Глава 62
— Зачем ты закрыл? — Ся Линь, державшая в руках парик, вытянула шею. — Мне показалось, или это был второй господин Пэй? Ой! Он стоит!
Ся Линь внезапно осознала важную деталь. Раньше их взгляды всегда пересекались на одном уровне. Но в тот краткий миг, когда дверь открылась, ей пришлось смотреть на него снизу вверх.
У Ло Юньцина не было времени на объяснения. Буркнув что-то невнятное, он принялся лихорадочно срывать с себя жемчужную накидку.
— Не снимай! — Ся Линь быстро переключила внимание на него и вместе с парой ребят из косплей-клуба бросилась его останавливать. — Тебе же так идет!
Она уже вовсю подумывала о том, чтобы заставить его сфотографироваться с ней именно в этом образе.
— Ципао красивое, — Ло Юньцин лихорадочно подбирал оправдания, — но оно мне не подходит.
— С чего это не подходит? Оно сидит идеально! — Ся Линь подняла парик повыше. — Наденешь это, и будет вообще супер.
Неужели он не заметил, как у второго господина Пэй только что глаза на лоб полезли? Тот явно был в полном восторге.
— Правда, не подходит.
Ло Юньцину с трудом удалось вырваться из их рук. Он воровато шмыгнул за занавеску, быстро всё скинул и переоделся в свою одежду.
Он снова открыл дверь.
Пэй Яньли застыл в той же позе, что и несколько минут назад. Когда Юньцин вышел, свет в глазах мужа заметно потускнел.
— Что это за взгляд? — Ло Юньцин упер руки в бока и вскинул бровь. — Разочарован?
Пэй Яньли: — Нет.
На словах «нет», а на деле — еще как.
Ся Линь, тиская в руках довольно качественный парик, невольно ворчала про себя. Видимо, её обида была настолько мощной, что Ло Юньцин беспричинно вздрогнул и поспешно закрыл дверь, отгораживаясь от её взгляда.
Затем он спросил: — Почему ты сегодня решил встать?
Он даже трость с собой не взял.
— На прошлой неделе мы с Сяо Юем ездили в больницу на обследование. Тан Яцзюнь сказала, что проблем практически не осталось, — Пэй Яньли перехватил его руку и принялся разминать ладонь в своих руках. — К тому же сегодня годовщина университета.
При чем тут годовщина и его ноги?
Шедший следом Чэнь Чжао тут же пояснил: — Старик Пэй и старший господин — оба выпускники Пекинского университета. Старик сейчас немного покашливает, а старший господин... занят подготовкой к лечению Пэй Хэнчжи. А босс теперь исполняющий обязанности главы семьи.
Семья Пэй ежегодно жертвует университету миллионы на целевое обучение талантов, чтобы потом привлекать их в свои структуры. Так что и по долгу службы, и по личным причинам приехать стоило.
— Это моё первое официальное появление на публике в качестве главы семьи, — Пэй Яньли подробно всё разъяснял. — В последнее время о семье Пэй ходило много негативных слухов. Если бы я и дальше не вставал на ноги, бог знает, что бы люди навоображали.
Главное было развеять дурные сплетни.
— Понятно, — Ло Юньцин кивнул и указал на себя. — Мне тоже нужно быть с тобой?
— Достаточно просто показаться. После обеда делай что хочешь, — Пэй Яньли никогда его не ограничивал, но один момент не давал ему покоя: — Ты ведь пришел помогать театральному кружку с репетициями? Как ты оказался в другом клубе?
— У косплей-клуба сегодня парад по кампусу, — Ло Юньцин и сам узнал об этом только когда его затащили. — Сказали, им не хватает того, кто будет нести табличку.
Пэй Яньли протянул: — И ты должен был нести её в том наряде?
— Да, это было бы жутко неловко, — Ло Юньцин замахал руками. — Я отказался, не надену его.
— Я не считаю, что это неловко, просто... — Пэй Яньли запнулся и покосился на Чэнь Чжао.
Тот мгновенно всё понял: — Кажется, я телефон в машине забыл. Босс, идите вперед.
Они вышли из культурного центра и направились к парковке.
Ло Юньцин проводил помощника взглядом и вернулся к прерванному разговору: — Так что «просто»?
Пэй Яньли: — ...Оно слишком короткое.
Подол едва доходил до колен, голени полностью обнажены, да еще и разрезы по бокам! Это выглядело не как строгое ципао, а как нечто... эротическое.
— Это был женский средний размер, — обиженно буркнул Ло Юньцин. — Конечно, на мне оно короткое.
Стоп, проблема не в этом. Он подозрительно прищурился: — То есть, если бы размер подошел, я мог бы в нем разгуливать?
— Конечно нет.
— А в чем тогда дело?
Они дошли до искусственного озера. Пэй Яньли вздохнул, приобнял его за талию и с абсолютно серьезным видом произнес: — Просто надевай его только для меня.
Ло Юньцин предчувствовал, что он это скажет, но когда услышал — всё равно покраснел до кончиков ушей. Он ущипнул мужа за руку на своей талии и прошептал: — Старый развратник.
— Старый?
Из всей фразы Пэй Яньли услышал только это слово. — Сяо Ло, ты считаешь меня старым?
............
Днем, после торжественной церемонии и фотосессии со старшекурсницей, Ло Юньцина буквально за шкирку затащили в машину.
— В семь вечера еще праздничный концерт! Не посмотрим? — Он невинно захлопал глазами.
Ответа не последовало. Ло Юньцин повернулся за помощью к Чэнь Чжао, который уже собирался заводить мотор.
Тот лишь развел руками — мол, ничем не могу помочь — и поднял звукоизоляционную перегородку. Прежде чем она закрылась до конца, Ло Юньцин успел нажать на кнопку блокировки: «Брат, ты не можешь бросить меня в беде!»
— Хозяйка, берегите руки.
Чэнь Чжао аккуратно отодвинул его руку. Перегородка поднялась, отрезав спасительный взгляд помощника. Машина тронулась и медленно выехала с территории кампуса.
Ло Юньцин забился в угол у перегородки и долго не шевелился. Пока за спиной не раздалось громкое — «Бац!»: Пэй Яньли с силой захлопнул книгу.
— Муж~ — его голос выдал невероятный вираж. — Я слышал, Ся Линь уезжает учиться в Германию.
— М-м.
— Учиться в Германии, наверное, очень трудно?
— М-м.
— Труднее, чем в Америке?
В конце концов Пэй Яньли перестал даже мычать в ответ. Ло Юньцин развернулся, пристроился на его коленях и начал выписывать пальцем круги поверх его брюк: — Я виноват.
— В чем же виновата жена? Жена просто сказала правду.
— Ты обиделся?
Пэй Яньли: «...»
Если бы он промолчал, было бы лучше, но теперь Пэй Яньли действительно был на грани. Его жена — юный и прекрасный студент, а ему самому скоро тридцать.
— Я же пошутил, — Ло Юньцин выпрямился, сел на него верхом, расстегнул пару пуговиц на своей рубашке и плавно скользнул рукой ему под сорочку. — Старый ты или нет, разве я не знаю лучше всех?
Почувствовав что-то, Пэй Яньли резко сбил дыхание и тут же перехватил его руку: — Мы в машине, веди себя прилично.
Ло Юньцин подумал: «Пф, святоша недоделанный». — Тогда не смей больше дуться.
— Хорошо, не буду. Пэй Яньли согласился подозрительно быстро.
Ло Юньцин, довольный собой, слез с него, опустил стекло и подставил лицо вечернему ветру. В салон влетело несколько лепестков персика, запутавшись в его волосах. Пэй Яньли поправил свою рубашку, осторожно снял лепестки и пригладил его волосы. Вспомнив, что Юньцин сам завел разговор о той студентке, он спросил: — Сяо Ло тоже хочет поехать учиться за границу?
Ло Юньцин, не раздумывая, мотнул голвой: — Нет.
— Учеба за границей позволяет познакомиться с другими людьми, расширяет кругозор...
Не дав ему договорить, Ло Юньцин твердо отрезал: — Не хочу.
— Почему? — Пэй Яньли не понимал. — Для твоего будущего это было бы очень полезно.
Новые горизонты и иной склад мышления пошли бы только на пользу будущему главе компании «Сун Ши».
— ...Это далеко. — Ло Юньцин никогда не думал о том, чтобы оставить его, не говоря уже о переезде в другую страну. — Не смей больше об этом заикаться!
— Хорошо-хорошо, не буду.
Они вернулись в «Сицзи Юньдин». Когда они вышли из машины, Чэнь Чжао впал в ступор: Ло Юньцин сердито топал в дом, а босс плелся следом и пытался его задобрить.
«У меня галлюцинации?» Когда они садились в машину, всё было ровно наоборот.
Чтобы утешить Пэй Яньли, достаточно было одной руки, а вот в обратную сторону — задачка посложнее. Словами тут было не помочь, оставалось только ждать, пока он сам отойдет.
Сяо Юй ел свой специальный питательный ужин и заметил, что брат отложил палочки, хотя в тарелке осталась почти вся порция. — Братик, нет аппетита? — Нет. — Значит, ты расстроен? Поколебавшись, Ло Юньцин покачал головой.
На самом деле, вопрос Пэй Яньли об учебе был продиктован заботой о его будущем, но... Юньцин боялся. Он до дрожи боялся покидать его. Казалось, стоит ему уйти — и всё это окажется лишь сном.
Сяо Юй ковырял безвкусную еду, долго ждал ответа и наконец сам нашел причину: — Может, это из-за того, что стало жарко?
— Да, стало жарко, — Ло Юньцин наклонился и убрал рисинку с его щеки. — Как ты себя чувствуешь?
— Днем, когда грелся на солнышке, было капельку... — Сяо Юй показал пальцами, — но вообще нормально, не сильно печет.
После пары фраз обида в сердце Юньцина почти рассеялась. Он доел ужин и сел рисовать с малышом.
За это время Пэй Яньли как бы невзначай проходил мимо трижды. На четвертый раз он взял с кофейного столика декоративного кролика, покрутил в руках и поставил обратно. Сяо Юй наконец заметил его и поманил рукой: — Братик А-Ли, у меня этот домик никак не получается.
— Я научу тебя.
Пэй Яньли тут же бросил серебряного зайца, подошел, взял руку ребенка и начал водить карандашом по бумаге, а другой рукой слегка приобнял Ло Юньцина.
Ровно в восемь Сяо Юй закончил рисунок и ушел умываться. Пэй Яньли увел мужа в комнату, закрыл дверь и начал ворковать: — Ну всё, не сердись. Я обещаю больше никогда не заикаться об учебе за границей, договорились?
Ло Юньцин на самом деле уже давно остыл. Да и вины Яньли в этом не было. Это он сам вечно жил в тревоге, будто каждый день — последний.
— Ладно, пойду в душ и спать. Ло Юньцин повернулся, чтобы уйти в ванную, но его перехватили и притянули в объятия.
Рука скользнула под подол рубашки, поглаживая гладкую спину и прижимая к себе. — Пэй Яньли, — Юньцин опустил взгляд и пальцем приподнял его подбородок, спрашивая о том, что и так было ясно: — Что ты делаешь?
— Хочу посмотреть на жену в ципао.
«Все-таки он притворяется святошей, а на самом деле — старый развратник».
Ло Юньцин: — Ципао принадлежит клубу. Мне что, пойти украсть его для тебя?
— Я всё купил.
Пэй Яньли не просто купил — он приобрёл сразу несколько вариантов, разных по цвету и фасону, и даже подобрал к ним соответствующие жемчужные накидки.
Глядя на то, с каким энтузиазмом муж выбирает для него розовое короткое ципао, Ло Юньцин понял, что всё ещё недостаточно хорошо его знает.
— Тебе не нравится? А как насчёт этого? — Пэй Яньли непринужденно взял в руки жемчужную пелерину.
Одну лишь пелерину.
— Господин Пэй, — лицо Ло Юньцина потемнело, — тебе не кажется, что ты становишься всё более... извращённым?
— Желать собственную жену — это теперь называется извращением? — Пэй Яньли не только не смутился, но и продемонстрировал завидную толстокожесть. — Ну так что, наденешь?
— ...Надену! — Ло Юньцин впился зубами в его губы. — Смотри, как бы я тебя с ума не свёл!
Слова были дерзкими, но когда дело дошло до примерки пелерины, он сам обомлел.
Дыхание над ухом становилось всё тяжелее. Пэй Яньли склонил голову, точно прихватив губами алую бусинку на жемчужной нити, и посмотрел на него снизу вверх горящим взглядом: — Жена, ты прекрасен.
— Ты только... полегче. Я завтра хочу позавтракать вместе с Сяо Юем.
Пэй Яньли тяжело сглотнул и ответил: — Хорошо.
Затем он подхватил Юньцина на руки. Но едва он собрался опуститься на кровать, как внезапно зазвонил телефон.
Он потянулся к нему, намереваясь сбросить вызов, но увидел на экране имя: «Дядя Чжан».
— Простите, что беспокою в такой час, второй господин. — В трубке слышались звуки яростной ссоры и надсадный кашель. Дворецкий Чжан поспешно отошёл подальше и кратко доложил: — Старший господин и первая госпожа затеяли развод. Пришли разбираться прямо к главе семьи.