Глава 29
Мягкий желтый свет ночника падал на черные волосы, длинные ресницы дрожали, отбрасывая тень на щеки. Брови, которые последние дни были напряженно сдвинуты, наконец расслабились.
Пэй Яньли наклонился, прижавшись своим лбом к его, и заглянул в глаза, в которых вместо тревоги теперь плескалась тихая радость. — Это просто невероятно.
— Ч-что именно? «Неужели он связал историю с самолетом со мной?!» — промелькнуло в голове Юньцина. Он моргнул и, не выдержав взгляда дольше двух секунд, виновато отвел глаза.
Сим-карта была анонимной, единственная зацепка — звонок. Но он специально изменил голос и прикрывал рот тканью... Его ведь не должны так просто вычислить?
— Твой сон. Тебе ведь приснилось, что самолет упал? И кажется, именно после этого тебе стало нехорошо?
Ло Юньцин поджал губы и кивнул, соглашаясь с его словами.
— И как только это предсказание сбылось, ты тут же свалился с тяжелой болезнью.
Пэй Яньли всегда был убежденным материалистом, но сейчас и он не мог не поверить. Пока А-Ло был в беспамятстве, Пэй даже думал: а что, если тот самолет действительно должен был разбиться?
Юньцин так сильно переживал из-за этого сна, подсознательно моля о спасении людей на борту, что в качестве платы за это его сразил внезапный недуг. От одной этой мысли Пэй Яньли снова почувствовал тот ледяной ужас, который охватил его у дверей реанимации.
— Ну откуда возьмутся такие чудеса? — Ло Юньцин легонько боднул его головой. — Я просто... Хм? А это что такое?
Он нащупал ладонь мужа и, пощекотав ее, вытянул из-под одеяла, чтобы рассмотреть. На ладони Пэй Яньли отчетливо виднелись четыре следа от ногтей в форме полумесяцев, запекшихся кровью. На второй руке — то же самое.
— Ничего, пустяки, — Пэй Яньли быстро отдернул руки, поправил сползшее одеяло и закрыл ладонью глаза юноши. — Жар только спал, поспи еще немного.
Ло Юньцин промолчал. Он спрятал свои руки под одеяло и с силой сжал кулаки. Спустя пару секунд разжал и провел подушечкой большого пальца по ладони — остались едва заметные дуги.
Значит, Пэй Яньли сжимал кулаки так долго, что проступила кровь.
— Муж... — Юньцин склонил голову к краю кровати. — Прости, что заставил тебя волноваться.
Его покусанные губы тут же накрыли поцелуем — нежным и долгим. Рука Пэй Яньли всё еще закрывала его глаза; чувства обострились, и Ло Юньцин слышал лишь тяжелое, прерывистое дыхание мужа совсем рядом.
Спустя долгое время раздался охрипший, дрожащий от слез голос: — Главное, что всё хорошо.
Увидев новости о «бомбе» на борту, Тэн Цзайе буквально подпрыгнул на месте и засыпал Ло Юньцина сообщениями. Он смутно помнил, как еще в августе этот малец ни с того ни с сего велел ему не садиться на рейс в этот день. Даже время совпало!
[Сборщик рухляди и макулатуры]: Братишка, вчера Юй-Юй (Цзян Цзыюй) снова мне об этом напомнил. У тебя что, реально есть какие-то сверхспособности?
Через десять минут: [Сборщик рухляди и макулатуры]: Почему не отвечаешь? Всё еще на парах? [Сборщик рухляди и макулатуры]: Да нет, уже полдень.
Тэн Цзайе ждал ответа до трех часов дня, после чего решил написать Пэй Яньли. Но эта парочка словно сквозь землю провалилась. Делать нечего, пришлось пытать Чэнь Чжао.
[Секретарь Сяо Чэнь]: Супруг босса в больнице. (Вздыхающий смайл)
Заболел! [Сборщик рухляди и макулатуры]: Да как так-то? Вчера же был бодрячком. [Секретарь Сяо Чэнь]: Точная причина неясна, но, слава богу, из реанимации уже перевели. Всё остальное — завтра.
Тэн Цзайе долго смотрел на это сообщение, не в силах прийти в себя. Что значит «из реанимации перевели»? Настолько серьезно?!
Рано утром следующего дня он, прихватив корзину фруктов и выцепив по дороге Цзян Цзыюя, примчался в больницу.
— Почему мне не сообщили вчера? — Цзян Цзыюй, только что узнавший новости, нервно постукивал пальцем по дверце машины. — Да ты же с совещаний не вылезал, — проворчал Тэн Цзайе, втягивая голову в плечи. — Сказал бы тебе вчера — ты бы всю ночь глаз не сомкнул. Не парься, Чэнь Чжао сказал, что вчера после обеда температура спала. Просто оставили на ночь под наблюдением.
Палец Цзяна замер. Последовал такой ледяной взгляд, что Тэн Цзайе предпочел заткнуться.
У входа в отделение они встретили Чэнь Чжао. Тэн Цзайе бросился к нему как к спасителю: — Сяо Чэнь! Ну как, ваша «хозяйка» в порядке? — В порядке, — Чэнь Чжао крепко сжимал телефон, выглядя крайне озабоченным. — Я же вчера говорил, что жар спал.
Цзян Цзыюй шагнул вперед: — Раз жар спал, зачем до сих пор в больнице? — Врачи боятся рецидива, — Чэнь Чжао быстро убрал телефон в карман. — Сегодня нужно сдать еще несколько анализов.
Подойдя к дверям одиночной палаты, он постучал: — Босс, это Чэнь Чжао. Молодой господин Тэн и господин Цзян тоже здесь. — Входите.
Когда они вошли, Ло Юньцин как раз допивал кашу. Увидев гостей, он удивленно поставил миску: — Ого, вы все здесь? Да просто простуда была, ничего серьезного.
— Температура до больницы довела, а ты говоришь «ничего серьезного»? — Тэн Цзайе поставил фрукты и придвинулся к кровати. — Последние дни погода мерзкая, то холод, то сырость. Ты небось одеяло ночью скидываешь? — Ты меня за трехлетку держишь? — Ло Юньцин взял булочку и с силой откусил, глядя на него. — Ишь ты, — усмехнулся Тэн. — Аппетит, я смотрю, отличный.
— Хороший аппетит — это добрый знак, — Цзян Цзыюй ткнул букетом лилий в лицо Тэну. — Иди, найди вазу и поставь. — Да можно же просто на стол положить... — М-м? — Ладно, иду.
Тэн Цзайе покорно побрел с цветами в сторону. Ло Юньцин, видя, как тот по-прежнему пасует перед «братом Юем», облегченно улыбнулся. Но, вернув взгляд к Цзян Цзыюю, он заметил, что тот выглядит необычайно мрачным.
Цзян уже выслушал теорию Тэна в машине. Слишком уж странное совпадение: именно вчера Юньцин чуть не умер. Неужели это из-за того, что он раскрыл тайну судьбы?
— А-Ло, — он помолчал, а затем произнес низким голосом: — Больше никогда и никому не гадай. Судьба каждого человека предрешена. Если пытаться идти против неба... — Против неба? — Юньцин недоуменно моргнул. — О чем ты, брат? Я не совсем понимаю.
«То, что я переродился — уже вызов небесам», — подумал он про себя.
— У каждой причины есть следствие, круг сансары вечен, — Цзян Цзыюй видел, что юноша не хочет откровенничать, но считал своим долгом предупредить. — Ты ведь изучал физиогномику и судьбы, ты должен это знать. — Знаю, знаю, — Ло Юньцин невозмутимо взял вторую булочку и протянул ему. — Брат, ты завтракал? Может, перекусишь?
Цзян Цзыюй замер. Зато Тэн Цзайе, вовремя вернувшийся, перехватил булочку с крабовым мясом: — Если Юй-Юй не хочет, я съем, а то проголодался.
Он смачно откусил. Цзян Цзыюй лишь покачал головой и отошел к Пэй Яньли, чтобы расспросить о подробностях болезни. Как только они остались одни, Тэн Цзайе, жуя, прошептал: — Братишка, насчет того дела... — А-а-а, какая булочка вкусная! Тесто тонкое, начинки много! — Ло Юньцин. — Раз пришел навестить — добро пожаловать, — Юньцин не смотрел на него, сосредоточенно мешая кашу в миске. — Всё остальное... — Я говорю про Г-О-Н-К-И, — отчетливо выговорил Тэн.
Рука Ло Юньцина замерла. Он мельком взглянул на беседующих мужчин и серьезно посмотрел на друга. — Посмотри на себя, только собрался гонять и уже довел себя до такого, — Тэн Цзайе понизил голос, в нем слышалось легкое ехидство. — Тяжело пришлось под началом Чжан Шуянь? Когда эта женщина орет, ей плевать на чины и звания. — Это же хорошо, — Ло Юньцин продолжил жевать. — Уж лучше пусть орет, чем молчит.
— Ты в таком состоянии и всё еще собираешься участвовать? — Тэн действительно за него переживал. — Придумай для Пэя другой подарок на день рождения, забудь про этот. Ло Юньцин, не раздумывая, покачал формой: — Нет.
Как еще он сможет наказать Пэй Хэнчжи? Только смерть врага принесет покой. А если не умрет — пусть хотя бы останется прикованным к постели!
— Ты с Пэем слишком долго живешь, стал таким же упрямым, — проворчал Тэн, доедая булочку. Разве он плохого желает? — Я знаю, что ты из добрых побуждений, — Ло Юньцин прекрасно его понимал. — Не волнуйся, теперь у меня больше нет за-забот на душе.
После завтрака и отдыха Юньцина снова отправили на обследования, которые показали, что организм полностью в норме. Болезнь ушла так же внезапно, как и пришла. Врачи не нашли причин удерживать его: — Если почувствуете недомогание — сразу к нам, не терпите. Выписав наставления, его отпустили домой. Тэн Цзайе и Цзян Цзыюй тоже отправились по своим делам.
Вернувшись в «Сицзи Юньдин», Ло Юньцин снова был принудительно уложен в постель. — Я уже здо-здоров. — Ты только поправился, нужно пару дней покоя, — Пэй Яньли мягко уложил его обратно. — В университете я договорился, пропуски по болезни не повлияют на баллы. — Но...
Камень, лежавший на душе, наконец исчез, и Ло Юньцин чувствовал такой прилив сил, будто готов был горы свернуть. — Никаких «но». Отдыхай. — Пэй Яньли закатал рукава. — Что приготовить на обед? — Ты?! — Юньцин попытался сесть, но под строгим взглядом мужа послушно заполз под одеяло. — Ты сам будешь готовить? — Когда я учился за границей, кое-чему научился.
Ло Юньцин скептически отнесся к этому «кое-чему». В прошлой жизни кулинарные таланты Пэй Яньли ограничивались... тостами. — Что ты хочешь? — снова спросил Пэй. — Тогда запе... — Юньцин вовремя прикусил язык. — Хочу тушеную говядину с помидорами. «Не слишком ли это сложно для него?» — засомневался он. — Хорошо. Как будет готово — позову.
Ло Юньцин кивнул и закрыл глаза. Как только дверь закрылась, он вытащил телефон и быстро настрочил сообщение Чжан Шуянь. В ближайшие дни Пэй Яньли будет следить за ним в оба глаза, так что на базу пока ни ногой. И еще кое-что:
[Ло Юньцин]: Брат Юй говорил, что вы мастер тюнинга.
[Непобедимая королева]: И?
[Ло Юньцин]: Я перепробовал все спорткары в гараже, но мне кажется, что управлять представительским авто вроде Mercedes мне привычнее. Поэтому я хочу попросить вас переделать для меня «Мерседес».
[Непобедимая королева]: Есть прогресс.
[Непобедимая королева]: Отдыхай. Как закончу с тюнингом — дам знать.
Дверная ручка щелкнула. Ло Юньцин поспешно спрятал телефон, лег и натянул одеяло до подбородка.
— Хозяйка.
По этому обращению сразу стало ясно, кто вошел. Юньцин с облегчением выдохнул и сел в кровати: — Что случилось?
Чэнь Чжао не ответил, а молча протянул ему телефон с открытой новостью. Заголовок гласил: «Срочная госпитализация! У "талисмана" Второго господина Пэя проблемы со здоровьем!»
Ло Юньцин быстро пробежал глазами статью, и его брови поползли вверх: — Кто это опубликовал?! В тексте говорилось, что брак Юньцина с Пэй Яньли — это обряд «изгнания болезней» (чунси), и якобы Пэй Яньли использует его, чтобы продлить собственную жизнь за счет чужого здоровья.
Что за бред?!
— Я уже сбил охват, до босса новость не дойдет, — Чэнь Чжао указал на четкое фото в статье. — Это фото сделано в момент приступа лихорадки. Вы тогда были на парах.
— Это кто-то из однокурсников. — Ло Юньцин покачал головой. — Нет, погоди. Акцент в статье сделан на том, чтобы очернить А-Ли.
— Но фото сделал ваш однокурсник, — холодно проанализировал Чэнь Чжао. — Вполне вероятно, что кто-то, кто точит зуб на босса, подкупил вашего знакомого, чтобы сделать этот вброс.
Единственный человек, который имеет доступ к студентам и при этом ненавидит Пэй Яньли... Ло Юньцин мог подумать только об одном: — Пэй. Хэн. Чжи!
Чэнь Чжао думал точно так же.
— Он так поливает А-Ли грязью... — Юньцин до боли сжал телефон. — Разве это не пятно на репутации всей семьи Пэй? — Похоже, для него это не имеет значения.
Дед наказывал его раз за разом, старший брат Пэй (отец Хэнчжи) хоть и баловал его деньгами, но в дела не вникал. К тому же... вспоминая ту скрытую видеозапись, Чэнь Чжао прекрасно понимал мотивы Пэй Хэнчжи.
— Хозяйка, вы всё еще намерены следовать своему плану? Теперь, когда враг перешел в наступление, промедление Чэнь Чжао могло выйти боссу боком. На этот раз он успел перехватить статью. А что, если в следующий раз Пэй Яньли увидит это лично? Слухи о том, что «Пэй Яньли довел жену до реанимации», нанесут по нему сокрушительный удар.
— Мы не можем больше сидеть сложа руки. Нужно бить первыми. Ло Юньцин сохранил фото, а затем вернул телефон секретарю. — Сначала узнай, кто именно сделал этот снимок. А что касается Пэй Хэнчжи...
Он открыл свой телефон, пролистал контакты и набрал номер Янь Кана, репортера из издательства «Тянься Юйлэ». — Алло, брат Ян. — О! Сяо Ло! — Как жизнь? Занят? — Да как сказать, — Янь Кан, зажав сигарету в зубах, кликал по папкам на рабочем столе. — То за одним слежу, то за другим. — Есть для тебя бо-большое дело.
Ян Кан мгновенно выпрямился в кресле: — Что за дело? — Пэй Хэнчжи. Наследник семьи Пэй. — Угу, — Ян Кан закивал. — И что дальше? — Пьяная езда в полночь. Стритрейсинг. — А? — Ян Кан замер, листая файлы. — Когда это было? Почему до меня не дошло ни слуха?
Ло Юньцин поднял голову, его губы тронула холодная улыбка: — Через три дня.