, что вы нашли общий язык, — Хисока, поднявшись со стула, обнял обоих друзей, — Я переживал насчет этого.
Через некоторое время парень, не без помощи Евы, смыл густую краску цвета паприки с волос и высушил их, уложив вниз, непривычным для себя способом.
— Шикарный цвет вышел, — Ева перебирала его волосы, рассматривая их, — И укладка такая тебе больше идет, чем та, что ты обычно носишь. Да, Иллуми?
— Это точно, — согласился манипулятор, — Мне даже самому захотелось каких-нибудь перемен...
— Так садись, — Ева указала на стул, — Раз уж сегодня я ненароком заделалась стилистом, давай и для тебя что-то выдумаем.
— Ты уверена? — Иллуми засомневался, — А что если...
— Не «что если», Иллуми, сядь! — девушка усадила его на стул, — Не буду я ничего резать или красить, такое жалко портить.
Черноволосый удивленно заморгал. Хисока рассмеялся.
— С Евой-чан только так, привыкай.
Девушка аккуратно вела гребнем по длинным черным волосам, раздумывая о том, чего бы такого с ними сотворить, чтобы освежить образ парня без кардинальных изменений. В голову пришло только одно.
Она начала плести, разглаживая каждую прядь. Через несколько минут Ева держала в руках густую блестящую косу.
— Готово, — девушка восхищенно вздохнула, — Не поделишься, кому надо душу продать за такие волосы?
— Какие?
— Шикарные, Иллуми! Сколько бы я ни ухаживала, мои никогда не будут выглядеть так, — она повертела косу в руке и жестом подозвала Хисоку, — Нет, ну ты посмотри на это великолепие!
— Ага, — Мороу прикоснулся к гладким волосам, — Классно вышло, ему очень идет.
— А ты что скажешь? — Ева обратилась к Иллуми.
Парень встал и повертелся перед зеркалом, рассматривая со всех сторон новую причёску.
— Красиво. И лаконично, — он улыбнулся девушке, — Мне нравится. Спасибо, пойду так.
— Подожди, последний штрих!
Блондинка приподнялась на носочках и выпустила длинную прядь у лица парня. Все трое пришли к выводу, что так стало ещё лучше.
Через несколько часов готовы были все. Парни с обновленными прическами, облаченные в черные смокинги стояли в дверях, ожидая свою спутницу.
Она проворчала из-за двери спальни:
— ... Вы уверены...?
— Да, выходи давай уже, Ева-чан!
— Оно слишком..., — попыталась было возразить блондинка.
— Не слишком, — возразил Золдик.
Она вымученно цокнула и отворила дверь, шагнув в коридор на трясущихся ногах.
— Ну и чего ты трясешься? — подошел к ней Мороу, — Выглядишь просто изумительно, — он подвел Еву к зеркалу, — Сама посмотри. Фейтан просто..
— Да из-за того, что ты постоянно о нем трещишь, я и нервничаю! — она поправила тонкую бретель черного платья, струящегося к самым щиколоткам, выставила вперед левую ногу, проверяя, не слишком ли откровенным выглядит разрез, — И все-таки разрез слишком высокий...
— С такими ногами только такое и нужно носить, — не слушал её Мороу, — Все, обратного пути уже нет, Ева-чан.
Девушка вздохнула, шагнув в остроносые черные туфли на тонких каблуках, поправила волосы, завитые легкими локонами, проверила, не размазалась ли кровяными пятнами алая помада и чуть плотнее усадила на нос очки.
— Ладно, я готова.
— Выдохни, Ева-чан. Все будет в порядке.
Примерно через полчаса таксист высадил их у большого здания, отстроенного в готическом стиле. Ева завороженно устремила взгляд вверх, стараясь разглядеть каждую мелкую деталь: узорчатые сверкающие стекла удлиненных витражных окон, каменные арки, мелкие узкие башенки, еле заметные из-за своего расположения шпили на крыше, причудливого вида скульптуры, изображающие непонятных существ.
Шаг за шагом они втроем поднялись по лестнице и остановились у массивных кованых дверей.
— Ну, с богом, — Золдик, дождавшись двух кивков, толкнул дверь и они оказались внутри.
***
Фейтан скучающе выжидал указаний босса, стоя на лестнице, покрытой красной дорожкой, в компании Финкса и Шалнарка.
Рьюсей, периодически задумчиво вскидывая брови, активно пытался взломать систему безопасности объекта и разведать, где находится картина, интересовавшая босса.
Магкав внимательно сканировал взглядом все, что попадало в поле его зрения, стараясь запомнить всех подозрительных посетителей выставки, которые, в теории, могли помешать плану.
И только Фейтан ждал. Просто ждал. По большому счету, ему было абсолютно плевать, чем закончится эта вылазка, но безусловное уважение к Люциферу не позволяло ему наплевать на операцию и сделать все спустя рукава.
Финкс потянул его за край пиджака, обращая на себя внимание:
— Фей, как думаешь, охраны будет много?
— Понятия не имею, — черноволосый вздохнул, — Полагаю, что да. Не факт, что получится сделать все без шума, как просил босс. А что, коленки дрожат? — он не упустил возможности съязвить, заставив тем самым своего неизменного напарника переключиться на менее беспокоящие мысли.
— Вот ещё!
— Финкс, ты иногда ведешь себя, будто девчонка, волнующаяся из-за первого свидания, — влез в разговор зеленоглазый.
— Очень женственно, — поддержал его Портор.
— Слышьте! Поблагодарите бога, что мы сейчас находимся на задании! Если бы не это, я бы вас..
— Это шутка, Финкс, просто шутка, — Шалнарк выставил ладони перед собой в примирительном жесте.
— Парни, сейчас не до шуток, — произнес внезапно подошедший Куроро, — Шалнарк, удалось разобраться с охранной системой?
— Пытаюсь, — блондин активно вводил какой-то код во всплывшее окно на экране своего смартфона, — Ага....Есть! Думаю, пройдёт не слишком много времени до того, как это заметят, поэтому, начинать желательно поскорее.
— Отлично сработано, — Люцифер, поправив повязку, скрывающую татуированный лоб, обратился к двум другим присутствующим, — Финкс, Фейтан, ваша задача — перебить всю охрану у зала с картиной на цокольном этаже. По возможности без шума. И ещё вот что....
Босс активно, ровным тоном давал своим подчиненным ясные указания. Фейтан внимательно слушал. Ровно до тех пор, пока в нос не ударил до боли знакомый запах, скрутивший все его внутренности в тугой узел. Среди обилия удушающих, тяжелых, приторно-сладких ароматов еле уловимо проскользнул базилик. Он резко оглянулся по сторонам. Ничего.
«Показалось?»
— ...Иллуми Золдик. По хорошему, нам бы начать действовать после того, как он убьет прямых наследников картины, так что, ждём ещё.., — он поднес запястье поближе к лицу, вглядываясь в циферблат дорогущих и, разумеется, ворованных часов, — Две минуты. Мы договорились встретиться на лестнице и ещё раз обсудить детали в семь.
— Я здесь, — за спиной Куроро появился манипулятор, — Просто скажи время, в которое я должен уложиться.
Финкс, удивленно разглядывавший новую причёску Золдика, вдруг перевел взгляд за его спину и толкнул в бок взволнованно озирающегося Фейтана.
— Фей, там...
Она была здесь. Медленно шагала под руку с Мороу по ступеням вверх, прямо к ним, приветливо улыбаясь и махая рукой Финксу с Шалнарком. Портор нервно сглотнул, сжав ладони в кулаки до побелевших костяшек.
— Ну приветик, — протянул Хисока, обращаясь к Куроро, — Что, каникулы закончились?
— Здравствуй, — ответил тот, — Да, я вернулся. Рад?
— Пф, вот ещё, — Мороу махнул рукой, — Пока ты отсутствовал, весь мой интерес к тебе иссяк.
Люцифер бархатисто рассмеялся.
— Вот, значит, как. Мое сердце разбито, — он перевел заинтересованный взгляд на Еву, — Представишь нас своей спутнице?
— Это Ева-чан, моя подруга, — он шагнул ближе к боссу редана вместе с ней, — О тебе она слышала, а всех остальных и так знает, — он хитро посмотрел на Фейтана, получил в ответ его угрюмый, вопрошающе-ненавидящий взгляд и снова вернул все свое внимание на Куроро, — Так что надобности в представлениях нет.
— Вот, значит, как? — Куроро аккуратно, почти невесомо взял ладонь девушки в свою и галантно поднес к губам, оставив легкий поцелуй, — Так вы обо мне наслышаны?
— ...Да, — помешкала с ответом блондинка, — Приятно познакомиться.
— Это взаимно, — он отпустил ее руку, — Пришли полюбоваться произведениями искусства в компании двух молодых людей?
— Полюбоваться произведениями искусства из нас троих пришла только я. Так вы хотите присвоить себе «Поцелуй» Климта?
— Поразительная осведомленность! — восхитился Куроро, — Вас интересует это полотно?
— Хотела бы на него взглянуть до того, как оно окажется в ваших руках, — напустив на себя побольше деловитости, помогающей прогнать волнение, ответила Ева.
— Ну что ж, желание прекрасной леди—закон! — произнес Люцифер.
— Щедро, — выпятил нижнюю губу Хисока, — Ева-чан, как закончишь, мы с Иллуми будем ждать тебя в главном вестибюле, как и договаривались, — он подхватил Золдика под руку и улыбнулся.
Ева кивнула, махнув удаляющейся парочке рукой.
— Благодарю Вас, — бросила блондинка Куроро через плечо, шагнув на ступень ниже, — Это не займет много времени.
Цокая каблуками, она засеменила вниз по лестнице.
Шумно выдохнув и подождав, пока она исчезнет из виду, Фейтан последовал в том же направлении.
— Финкс, — обратился к Магкаву босс, — Кто эта леди и почему Фейтана как током прошибло, когда они подошли? Это не из-за Золдика или Мороу.
— Понимаете, босс,...как бы Вам сказать...,— блондин почесал затылок.
— Фейтан влюблен в эту девушку, — ответил за него Шалнарк.
— Что? — не поверил черноволосый, — Фейтан? Влюблен?
— Долгая история, босс! — замахал руками Магкав, — Расскажу позже! Я пойду за ними, мало ли чего. Как только Ева закончит смотреть на картину, мы с Фейтаном приступим к заданию.
— Стой! — схватил его за рукав Шалнарк, — Я свою работу выполнил, так что иду с тобой! Ты хоть обратил внимание на то, как изменилась её аура?
— Ясен хрен, обратил! Как можно было не обратить?
— Чему вы так удивлены? — непонимающе спросил Куроро.
— Тому, что буквально около недели назад её аура была в сотни раз слабее и она не владела нэн, босс, — объяснил зеленоглазый.
— Быстрее, они там и поубивать друг друга могут! — после этих слов Финкса парни спешно ретировались, оставив босса наедине со своими мыслями.
К тому времени, как они добежали до выставочного зала, вся охрана возле него была уже перебита.
***
Ева обернулась на тихий хлопок тяжелой двери. Фейтан, медленно двигающийся в её сторону, ожидал чего угодно: игнорирования, хлесткой пощечины, слез, того, что она убежит или накричит на него, но вместо этого произошло то, чего он меньше всего ждал и больше всего боялся.
— Здравствуйте, — сухо бросила она, тут же развернувшись к картине.
— Ты что здесь делаешь? — нахмурился он, подойдя к ней чуть ли не в плотную.
— Рассматриваю картину, не видите? — старалась отвечать максимально равнодушно Ева.
— Прекрати! — он порывисто схватил её за запястье и резко развернул на себя, — Ты прекрасно поняла, о чем я.
— Вас это волновать не должно, — блондинка отдернула руку.
Подчеркнутое обращение на «Вы», раньше забавлявшее его, неприятно резануло слух. Сейчас оно было вызвано не тем, что девушка его опасалась, а тем, что хотела отгородиться от него. В груди неприятно кольнуло.
— Не обращайся ко мне так.
Девушка окинула его возмущенным взглядом.
— Извините, не могу.
С минуту они оба молчали. Она не хотела ничего говорить. Он попросту не знал, что сказать.
— Кхм, волосы Золдика...твоих рук дело? — вдруг почему-то поинтересовался Фейтан.
— Моих.
— Ясно, — грубо ответил Портор, — У тебя что-то было с ним? Или с Мороу?
— Чего? — Ева нервно рассмеялась, а затем, разозлившись, почти сорвалась на крик, — Да как Вы смеете?!..
— Я видел, — перебил он, — Видел, как ты обнималась с Хисокой.
— И?
— Ничего. Я говорил, что он мне не нравится.
— Замечательно! — парировала девушка, — Только вот, знаете, что? Именно он был рядом, когда мне было хреново от того, что один парень исчез из моей жизни, не сказав ни слова. Именно он поддерживал меня и не позволил погрязнуть в унынии..
— Просто ответь на вопрос.
Она шумно выдохнула. Ее бесило, что, после всего, что произошло, это было всем, что интересовало Фейтана. Она почему-то очень хотела соврать ему, сделав этим если не больно, то, хотя бы, неприятно.
— Знаете, что?.. — она посмотрела в его лицо и тут же передумала. Он выглядел взволнованным, смущенным и...уязвленным? — Нет. Ничего. Ничего не было.
Ей показалось, что он облегченно выдохнул.
— Я пойду, — тихо проговорила она, — Можете приступать к своему заданию.
Его цепкая ладонь обхватила её руку.
— Нет.
— Что «нет»? Пустите, — она безуспешно дернулась.
Он закатил глаза, вынул из кармана тонкую нить и молниеносно стянул оба её запястья.
— Прекрасно. Детский сад какой-то, — она попыталась сжечь нить, — Что? Почему не..
— Нэн-нить. Попросил у Мачи, — констатировал он, — Сжечь не выйдет, можно только выпутаться, если знать, как.
«Что ещё за, черт подери, Мачи?» — ревниво подумала Ева, но не озвучила. Вместо этого, напустив на себя самый безразличный из всех безразличных видов, с заведенными за спину руками, она прошагала через весь зал и, закинув ногу на ногу, уселась в кресло, облокотившись на спинку.
— Послушайте...Фейтан, — глядя в расписной потолок, медленно заговорила девушка, — Я не понимаю, чего Вы от меня хотите. Меня это злит.
— Именно поэтому нам и стоит поговорить, нет? — сердито заметил он.
— Поговорить? — из её рта вырвался горький смешок, — Когда я хотела поговорить, Вы закрылись от меня. Я звонила по сотне раз в день..
— Я не мог.
— Почему? — она вдруг резко подняла голову и переплела их взгляды, — Почему, Фейтан?
Он виновато молчал. Как бы старательно он ни пытался выглядеть серьезным, напористым—тем, кто контролирует ситуацию и держит все в своих руках, на деле он казался нашкодившим ребенком, которому запретили есть сладости, а он все равно стащил конфету и стыдливо спрятал её за щекой, боясь, что его раскроют.
— Я..., — начал было он, но передумал, — ... Не могу сказать.
— Так я и думала, — едко усмехнувшись, она дернула руками, попытавшись выпутаться из нитей.
Все её существо балансировало на грани любовь-ненависть по отношению к нему. Хотелось, разрыдавшись, упасть в его объятья. И оттолкнуть, со всей силы ударив перед этим кулаком по его крепкой груди. Просыпаться и видеть каждый день перед собой его лицо. Никогда больше не встречаться с ним.
Ева запрокинула голову вверх, загоняя обратно в слезные каналы готовые вот-вот выступить соленые капли. Резко опустив голову и прикрыв глаза, она тихо проронила:
— Фейтан, я хочу уйти. Развяжите меня, — она встала и развернулась спиной к нему. Как только его ловкие руки в считанные секунды разобрались с веревкой, она, не оборачиваясь, покинула выставочный зал.
Фейтан перевел грустный взгляд на героев полотна, за которым они пришли. Ему стало завидно.
Его мысли прервали влетевшие в помещение блондины, безуспешно пытавшиеся подслушать до этого за дверью:
— Ну что? — чуть ли не прокричал Рьюсей.
— Как все прошло? — сбивчиво протараторил Финкс, — А..Фей, где вся охрана?
— Она ушла, — безжизненно проронил Портор, — Охрану я перебил, можно делать копию и уходить.