Ты моя проблема

Вечер был спокойным и не предвещал неожиданностей. Как обычно в девятом часу вечера я приняла душ, надела удобную пижаму и легла в кровать, предварительно воткнув наушники в уши, принялась привычно корпеть над домашней работой.
Закончив с писаниной, я начала раздумывать посмотреть романтический фильм перед сном, или же посидеть в соцсетях, но скучным планам не суждено было осуществиться, потому что в десятом часу вечера, я получила неожиданное сообщение от незнакомого номера с очень волнующим содержанием.
«Савушкина, выходи на улицу».
Первый о ком я подумала, это Сашка, но тут же вспоминала, что сегодня он планировал помочь отцу и гулять не собирался. И сообщение какое-то. В тексте нет вариантов или предложения, есть только ощущение, что отдали короткий и четкий приказ.
«Ты кто?», – решаю ответить. Интересно все же.
«Парень».
Закатываю глаза и принимаю сидячее положение, полностью погрузившись в телефон.
Очень умно, Ярослав. В том, что это он, уже нет ни малейшего сомнения. Неужели нагулялся с друзьями и решил вытащить меня из моей крепости?
Увы, это невозможно.
Он мне написал, это немыслимо, откуда только номер мой взял, ведь его знает небольшой круг лиц. А вернее, только мои подружки.
«Это я уже поняла. Кто именно?», – улыбаюсь в ожидании, что именно он ответит.
«И много парней пишут тебе по вечерам, предлагая погулять?».
Вот же хам! Это же надо было так все вывернуть, выставив меня гулящей.
Я не отвечаю, потому что не собираюсь продолжать с ним диалог, но вдогонку мне приходит:
«Сбылась твоя самая сокровенная фантазия. Бесов у твоего дома ждёт, пока ты поднимешь свою тощую задницу и выйдешь гулять, как нормальный шестнадцатилетний подросток».
Закатываю глаза и цокаю языком.
«Какой же ты самоуверенный засранец!».
Только он так и умеет. Смутить до крайности и заставить заулыбаться так, что щеки сводит.
Да что это со мной? Становлюсь похожей на нескончаемых воздыхательниц Ярослава. Фу.
«Какой есть. Я жду тебя на улице. Никаких отговорок я не принимаю».
Не принимает он. А этот придурок хотя бы спросил мое мнение? Может, я не хочу никуда идти или слишком занята.
Ага, чтением скучной истории, по которой меня точно не спросят, потому что все забито пятерками.
Да и к тому же сегодня суббота, завтра будет еще много времени позаниматься… И вечер сегодня не такой уж и холодный.
Так, Яна, ты что уже решила, что пойдёшь? Вот так просто, по первому зову?
Во-первых это физически невозможно осуществить, а во-вторых все хорошие, послушные девушки после десяти вечера дома сидят.
Почему мысль о том, чтобы куда-нибудь сбежать с Бесовым Ярославом, с самым крутым парнем школы, кажется мне такой привлекательной?
Кажется, я немного не в себе. Трогаю ладонью щеку, ощущая, как горит моя кожа. Вот это я разволновалась!
Успокойся, – раз за разом повторяю я себе, как мантру. Я никогда не сбегала из дома и в мыслях такого никогда не было, а сейчас все, о чем я могу думать, это то, что же парень такого приготовил.
Я стараюсь собраться с мыслями, убедить себя, что мне это не нужно, что нужно его отвадить и лечь спать.
«Я не могу! Дома бабушка и папа, они ещё не спят. И вообще, никуда я с тобой идти не хочу!».
Ага, как же, не хочу. Уже поднялась с кровати и затопала по комнате из стороны в сторону. Сердечный ритм участился, ладони вспотели, явный признак эмоционального возбуждения.
«Тогда я постучу в ворота и попрошу твоего отца отпустить тебя на полтора часа. Поверь, я могу быть убедительным».
Фыркаю. В этом я тоже не сомневаюсь. Вот же самоуверенный индюк! А ведь возьмёт же и постучит и с отцом поговорит. А папа может отпустить, он у меня добрый, особенно если еще я попрошу, но вот бабушка с меня потом три шкуры сдерет.
От этого предположения холодок проносится по позвоночнику. И Ярославу она потом спокойной учебы не даст, замучает так же, как и Рудакова.
В итоге я останусь виноватой.
Я прекрасно знаю ее, она умеет вывернуть все наизнанку, представить все так, что она жертва, а я неуправляемый, непослушный подросток.
Немного остыв, сажусь обратно на кровать. Я не могу так поступить, поэтому печатаю быстро ответ.
«Я не смогу выйти. Никак, бабушка сидит в зале за телевизором, мимо не пройти».
Смотреть она его будет до полуночи, поэтому ждать, пока она ляжет спать, бессмысленно.
Блин, вот зачем он пришел? Я никогда не гуляла ночами, тем более с парнем, ну то есть не парнем вовсе, а с другом.
Я и Ярослав – друзья, смешно звучит. Ежу понятно, что Ярослав, что-то задумал.
Все это выглядит неправильно, но меня это крайне впечатляет.
«Глупышка ты, Савушкина, окно для чего? У вас одноэтажный дом, сними сетку и вылези через него, ее спрячь где-нибудь. Потом залезешь обратно».
Окно, как же я могла о нем не подумать… но есть ещё одна проблема.
«Ты такой умник, а забор? Папа закрыл ворота на ключ».
«Найди какой-нибудь выступ, а на другой стороне я тебя спущу. Все, я буду ждать тебя через пятнадцать минут, не выйдешь сама, я буду стучать и отпрашивать тебя».
Я сижу не двигаясь, быстро все обдумываю. И когда мой разум снова начинают одолевать сомнения приходит ещё одно сообщение.
«Яна, если ты ещё ломаешься, то знай, я представлюсь твоим парнем».
По рукам пробегают мелкие мурашки.
О, нет! Что он такое пишет. Этого я точно допустить не могу. Какой ещё парень? Он же шутит, издевается! Настучать бы ему по голове за такие шуточки.
Я подбегаю к шкафу с вещами, долго в нем копаюсь, жутко нервничаю, когда понимаю, что ничего приличного не нахожу, поэтому скидываю идеально уложенные вещи на пол, чтобы хоть как-то понимать что можно выбрать.
Под руку совсем случайно попадает Ленкина темно-коричневая кожаная юбка, которую она оставила у меня ещё летом. Руки сами вцепляются в приятную ткань. Я на нее давно посматриваю, потому что она очень красивая, короткая правда, но это не критично.
Прикусываю губы, думая о том, а что если надеть тонкий ремень, то она не будет на мне свисать.
Совесть не позволяет взять чужое без спросу, поэтому я пишу подруге сообщение о том, могу ли я ее одолжить. Ответ приходит мгновенно, она пишет, что я могу ее забрать себе навсегда, хоть и надела она ее всего раз и ей она не понравилась, но потребовала обязательно рассказать зачем она мне понадобилась.
Соглашаюсь на это условие, натянув на себя черные колготки, я надеваю юбку, так же нахожу нужный ремень. Наверх надеваю чёрную рубашку, застегивая пуговицы под горло. С обувью дела обстоят куда хуже, ведь сапожки находятся у входной двери, поэтому приходится отыскать старые кеды.
С верхом тоже проблема. Черт! У меня в гардеробе ничего нет. Только тоненькая накидка, а на улице сейчас не больше пятнадцати градусов.
Смотрю на время, у меня осталось две минуты, поэтому, недолго думая, делаю так, как посоветовал Ярослав, снимаю сетку с окна и прячу ее за шкаф, вылезаю в окно, попадая на задний двор.
Брр… Очень холодно, пробирает до костей, зубы сразу начинают стучать.
Нет, так дело не пойдёт, сейчас же скажу Ярославу, что никуда не пойду, болеть совершенно не хочется, хотя так можно застудить себе что-нибудь и лечь в больницу.
Оказывается, я такая безрассудная, просто ужас.
Нужно найти выступ. Я тихо перемещаюсь по двору, заглядывая в окна, чтобы меня никто не заметил. Иду к собачьей будке, в которой давно никто не обитает и залезаю на нее, будка высокая, поэтому забор мне теперь достают только до живота. Оглядываюсь в поисках зачинщика.
– Ярослав, я тут, – тихо шепчу я, видя за деревом тёмную фигуру.
Парень светит фонариком на телефоне, подходя ближе. Быстро прохожусь по нему взглядом. На нем чёрные, рваные на коленях, джинсы, модная майка с черепом и кожаная куртка, которая кажется очень тёплой.
– Я уже хотел стучать, – тоже тихо говорит он. Подходит к забору вплотную и тянет ко мне свои загребущие ручонки. – Давай, опирайся на мои плечи…
Прикусываю губы, нервно постукивая пальцами по забору. Оглядываюсь назад, с этого места меня будет хорошо видно, если кто-нибудь решит выглянуть из-за штор, или же зайти на кухню.
– Не могу я, Бесов. У меня нет куртки, и я замерзну, так что давай не сегодня.
Да и вообще никогда. Вот почему когда я почти сбежала, меня охватывает страх, я боюсь представить что мне будет за то, что я ушла не отпросившись. Бабушка точно будет орать и злиться, но я волнуюсь из-за отца, вдруг он перепугается.
Даже в темноте я вижу, как Ярослав недовольно хмурится, скорее всего понял, что я сливаюсь.
– Не бойся, я не дам тебе замерзнуть, – говорит он полушепотом, а у меня подгибаются коленки и я чуть не падаю с будки.
Это все сопровождается шумом и я замираю в ужасе. Либо оставаться так, либо кинуться в объятия Ярослава.
Все, деваться некуда.
Ну, если не даст замерзнуть, значит даст свою куртку, как настоящий джентльмен.
Как он и говорил, упираюсь руками о его плечи, а вернее вцепляюсь в них мертвой хваткой, чувствуя как его руки берут меня за талию и тянут на себя. Вскоре я оказываюсь полностью в его руках, одной рукой он держит меня за талию, другой подхватывает под ноги. Я стараюсь не пищать, но из меня все же вырывается удивлённый вздох.
Ставить меня на землю парень почему-то не спешит. Стоит и улыбаться так, словно задумал что-то очень интересное, то, что может мне не понравится.
А я, дурочка, уже на все согласилась. Это надо же было сбежать с этим мажором!
– Ты меня отпустишь? – хриплю я, обнимая его за плечи.
Неосознанно втягиваю в легкие воздух, получая удовольствие от неповторимого запаха его тела и одеколона. Чувствую, как сердце готово сломать рёбра, щеки неистово горят, я опускаю взгляд на его губы и смущаюсь в три раза сильнее. Перед глазами застывает тот поцелуй, произошедший больше месяца назад.
– Ты же замёрзнешь, – как ни в чем не бывало отвечает он и вместе со мной идет дальше от дома.
Меня охватывает паника вперемешку с щекочущим внутренности волнением, а когда я вижу у дороги темно-бордовую, явно не дешевую машину, паника начинает стремительно расти.
Мы, вернее Ярослав подходит к этой спортивной красотке, а мой рот открывается в изумлении.
– Мы что… – сглатываю вязкую слюну и смотрю на довольного собой парня, – поедем на ней?
– Нравится? – хмыкает Ярослав мне в макушку, немного расшевелив волосы.
Это мягко сказано, у меня от такой красоты прямо дыхание перехватило, сразу появляется желание потрогать и оказаться внутри.
– Никогда не видела таких машин, страшно представить, сколько такая может стоить… – отвечаю с придыханием. Я знала, что семья Бесова неприлично богата, но чтобы настолько, даже представить не могла. Я такие видела только на картинках в интернете и марка мне тоже незнакома. – Я вообще-то думала, что мы пойдём пешком, или поедем на твоём мотоцикле.
Лучше так, чем выделяться среди остальных, хотя машина затонирована, никто разглядеть меня не сможет, но у меня появляется неприятное чувство.
Я не должна быть здесь, с Ярославом, сейчас я в полной мере осознаю, что мы из разных миров, тех, которые никогда не сталкиваются. Я не какая-то принцесса и даже не красотка, чтобы претендовать на этого парня.
– Холодно на нем кататься, сегодня мы будем в тепле.
Ярослав все же ставит меня на землю и нажимает на кнопку на брелке, чтобы открыть машину. Как джентльмен открывает и придерживает дверь. И тут я понимаю, что он сам сядет за руль, без водителя Алексея.
Ему всего семнадцать, а он собрался разъезжать по городу на машине.
– У тебя же нет прав! – возмущаюсь я, желая отказаться от такой безрассудной идеи.
– Но водить же я умею, – недовольно цокает он, смотря на меня, как на недалёкую дурочку. – Не переживай, я не буду сильно гонять, чтобы ты не испугалась.
Это как-то слабо успокаивает.
– Бесов, ты сумасшедший, – сообщаю ему о своих выводах. – Твои родители знают, что ты берёшь их машину?
Ярослав продолжает держать дверь и чуть подталкивает меня, чтобы я оказалась в салоне тёплого автомобиля.
Ну, что же делать нечего, как говорится, гулять так гулять. Нужно было вообще проигнорировать его сообщение, сама виновата, что оказалась в такой ситуации.
Ну, Яр, удивил.
– Конечно же, они знают, – с легкостью отвечает он, наклоняясь ко мне. – Давай я тебя пристегну, чтобы ты меньше переживала.
Рука Ярослава касается моей и меня словно током прошибает, потому что его прикосновения нежные, дразнящие, он специально меня задевает, и делает вид, что это все случайность. Он наклонился так низко, что я чувствую запах его шампуня, он приятный и освежающий.
– С-спасибо, – заикаюсь я, когда дело было сделано.
Бесов быстро закрывает пассажирскую дверь и вскоре оказывается за рулём. Я стараюсь не пялиться, но у меня это не получается, потому что он слишком гармонично смотрится в этой шикарной машине. Идеально держит руль, мягко трогается, разворачивается и выезжает на дорогу.
В моём животе завязывается узел, внутренности скручивает от эмоций, парень едет не быстро, не нарушает правил, но я не могу сдержать улыбки, я нахожусь словно во сне.
Невозможно поверить, что я нахожусь с самым привлекательным парнем нашей школы, мы едем по ночному городу, играет попсовая музыка, сейчас все проблемы кажутся незначительными, чувство свободы охватывает все тело. Даже пальчики ног сводит небольшой приятной судорогой.
Ярослав открывает окно, чтобы закурить, и не обращает внимания на мой осуждающий взгляд. Я открываю своё, чтобы не провонять этой гадостью.
Порыв ветра треплет волосы, парень прибавляет скорость и я пальцами вцепляюсь в сиденье. Цифры на спидометре за секунды переваливают за сотню, музыка становится громче, и я хватаю Бесова за плечо, чтобы он понял, что мне страшно.
– Куда ты меня везёшь? – нахожу, где сделать музыку потише, и решаю занять мажора разговором.
– Ты такая любопытная, Савушкина, – смеется непринуждённо он, поворачивая ко мне голову. – Ну, не хмурься. В вашем захолустье особо некуда сходить, вот если бы мы были в моем городе, то я бы тебе многое показал.
Если бы. Вряд ли бы мы познакомились, если бы ни та нелепая случайность в столовой.
Я думаю, что там, где он живет, у него куча поклонниц, которые куда красивее, чем девочки из нашей школы, я уверена – у него там просто огромный выбор.
А может… А вдруг у него там уже есть девушка? Такой парень не может быть один, это невозможно.
Эта мысль заставляет меня напрячься, даже чуть заревновать, что очень меня удивляет и расстраивает.
Мы не пара, у нас не свидание, в конце концов, у него есть Куликова. Это нужно держать в голове постоянно.
Просто эмоции затмили разум.
– Почему ты не остался у себя в городе? – неожиданно спрашиваю я, ловя его удивленный взгляд. – Никита мне рассказал, что вы приехали только с мамой, а папа остался дома.
Для меня это непонятно, как так получилось, что мама его здесь, а отец живет в другом городе.
С детства я помню, что мои родители почти не расставались, они даже работали вместе. Для меня семья – это единый, целостный механизм, члены семьи всегда должна быть вместе.
– Из-за него, я не хотел, чтобы брат остался один, он, как ты заметила, особенный мальчик, – тон голоса Яра становится более серьёзным, он тяжело сглатывает. – У него аутизм.
Оу. Понятно. Я читала о таком. Но я бы не сказала, что Никита не такой, как многие, ничего критичного я не увидела. Он привык к своей группе по танцам и уже со многими общается.
– Это на самом деле не очень заметно, я думала он просто стеснительный и зажатый.
А ещё у него бывает, что он может уйти подальше ото всех и сидеть там в одиночестве. От понимания, что мальчик особенный, мне становится грустно, я бы хотела, чтобы все детки были здоровы и счастливы.
– Не загружайся, ок? – вырывает из мыслей Ярослав и я моргаю пару раз, чтобы прийти в себя. – Мы, кстати, приехали.
Когда он заворачивает на стоянку, я сразу понимаю, куда парень меня привёз и что мы будем делать. На моих губах появляется лёгкая улыбка.
Бесов оплачивает два билета и заезжает на стоянку, где сегодня не очень много машин. На стене висит огромное, белое полотно, на котором скоро запустят фильм.
Я давно просила папу свозить меня сюда, но из-за того, что фильмы включают только ночью, а отец обычно уставший, то у нас никак не получилось выбраться.
Когда парень паркуется, он наклоняется назад и достает с заднего сиденья небольшой пакет, с названием одного из кафе. Мне на колени приземляется контейнер с едой, судя по виду, это паста.
– Зачем? – как дура, спрашиваю я.
Так же Ярослав достает оттуда пирожные и две бутылки газировки, ставит все это на импровизированный стол на подлокотнике.
– Ешь давай, нам сидеть тут полтора часа, – как обычно в приказном тоне.
Когда я с ним, я чувствую себя маленьким ребёнком, наивным, глупеньким, таким, за которым нужен уход. У Ярослава явно развито чувство опеки, может это связано с его младшим братом. Не могу понять нравиться мне это или я ощущаю протест.
Хотя это когда как, иногда мне так и хочется ему возразить, но сейчас я молча открываю крышку, беру вилку и наматываю спагетти, пахнет просто восхитительно, на вкус божественно. И я только сейчас вспоминаю, что не ужинала и безумно проголодалась.
– Это вкусно, но ты мог бы не утруждаться, – жму я плечами. – Я не маленькая девочка и могу позаботиться о себе сама.
Не хочу быть обязанной и к тому же есть сомнения по поводу того, что он может обманывать меня, может быть, он хочет, чтобы я начала бегать за ним, как он и говорил. Возможно, это все именно для этого и делается.
Я не хочу оставаться с разбитым сердцем, ведь этот парень уже вызывает у меня различные эмоции.
– Тебе нужно больше калорий, ты слишком худая, кожа да кости. Тебя дома голодом морят, что ли?
Фыркаю, продолжая уплетать пасту. Это настолько восхитительно, что слюнки текут, не могу остановиться.
Я так накинулась на еду, что надеюсь, он не подумал, что я какая-то деревенщина и еды нормальной не видела.
– А ты разве не будешь? – спрашиваю, кидая на него быстрый взгляд.
– Я уже поел, – отвечает он задумчиво, наблюдая за мной с непонятным для меня интересом. – Мне нравится, как ты ешь. Нравится тебя кормить.
На последнем его предложением я давлюсь.
Ну и странный этот Бесов. Как кому-то может нравиться смотреть, как кто-то принимает пищу, это вполне себе обычный процесс.
– Ты был с друзьями, да? – меняю тему, стараясь не обращать внимание на необычный комплимент по поводу того, как я ем. Эти богатые очень странные. – Ты же говорил, что пойдёшь с ними… И с Куликовой.
Я волнуюсь под его пристальным взглядом и поэтому несу всякую чушь.
– Куликова – не та, о ком я сейчас хочу говорить, – отвечает он более грубым тоном и я прикусываю язык, понимая, что это закрытая тема.
Надеюсь, он понимает, как нехорошо поступает с ней, находясь рядом с другой, пусть и подругой.
Когда через динамики автомобиля я слышу, как начинается сеанс, то кидаю на Ярослава удивлённый взгляд.
– Фильм ужасов?
Я видела трейлер, знаю, что в нем будет кровавая резня. И как теперь кушать? Надеюсь, все съеденное не попросится наружу по мере просмотра данного произведения.
– Прости, я не смотрел расписание сеансов, – парень даже бровью не повел.
А после и вовсе уставляется в телефон и не отлипает от экрана, пока я доедаю пасту, а когда принимаюсь за пирожное, то он и вовсе решает позвонить другу, их разговор длится минут двадцать.
Закончив разговаривать с приятелем, откладывает телефон и смотрит на меня очень странно. Пугающе. В горле резко пересохло.
– Что?
– Если ты закончила, можем переместиться назад, – его губ касается наглая ухмылка. – Там удобнее… Кхм… Смотреть фильм.
От его слов, меня бросает в холодный пот. Это он намекнул на… Боже, нет!
– Я… – язык прилипает к небу, я хватаюсь за ручку автомобиля и крепко ее сжимаю.
– Ты такая смешная, Савушкина, – закатывает он глаза и улыбается уже более расслабленно.
Вот же ненормальный! За такие шуточки можно и по наглой моське получить.
Весь сеанс я сижу почти не двигаясь, улавливаю каждое движение парня, при этом подмечаю, что ему достаточно скучно, он ерзает на сиденье, постукивает пальцами по рулю и поглядывает на меня.
Кажется, в его планы не входил фильм, но если он правда рассчитывает на что-то непристойное, то фиг ему, пускай Ира выполняет всякого рода желания.
– Спасибо, теперь мне будет сложно заснуть ночью, – хмурюсь я, когда ужастик заканчивается.
Полтора часа кровавого месива, чувствую себя очень храброй из-за того, что смогла досмотреть до конца.
– Я бы могу предложить поехать ко мне, чтобы помочь тебе заснуть, но ты же откажешь, – снова кидает двусмысленные намеки.
На экране заканчиваются титры, машины начинают разъезжаться, но Бесов не спешит трогаться с места. Сидит, чего-то ждёт. Потягивается так, что его рука неожиданно оказывается за моей головой, а потом он берет меня за плечи и наклоняется, чтобы поцеловать.
Я реагирую мгновенно, словно была к готова к чему-то подобному, но вместо поцелуя, его губы проходятся по моей щеке и шее.
– Яр… Ты чего?
Упираюсь руками в его грудь. Смотрю в его глаза, которые необычно горят, по его виду понимаю, что он заинтересован, заведён, и хочет осуществить задуманное, получить удовольствие.
– Януль, ты же понимаешь, что я не просто так тебя позвал, – цокает он языком и хитро, как лис, улыбается.
Моргаю, пытаясь понять, что мне следует предпринять. Есть два выхода, первый: драться, но с таким гигантом я не справлюсь, второй: бежать, вот это мне больше подходит.
Я тянусь к дверной ручке и… Она не поддается!
– Я хочу уйти, открой дверь… – хриплю я, при этом смотрю на него, как, наверное, кролик смотрит на питона перед тем, как на него накинутся.
– Ты чего, Савушкина, я же прикалываюсь над тобой! Куда ты собралась, думала, что я буду тебя насиловать? – с долей обиды возмущается он, убирая от меня свои грязные ручонки. – Просто могла бы поблагодарить поцелуем за сюрприз и приятно проведенный вечер. Я, знаешь ли, мало кого балую своим вниманием.
– Ты меня пугаешь. Мы же договорились, что мы друзья, а теперь ведёшь себя, как маньяк!
Я срываю голос. Складываю руки на груди, делаю вид, что обиделась на него. А ему пофиг вовсе, он просто трогается с места и с непринуждённым видом выезжает со стоянки.
Поражаюсь его мгновенной смене настроения.
– Ты думаешь, друзья не… – следом, когда он смотрит в зеркало заднего вида, идёт отборный мат, от которого уши могут свернуться в трубочки. – Пасли что ли нас?
Я поворачиваю голову и у меня в который раз на сегодняшний вечер сердце бахает вниз.
Полиция!
Машина с мигалками едет за нами и требует остановиться. А у Бесова нет прав, а значит сейчас, вызовут эвакуатор и оформят его, а меня загребут вместе с ним! Позвонят отцу, а у нас город маленький, все всё узнают моментально.
Меня поставят на учёт!
Когда Ярослав останавливает машину и выходит к полицейскому я не могу сдержать всхлипов.
Все, мне конец. Меня начинает трясти, я уже сама думаю позвонить папе, но Ярослав возвращается и со спокойным видом трогается и едет дальше.
Я, конечно, сразу понимаю, что либо он договорился сам, либо кому-нибудь позвонил и его отпустили, но я такое видела только в кино!
Неужели мажорам и правда закон не писан? Почему полицейские не выполнили свой долг и не вызвали хотя бы его маму, чтобы она села за руль и надавала тумаков своему отпрыску.
Я даже не задаю ему этих вопросов. Мы просто едем обратно в мой район, пока он недовольно бурчит о том, какие фиговые тут дороги.
Я прошу его остановить машину подальше, ведь у соседей есть глаза и имеется длинный язык.
Парень выполняет мою просьбу и я, кинув быстрое «пока», выхожу из машины. Только сзади слышу тяжелые шаги, оборачиваюсь и вижу его, он естественно пошел следом, наверное, все думает, что на меня кто-нибудь нападет.
– Я помогу тебе попасть во двор, – словно прочитав мои мысли, говорит он.
Перед тем как позволить ему себя поднять, решаю обрубить все на будущее.
– Я не хочу больше сбегать из дома, это слишком опасно, – говорю настолько серьезно, что сама удивляюсь своему тону.
Яр снова ухмыляется, словно я сказала что-то совершенно для него незначащее.
– Говорить мне, что мы друзья, а потом надевать такую юбку – вот что опасно, – отвечает дразнящей интонацией.
Мои щёки краснеют, это я понимаю по тому, как они начинают яростно гореть. Ещё больше мне становится неловко, когда я снова оказываюсь в руках парня, он поднимает меня так высоко, что у меня кружится голова.
Я хватаюсь за его плечи и дёргаюсь.
– Яр! – шиплю недовольно я. – Ты можешь меня не трогать за попу?!
Его руки оказываются прямо под юбкой, шарят там, словно имеют на это полное право, хорошо, что я в колготках.
– А как ещё я тебя подниму? Ты, наверное, думаешь, что можешь меня там чем-то удивить? – посмеивается он, но делает так, что я могу перекинуть ногу через забор. – Я трогал и помягче, и побольше.
Когда я оказываюсь по другую сторону, я могу высказать все, что о нем думаю, правда делать это нужно очень тихо.
– Придурок ты, Бесов!
Мажор скалится.
– Язва тощая, – обзывается он в ответ. – Напишешь потом, спалили тебя или нет.
Киваю и слезаю с будки, но кажется, натыкаюсь на что-то острое и рву колготки.
Черт!
Держу вопль внутри и, пригнувшись, тихо крадусь на задний двор. Думаю, что делаю это незаметно.
Только я совсем не ожидала того, что папа может стоять у задней двери, которая постоянно закрыта, и курить, смотря в одну точку. С сигаретой в руке я вижу его впервые, никогда не слышала от него запаха табака. Однако сейчас это меня волнует меньше всего, ведь наши взгляды встречаются и родитель приподнимает вверх бровь и с удивлением открывает рот.
– А ты где это была? – придя немного в себя, он выкидывает окурок. – В таком виде…
Во вранье не вижу смысла, но и говорить, что я была с тем парнем, которого он не знает, язык не поворачивается.
– Прости, прости, прости! – тараторю я, сложив ладони вместе. – Это было в первый и последний раз!
Смотрю на него в течение долгой минуты, пока он обдумывает, как со мной поступить, но я же знаю своего папочку, он не будет сильно ругаться, тем более не будет наказывать, как это делает бабушка. Вот она бы уже достала дедовский, армейский ремень с огромной железной бляшкой и я бы не смогла сидеть на попе минимум дня три.
– Я сделаю вид, что ничего не видел. Но завтра нам предстоит серьезный разговор о том, какие последствия бывают, когда ты оказываешься с парнем наедине. Дочь, ты должна понимать, что далеко не все ведут себя, как джентльмены.
О, нет!
Я знаю, что именно бывает, уже немаленькая девочка. Разговаривать об этом с отцом, это меньшее, чего бы мне хотелось. Я честно сама от себя до сих пор в шоке, но повернуть время вспять не могу.
– Ну, пап!
– Пойдём, главное бабушку не разбудить, – открывает он дверь, давая мне пройти первой, закрывает ее на ключ и кладет ключ в карман.
Бабушка на удивление уже спит в своей комнате, а мы доходим до дверей в свои.
– Ты не злишься? – спрашиваю, перед тем как открыть дверь.
Отец слегка улыбается, вид у него теперь более понимающий.
– Мне тоже было шестнадцать и я тоже убегал к девчонке.
– К маме? – даже не подумав спрашиваю я, чем привожу его в замешательство.
Мама с папой были одноклассниками, сидели за одной партой одиннадцать лет! Я думала, что у него не было других девушек, но судя по его смущённому лицу, я понимаю, что знаю не все.
– С твоей мамой у нас завязалось немного позже, давай поговорим об этом потом, – он опускает взгляд и указывает рукой. – И что с ногой?
Я смотрю и вижу кровь. Теперь понятно, почему было так больно, я же все себе разодрала!
– Ободрала, когда слезала с будки…
– Не забудь обработать, – советует он.
Отец улыбается, наверно, думая, что это забавно, но потом показывает мне кулак, больше в шутку, конечно, нежели чтобы напугать и уходит в свою комнату. А я закрываюсь в своей и падаю на кровать.
Мама дорогая, что вообще произошло?! Ярослав, ночная поездка, фильм, его двусмысленные предложения, полиция! И отец, который теперь думает, что я не такая уж и тихоня. Завтра с ним поговорю, попробую объясниться, не хотелось бы, чтобы он думал обо мне плохо.
Вспоминаю, что Бесов просил сообщить ему как все прошло и я решаю отправить короткое сообщение о том, что все в порядке, ответа впрочем я не получаю ни через десять минут, ни через час. От небольшого беспокойства в груди как-то покалывает, но я решаю, что не буду дальше навязываться.
А может он уже пожалел, что связался со мной, ведь я отказалась с ним целоваться. Наверное, так и есть, он понял, что я ни на что не соглашусь и, скорее всего, перестанет со мной общаться.
Раньше я бы точно обрадовалась, а сейчас мне становится немного грустно…