Глава 25
ЧОН ЧОНГУК
Кофе остыл, я не сделал и глотка. Сидел над отчетами, картами, донесениями. Все валилось в одну кучу – трупы в южной деревне, аномальная активность некромантов, слухи про мобилизацию. И все это завязывалось на Оксиане. Его надо выжечь. С корнем. Без разговоров.
Сделал пометку на полях свитка: «Поднять старые связи в Штормовом архиве».
– Командир, – заглянул Эрио, – доклады по восточному участку. Вроде спокойно, но люди на взводе.
– Прочту позже, – отмахнулся я.
Эрио молча кивнул и исчез.
Взгляд упал на груду пергаментов, но сосредоточиться не получалось. Виски сдавило. Что-то не так. Как будто кость в горле встала.Внутри все перевернулось. Сердце в груди сжалось тугой пружиной.
Лалиса.
Я резко поднялся. Не знаю, что именно, но что-то с ней произошло. Боль. Не физическая даже, а как будто внутри нее бушует отчаяние.
Сделал шаг к порталу, и в ту же секунду в воздухе что-то дрогнуло.
Из пустоты возник брат.
– Чонгук, нам надо поговорить.
Не вовремя. Самое хреновое «не вовремя», которое только могло быть.
– Сейчас?
– Сейчас, – отрезал он. – Это касается твоего племянника.
– Говори, – я скрестил руки.
Арэрдан стоял посреди кабинета, невозмутимый и собранный. Ни капли волнения. Но я знал этот взгляд, под внешним спокойствием всегда буря.
– Кассиан, – начал он. – С ним что-то происходит.
Я молчал. Внутри уже все сжималось от предчувствия.
– Он все время куда-то исчезает, держится отстраненно. В совет не является. Говорит коротко, дерзит. А вчера... – он сделал паузу, – вчера он заявил, что отказывается разрывать помолвку с Эрганой.
Я нахмурился.
– Он стал сам не свой... – со вздохом продолжал брат. – Он стал жестче. Злее.
– И ты пришел, потому что...
– Потому что я хочу знать: здесь дело только в нем? Или в той девчонке?
Я напрягся.
– Он одержим ею. Это не просто каприз или игра — он зациклен. Странный блеск в глазах, глухая мания, как у загнанного зверя, который что-то потерял и готов всех сжечь, лишь бы вернуть.
Бездна.
Я готов вырвать сердце Кассиану из-за Лалисы...
Император продолжил:– Мне не нравится, как это развивается. Не нравится, на кого он становится похож. Ты знаешь его лучше всех, Чонгук. Если он сорвется – мы получим не правителя, а катастрофу.
– Если он хоть пальцем тронет ее… – угрожающе начал я.
– Поэтому я здесь, – перебил брат. — Останови его. Щелкни по носу. А дальше я сам.
Я открываю рот, чтобы ответить, как внезапно меня скручивает. Боль колючки пронзает меня насквозь...
Я сорвался с места и шагнул в портал.
Только бы успеть...
ЛАЛИСА МАНОБАН
Поцелуй с Кассианом не является поцелуем в классическом понимании. Он до крови кусает мои губы, выплескивая всю свою ярость. Я пытаюсь его оттолкнуть, но все тщетно.
Меня трясет от боли и отвращения.Во рту кровь. Гул в ушах. Все плывет.
Пальцы нащупывают кинжал под мантией. Один вздох, и я резко, наотмашь, вонзаю его ему прямо в грудь.
Кассиан взвыл. Рычание. Настоящее, звериное.
Отшатнулся, выпуская из стальных объятий.
– Кассиан! – закричала Эргана. – Что эта дрянь тебе сделала?! – она подбегает к нему, но... внезапно резко оборачивается ко мне и наотмашь бьет ногой в мой живот.
С глухим ударом падаю на пол.
– Эргана, – шепчет Кассиан, протянув к ней руку, – ты же не будешь против, если с нами будет жить Лалиса?
Драконица начинает беззвучно плакать, обнимая его и гладя по волосам.
А я смотрю на них в немом ужасе, и мое сердце сжимается от... жалости.
Они друг друга стоят. Оба сумасшедшие. Жестокие. Отвратительные.
Своим появлением в той злосчастной академии я внесла раздрай в их жизнь.
Винила ли я себя? Нет.
Плевать я хотела на их уютное безумие. Пусть варятся в нем до скончания веков.
– Сожги ее, – шепчет Эргана, глядя ему в глаза. – Убей. Она не достойна тебя. Она только портит нашу с тобой жизнь.
Эргана права. Я только порчу их идиллию. Но дело вовсе не во мне, а в них. В Кассиане, и его желании подчинить меня своей воли.
Кассиан медленно поворачивает ко мне голову. Глаза его горят. И не яростью. Манией.
– Нет, – хрипит. – Она будет жить. Со мной. Мы будем вместе. Лалиса – моя.
Он делает шаг, потом второй.
Меня накрывает волна тошноты.
Я не его. Никогда не была. И у него ко мне не любовь, а самая настоящая одержимость. Безумная, всепоглощающая...Потому что тех, кого любят, не предают.
Кассиан садится передо мной на корточки.
– Лалиса, мне придется посадить тебя в клетку, пока ты не перестанешь плеваться ядом.
– Катись в бездну! – выплюнула я.
На его лице расцвела безумная улыбка. А меня начинает трясти от отчаяния.
Неужели мои враги одержат победу?
Никогда!
Я буду биться с ними до последнего.
И тут воздух разрезает сухой треск портала.
– Отойди от нее, – донесся голос, от которого внутри все оборвалось.
Чонгук
Шел прямо на нас, с каждым шагом все быстрее. Лицо каменное, синие глаза горят холодным бешенством.
Кассиан резко поднялся и, сделав два шага вперед, прохрипел:– Уходи, дядя. Лалиса – моя.
Я видела, как дрогнула правая рука Чонгука. Как он без лишних слов занес кулак и со всей силы врезал Кассиану в челюсть.
Удар был настолько мощный, что Кассиан отлетел назад, ударился об стену, но сразу же вскочил, рыча.
Я попыталась подняться, упираясь ладонями в холодный пол... и тут все пошло к черту.
Сбоку мелькнула тень. Кто-то приблизился бесшумно.
Я только успела повернуть голову и увидела ее.
Эргана.
Улыбается гадкой улыбкой.
– Умри, тварь, – шепнула она мне в самое ухо.
Я дернулась, но поздно.
Сталь блеснула на миг и вонзилась мне в живот.
В отличие от меня, рука Эрганы не дрогнула. Но она всегда была жестокой тварью, ненавидящий весь мир...
Резкая боль взорвала тело.
Я захрипела, согнулась, упав обратно на пол. Кровь мгновенно залила ладони, заляпала мантию.
Тепло, липко, страшно.
Мир качнулся. Все вокруг стало расплывчатым.
Последнее, что я увидела, прежде чем все потонуло в темноте, – это прекрасные синие глаза.
И последняя мысль, мелькнувшая в голове:
«Надо было уходить с ним, когда была возможность...»
ЧОН ЧОНГУК
Я видел, как Лалиса падает. Видел, как она захрипела, сгибаясь от боли, и как кровь стремительно расползалась по ее мантии.
А потом услышал. Этот звук. Ее сдавленный, полузадушенный всхлип.
Все внутри меня оборвалось.
Я не думал. Не анализировал. Просто сорвался с места.
Кассиан в этот момент хватает Эргану за плечи и начинает трясти ее так, что кажется вот-вот свернет шею.
– Что ты сделала?! – рычит, и голос его становится не человеческим, а звериным.
Эргана вырывается, ревет, мечется, оправдывается:
– Она хотела меня убить! Это самооборона! Она ведь ведьма! Она…Мне все равно на них. Расправлюсь с этими змеенышами позже.
Молнией бросился к Лалисе. Упал на колени рядом, схватил ее за плечи.
– Колючка...
Она была без сознания. Легкая, как тряпичная кукла. Лицо бледное, губы начали синеть.
– Только не сейчас... слышишь? Не смей...
Пульса почти не чувствовалось. Она уходила. Ускользала у меня на глазах.
Бездна...
Я поднес ладони к ее груди. Ощутил едва теплую кожу.
Закрыв глаза, резко втянул воздух, собрал всю магию внутри – ту самую, чистую, настоящую, ту, что рождается только для одного человека... И дотронулся до ее губ, выдыхаю все, что удалось собрать.
Свою любовь, свою магию, всего себя...
Секунда. Вторая...Лалиса вздрогнула и распахнула свои прекрасные фиолетовые глаза.
Прижав ее к себе, вздохнул.
Она моя. Моя жизнь. Мое все.
И она жива...
ЛАЛИСА МАНОБАН
Я с трудом разлепила глаза.
Передо мной мой любимый дракон.
Взъерошенный, в панике... В синих глазах плещется что-то похожее на отчаяние. А меня заполняет такая безграничная нежность, что аж защипало в глазах.
Он пришел... Пришел ко мне, чтобы спасти из этого безумия.
– Колючка… – шепчет, напряженно глядя в мои глаза.
Сил нет, но попыталась улыбнуться. Хоть как-то дать понять, что я тут.
Он резко выдохнул, сжал мою руку.– Люблю тебя... – прошептала я, и его взгляд потеплел.
Чонгук наклоняется и начинает покрывать мое лицо поцелуями.
Я тянусь к нему руками, чтобы зарыться пальцами в его шелковистые волосы, как краем глаза замечаю, что в нашу сторону шагает с перекошенным лицом... Кассиан.
А бой-то не закончен...
– Чонгук... – прошептала я.
Мой мужчина моментально все понял, – выпрямился и резко поднялся на ноги.
Кассиан уже открыл рот, возможно, чтобы снова что-то выдать, вроде «Лалиса – моя» или «убирайся», но Чонгук не дал ему такой возможности.
Сначала врезал ему кулаком в челюсть, отчего тот повалился на пол, а потом... спеленал, как младенца с помощью магических веревок.
Чонгук сильнее Кассиана. Физически. Морально. Духом. Он взрослый, знающий, чего хочет от жизни. А еще он порядочный.
У них разные жизненные ценности. Они полные противоположности друг друга. И это радует.
И я знаю точно, что Чонгук не способен на предательство, он лучше вырвет себе сердце, чем предаст.
Кассиан зашипел, рванулся, но без толку, магические путы впились в кожу, рот затянуло плотной полосой.
В следующую секунду Чонгук обернулся к Эргане, которая уже кралась к окну, надеясь улизнуть незаметно.
Чонгук протянул руку, и его магия спеленала и ее. Драконицу буквально сдернуло назад. Она вскрикнула, покачнулась, но уже через миг стояла посреди комнаты связанная, как и ее жених.
И пока мои враги бились в конвульсиях, тщетно пытаясь содрать с себя магические путы, я думала о том, какая же я все-таки дура.
Чонгук меня любит. Я люблю его.
Зачем надо было строить из себя сильную и независимую?
Мой мужчина сильный, и быстро решает дела. Если бы я ему доверилась, то во мне бы сейчас не зияла огромная кровавая дыра...
Так. Стоп.
Я опускаю взгляд вниз.
Не болит. Кровавое пятно есть, но сама рана не болит.
Может, потому, что ее нет?
Как вообще такое возможно?
Продолжая недоуменно пялиться на пятно, не сразу замечаю Чонгука.
– Лалиса, что такое?
– А где рана?
– Я ее излечил.
– Как?
– Силой своей любви.
Вскинув взгляд, начинаю глупо улыбаться.
Боже, как же я его люблю...
И мне настолько хорошо, что я даже не думаю о тех, кто сейчас буравит ненавидящими взглядами.
– Колючка, – выдыхает он и поднимает меня с пола. – Как же я испугался...
Я прижимаюсь щекой к его груди и прикрываю глаза, и в этот самый момент гостиная Эрганы начинает заполняться людьми.
Сначала вбежал высокий мужчина в черной мантии, с тяжелым взглядом и шрамом на щеке. Чонгук едва заметно кивнул ему, и тот сразу двинулся к Кассиану. За ним еще несколько человек, все как на подбор: сдержанные, сосредоточенные. Кто-то молча осматривает обстановку, двое подходят к Эргане и, не церемонясь, хватают под локти.
– Под арест, – коротко роняет Чонгук. – Доставить в мой департамент.
Эргана дергается, глаза горят бешенством, но рот у нее все так же запечатан магией. Даже визгнуть не может, и слава богу.
Кассиан пытается рвануться, но его тут же валят на пол. Один из мужчин Чонгука припечатывает его лицом к мрамору, другой фиксирует руки за спиной. Он рычит, шипит, мечется, но все это тщетно. Рот его плотно затянут сияющей магической лентой. Ни выкрикнуть, ни выдохнуть, только глаза, полные бешенства и злобы.
Вот он.
Тот, кто еще недавно вцеплялся в мое горло, кто называл меня своей и при этом говорил, что женится на другой. Тот, кто жестоко предал меня. Тот, кто когда-то смотрел на меня, как будто я его вселенная.
Теперь он сломлен, остался лишь дикий блеск в глазах. И все, что я чувствую к нему – глухое раздражение.
Когда-то я думала, что он особенный, а оказался самым обычным уродом. Одержимым уродом, считающим, что мир у его ног.
Я молча смотрю, как его заталкивают в портал.
Знаю, что с Кассианом ничего не будет. Пусть он хоть трижды продаст душу дьяволу или, скажем, Оксиана. Все, потому что он чертов принц.
Я не чувствую страха. Не боюсь за свое будущее.
Ведь рядом со мной тот, кто не даст меня в обиду.