Глава 6
Нерешительно прошла вглубь комнаты, приоткрыла шкаф. Дверца противно заскрипела, и я поморщилась.
— Надо же, кто–то уже заехал, — проговорила, увидев три пары туфель и три комплекта форменной одежды.
— Это, скорее всего, нам, — раздалось от двери. — Привет ещё раз.
Я увидела Ларрин Озр, с которой познакомилась в канцелярии.
— Привет, — поздоровалась, испытывая страшное смущение от того, что меня застали за разглядыванием чужой одежды. Хотя… это и моя одежда, выходит. — Здесь всё не новое и огромного размера, — заметила, стараясь не пускать в голос панику.
— Это обычное дело в академии, а с размером не беда — ушьём. — Ларрин тоже подошла к шкафу и заглянула в него. — О, так нас будет трое. Видимо,набрали больше парней. Впрочем, это неудивительно — декан Ноа был в ударе.
— Ты мне это говоришь? Я едва не умерла от разрыва сердца, когда попала к нему!
Мы переглянулись и дружно рассмеялись.
— Ты мне всё расскажешь в подробностях, но после ужина.
— Договорились, — не стала спорить я. — Умираю от голода. Нам, наверное, стоит подождать третью девушку? Ой, и вещи забрать!
— Ты не знаешь главное правило? — удивилась Ларрин, театрально приложив руку к груди.
— Какое?
— Режим питания нарушать нельзя! — со смехом закончила она. — Ну даёшь, Лиса. Если опоздаем к ужину, останемся без него, а я на грани голодного обморока.
В животе согласно заурчало и я приложила к нему руку, словно это могло помочь скрыть неприличный звук. И всё же по правилам хорошего тона нам следовало пойти на ужин всем вместе. В замешательстве посмотрела на дверь.
— Но…
— Пойдём. Может, она ещё сидит в очереди в канцелярию и появится ночью. Лучше принесём ей еды, если это не запрещено правилами академии, — нашла компромисс Ларрин, сообразив, что меня тревожит.
Умная девушка. И совсем не злюка, как показалось при первой встрече. Кажется, мы подружимся.
— Хорошо, — согласилась я, первой направляясь к двери, открывая её и пропуская Ларрин вперёд.
Та замешкалась в проходе и внезапно сделала шаг назад.
На пороге стояла наша соседка. Тоненькая, хрупкая и эфемерная, словно фея, блондинка с огромными льдисто–серыми глазами.— Девочки, он такой красивый! — с придыханием произнесла она вместо приветствия.
— Если ты про Теодора Ноа, то у тебя дурной вкус, — хмыкнула Ларрин. — Мы в столовую. Ты с нами?
— А? — Девушка непонимающе моргнула, но быстро пришла в себя, вытянула голову, заглянув комнату, не найдя в ней ничего интересного наморщила нос и согласно кивнула. — Да, конечно. Меня зовут Фрея Линдт. Вы, наверное, уже догадались, что у меня в роду есть феи, так что да, подтверждаю, моя стихия — воздух.
— Чувствую, есть ещё что–то, — с улыбкой заметила я, закрывая дверь и аккуратно подталкивая Фрею на выход.
— Зелья, девочки. Я специалист по любовным зельям, — заговорщически прошептала она и подмигнула.
Любовные зелья? Так это же то, что мне нужно! Ну, почти… Вернее, совсем не то — но зацепившаяся за весьма пикантный дар Фреи–феи мысль уже двинулась в верном направлении.
Да, перезрелый женишок Теодор Ноа пока не воспылал ко мне страстной любовью. И даже симпатии ни капли не выказал — кажется, у него весь мир заочно занесён в чёрный список. Но лучше перебдеть. А значит, от идеи с отворотным зельем отказываться рано!
И сегодня мне определённо везёт. Целый специалист — в шаговой доступности. Но надо бы понаблюдать, что она из себя представляет. А то попросишь так о тайной услуге — и наутро вся Академия знать будет.
— И о ком же ты так мечтательно вздыхала? — так просто, словно мы были знакомы уже пару месяцев, уточнила Ларрин у Фреи. — Любопытно же! Рассказывай.
Воздушница смутилась, её бледные щёчки зарделись, она даже огляделась, словно нас на пустой лестнице кто–то мог подслушать. Все уже давно в столовой — ужин уплетают.
— Да ректор же! — вдруг легко рассмеялась Фрея. — Вы что же, не видели его сегодня?— У-у, — протянула огневичка. — Дохлый номер. Я пока в канцелярской очереди стояла, такого наслушалась. Да стену Академии пробить проще, чем добраться до сердца этого дракона. Вы только представьте, сколько вокруг него таких, как мы, каждый год вьётся!
Она махнула рукой. Очень обнадёживающе, ничего не скажешь.
И Фрея в этот самый миг, похоже, подумала примерно о том же. Даже носом шмыгнула от расстройства, словно новая соседка вдруг разбила некую её мечту из тончайшего горного хрусталя.Как по мне, влюбляться в мужчину, едва его встретив — страшная глупость. Но у неё в роду феи — ей, наверное, простительно. У них, фей, может, голова цветочной пыльцой наполнена.
Подумаешь, роскошный брюнет. Подумаешь, дракон. Что мы, драконов не видели, что ли? Да меня только за сегодняшний день трое едва не затоптали. То ли ещё будет! Я на месте феечки вообще держалась бы подальше от этих ящеров.
Но Фрея страдала… аж до первого этажа общежития. И вдруг преисполнилась решимости:
— Ничего! У нас и свои методы есть! — она хитро прищурилась.
Ларрин скептически хмыкнула:
— Любовные зелья? Ну–ну…
Мы немного помолчали по пути в столовую, сосредоточившись на собственном чувстве голода и желании поскорее от него избавиться. Впрочем, о личном деле я вовсе не забыла. Дождавшись,как подгоняемая доносящимися из столовой запахами еды огневичка уйдёт вперёд, я пристроилась рядышком с Фрейей и, выждав удобный момент, завела осторожный разговор. Как бы невзначай. Мы же девочки!
— И что же ты… правда зелье приготовить можешь? Что бы раз — и на всю жизнь любовь?
Фрея глянула на меня с подозрением. Как будто я её ректора драгоценного прямо из–под её носа уводить собралась.
— А тебе зачем? — она гордо расправила плечи. — Мы своих секретов не раскрываем!
— Я исключительно в образовательных целях! — пришлось придать тону многозначительности. — Да и просто интересно.
Фрея немного успокоилась.
— Конечно! Я даже самые сложные могу. Меня бабушка, знаешь, такому учила! — она погрозила пальцем в пространство.
— Ага… — произнесла я ещё более глубокомысленно. Помолчала. А потом добавила: — А наоборот?
— В смысле? — похлопала феечка ресницами.
Пришлось пояснять.
— В смысле, не любовное. Вот, допустим, не нравится тебе кто–то. А он так и липнет, так и липнет. А ты ему в суп — отворот–поворотное!
Фрея задумалась. Крепко так задумалась — мы уже почти дошли до двери столовой, за которой было нетерпеливо–шумно. Что–то позвякивало, гремело и тихонечко шкворчало.
— Могу, пожалуй, — наконец согласилась воздушница. — Если формулы развернуть, коррективы внести. Я не пробовала никогда… Я за любовь вообще–то! У меня природа такая.
Ларрин заинтригованно обернулась:
— Какие интересные вы, девочки! Одной любовное зелье надо, другой —отворотное. Спокойно жить не пробовали?
— И ничего мне не надо! — возмутилась я. — Но вдруг! Надо же знать, к кому обратиться.