🤍Глава. 6🤍
Разговор лился легко, как та вода, которую Амелия так и не превратила в чай. Она сидела между Чонгуком и Тэхёном, чувствуя, как напряжение последних месяцев потихоньку отпускает мышцы. Шутки, вопросы, паузы, в которых не нужно было ничего договаривать — всё это было настолько простым, насколько вообще может быть просто в компании семи незнакомых парней, которые оказались легендами.
— …и тогда я сказал продюсеру: «Если вы ещё раз заставите меня танцевать этот танец, я лягу на пол и не встану», — рассказывал Чимин, и вся гостиная залилась смехом.
Амелия смеялась громче всех. Элли бы удивилась.
— А он? — спросила Амелия, вытирая выступившие слёзы.
— Он сказал: «Тогда я перешагну через тебя и продолжу репетицию», — закончил Чимин, и Юнги схватился за сердце.
— Это наш продюсер, — объяснил Намджун. — Он не знает жалости.
— Зато знает результат, — философски заметил Чонгук, отпивая свой чай.
Амелия улыбнулась и вдруг — краем глаза — заметила движение в проходе. Кто-то стоял у входа в гостиную. Она повернула голову.
Элли.
Её менеджер стояла, скрестив руки на груди, и улыбалась. Не своей обычной деловой улыбкой «я всё контролирую», а мягкой, почти умилённой. На её лице читалось удивление. И радость.
— Элли! — Амелия вскочила с дивана так резко, что Тэхён чуть не выронил кружку. — Ты пришла!
Она замахала рукой, как ребёнок, увидевший маму после долгого дня в школе. Элли махнула в ответ.
— Я же обещала.
Все головы в гостиной повернулись к вошедшей. Хосок, который открыл дверь, стоял рядом с ней с довольным видом — видимо, успел перекинуться парой фраз по пути к гостиной.
— Добрый вечер, — сказала Элли, обращаясь ко всем сразу. — Я Элли, менеджер Амелии. Прошу прощения за вторжение.
— Никакого вторжения, — тут же отозвался Намджун, поднимаясь с места. Он быстро перечислил имена, указывая на каждого из парней. Остальные тоже привстали в знак приветствия — кто-то кивнул, кто-то помахал рукой. Джонгук даже сделал лёгкий поклон, который в Корее означал уважение.
Элли представилась в ответ и ещё раз назвала своё имя.
— Присоединяйтесь, — предложил Хосок, указывая на свободное кресло. — Чай? Кофе? Сок?
— Спасибо, но нет, — вежливо отказалась Элли. — Мы, к сожалению, не можем задержаться.
В гостиной повисла лёгкая тень сожаления.
— Амелии завтра рано вставать, — продолжила Элли, переходя на деловой, но мягкий тон. — У неё концерт. С десяти утра репетиция, в два часа дня выступление. Ей нужно выспаться.
— Концерт? — Тэхён выпрямился на диване. — У тебя завтра концерт в Сеуле?
— Да, — кивнула Амелия. — Финальный шоу тура.
— А билеты ещё есть? — спросил Чонгук, и в его голосе вдруг прорезалась детская надежда. — Мы бы хотели попасть.
Амелия растерянно посмотрела на Элли. Та задумалась, прикусив губу — её обычный жест «сейчас просчитаю все варианты».
— Вообще-то, — медленно сказала Элли, — остались места в вип-зоне. Несколько. Если вы серьёзно…
— Мы абсолютно серьёзно! — воскликнул Хосок, хлопнув в ладоши. — Мы не можем пропустить концерт Ксилы в Сеуле! Это исторический момент.
— Я позвоню менеджеру, — сказал Намджун и уже через секунду доставал телефон.
Дальше всё закрутилось со скоростью хорошо отлаженного механизма. Пока Амелия стояла с открытым ртом, наблюдая, как парни оживлённо переговариваются, Намджун связался со своим менеджером. Тот, в свою очередь, за пять минут утряс детали с Элли. Билеты были куплены. Семь мест в вип-зоне.
— Мы придём, — сказал Чимин, сияя. — Обязательно.
— Даже если будет дождь, — добавил Юнги, и это прозвучало почти как клятва.
Амелия почувствовала, как к горлу подступает комок. Она моргнула пару раз, прогоняя непрошеную влагу.
— Вы правда этого хотите? — спросила она тихо.
— Правда, — ответил за всех Чонгук. — Мы хотим увидеть тебя на сцене. Такой, какая ты есть. Без масок.
Слово «маски» снова прозвучало в этом доме. Но теперь — по-другому. Как обещание.
Элли мягко коснулась плеча Амелии.
— Нам пора, — сказала она. — Действительно пора.
Амелия кивнула. Она подошла к каждому из парней — неформально, не по протоколу — и пожала руки. Чонгуку — чуть дольше, чем остальным. Тэхёну — с коротким объятием, от которого он удивлённо моргнул, а потом улыбнулся.
— Спасибо, — сказала Амелия, глядя на всех семерых. — За то, что остановились. За то, что пригласили. За этот вечер. Я не забуду.
— Ты должна почаще заходить в гости, — сказал Чимин. — Мы всё ещё хотим послушать, как ты играешь на гитаре.
— И на пианино, — напомнил Тэхён.
— И на скрипке, — добавил Джонгук, и все рассмеялись.
— Договорились, — улыбнулась Амелия. — При первой же возможности.
Она уже направилась к выходу, когда обернулась.
— Завтра в два. Не опаздывайте.
— Ни за что, — ответил Намджун.
В прихожей Элли ещё раз поблагодарила парней — коротко, но искренне. Хосок открыл дверь, и холодный ночной воздух ворвался внутрь. Амелия надела кроссовки, накинула капюшон и на секунду замерла на пороге.
— Пока, — сказала она.
— До завтра, — ответили они почти хором.
Они сели в машину — Элли за руль, Амелия на пассажирское сиденье. Машина тронулась, и в зеркале заднего вида было видно, как семеро парней стоят на крыльце, провожая их взглядами.
— Они хорошие, — сказала Элли после долгого молчания.
— Да, — тихо ответила Амелия. — Очень.
— Я давно не слышала, чтобы ты так смеялась, — добавила Элли, не отрывая глаз от дороги. — Живо. Настояще.
Амелия промолчала. Она смотрела в окно на проплывающие огни Сеула и думала о том, что сегодняшний вечер изменил что-то внутри. Что-то, что она считала намертво закрытым.
— Элли, — сказала она вдруг.
— М?
— Спасибо, что отпустила.
Элли бросила на неё быстрый взгляд и улыбнулась.
— Иногда нужно нарушать правила, — сказала она. — Чтобы вспомнить, зачем они вообще нужны.
Машина свернула к отелю, и в тишине салона Амелия впервые за долгое время почувствовала не усталость, а лёгкое, щекочущее предвкушение. Завтра был концерт. И завтра в зрительном зале будут семь особенных мест.
Она заснула в ту же минуту, как голова коснулась подушки. И ей ничего не снилось — впервые за много месяцев......
🖤🖤🖤🖤🖤🖤🖤🖤🖤🖤🖤🖤🖤🖤🖤