"Развитие"
Смерть Мило взбудоражила народ. Те, кому портной шил одежду, естественно, были опечалены и сомневались, что смогут найти кого-то столь же достойного в своём деле. А выбор был не мал. Слухи о его гибели дошли до многих близ расположенных городов. И начинающие, но уже набирающие популярность портные, поспешили занять нишу Мило. Появилось разнообразие благодаря разным взглядам и подходам в одежде у молодых мастеров. Множество знатных дам открыли для себя новые стили, которые нравились им больше, чем было у покойного.
Филиппа не исключение. Если Мило подбирал ей что-то более классическое, то теперь, набрав разного у молодых мастеров, она пестрила оригинальностью. Вместо однотонных вещей появились юбки с градиентным затемнением или осветлением цвета, узоры. Некоторые знакомые Филиппы, правда, слишком этим увлекались и выглядели так, будто собираются на карнавал. Сама девушка всё же придерживалась сдержанности и лаконичности. Летицию это несравненно радовало. Она и так еле выдерживает миледи каждый день, а если бы она ещё и ходила одетая как попугай – точно бы сорвалась.
Паэн после произошедшего на время отдалился от Летиции. Она не настаивала, понимала, что ему многое нужно переосмыслить. Но тем не менее, в нём были заметны изменения. Его учителя в военном искусстве начали его хвалить, за успехи и неожиданную устремлённость. Лишь девушка понимала, что парень выплескивал так эмоции. Все замечали, как резко он повзрослел. Конечно, ребенком он быть не перестал, но нечто явно ёкнуло в тот вечер. Нечто, что дало ему силы и толчок к осмыслению.
Свои изменения Летиция скрывала. Теперь она играла перед всеми роль прошлой себя. Той, что не убивала людей. Девушка ощущала, как кольцо ей нашептывает, таким тихим хриповатым голосом Чумы: «Зарази… Ну давай… Бооольше». Поначалу это её раздражало. Она ощущала себя воистину слугой, исполняющей приказания. Затем Летиция перестала обращать на это внимание, привыкла. И, в конце концов, этот шепот начал её успокаивать. Он лился внутри неё: в крови, в мышцах, через суставы и кости. Она и есть этот шепот. Она и есть этот голод. Разрастающийся, желающий до ломоты в теле. Как будто убитый Мило отдал ей свои силы, и она возжелала большего. И это большее было ближе, чем ей казалось.
Кроме новой одежды, смерть Мило принесла Филиппе гораздо больше благ. Поскольку бедная любимая дочурка сэра Вальдинга была убита горем из-за потери портного и, соответственно, своей уникальности в одежде, добродушному отец поспособствовал развитию приезжих молодых мастеров. Само собой, это окупилось. Дочь была довольна, да ещё и дело пошло в ход. До этих пор никто из знати не пробовал помогать мастерам в развитии, кроме Дефенсеров, хоть это и не запрещалось. Сэр стал чем-то вроде посредника между портными и Дефенсером их территорий.
Естественно, такое действие не осталось незамеченным. Совместно с Дефенсером индустрия стала развиваться активнее. Об этом узнали в Вилитасе. Для дальнейшего обсуждения и организованности такого подхода сэра Вальдинга пригласили в Вилитас. Поскольку основной заработок мужчины шел с продажи урожая с собственных плантаций мяты и содержание собственного наемного дела для него никак невозможно совмещать с посредничеством, он договорился передать развитие нововведения своей дочери. Она, возможно, не блещет умом, но вести такое дело, он был уверен, Филиппа сможет. Ей хватит хитрости, обаяния и прыти. Дефенсоры с этим согласились.
Филиппа переедет в Вилитас. Вот он, тот самый момент, которого так ждала Летиция. Возможность подмены. Необходимо было продумать всё до мелочей. Конечно, она понимала, что миледи придётся убить. Но это уже не пугало. Скорее, наоборот, ей казалось временами, что заразить она хочет больше, чем подменить Филиппу.
Оставалось понять, как сделать это без свидетелей. С одной стороны, всё было заранее для неё готово: одежду она наденет Филиппы, ведь шьют всё под Летицию; сама девушка и Паэн будут ехать отдельной каретой. С другой стороны, как быть с остальными слугами? Хватит ли ей сил заразить и их? Да, она мало знает этих людей, за исключением Паэна, но они то тут не причём. Ей необходимо было придумать, как оставить только Паэна и Филиппу. Да и к тому же и парнишку стоило бы подговорить. Сможет ли он?
«Думай, Летиция, что способно заставить остальных выделенных слуг остаться при дворе?» - рассуждала девушка, посматривая в окно, как Филиппа пьет чай на веранде с отцом. - «А что, если Филиппа прикажет им остаться? Сэр Вальдинг ей дорог, она точно не захочет оставлять его без слуг, если он заболеет. Нужно заразить его, но так, чтобы он умер через неделю после моего прибытия в Вилитас. Если подговорить Паэна, то и охраны можно лишить. Он обучен защищать миледи, ехать тут не так уж и далеко» - Решила Летиция.
Кроме всего прочего, девушка выяснила, что в Вилитасе всё же есть один человек, знающий Филиппу с самого детства. Когда их семьи дружили и хотели даже поженить этих двух в будущем. Однако молодые люди воспротивились этому, поскольку лишь притворялись, что ладят, чтобы не обидеть родных. На самом же деле ненавидели и раздражали друг друга. Парня звали Альвин. Сейчас он занимается книгами. Пишет сам и переплетает книги другим писателям, делает для них обложки. Иными словами, занимается тонкой ручной работой.
Летиция для себя уже знала, что в крайнем случае его придется убить. И надеялась, что будет, за что.
Стоя перед дверью в комнату Паэна, девушка застыла с зависшим в воздухе запястьем, не решаясь постучаться. Они не говорили нормально с того злополучного дня. Он наверняка её боится. И тут она ещё и скажет ему: «Мой милый друг, не окажите ли мне услугу? Помоги убить Филиппу и стать ею». Она даже не была уверена, а не доложит ли он на неё за это?
Летиция хотела было уйти, но дверь открылась.
- Я слышал, как ты тут нервно дышишь. – Тихонько произнес Паэн.
- Да…Я…Нужно поговорить. – Летиция опустила голову, словно провинившийся ребенок.
- Проходи
Девушка вошла в комнату и тихонько села на стул так, чтобы её не было видно в окно. Если предостерегаться, то с самого начала. Даже если с Паэном не выйдет.
Парень закрыл дверь.
- Если ты хотела узнать, как я после всего, злюсь ли на тебя, то скажу, что всё в порядке. Правда. Да, поначалу я был напуган. Не случившимся. Тем.. Что увидел тогда.. В твоём взгляде. Ты выглядела жутко. Как будто одержимая.
Летиция решила говорить с ним честно, не лукавить и не манипулировать. Паэн этого не заслуживает.
- Я и есть одержимая.. Говорю, как есть. Прошлой меня нет, испарилась, умерла. И, честно сказать, я к тебе не с самым заманчивым предложением. – Девушка без утайки пересказала свой план.
- И что потом? Будешь врываться в высший свет от её имени и рубить справедливость? – спросил Паэн.
- Да, именно так. Ты…мне поможешь? – Летиция внимательно посмотрела на мальчугана. – Или хотя бы не сдавай меня, сбеги, куда хочешь. – Поспешила добавить она.
Паэн на время замер, смотря на свои руки. Девушка не торопила, закрыла глаза и лишь надеялась услышать согласие. На секунду она поймала отголоски прошлой себя, которая желала, чтобы её остановили. Чтобы Паэн встал и доложил. Всё досконально. Вот – убийца.
- Я согласен.
Летиция резко вскидывает голову и смотрит на парня, не веря в услышанное.
- Меня здесь ничего не ждет, я лишь игрушка для этих людей. Поеду с тобой – смогу протиснуться в армию, - продолжил Паэн. - Филиппу и сэра мне не жаль. Лишь один вопрос, как ты собираешься избавиться от тела? Мы поедем через леса, будем сжигать – возникнет пожар.
- Я потрачу больше крови, чтобы заразить её до костей. И мы их раскидаем. Дикие животные растащат. Я так с крысами делала. – Коротко ответила Летиция.
Отъезд планировали через две недели. За неделю до Летиция заразила сэра Вальдинга. Всё вышло максимально похожим на неё и совершенно не подозрительным. Филиппа послала её на новыми чернилами. Дело не предполагало спешки, но девушка, подкараулив момент, когда сэр Вальдинг выходил из библиотеки, побежала и «случайно» врезалась прямо в отца миледи. Одно лишь уточнение. Схватившись на его руку, которую он любезно подставил, чтобы помочь девушке не упасть, Летиция намеренно вжала пальцы, достав иголочкой кольца прямо до ладони сэра. Заражение пошло по венам.
Уже через три дня пришел первый чумной доктор и изолировал больного. Как и ожидали заговорщики, Филиппа потребовала тщательного ухода и наблюдения за отцом. Настояла на присутствии всех слуг и охраны. Даже хотела остаться, но отец её отговорил.
Летиция с любопытством посматривала, как чумной доктор старается вылечить больного: какими способами, средствами, травами. С одной стороны, из личного интереса. С другой, в глубине души она боялась, что у доктора получится вылечить или замедлить болезнь.
Сэр Вальдинг выглядел плохо, ужасно. Он похудел почти до костей за считанные дни, даже вены были видны на лице. Филиппа тяжело восприняла болезнь отца. От уныния она становилась только злее, оскорбляла слуг так, будто это они виноваты во всём. Возможно, что она действительно так считала. Мать, брат, а теперь и отец.
Паэн то и дело поглядывал на Летицию, стараясь уловить хоть капельку сочувствия. Но ничего не замечал. Это его больше не пугало, он привык. Начало лишь настораживать, что и он сам становится холоден. Почему?
- Я возьму лишь Паэна и Летицию. Там найму других, средств хватит. Уверена, Дефенсор не останется в стороне. – Успокаивала Филиппа отца.
До её смерти оставалось пять дней.