slowtown [joshler]

Джош, запыхавшись, забежал в кабинет искусств. Оставалось ещё несколько минут до начала урока, поэтому он судорожно достал тетрадь и остальные принадлежности. В классе стояло несколько мольбертов, но Джошу они были не нужны, потому что между черчением и рисованием красками-карандашами-и-ещё-чем-то-он-забыл он выбрал черчение. Он не любил рисовать красками или карандашами, и начертательная геометрия была намного проще для него. Для этого не нужно было иметь яркую фантазию (которая у него была, но использовал он её не по назначению) и умение рисовать людей или животных, заморачиваться с тенями, пропорциями и оттенками цветов. В общем, он выбрал путь попроще.

Джош оглянулся, глазами ища Тайлера. Он заметил его около одного из мольбертов. Уловив на себе взгляд Джоша, Тайлер, подняв брови, смущённо помахал ему рукой. Джош взял с парты свои вещи и прошел в конец класса, чтобы оказаться ближе к брюнету. Мольберт стоял задом к Джошу, и это ещё больше заинтриговало его. Тайлер, посмотрев на пустой лист парня, сказал:

— Ты выбрал черчение? — он положил руку на верхнюю часть мольберта, выглядывая из-за него.

Джош кивнул.

— А ты, видимо, хорошо рисуешь? — спросил Джош, и Тайлер немного нахмурился.

— Оу, нет, — категорично ответил он.

«Ты обманываешь меня, Тайлер Джозеф», — подумал Джош.

Он просто пожал плечами, не желая отмечать это вслух, и приступил к чертежу. Все было довольно просто: ему нужно найти координаты проекции точек, определить секущую на плоскости и начертить изометрию. На протяжении всего урока парни не обменялись ни словом. Каждый был занят процессом: Джош напряжённо, но довольно быстро выполнил чертёж, а Тайлер расслабленно и медленно водил сонной кистью по холсту, время от времени отдаляясь, чтобы посмотреть на рисунок в целом. Закончив работу, Джош откинулся на спинку стула. Он повернулся к Тайлеру, потягиваясь. Когда он посмотрел на его серьёзное лицо, в Джоше пробудился непреодолимый интерес к тому, что он рисует.

Он медленно поднялся со стула и обошёл мольберт. На холсте Тайлера была изображена длинная улица, дома, небольшая машина, сады с цветами перед домом, силуэты людей. Все черно-белое. Джош в удивлении поднял брови и поджал губы.

— Красиво.

Тайлер, не отрываясь от работы и не смотря на Джоша, издал смешок.

— Красиво? — насмешливо хмыкнув, спросил он.

Он взял тончайшую кисть с чёрной, как деготь, краской и вырисовал ещё одну фигуру около небольшого домика с палисадником на улице. Весь рисунок казался размытым и нечетким, будто это было фото, сделанное из окна идущей машины. Джош завёл свои руки за спину и подошёл ближе. Музей картин одного человека неплох. Внизу мольберта он увидел небольшой раскрытый блокнот. Один лист белоснежно-чистый, нетронутый, а на другом нарисована девушка, тоже черно-белая. Она нарисована настолько хорошо, что это похоже на монохромную фотографию. Джош удивлённо вздохнул. Он, не задумываясь, спросил Тайлера:

— Это твоя девушка? — Тайлер мельком взглянул на свой блокнот и снова возвратился к мольберту.

— Сестра, — ответил он, проводя пальцем по нежеланной серой точке на рисунке, оттирая её.

— Я ещё никогда не встречал человека талантливее тебя, честное слово, — с детским восторгом сказал Джош, а Тайлер только вздохнул.

Джош осторожно взял блокнот в руки, боясь как-то испортить его рисунки. Он начал листать страницы, просматривая историю этого блокнота: черно-белый пушистый кролик с большими ушами, черно-белый портрет парня, потом ещё одного, чёрное небо с белоснежной луной и россыпью звёзд, улица, похожая на ту, что у него на холсте, глаза, нарисованные чёрной ручкой, много глаз; Джош завороженно продолжал листать страницы.

— Весьма пессимистично, — заявил он, не отрываясь от тетради, и Тайлер поднял на него голову.

— Положи обратно, — тихо сказал он, смотря на Джоша, и его кисточка своим кончиком коснулась холста, снова оставив там ненужную отметку.

Джош посмотрел на краски в лотке мольберта, все так же держа блокнот в руках. Он увидел краски только двух цветов, белую и чёрную. Он взглянул на Тайлера. Он опустил взгляд на его руки. На его руках, на тонких пальчиках лежали чёрные и белые мазки краски, их смесь, и все это напомнило ему черно-белый пол, выложенный плиткой, или шахматную доску. Шахматную доску скорее.

— Почему чёрный и белый? — спросил он.

Тайлер сглотнул, смотря на свою тетрадь в руках Джоша.

— Верни её на место, — неуверенно попросил он.

— Я не верну, пока ты мне не расскажешь, — желание Джоша узнать ответ на свой вопрос было слишком велико и не вписывалось в рамки приличия.

— Джош... — Тайлер протянул руку, надеясь вырвать у него блокнот, но Джош отдёрнул его. — Отдай! — жалобно просил он.

— Да в чем твоя проблема? — громче сказал Джош, поднимая блокнот выше.

— В том, что я не вижу цветов! — выкрикнул Тайлер, отступив назад. Его густые ресницы содрогнулись, и он, поражённый сказанным, приоткрыл рот.

Глаза Джоша округлились, и он, потрясённый этими словами, замер. Все ребята и учитель повернулись на них с Тайлером. Послышалось их синхронное «ох!», как это бывает в мелодрамах. Лицо брюнета мгновенно покраснело, а его пушистые тёмные брови нахмурились и задрожали, когда он взглянул на всех в классе. Рука Джоша невольно опустилась, и Тайлер выхватил свой блокнот. Джош не мог ничего сказать, слова, зацепившись за кончик языка, застряли на выходе из его приоткрытого от шока рта. По щекам Тайлера скатились слезы, и он, закрывая лицо тыльной стороной ладони, выбежал из класса. Джош, не раздумывая, выбежал вслед за брюнетом, игнорируя крик учителя.

Он увидел, как Тайлер, пробежав вдоль коридора, завернул в уборную.
Джош до конца не мог понять, о чем говорил парень, но он почувствовал ноющую боль, и желание как можно скорее извиниться перед Тайлером распирало его изнутри. Он понял, что он все испортил.

Он зашел в уборную и в ту же секунду заметил Тайлера, сидящего на полу около раковины, его голова лежала на его коленях, а руки обхватывали её сверху. У Джоша в горле встал ком, и он медленно сглотнул, пытаясь не издавать лишних звуков и даже не двигаться.

Он подумал, что он всегда все рушит. Не успев толком познакомиться с Тайлером, он уже облажался и довёл его до слез? Да, это то, что произошло несколько минут назад.

«Джош, какого черта! Ты дурак!» — кричал внутренний голос в его голове.

Человек-катастрофа. Просто социальная развалина.

— Тайлер, мне так жаль, — тихо сказал он, теребя кончик своей футболки. — Я клянусь, если бы я знал...

— Я сам во всем виноват, — не поднимая головы, пробормотал Тайлер.

Его было почти не слышно, потому что колени, в которые он упёрся лицом, заглушали его слова. Он всхлипнул. Ещё и ещё. У Джоша сжалось сердце.

— Ты не виноват. Я такой идиот, — сказал он, проводя рукой по своим синим волосам и сжимая их в кулаке.

Тайлер медленно поднял голову, вытирая свои покрасневшие глаза рукой. Он смотрел на Джоша исподлобья, но в его взгляде не было ненависти или обиды. Тайлер медленно поднялся с пола, хватаясь черно-белой рукой за раковину. Не обращая взгляда на Джоша, он открыл кран. Он смыл с рук всю краску. Серая вода исчезла в раковине, и Тайлер стряхнул руки. Он посмотрел на своё отражение, на заплаканное лицо, а потом перевёл взгляд на Джоша, который, тоже смотря на него, подошёл ближе.

— Мне жаль, что так получилось, — сказал Джош, смотря на Тайлера через зеркало.

— Я уже слышал это, Джош. Миллионы, миллионы раз.

Тайлер, обойдя его, направился к выходу.