В моих мыслях...🗯️

Часть первая. Утро. В офис до рассвета

Амелия проснулась в семь утра - не от будильника, а от кота Сникерса, который решил, что пора завтракать. Он сидел на её подушке и смотрел прямо в лицо своим немигающим взглядом.

- Сникерс, - простонала она, - ещё слишком рано.

Кот фыркнул и лизнул её в нос. Пришлось вставать.

Сегодняшний день был расписан по минутам: важное совещание с партнёрами, подведение итогов месяца, а потом - съёмки фильма до позднего вечера. Никаких окон, никаких передышек. Только работа.
Амелия сделала быстрый уход за лицом (маска, тоник, сыворотка, крем - всё по правилам, но в ускоренном режиме), оделась в это:

Волосы собрала в низкий пучок. Макияж - минимальный: тональный крем, тушь, блеск для губ.

«Сегодня я бизнес-леди, - сказала она своему отражению. - Актёрская игра - после обеда».

Она выпила кофе на бегу, села в машину и поехала в офис.

Часть вторая. Совещание с партнёрами.

В конференц-зале уже сидели четверо: представители двух крупных инвестиционных фондов, глава отдела маркетинга и юрист. Амелия вошла ровно в девять, и все встали.

- Доброе утро, - сказала она, садясь во главе стола. - Спасибо, что нашли время.

- Это наша работа, - ответил мужчина из фонда, пожилой, с сединой на висках и цепким взглядом.

Они обсуждали расширение в Азию - вопрос, который Амелия поднимала ещё месяц назад. Теперь нужны были конкретные цифры: бюджеты, сроки, прогнозы.

- Мы предлагаем инвестировать пять миллионов долларов в открытие магазинов в Сингапуре и Сеуле, - сказал он.

- Это меньше, чем мы просили, - заметила Амелия.

- Это разумная сумма для старта.

- Я не хочу стартовать. Я хочу сразу занять лидирующие позиции. Восемь миллионов - и мы запускаем две точки одновременно.

Они торговались полчаса. Амелия не уступала, но и не была агрессивной. Она говорила спокойно, уверенно, подкрепляя каждое слово цифрами и фактами.

- Десять процентов от продаж в этих странах в течение двух лет, - предложила она в итоге.

- Семь, - ответил инвестор.

- Восемь. И мы подписываем договор сегодня.

Он посмотрел на своих коллег. Те кивнули.

- Восемь, - согласился он.

- Отлично. - Амелия улыбнулась. - Мои юристы подготовят документы к вечеру.

После совещания она вышла в коридор и выдохнула. Первая часть дня прошла успешно.

Часть третья. Подведение итогов и план на месяц.

В 11:00 началось совещание с командой. Финансисты, маркетологи, продакт-менеджеры - все сидели за длинным столом, разложив ноутбуки и планшеты.

- Итоги месяца, - начала Амелия. - Цифры, пожалуйста.

Финансист открыл отчёт: доходы выросли на 12%, расходы снизились на 3%, рентабельность достигла 25%.

- Хорошо, - кивнула Амелия. - Но я хочу 30% к концу квартала. Маркетинг, что вы предлагаете?

- Новая компания в TikTok, - ответила маркетолог. - С блогерами из Южной Америки. У нас там слабые продажи.

- Запускайте. Бюджет - до двухсот тысяч.

Продакт-менеджер отчитался о новой линейке косметики: образцы одобрены, производство начнётся через две недели, запуск через месяц.

- Качество на уровне? - спросила Амелия.

- Лучше, чем у конкурентов.

- Тогда я спокойна.

Потом Амелия представила план на следующий месяц: запуск новой линейки в США и Европе, расширение офиса в Лос-Анджелесе (нужно больше места), участие в двух международных выставках.

- Вопросы? - спросила она.

- Когда вы планируете отпуск? - спросил кто-то.

- Когда сделаю всё, что запланировала, - усмехнулась она.

Часть четвёртая. Съёмки фильма.

В 14:00 Амелия была на съёмочной площадке - огромном павильоне в пригороде Лос-Анджелеса, где воссоздали интерьер космического корабля. Режиссёр, Джонатан Грей, уже ждал её.

- Амелия, ты вовремя, - сказал он. - Сегодня снимаем сложную сцену. Твоя героиня узнаёт, что её дочь жива. Нужно эмоциональное потрясение.

- Я готова, - ответила она, хотя внутри всё сжималось.

Она переоделась в костюм - тёмный комбинезон с нашивками, накладные карманы, ботинки на толстой подошве. Визажист нанёс лёгкий грим - так, чтобы выглядеть уставшей после космического полёта.

- Приготовились! - крикнул режиссёр. - Мотор! Камера! Начали!

Амелия стояла перед экраном, который транслировал сообщение-призрак - голос дочери, которую она считала погибшей.

- Мам, это я, - звучал голос через динамики. - Я жива. Я в будущем. Мне нужна твоя помощь.

Амелия смотрела на экран, и её лицо менялось: от шока до неверия, от неверия до надежды, от надежды до отчаянной решимости. Слёзы текли по щекам, но она не вытирала их.

- Где ты? - спросила она, голос дрожал. - Где ты, дочка?

- Стоп! - крикнул режиссёр. - Это было великолепно. Ещё раз, но чуть сдержаннее. Твоя героиня - учёный, она не должна терять контроль полностью.
Они пересняли сцену ещё пять раз. С каждым дублем Амелия выкладывалась всё сильнее. К концу она была опустошена эмоционально и физически.

- Всё, - сказал режиссёр. - До завтра. Ты свободна.

- Спасибо, - выдохнула Амелия.

Было уже восемь вечера.

Часть пятая. Дорога домой. Усталость.

Амелия села в машину и откинулась на сиденье. Тело гудело, голова кружилась, глаза слипались. Она не помнила, когда в последний раз так выматывалась - возможно, никогда.

«Элли убьёт меня, если узнает, что я не ела целый день», - подумала она. В перерыве между съёмками она выпила только кофе и съела банан. Сейчас - даже думать о еде не хотелось.

Она завела машину и поехала домой. В голове было пусто. Ни мыслей о работе, ни о фильме, ни о планах. Только желание - лечь и уснуть.
Она припарковалась у дома кое-как, вышла из машины, поплелась к двери. Рука уже тянулась к ключам, когда она поняла - дверь не заперта.

«Я что, забыла закрыть?» - подумала она с раздражением. - «Совсем расклеилась».

Она открыла дверь и шагнула внутрь.
В прихожей горел свет.
И пахло цветами.

Часть шестая. Сюрприз

На полу в коридоре лежали лепестки роз - алые, свежие, ведущие в гостиную. Амелия замерла. Сердце заколотилось быстрее - от неожиданности, от надежды, от того, что она боялась поверить.
Она пошла по лепесткам. В гостиной горели свечи - десятки свечей, расставленных на журнальном столике, на подоконнике, на полу. А в центре комнаты стоял он.

Чонгук.

В белой футболке и серых спортивных штанах. С букетом в руках.

И улыбка - та самая, от которой у Амелии подкашивались колени.

- Привет, - сказал он. - Я скучал.

Амелия не сказала ни слова. Она подбежала к нему, бросилась на шею, обняла так крепко, что он чуть не уронил цветы.

- Ты здесь, - прошептала она. - Ты правда здесь.

- Правда, - ответил он, обнимая её в ответ. - Я обещал.

Она плакала - беззвучно, от усталости, от счастья, от облегчения. Чонгук гладил её по спине, по волосам, целовал в макушку.

- Тихо, тихо, - шептал он. - Я здесь. Я никуда не уйду.

- Я так устала, - прошептала она. - Так устала, Чонгук.

- Я знаю. Я видел твоё расписание. Элли рассказала мне, какой у тебя день.

- Элли? - она подняла голову, вытирая слёзы. - Вы сговорились?

- Мы хотели сделать тебе сюрприз. Я прилетел в три, но ты была на съёмках. Я ждал.

- Четыре часа? - удивилась она. - Ты ждал четыре часа?

- Я бы ждал и четыре дня. И четыре года. Ради тебя - всё.
Она снова обняла его, прижимаясь щекой к его груди. Слышала, как бьётся его сердце - ровно, сильно, успокаивающе.

- Я люблю тебя, - сказала она.

- Я люблю тебя, - ответил он.

Часть седьмая. Болтовня в кровати.

Они перешли в спальню - сначала Чонгук принёс туда свечи, потом Амелия (всё ещё в утреннем образе) села на край кровати.

- Ты, наверное, хочешь переодеться, - заметил Чонгук.

- И в душ. И есть. И спать. Всё одновременно.

- Тогда переодевайся. Я приготовил ужин)

- Приготовил? - с удивление сказала Амелия.

- Ага, я старался.

Она быстро приняла душ (самый быстрый в её жизни - пять минут), надела пижаму (шёлковую, ту самую, нежно-голубую) и она пошла на кухню где уже хозяйничал Чонгук.

- Воу, выглядит красиво.

- Ешь, - сказал он, протягивая ей вилку. - Ты ничего не ела целый день.

- Откуда ты знаешь?

- Элли рассказала. Она переживает за тебя.

- Она всегда переживает.

Амелия поела немного. Сил не было даже на то, чтобы жевать, но она старалась - ради него.

- Расскажи о совещании, - попросил Чонгук, убирая тарелки.

- Договорилась с инвесторами. Восемь процентов. Они хотели семь, но я настояла.

- Ты настояла, потому что упрямая.

- Я настояла, потому что знаю свою цену.

- Это я знаю, - улыбнулся он.

Она рассказала о подведении итогов - о росте продаж, о плане на следующий месяц, о том, как ей нужно расширять офис.

- Я найду помещение на следующей неделе, - сказала она. - Или через неделю. Сейчас не до этого.

- Сейчас ты отдыхаешь, - сказал Чонгук, поглаживая её по руке.

- Не могу. Завтра опять съёмки. Потом концерт твой, я приду, кстати. Потом встреча...

- Амелия, - перебил он. - Замолчи.

- Что? - удивилась она.

- Просто замолчи. На минуту.

Она замолчала.

- Сейчас мы лежим в кровати, - сказал он. - Свечи горят. Ты в моих руках. Никакой работы, никаких съёмок, никаких встреч. Только ты и я. Дыши.
Она вздохнула. Глубоко, шумно, как учили на йоге.

- Ещё, - сказал он.

Она вздохнула снова.

- Молодец. Теперь расскажи о съёмках.

Она рассказала о сцене с дочерью - как плакала, как режиссёр заставлял её переснимать, как она устала эмоционально.

- Ты плакала по-настоящему? - спросил он.

- По-настоящему. Я не умею плакать по заказу.

- Ты умеешь всё, - сказал он. - Но плакать от боли - это не умение. Это честность.

Она прижалась к нему ближе.

- Ты сегодня - моё спасение, - прошептала она.

- Нет, - возразил он. - Твоё спасение - ты сама. Я просто здесь.

- Этого достаточно.

Часть восьмая. Сон.

Они говорили ещё долго - о планах на две недели (Чонгук обещал вырываться каждый вечер), о фильме (он спросил, не сыграла ли она с Коулом любовную сцену, и Амелия засмеялась), о будущем (когда они смогут жить вместе, не прячась от камер).

- Скоро, - сказал он. - Не сейчас. Но скоро.

- Я верю, - ответила она.

Она чувствовала, как сон накрывает её - тяжёлый, тёплый, неизбежный. Тело было свинцовым, но душа - лёгкой.

- Чонгук, - прошептала она, уже закрывая глаза.

- Да?

- Спасибо. За сегодня. За цветы. За то, что ты есть.

- Не за что. Спи.

Он поцеловал её в лоб, потом в щёку, потом в губы - нежно, чтобы не разбудить.

- Сладких снов, Амелия.

Она уже не ответила. Она спала - с улыбкой, уткнувшись носом в его плечо, чувствуя тепло его тела, слыша ровное биение его сердца.
Чонгук смотрел на неё - уставшую, растрёпанную, с остатками туши под глазами - и думал о том, как сильно он её любит. Она была самой сильной женщиной, которую он знал. И самой хрупкой. И он обещал себе - беречь её. Всегда.
Он выключил свет, притянул её ближе и закрыл глаза. Им обоим нужно было отдохнуть. Завтра новый день. А сегодня - только они, эта кровать и тишина, полная любви.
Они уснули обнявшись, как два дерева, чьи корни переплелись под землёй. Неразрывно. Навсегда.

💞💞💞💞💞💞💞💞💞💞💞💞💞💞💞