Пепел белых крыльев

Приятная прохлада на улице, не успокаивает, а наоборот разжигает гнев. Меня очень привлекает его жалкое состояние, его жизнь в моих руках, это очень забавно.

— Я выполняю свои обещания, Бенни.— проговариваю это ледяным, уверенным тоном. Почему-то эти слова не избавляют его от уверенности, не вижу дрожащих рук и испуганного взгляда. На долго ли это?

Я не стану лишать жизни прилюдно, просто посажу в багажник и увезу в лес. Там он и лишится жизни. Я же предупреждал.

— Мы под камерами, имей ввиду.— он нарочито улыбнулся. — Не знаю кем ты ей приходишься, но тебе явно не нравится, то, что её тянет ко мне. — констатирует факты придурок Бенни. Он расслаблен, даже слишком, словно я нахожусь на цепи и не смогу напасть, поэтому дразнит. Но я смогу. Меня останавливают далеко не камеры и не люди, а Офелия, которая может увидеть моё хладнокровное обращение с её милым дружком. — Знаешь, а я не требую от неё большой любви, не смогу ответить взаимностью. Офелия пустышка, не заслуживает моей любви, слишком простая.

Улыбаюсь от бреда, который он несет. Бенджамин не знаком с ней? Просто та Офелия, которую я знаю, нельзя назвать слишком простой.

Мой собеседник задумчиво хмыкает, планируя продолжить свою речь.

— Я просто трахну, назло тебе. — эти слова наполнены ядом.

— Сомневаюсь, что она тебе даст.— тут же отвечаю, с железной уверенностью в правоте собственных слов.

— Не сомневайся, в её сладком ротике уже побывал мой член. — смеюсь, ситуация кажется мне ужасно бредовой. Ну нет, я не должен верить ему.

— Ты ведь врешь.— утверждаю я, надеясь внушить это самому себе.
Он врет.
Специально хочет вывести меня.
Не получится.
Нет. Получится. Не могу держать себя в руках. Ударяю кулаком по лицу, он сплевывает кровь и улыбается кровавой улыбкой.

— Задело тебя? Знаешь, это того стоило, она так приятно посасывала его.— продолжает он. Кровь внутри меня закипела.

Прикончу здесь и прямо сейчас.
После первого удара я лишь вошел во вкус.

Дверь распахивается, обращая на себя моё внимание. Я наконец перестал его бить. Эта дверь словно помогла прийти в себя, вытащила меня из ярой агрессии.

Офелия испуганно бросается к тому засранцу, который уже лежал на асфальте и болезненно неразборчиво что-то говорил.

— Офелия, не вмешивайся, не хочу, чтобы этот псих ударил тебя тоже.— мычит он, держась за места удара.

— Бен, идем, пожалуйста.— блондинка вся трясется, она помогает подняться своему дружку. Хотя быть у ног - это единственное место, которое он заслужил.

Перед выходом она бросает на меня короткий взгляд. В нем так и читается осуждение.
Я не виноват. Он заслужил.

Они уходят, а я рассержено ударяю кулаком дурацкую кирпичную стену. Чувствуя жгучую резкую боль.

Как же лицемерно. Сперва этот придурок пообещал ее просто трахнуть, а потом с невинными овечьими глазами пошел с ней. А Офелия ему поверила. Как же больно видеть, как этот мудак обманывает мою наивную девочку. Офелия не легкодоступная, он соврал. Я знаю, что быть того не могло, но в горле все равно образовался ком. Меня душат эти чертовы мысли.

Совсем нет желания следить за ней дальше. Слева колит, она так просто поверила ему. Я не стал оправдываться, она не поверит ни единому моему слову, хотя я никогда ей не лгал. Чувствую сильное желание убить этого поганца. После этого Офелия ещё больше возненавидит меня, но плевать, пусть ненавидит, главное, что будет в безопасности.

Остаюсь стоять там, выжидая минуты до конца ее рабочего дня. Я в любом случае доведу её до дома.

Офелия Уинслоу

Меня всю трясет, словно я сейчас стою на лютом морозе. Стараюсь успокоиться.
Элиан снова появился в моей жизни.
Он избил этого мужчину и Бенджамина. Если первый получил по заслугам, то второй просто попал под горячую руку. Я не должна была его просить выгнать Элиана.
А что было бы, если я не вышла? Он бы убил.
С такой ненавистью и жестокостью он наносил по нему удары. Элиан монстр, самый ужасный человек на всем белом свете.

Бен садится на стул, стоять ему слишком тяжело после таких ударов. Я очень виню себя за то, что позволила этому случится. Эмма принесла аптечку, я осторожно обрабатываю ему разбитую кровоточащую губу.

— А кто он вообще? Бывший?— задает вопрос Бенни.
Не хочу отвечать. Ему не нужно знать о том, что было. Моё прошлое никого из моих новых знакомых не касается, это моё прошлое и я в праве умалчивать о нем. Сейчас я стараюсь начать новую жизнь, мне даже казалось, что начала, пока вновь не встретила эти ледяные серые глаза.

— Давай не будем об этом? — предлагаю я, закрывая тему.

— Офелия, тебе кто-нибудь говорил, что твоя внешность ангельская? — сердце сжимается. Парень хотел просто сделать комплимент, но это получилось мягко сказать неудачно.
Знал бы Бенджамин, кто именно это говорил, точно бы не стал задавать такой вопрос.
Ангелом меня называл только Элиан. Слышать от кого-то другого, как-то непривычно, словно он не в праве называть меня так. Это закреплено к Элиану и только к нему посмертно.

— Правда?— натягиваю на лицо лживую вежливую улыбку, мечтая, чтоб он наконец заткнулся и позволил выбросить из головы чертовски привлекательного убийцу моей жизни.

— Тебе не страшно ходить по улицам одной? Давай сегодня я провожу тебя?

— Давай.— на самом деле я благодарна ему за это. Пусть проводит до дома, не хочу снова бояться идти по той темной дороге.

***

Мы идем по этой темной аллее. Наслаждаюсь свежим воздухом и пустотой вокруг. Тревога все равно поселяется в меня, не чувствую рядом с ним защиту, я все равно под угрозой.

— Как насчет встретиться завтра?

Я задумалась.
Он хороший, правда, очень хороший. Но мне сейчас не до отношений, у меня и без этого много проблем.
Это же просто прогулка?
Надеюсь. Не хочу давать пустые надежды и разбивать кому-то сердце, ведь он явно влюблен в меня, раз вечно крутится рядом.

— Ну можно.

Мы прощаемся, обнимаю его, надеясь, что он несильно пострадал от рук Элиана.

Захожу домой, щелкаю включателем. Свет загорается. Мою руки и иду на кухню, открываю окно и зажигаю сигарету.
Окно вытягивает этот едкий триггерный дым, но я все равно поддаюсь мыслям о нем. О его прощальном поцелуе, пред тем, как он вручил мне связку ключей. Поцелуй был со вкусом сигарет. Точно такой же вкус, какой я чувствую сейчас.

Элиан Эверли

Он проводил ее. Но этой ночью идя по темным дорогам Офелия полностью защищена, также как и всегда, а вот он... его защита под сомнением. Его жизнь под угрозой.

На моей голове капюшон, я стою за углом так, что меня совсем не видно. Хрущу пальцами, чувствуя легкость от издаваемого звука.

— Бенни, ты ещё не свободен, у тебя есть одно важное дело. — спокойно выхожу из мрака сразу после того, как девчонка скрылась за дверью.
Сейчас его лицо наконец начало изображать ужас. Он знает, перед ним его смерть, только вот вместо косы у меня пистолет, немного обновленное, более современное оружие по забиранию чужих душ. Хотя, я сомневаюсь, что она у него есть.

— Черт!— выругался он,— Чувак, ты псих.

Ничего не отвечаю, не считаю нужным спорить и яро опровергать его слова. Мне плевать, что думает он обо мне.

Вытаскиваю пистолет и направляю на него.

— Пойдешь со мной.— приказываю, но он, судя по всему парнишка не планирует идти за мной

— А какой смысл? Ты в любом случае убьешь меня.— он прав.

— Ты серьезно настолько наивен? — удивленно изгибаю брови.— Я уведу тебя от сюда в любом случае, от тебя зависит в сознании ты будешь или нет. — снимаю предохранитель с пистолета, обозначая ему, что выстрел скоро будет неизбежным.—Так что советую подчиняться моим указаниям.— так и случилось. Открываю багажник своего автомобиля, указываю жестом, чтоб он залез в него. Парень послушно сделал, как нужно. Подчиняться мне - это самый верный путь, жаль, что осознал он это уже находясь под прицелом.

Сажусь за руль. Еду достаточно быстро, чтоб скорее доехать до леса. Это моё осознанное решение, я не в сердцах решил лишить его жизни, я долго думал, взвешивал за и против. Оказалось так, что «против» не оказалось ни одного пункта.

Густой лес манит своей тьмой, он точно прячет много чьих-то тайн, так что мою тоже будет не против спрятать. Заросшая грунтовая тропинка ведет в глубь, кто-то ездил сюда очень давно, новых следов нет. Неровности дороги заставляют сбавить скорость и буквально ползти.

Здесь так некомфортно, словно я в фильме ужасов и вот вот откуда-нибудь выбежит какой-нибудь монстр из кустов.

Повсюду видны деревья и огромные муравейники. Ни единого человеческого следа, все как задумала природа.

Останавливаюсь. На этом месте будет удобно развернуться, к тому же мы уже достаточно глубоко в лесу.

Открываю багажник, он по приказу вылезает из него, а затем бежит. Бенджамин не знает, что убежать не получится. Для него это гребаный «Пункт назначения». Стреляю ему в ногу. Громкий выстрел и он падает, не сдается, пытается ползти, цепляется пальцами за землю, но у него не получится далеко от меня уползти.

— Я предупреждал тебя, Бенджамин, не стоило строить из себя бессмертного и перечить моим указам. Здесь бунтарство не поощряется.— наблюдаю, как он ползет. Пытается выжить. Жалкий ублюдок.