slowtown [joshler]

Джош вырывается из двери своей комнаты. Он бежит вниз по лестнице, вдоль коридора, игнорируя встревоженный крик своей матери.

Он выбегает на улицу. Облака, как по щелчку, в одну секунду сгущаются, становясь тяжелыми и холодными, они, одеялом накрывая яркий кровавый закат, обрушаются на город.

Джош бежит вдоль своей улицы, минуя серые, нарисованные карандашом дома. Дома на холсте в кабинете искусств. Обгоревшие чёрной краской деревья кое-где пролетают мимо, кажется, с огромной, невозможной скоростью. Дом Джоша растворяется вдали. Ему в достаточной степени наплевать на это.

Он бежит прочь от всего, потому что теперь жизнь проходит слишком быстро. Он бежит по широкой дороге прямо сейчас так быстро, что начинает задыхаться, и в его глаза предательски приливают слезы.

Он протирает глаза тыльной стороной ладони, и сухой ветер до конца высушивает мокрые полосы на его щеках.

Он видит стоящую у дома Мэдисон, которая, увидев его, срывается с места и бежит к нему навстречу.

Её светлые волосы развеваются, сливаясь с серым небом, и она хватается за Джоша и сжимает его толстовку в кулаках. Его глаза, будучи широко распахнутыми, стеклянно застывают, когда Мэдисон и он сползают вниз, проваливаясь сквозь пол. Его ноги замурованы в асфальте, и он не может пошевелиться.

Теперь они сидят на дороге, на голом потрескавшемся сером асфальте. Серое небо, серый асфальт, кажется, все теряет краски с каждой секундой. Кажется, все превращается в один из карандашных рисунков на стене над рабочим столиком. Раньше время шло так медленно — теперь каждая секунда на счету. Теперь Джош все понимает.

Волосы Мэдисон прилипли к красным щекам, а ресницы свисают под тяжестью слез, и тогда Джош начинает дрожать. Тело начинает леденеть, а кровь стынет в жилах; его начинает трясти, когда Мэдисон, заикаясь, спрашивает:

— Джош, ты обещал мне, п-помнишь?

Джош безмолвно кивает, и его лицо бледнеет. Он хватается за асфальт, впиваясь в него ногтями, он прикрывает глаза, и одна слеза с блеском скользит по его щеке. Мэдисон притягивает его к себе, её руки дрожат, и она надрывно кричит:

— Ты обещал мне, Джош!

Эти слова эхом рассеиваются у него в голове, он чувствует подступающую тошноту и поваливается на бок. В глазах неизбежно темнеет, и созвездия яркими точками застывают во мраке закрытых глаз.

Двумя месяцами ранее.

Джош покачивался на стуле, смотря на учителя, который писал что-то на доске. Он посмотрел вокруг. Впереди сидела девушка. Её волосы были кудрявыми и настолько объемными, что ложились даже на парту Джоша. Он закатил глаза и посмотрел на парня справа от него. Тот откинулся на спинку стула, пялясь в свой смартфон. Девушка перед ним тянулась к своему соседу, кокетливо шепча ему что-то на ухо, пока у того на лице растягивалась улыбка. Оглушительно прозвенел звонок, и все шумно соскочили из-за своих парт. Учитель прокричал, покидая класс вместе с остальными:

— Заберите свои тетради с домашней работой!

Джош не торопился вставать. Он лениво оглянулся, поднимая с пола свой рюкзак. Он увидел свою тетрадь на столе учителя. Рядом стоял парень со своими учебниками в руках. Джош встал и направился к учительскому столу. Он забрал свою тетрадь, не обращая внимания на парня.

Черт возьми, подумал Джош, когда открыл тетрадь, он свихнулся, как много домашки! Его возмущённые раздумья прервал парень.

— Эй, ты не поможешь мне? — внезапно сказал брюнет, и Джош, подняв бровь, устремил взгляд на него в ожидании продолжения. — Учитель попросил меня раздать тетради моим одноклассникам. А я... я не могу этого сделать, понимаешь? Это новый класс для меня, и я никого не знаю, да и все уже разбежались, — парень пожал плечами, с надеждой смотря на Джоша.

— Да... конечно, — Джош немного нахмурился, смотря на стол с разбросанными тетрадями. — Передай мне синюю и красную на другом конце парты, это тетради Дебби и Марка.

Парень в смущении поднял брови.

— С-синюю? — сглотнул он.

— И красную, — устало вздохнув, повторил Джош.

Брюнет снова непонимающим взглядом посмотрел на парня. Его смущенное лицо буквально на глазах у Джоша залилось краской.

— Синяя и крас-

Джош быстро развернулся, когда услышал голос учителя, заходящего в класс.

— Тайлер, нам нужно поговорить. Оставь это, Дан разберётся.

— Я вообще-то... — попытался возразить Джош, поднимая указательный палец вверх, но учитель и Тайлер уже покинули класс.

Джош сгреб все оставшиеся тетради в кучу и вышел из кабинета, направляясь к выходу из школы. Куча других подростков то и дело толкали и задевали его, и он сильнее прижимал тетради к своей груди, надеясь поскорее покинуть это кишащее надоедливыми подростками место.

На улице малиново-фиолетовый закат возвысился над Джошем, он облегченно вздохнул и направился к автобусной остановке. Несколько ребят стояли рядом и громко смеялись, и Джош, проходя мимо, раздраженно закатил глаза. Он слишком устал от такого скопления людей в школе, которые доставали его даже за её пределами. Не могли бы они заткнуться хоть на минуту?

Джош снял с плеч свой рюкзак, чтобы запихнуть туда все тетради. Он долго возился с этим и в конце концов решил донести оставшиеся в руках. Вдруг кто-то легко коснулся его плеча.

— Эй, прости, что так вышло, — Джош обернулся и увидел того парня.

— Все нормально, я справлюсь, — устало ответил Джош и взглянул на приближающийся автобус.

«Нет, не справлюсь, это очень бесит меня», — подумал он.

Он быстрым шагом направился к автобусу, и брюнет последовал за ним.

— Я никогда не видел тебя раньше, — Джош, заходя в автобус, обернулся на парня. — Я Джош, кстати.

— Я знаю... то есть, я Тайлер, — Джош, удивлённо нахмурив брови, взглянул на него.

Он залез на кресло у окна, и Тайлер нерешительно присел рядом. Он нервно теребил свои пальцы, разглядывая Джоша.

— Я поменял класс по истории и ещё некоторым предметам. Раньше мы не пересекались ни на каких уроках, — тихо объяснил парень.

Джош, поднял брови, готовый что-то сказать, но Тайлер неловко прервал его.

— Тебе нравится история? — спросил он.

Джош в недоумении покачал головой.

— Нет. А тебе? — немного поражённый вопросом, он теперь заинтересованно смотрел на него. Он думал, что никому не нравится история, эти нудные рассказы о прошлом, войны, сражения, кровопролитие и тому подобное.

— Нет, она скучная, — заявил Тайлер, и Джош вздохнул с облегчением.

Примитивность этого разговора должна была подействовать Джошу на нервы, но этого почему-то не произошло.

«Не примитивный, а непринужденный», — подумал он.

— Ты прав, — он улыбнулся, потому что его мнение об истории было примерно таким же. Такое мнение, скорее всего, было у многих подростков, но это не суть дела.

Несколько минут они просидели, не говоря ни слова, потому что никто не знал, как снова начать разговор. Неловкое молчание будто бы охватило весь автобус с некогда неугомонными школьниками.

Автобус медленно остановился, и Тайлер встал со своего места, небрежно расправляя свою толстовку. Джош разочарованно нахмурился.

Это было странно, подумал он.

— До завтра, — тихо сказал Тайлер. — Мы увидимся на искусстве и математике.

Джош задумчиво кивнул, провожая его взглядом.

— Тайлер! — в последний момент выкрикнул он, и брюнет обернулся. — До завтра.