Глава 24
Чэнь Чжао и сам понимал, что сглупил. Он так отчаянно хотел, чтобы Пэй Хэнчжи поплатился, что, не раздумывая, бросился исполнять план Ло Юньцина.
Но истина была такова: — Этот план на самом деле не сработает.
Ло Юньцин не понимал: — С чего бы это?
— Вы забыли, — Чэнь Чжао после недолгого молчания напомнил: — Как я и говорил, старший господин ни во что не ставит Сун Сюэчэня. Даже если скандал выплывет наружу, у него есть тысячи способов его замять. Точно так же, как он поступил в случае с боссом.
Вот почему, узнав правду об аварии, Пэй Яньли не пошел разбираться с племянником, а первым же делом обратился к старшему брату. Тот не просто попустительствовал Хэнчжи, но, вполне вероятно, еще и заметал за ним следы.
— К тому же, — вздохнул Чэнь Чжао, озвучивая жестокую реальность, — даже если мы докажем вину, за решетку отправится только исполнитель, тот Сюй Ци. Пэй Хэнчжи в худшем случае пойдет за подстрекательство, получит мизерный срок, да и он единственный сын в первой ветви семьи. Стоит его отцу поплакаться дедушке — и все наши труды пойдут прахом.
— И что, всё просто так сойдет ему с рук?! От гнева Ло Юньцин забыл понизить голос. Заметив, что люди оборачиваются, он отошел еще дальше. В его глазах сверкнул ледяной блеск: — Плевать на срок. Мне просто нужно, чтобы он сел.
Пусть даже на время, лишь бы он лишился защиты Пэй Вэньсяня.
Поняв его настрой, Чэнь Чжао потер переносицу: — Этого проступка мало. Пэй Вэньсянь щелкнет пальцами — и парень на свободе. К тому же нас легко вычислят... Если только он не совершит что-то настолько масштабное, от чего даже отец его не спасет.
В трубке надолго повисла тишина. Чэнь Чжао, боясь, что Юньцин упадет в обморок от злости, поспешил добавить: — Не переживайте, возможностей будет море.
— Я просто думаю, — Ло Юньцин зацепился за одну странность. — Ты ведь и правда пошел и подсыпал им... лекарство.
Он-то ожидал, что после медового месяца Чэнь Чжао встретит его со слезами на глазах и словами: «Молодая госпожа, моя совесть меня замучила, я не смог!» А тот, оказывается, действовал молниеносно.
Чэнь Чжао поджал губы и пробормотал: — На самом деле, я даже не подсыпал. Он честно пересказал события: — Вчера около десяти вечера я, борясь с остатками совести, увидел, как Пэй Хэнчжи бродит у ворот вашего с боссом двора. Вы-то уехали, и я заподозрил неладное. Следил за ним полчаса: он нарвал листьев нандины в углу сада, наломал шалфея...
— Стоп! — перебил Ло Юньцин. — Ближе к делу. — Он пошел в бар. Судя по видео, он решил напиться и позвал Сун Сюэчэня с другими золотыми мальчиками.
Чэнь Чжао решил: «Вот он, шанс!» Он потихоньку смешал два крепких коктейля и отправил их через официанта. — Мне даже стараться не пришлось, они сами укатились в номер. Всё вышло так легко, что, думаю, они бы и без моей помощи справились.
— Вот как, — протянул Ло Юньцин. — А что тогда не так с видеозаписью?
Чэнь Чжао: «...» Опять он за свое. Секретарь постучал пальцами по столу, явно пытаясь сменить тему: — Хоть мы и не добились нужного эффекта, но эти двое... На следующее утро Сун Сюэчэнь потребовал признать их отношения официально, так что теперь они пара. Представляете, как взбесится Сюй Ци в СИЗО, когда узнает?
— Какой смысл гадать? Иди и сделай так, чтобы узнал, — Ло Юньцин не отступал. — Что в этом видео такого, чего ты не можешь мне сказать?
— Ничего! Совсем ничего! — голос Чэнь Чжао непроизвольно сорвался на крик. — На этом всё, не смею больше отвлекать. Обсудим, когда вы с боссом вернетесь. Он поспешно повесил трубку.
Глядя на экран ноутбука, он с грохотом захлопнул крышку. Если молодая госпожа узнает об этой грязи, медовый месяц будет испорчен: он тут же сорвется обратно, чтобы надеть на Пэй Хэнчжи мешок и избить до полусмерти. Но, вспомнив вчерашнее утро, Чэнь Чжао засомневался: а не доставит ли это побоище парню удовольствие? «Пусть лучше эта тайна умрет вместе со мной».
Разговор оборвался, и Ло Юньцину ничего не оставалось, кроме как вернуться к своим с кучей вопросов в голове. В ведре прибавилось рыбешек.
— За такое короткое время? Братец Юй, ты просто мастер! От этого комплимента обернулись сразу двое. Игнорируя скорбный взгляд Тэн Цзайе, Ло Юньцин подошел к Пэй Яньли, заглянул в его ведро и ахнул: — Ого! Какая толстая рыбина! Килограмма три будет, да?
Пэй Яньли невозмутимо кивнул: — Мелочь я отпускал. — Здорово! — Юньцин вспомнил, что на острове можно арендовать гриль. — Давай зажарим эту на ужин! Я умею жарить так, что пальчики оближешь.
Пэй Яньли согласился. — Ты по-посиди еще немного, а я схожу за грилем. Ло Юньцин уже развернулся, но почувствовал, как кто-то тянет его за край одежды. Он с подозрением обернулся: — Что-то еще? — Ничего, — Пэй Яньли тут же отпустил ткань и уставился на поплавок. — Иди, возвращайся скорее.
Ло Юньцин, наоборот, присел рядом, подперев щеку ладонью: — Точно не хочешь ничего сказать?
Поплавок слегка дернулся. Пэй Яньли медленно повернул голову, мельком глянул на Цзян Цзыюя, который сидел уже далеко и спиной к ним, и тихо пробормотал: — Почему ты... не похвалил меня так же, как его?
Ло Юньцин удивленно моргнул и, подавшись вперед, прошептал ему прямо в ухо: — Муж тоже невероятно крут! Нет, ты — са-самый крутой!
— Ну, не самый... У твоего брата техника получше... — Муж, клюет!
Ло Юньцин указал на удочку и убежал за грилем. Когда он вернулся, на берегу творилось безумие. Кто-то явно сошел с ума. — Ха-ха-ха! Я сделал это! Наконец-то выудил!
Тэн Цзайе вцепился в огромного лосося, который отчаянно бил хвостом. Он готов был поднять его к самим небесам и совал рыбу под нос каждому встречному: — Это чавыча! Королевский лосось! — Редкая штука, между прочим! — Да не такая уж и тяжелая, килограммов шесть-семь, пустяки...
Цзян Цзыюй закрыл лицо руками, делая вид, что не знает этого человека. Но Тэн Цзайе, закончив хвастаться перед незнакомцами, заорал на весь берег: — Юй-Юй, глянь, какой я крутой!
Цзян Цзыюй: «...»
Так продолжалось до самого возвращения Юньцина. Тэн Цзайе, сияя от гордости, вскинул брови: — Как говорится, долго запрягал, да быстро поехал. Владелец лавки со снастями только что цокал языком: королевского лосося тут полгода никто не видел. Тэн был первым! Самым первым!!
Ло Юньцин равнодушно посмотрел на рыбину, затем на двоих несчастных за спиной Тэна и без капли эмоций похлопал в ладоши: — Ого, господин Тэн, как впечатляюще. Такая тяжелая рыбина... Ну, тогда её на ужин и съедим.
Улыбка сползла с лица Тэн Цзайе за одну секунду: — А?
Королевский лосось, ради которого Тэн Цзайе не спал сутки, оказался на разделочной доске. Стоило Ло Юньцину занести нож, как Тэн не выдержал и завыл на весь берег: — Мой лососик! Моя прелесть!
Нож замер над головой рыбины. Ло Юньцин окинул Тэна холодным взглядом, а затем швырнул шестикилограммового лосося ему в руки. Вместо него он взял пятикилограммового морского карася Пэй Яньли. Привычными движениями он отсек голову, разделал тушку на филе, промыл и выложил на гриль. Когда рыба подрумянилась с двух сторон, он полил её соусом собственного приготовления.
Аромат поплыл по всему берегу. Тэн Цзайе, прижимая к себе лосося, невольно сглотнул слюну. Цзян Цзыюй покачал головой и, закатав рукава, подошел помочь почистить мелкую мойву и скумбрию. Проходя мимо Тэна, он тихо бросил: — Он тебя разыграл. Чего стоишь? Помогай давай, или думаешь на готовенькое прийти?
— А, ой, иду! — Тэн Цзайе спохватился, бережно опустил своего лосося в ведро и бросился на подмогу.
Честно говоря, Ло Юньцин и Цзян Цзыюй почти полностью взяли на себя чистку и готовку, так что Тэн Цзайе ничем особо помочь не мог. Он лишь чисто символически подавал специи, отираясь рядом и вдыхая ароматы.
— Что ни говори, а будет вкусно, — он накрыл небольшой столик, расставил купленное в лавке ледяное пиво, разложил тарелки и приборы.
Дойдя до Пэй Яньли, он хотел было положить приборы и ему, но тут же отдернул руку: — Совсем забыл, что тебе сейчас нельзя ни алкоголь, ни шашлыки. Ну что ж... придется мне отдуваться за двоих, ха-ха!
Ло Юньцин: — Мечтать не вредно.
Перед Пэй Яньли опустилась тарелка, полная свежеподжаренного морского карася и красных креветок, только специй на ней было меньше, чем в других порциях.
— Моему А-Ли нельзя только острое — лук, имбирь, чеснок и всё такое раздражающее. А если блюдо не пересолено и не плавает в жире, почему это ему нельзя шашлык? — Ло Юньцин, подбоченясь, наклонился к мужу и добавил: — Я специально сделал их почти пресными, а еще выпросил у хозяев лавки кастрюлю и сварил рыбный бульон. Ешь спокойно.
Пэй Яньли согласно кивнул.
— О-хо-хо! — Напротив Тэн Цзайе уже вовсю прикладывался к пиву. С зажатой в зубах макрелью он принялся передразнивать Юньцина, нежно причитая: — А-Ли-и-и...
Конец имени он растянул на семнадцать ладов, но договорить не успел — Цзян Цзыюй заткнул ему рот очередной рыбиной. — Когда я ем, я глух и нем, — отрезал Цзян. — О-о!
Тэн Цзайе мгновенно присмирел и начал усердно жевать. В процессе он заметил, что Пэй Яньли выбирает косточки из рыбы в тарелке Ло Юньцина. «Как же здорово, когда за тебя вынимают кости...» — подумал он. Пошатываясь от легкого хмеля, он уставился на эту идиллию, а потом с важным видом отобрал тарелку у Цзян Цзыюя.
Цзян Цзыюй: — Ты... ты что творишь? — Косточки тебе выбираю-ю... — Тэн Цзайе искромсал кусок карася в мелкое крошево, выудил две огромные кости и удивился: — Ой? Так быстро закончил?
Цзян Цзыюй: — ...Ха-ха. Порой люди действительно издают смешок просто от бессилия и нелепости ситуации.
— Вроде и выпил-то немного, — Ло Юньцин не ожидал, что Тэна так развезет всего с пары бокалов пива. Похоже, он переоценил его выносливость.
Увидев, что тот снова тянется к бутылке, Цзян Цзыюй перехватил его руку и уперся ладонью в лицо Тэна: — Хватит. Не умеешь пить — нечего и начинать. — Я не специально... просто... очень... спать хочу... — пробормотал Тэн Цзайе. Сутки без сна дали о себе знать: договорив, он уронил голову и тут же отключился.
Цзян Цзыюй убрал руку, и бедолага начал заваливаться. Пришлось придержать его и устроить поудобнее на своем плече. — У тебя тоже голова слабая, пей поменьше, — наказал Цзян Ло Юньцину. Но, увидев, как в миске брата внезапно появился свежий молочно-белый бульон, понял, что совет излишний. Теперь за Юньцином есть кому присмотреть.
Они сидели в тишине, обдуваемые закатным бризом, пока совсем не стемнело. Почувствовав, как повеяло холодом, Ло Юньцин коснулся руки Пэй Яньли и решил закругляться: — На сегодня всё. Затем он спросил Цзян Цзыюя: — Вы остаетесь здесь еще на ночь или вернетесь с нами на Остров Влюбленных? — Вернемся вместе.
В восемь двадцать вечера все четверо сели на паром. Тэн Цзайе всё еще пребывал в полузабытьи, когда у него зазвонил телефон. Зажмурившись, он выудил трубку и случайно нажал на громкую связь.
— Сяо Е, ну что, участвуешь в декабрьской гонке начала зимы? — Участвую. — Договорились! Смотри, не иди на попятную. — М-м... а! Нет!
Тэн Цзайе подскочил, будто его ущипнули, и закричал в трубку: — Брат Юй, правда, не могу! — Как так? Ты же только что согласился. — Никак нельзя. Домашние не пускают.
— Эх... ладно, — собеседник разочарованно вздохнул, но не сдался. — А если ты просто проведешь спецтренировки для нашей команды? Инструктаж, без заездов. Это-то можно? — Но... — Сяо Е, ты не представляешь! Эти выскочки из «Авангарда» вовсю трубят, что кубок будет их. Сказали, наш «Спид» — это просто кучка нубов. Такое разве можно терпеть?
Тэн Цзайе: — Настолько дерзкие? — Слышал, они отхватили топового спонсора. Самих Пэев — гигантов индустрии, — запричитал Юй Хуайань.
При этих словах Цзян Цзыюй и Ло Юньцин синхронно повернулись к Пэй Яньли, но тот сам выглядел озадаченным.
Голос из телефона продолжал: — Старший сын Пэев, Пэй Хэнчжи. Он же в гонках шарит нереально. Эти из «Авангарда» его охмурили, и он теперь в их клубе.
Услышав знакомое имя, Ло Юньцин мгновенно оживился. Он вспомнил, как Линь Вэньтин при первой встрече в доме Сун упоминала, что Пэй Хэнчжи не чета своему дяде — его интересуют только гонки и альпинизм.
Гонки, значит...
— Ха! Пэй Хэнчжи крутой гонщик? Да когда я вовсю гонял, он еще пешком под стол ходил! — возмутился Тэн Цзайе. Обернувшись, он наткнулся на недовольный взгляд Цзян Цзыюя. Весь его пыл мгновенно улетучился, и он забормотал заискивающе: — Я не буду участвовать! Только тренировки, чисто советы давать...
Цзян Цзыюй медленно закрыл глаза и отвернулся: — Делай что хочешь.
— Брат, что случилось? — Ло Юньцин переводил взгляд с одного на другого. — В чем дело? — Да тут нет большого секрета, — усмехнулся Цзян Цзыюй. — Пару лет назад он на бешеной скорости вылетел с обрыва. Пролежал в больнице полгода. У старика Тэна чуть сердце не остановилось от страха. С тех пор ему строго-настрого запрещено гонять.
«Понятно, почему он ударился в коллекционирование старья», — подумал Ло Юньцин. — Выходит, это очень опасно, — задумчиво произнес он. — Чрезвычайно. Одна ошибка — и конец, — подтвердил Цзян.
«О, значит, можно расстаться с жизнью?» — Прекрасно, — пронеслось в голове у Юньцина.
У дверей отеля Ло Юньцин и Пэй Яньли попрощались с друзьями. Весь путь до номера Юньцин не переставал думать об этом. На трассе может случиться что угодно. Аварии — дело обычное.
Проразмышляв всю ночь, на следующее утро, пока Пэй Яньли умывался, Ло Юньцин написал Тэн Цзайе.
[Ло Юньцин]: Мне интересен ваш клуб. Новички могут участвовать? [Сборщик рухляди и макулатуры]: ??? [Сборщик рухляди и макулатуры]: Ты?! [Ло Юньцин]: Да. Сколько Пэй Хэнчжи вложил в «Авангард», я дам «Спиду» вдвое больше.
Минуты через три пришел ответ. [Сборщик рухляди и макулатуры]: (изображение) На скриншоте был чат Тэна с «Стариной Юем из Спида». Юньцин пролистал в самый низ. [Старина Юй]: О боги, это же наш бог богатства! (молитвенный жест) [Старина Юй]: Но... новичок точно хочет на трассу? В этом году состав участников нехилый.
Тэн Цзайе добавил от себя: [Сборщик рухляди и макулатуры]: Может, сначала просто посмотришь со стороны?.. Погоди, нескромный вопрос: у тебя права-то есть? Тэн помнил, что до возвращения в семью Сун и брака с Пэем Юньцин был весьма стеснен в средствах.
[Ло Юньцин]: Есть. Сдал в университете в сентябре.
«Только что сдал!» Тэн Цзайе решил, что над ним издеваются.
[Сборщик рухляди и макулатуры]: Братишка, не дури. Наслаждайся идиллией с Пэй Яньли. Кстати, с чего вдруг такой интерес к машинам?
[Ло Юньцин]: Гонка же не завтра. Сначала потренируюсь, оценю потенциал. Если не пойдет — я не дурак, лезть на рожон не стану.
[Сборщик рухляди и макулатуры]: Но зачем тебе это? Если твой брат узнает, он с меня живьем кожу спустит! (плачущий смайл)
Зачем? Виновник трагедии пьет, гоняет на машинах и живет в свое удовольствие. А Пэй Яньли прикован к креслу, и пока его нельзя тронуть из-за родственных связей. С какой стати? Даже если не получится его прикончить, нужно сделать его калекой! Если Пэй Яньли страдает, то и этот гад не должен знать покоя.
[Ло Юньцин]: А вдруг у меня талант? Как раз у А-Ли день рождения в конце декабря. Хочу выиграть кубок и подарить ему. (краснеющий смайлик с улыбкой)