Глава 6
Дома Пэй и Сун находились недалеко друг от друга — полчаса на машине.За эти полчаса волна новостей в топе обновилась несколько раз, и всё касалось найденного наследника Сун.Появились новые фото: хотя на них был виден лишь нечеткий профиль, было заметно, что парень высокий и худой. В одной руке он нес пакеты с покупками, а другой его крепко держала под руку госпожа Сун.
Раньше рядом с тетей Сун всегда был Сяо Сюэ, а теперь его место занял кто-то другой! Неудивительно, что Сяо Сюэ так горько плакал в трубку. Пэй Хэнчжи в раздражении отшвырнул телефон. Как только загорелся зеленый, он ударил по газу и помчался в северную часть города.
Завидев его McLaren 720S, охрана элитного района «Лунвань №1» автоматически открыла шлагбаум. Он беспрепятственно доехал до самого дома Сун. Сун Цзинго и Сун Моянь были в компании, так что дома остался один Сюэчэнь. Едва увидев Пэя, тот покраснел, выпятил губу, и слезы хлынули градом — вид у него был максимально несчастный. — А-Хэн, у-у-у... — Сяо Сюэ, не плачь, я здесь, — Пэй Хэнчжи притянул его к себе, поглаживая по спине. — Я с тобой, не плачь.
Услышав это, Сун Сюэчэнь и вовсе потерял контроль: сквозь рыдания он запричитал: — У меня больше нет ни папы, ни мамы, ни брата! Они больше меня не любят!! — Ну что ты, тетя Линь... — Это правда! — вскрикнул Сюэчэнь, перебивая его. — Им теперь важен только их родной сыночек, у-у-у...
Видя его в таком состоянии, Пэй Хэнчжи почувствовал, будто по его сердцу полоснули ножом. Он крепко сжал плечи юноши: — Ничего, Сяо Сюэ. Даже если ты действительно станешь никому не нужен, у тебя есть я. Я всегда буду рядом. Всегда, всегда...
Его горячее дыхание коснулось лица Сюэчэня. Пэй начал слизывать слезы с его щек, медленно поднимаясь от подбородка к губам и выше, к лбу. В конце концов Сюэчэнь сам притянул его к себе и впился зубами в его губы: — У меня остался только А-Хэн. А-Хэн ни за что, ни за что не должен меня бросать. — Конечно, — отрезал Пэй Хэнчжи.
Как только слова были сказаны, Сюэчэнь с покрасневшими глазами перекинул ногу и уселся на него верхом. Шторы медленно задернулись. В полумраке комнаты жар начал стремительно нарастать и полыхать — и горел он до самого возвращения Линь Вэньтин и Ло Юньцина.
Выйдя из машины, Ло Юньцин сразу заметил припаркованный в гараже McLaren. Эта машина... Линь Вэньтин она была знакома еще лучше. Она спросила у тети Лю: — Это молодой господин Пэй приехал? — У Сяо... — Тетя Лю кивнула и уже хотела сказать «у маленького господина», но, взглянув на Ло Юньцина, тут же поправилась: — У господина Сюэчэня в комнате.
— Ох! Только А-Хэн и может заставить его открыть дверь. Всё то время, что они были в разъездах, Линь Вэньтин не находила себе места. Боясь, как бы Сяо Сюэ чего не натворил дома в одиночестве, она даже по магазинам ходила без настроения: наспех купила Ло Юньцину несколько костюмов и поспешила обратно. Теперь, зная, что Пэй Хэнчжи рядом с ним, она наконец успокоилась.
Ло Юньцин притворно спросил: — А кто такой А-Хэн? — Старший сын семьи Пэй, Пэй Хэнчжи. Они с Сяо Сюэ выросли вместе.
Линь Вэньтин помедлила, а затем с мягкой улыбкой добавила: — Он обожает все эти гонки, скалолазание и прочее... Не чета своему второму дяде. Вот дядя его, Пэй Яньли — по-настоящему выдающийся человек. В двадцать лет уже получил степень магистра финансов, долгие годы управлял филиалами группы Пэй за границей, его личный годовой доход давно перевалил за сотню миллионов. Талантливый, красивый, да еще и до сих пор холост — не сосчитать, сколько семей мечтают выдать за него своих детей.
Она расхваливала его изо всех сил. Но в то же время ей было жаль: такой блестящий человек из-за аварии лишился возможности ходить, да еще и страдает от кучи осложнений — неизвестно, сколько ему осталось. Старик Пэй души не чает в этом сыне и сейчас в отчаянии пытается его вылечить, доходя даже до таких абсурдных вещей, как «брак для отпугивания беды».
Подумав об этом, Линь Вэньтин с улыбкой спросила: — А-Цин, ты ведь уже взрослый... Тебе кто-нибудь нравится? Ло Юньцин медленно отхлебнул чаю и покачал головой. — Вот и отлично, — обрадовалась Линь Вэньтин. — На днях я познакомлю тебя со вторым господином Пэй.
«Ну да, познакомлю... чтобы я вместо Сун Сюэчэня за него замуж вышел». Она даже не пыталась скрыть, как лихо щелкают костяшки на её счетах. Впрочем, для него это было пределом мечтаний. Ло Юньцин покорно ответил: — Хорошо.
Допив чай, он поднялся к себе. На третьем этаже стояла тишина. Юньцин взглянул на часы: с момента их возвращения прошло уже сорок минут. Выходя из машины, он случайно заметил, что окна в восточном крыле плотно зашторены. Что за секреты они там обсуждают, что и сорока минут им мало? Поколебавшись пару секунд, он сменил направление и направился к той комнате.
Он осторожно нажал на ручку — дверь не была заперта. Стоило ей чуть приоткрыться, как из щели лавиной вырвались стоны. Сражение там шло нешуточное.
— А-Хэн, п-помедленнее, больно же... — Ты правда хочешь, чтобы я замедлился? — Ай-ай-ай, не уходи, вернись, скорее...
«Ну нет, уши вянут». Ло Юньцин уже собирался бесшумно закрыть дверь, как вдруг услышал капризный голос Сюэчэня: — А-Хэн, через несколько дней мой день рождения. — Я знаю, помню, — низкий мужской голос усмехнулся. — В «Queen» как раз поступила новая партия, там есть те самые «Слезы русалки», которые ты хотел. Я выкуплю их для тебя в подарок. — Правда?! Но... это же, наверное, безумно дорого. — Плевать на цену. Я куплю их для Сяо Сюэ, чтобы этот как-там-его-Цин знал: пусть он и родной сын, ему тебя не переплюнуть. За тобой стою я. — А-Хэн, ты лучший!
В комнате тут же началась новая фаза «сражения». Вернувшись к себе, Ло Юньцин сразу загуглил этот «Queen» — крупнейший и старейший аукционный дом в Яньцзине. Погодите... он вспомнил, что один из братьев, выпустившихся из приюта, как раз работает в аукционном доме. Он достал свой подержанный телефон и долго листал список контактов до буквы «Ц» — Цзян Цзыюй (старший аукционист «Тэн Ши»). Основателя «Queen» как раз звали Тэн. Какое удачное совпадение.
Пятый этаж аукционного дома, кабинет менеджера. В открытую стеклянную дверь постучали трижды. За столом сидел широкоплечий мужчина в очках в золотой оправе. Тонкие цепочки от очков спускались к плечам, а длинные волосы были собраны в небрежный хвост. Элегантность была его естественным состоянием. Несмотря на три года совместной работы, Лара всё еще невольно засматривалась на него: — Сяо Цзян, уже полдень, пойдем обедать. — Мне нужно провести финальную сверку, идите без меня, — мягко ответил Цзян Цзыюй, поправляя очки.
Лара развела руками: — Если мы уйдем, ты точно забудешь поесть. Ладно, как обычно — я принесу тебе что-нибудь. Цзян Цзыюй вежливо поблагодарил. — Да брось, увидимся.
Дверь закрылась, и в кабинете снова воцарилась тишина. Цзян Цзыюй сосредоточенно проверял список лотов для аукциона, который должен был состояться через три дня. Вскоре телефон на столе завибрировал. Он взглянул на экран — высветилось имя «Кредитор». Уголки его губ дернулись. Он подождал, пока звонок сбросится, но тот настойчиво повторился. Цзян Цзыюй глубоко вздохнул и ответил: — Привет, Сяо Юй-гэ. — Ло-Ло. — Цзян Цзыюй прижал ладонь ко лбу. Человек, который обычно был образцом воспитания, начал вопить в трубку: — У меня правда нет денег! Зарплату еще не дали, пожалей брата!
Ло Юньцин: — Брат... — Брат уже в возрасте, мне на свадьбу копить надо! Если я сейчас всё выгребу из карманов, там будет чище, чем у меня на лице. Кто за такого пойдет? Ло-Ло, мне одиноко, я тоже хочу, чтобы рядом был кто-то любящий и заботливый!!!
«Через десять лет ты так и не женишься...» — подумал Юньцин. Но вслух сказал: — Я не з-за деньгами. — Что ты сказал? А? Не за деньгами? — Цзян Цзыюй подскочил на месте. — Не за деньгами! Ну... это замечательно.
Его скромная заначка была спасена. Но тут до него дошло. Он еще раз посмотрел на имя звонившего: — Если не за деньгами, то зачем ты звонишь?
«А просто соскучиться и пообщаться по-братски я не могу?» Ло Юньцин прокрутил эту версию в голове и понял, что даже сам в неё не верит. Поэтому спросил прямо: — Брат, ты ведь работаешь в Q... Queen? — Ну да, а тебе зачем? — Цзян Цзыюй расслабился и подпер щеку рукой, но тут же напрягся: — Даже не думай о воровстве! Это незаконно, тем более там вещи баснословной стоимости. — Брат... — Ло Юньцин невольно рассмеялся. — За кого ты меня п-принимаешь?
«За вышибалу долгов». Который вечно клянчит у него деньги, а потом — вот ведь странность — возвращает их обратно. Из-за этого Цзян Цзыюй никак не мог на него всерьез разозлиться.
— Ладно, хватит ш-шуток. Я хотел спросить: в списке ближайшего аукциона есть «Слезы русалки»? Цзян Цзыюй мгновенно посерьезнел: — Откуда ты знаешь? Каталоги рассылаются только проверенным клиентам, а в общий доступ выкидывают лишь пару топовых лотов для разогрева. «Слезы русалки» не были самым ценным лотом, так что посторонние не могли о них знать.
— Брат, ты небось несколько дней кряду не с-спал? — Иначе как бы он пропустил новости о приюте. Ло Юньцин начал ворчать: — Не думай, что раз молодой, то всё в-выдержишь. Отдыхать надо. «Иначе к тридцати годам заработаешь гипертонию, как в прошлый раз».
— Знаю я... не забалтывай меня, — Цзян Цзыюй поправил очки. — Зачем ты звонишь на самом деле? — Хочу заработать денег. Это с-считается? Цзян Цзыюй нахмурился: — Ты опять задумал то дело? У Ло Юньцина уже было «прошлое» в этом плане. Юньцин быстро спросил: — «Слезы русалки» — какая стартовая цена?
Этот сапфир из Шри-Ланки цвета «васильковый синий» был невероятно ярким, почти без темных зон, с насыщенным цветом и природным включением в форме капли в центре. За это его и прозвали «Слезами русалки». Наверняка он стоил не меньше шестизначной суммы.
— Сяо Ло, дело не в том, что я не хочу говорить, — Цзян Цзыюй замялся. — Если я раскрою информацию человеку, не участвующему в торгах, это будет разглашением тайны. — А кто сказал, что я не уч-участвую? — Ты?! — Цзян Цзыюй еще раз посмотрел на экран, убеждаясь, что это действительно Юньцин. — Но как ты собрался участвовать?
— Разве для этого у меня нет тебя, брат? Цзян Цзыюй: «...»
Не может раздобыть даже пригласительный, а замахивается на «Слезы русалки»? Неужели головой сильно ударился? В трубке повисло долгое молчание. Юньцин догадался, что брат втихомолку материт его в душе, и со вздохом добавил: — Брат, ты бы сначала свежие н-новости глянул.
Не прерывая звонка, Цзян Цзыюй зашел в поиск. Да и искать особо не пришлось: первые пять-шесть строчек в топе были связаны с Юньцином. — Ло-Ло, так ты на самом деле... — Именно. Я и есть настоящий в-второй молодой господин семьи Сун. — Вернувшись к делу, Ло Юньцин продолжил: — Помоги мне пройти внутрь. Неважно, какой будет стартовая цена на «Слезы русалки», я заплачу тебе в десять... нет, в двадцать раз больше.
На этот раз слова звучали весомее, по крайней мере, уже не казались сказкой. Но Цзян Цзыюй всё равно не понимал: — Почему ты так вцепился в эту побрякушку? Кого хочешь развести?
Пользуясь связями брата, Ло Юньцин когда-то подрабатывал в других мелких аукционных домах. Всего за пару дней он умудрился впарить какому-то богатею обычную чашку за три миллиона. Поэтому, едва услышав про баснословные комиссионные, Цзян Цзыюй понял: Юньцин снова выходит на охоту.
— Развести того, кто очень х-хочет это купить, — Юньцин задал финальный вопрос: — Так ты поможешь или нет? — Я... — Комиссия: тебе семьдесят процентов, мне тридцать. — Но... — На свадьбу. Миллионных комиссионных разве не х-хватит, чтобы найти жену, которая будет тебя любить и греть? — По рукам!
День аукциона. Пэй Хэнчжи специально заехал за Сун Сюэчэнем. Линь Вэньтин, видя, что последние пару дней сын почти не ест и ходит сам не свой, без колебаний отпустила его. Перед выходом она не забыла поручить Пэю хорошенько присмотреть за Сюэчэнем. — Не волнуйтесь, тетя Линь, я позабочусь о нем. McLaren 720S с ревом умчался вдаль.
Линь Вэньтин постояла у ворот, а вернувшись в дом, столкнулась с Ло Юньцином. Тот держал в руках куртку курьера и тоже собирался уходить. — А-Цин, ты... ты куда это? — Дома делать н-нечего, поеду заказы поразвожу.
Сын семьи Сун работает курьером! Это разве нормально? Линь Вэньтин тут же преградила ему путь: — Не надо никуда ехать. Наша семья... не в том положении, чтобы сын еду разносил. Если скучно — пойдем в сад, поможешь мне срезать цветы.
Ло Юньцин замялся, всем видом показывая, как ему жаль бросать работу, но в итоге пошел на компромисс: — Тогда я хотя бы съезжу, отдам ф-форму и закрою смену. — Хорошо. Линь Вэньтин выделила ему домашнего водителя, чтобы тот его подбросил.
Добравшись до курьерского пункта, Ло Юньцин тут же пересел на автобус до аукционного дома «Queen». До начала торгов еще оставалось время. Кое-как отыскав черный ход, он увидел Цзян Цзыюя, который ждал его в условленное время. Брат сунул ему пропуск для персонала: — Сразу договоримся: если спалишься, меня не выдавать. — Не переживай, брат.
Сделав пару шагов, Цзян Цзыюй не выдержал и обернулся, оглядывая его: — Почему ты всё еще такой тощий? — ... — В семье Сун тебя голодом морят? — ... — Ха! Так я и знал, что все эти фото в интернете — сплошное вранье. — ... — Да скажи ты хоть слово, совсем онемел? — Ты и так всё за м-меня сказал, что мне еще добавить.
Цзян Цзыюй зажмурился, чтобы не взорваться от злости: — Сегодня собралось много важных шишек, так что веди себя тише воды. — Я всё п-понимаю, — Юньцин расплылся в улыбке. — Не доставлю тебе х-хлопот. — Если бы не хотел хлопот, вообще бы не приходил... — Цзян Цзыюй бросил на него долгий взгляд и пошел вперед, ворча на ходу: — И не скалься так, зубы наружу, страшилище.
Ло Юньцин: «?» Разве не он сам говорил пару дней назад, что персонал должен улыбаться «в восемь зубов»? Юньцин эту улыбку долго перед зеркалом репетировал. Он коснулся уголка губ и случайно поймал отражение Цзян Цзыюя в стеклянной стене — тот едва заметно улыбался. Значит, всё-таки рад. Притворщик.
Они дошли до третьего этажа, где находился зал. Появился помощник и спешно позвал Цзян Цзыюя, так что тому пришлось оставить Юньцина одного, напоследок сто раз наказав: «Ни с кем не сталкивайся!» — Понял-понял.
Зал аукциона был не слишком большим, но двухэтажным. Внизу сидели доверенные лица бизнесменов, делающие ставки, там же находились аукционист и подиум для лотов. Наверху располагались приватные комнаты — лаунжи. Там была отличная конфиденциальность, и некоторые важные гости предпочитали присутствовать лично. Например, Пэй Хэнчжи и Сун Сюэчэнь, которые приехали на полчаса раньше. На дверях временно вывешивали имена гостей, чтобы было понятно, что комната занята.
Цзян Цзыюй не врал: важных людей было полно. Из тринадцати комнат свободными оставались всего две-три. Были таблички семей Тан, Сюй и... Ло Юньцин замер, глядя на надпись «Второй господин Пэй». Он тоже здесь! В прошлой жизни в это время они еще не виделись, Юньцин и не знал, что Пэй Яньли посещает такие мероприятия. Что он хочет купить? Или просто пришел посмотреть? Нет, сейчас им сталкиваться никак нельзя.
Юньцин только собрался уйти, как за поворотом показался Чэнь Чжао, толкающий инвалидное кресло. !!! Что делать? Если они встретятся, Пэй Яньли с его феноменальной памятью точно что-то заподозрит, когда Юньцина позже «выдадут» за него замуж. Бежать в обратную сторону — значит вызвать еще больше подозрений. Нужно спрятать лицо. Но чем?
Юньцин попытался юркнуть за огромный горшок с растением, но при его росте это было бесполезно — он торчал со всех сторон. Еще, чего доброго, примут за подозрительную личность и сдадут в полицию, подставив брата Цзяна. Что же делать... Дзынь-дзынь...
Пока он метался как загнанный зверь, а Пэй Яньли был уже совсем близко, навстречу вышел парень с розовыми волосами в кожаной куртке. На плече у него гремел какой-то большой мешок, а в руках он вертел маску кролика. То, что нужно! Ло Юньцин просиял и бросился к нему.
— О? Ты кто... Не успел парень договорить, как маску выхватили из его рук, а самого его Юньцин приобнял за плечо, заставляя развернуться лицом к стене, словно они ведут тайную беседу. — Ты... — Молчи! Не дергайся, умоляю.
Парень скосил глаза на руку, закрывающую ему рот. Это он так «умоляет»? Позади послышался тихий скрип колес инвалидного кресла. Лишь когда дверь в приватную комнату неподалеку со щелчком закрылась, Ло Юньцин выдохнул и отпустил парня, снимая маску. — Прости, п-погорячился. Это... — Юньцин встретился взглядом с нарисованным кроликом, который скалился двумя зубами. — Ты её п-продаешь?
Парень моргнул: — А? — Сколько? Я п-покупаю. Тот моргнул еще пару раз и показал три пальца. Юньцин выудил из кармана три мятые розовые купюры (по 100 юаней) и вложил ему в ладонь. Парень уставился на триста юаней и усмехнулся. Пряча деньги в карман, он с любопытством спросил: — Ты сейчас от того типа на коляске прятался, да?
Юньцин молчал, настороженно оглядывая собеседника. Тот весь был в брендовых шмотках, в левом ухе — две черные серьги. Выглядел чуть старше него. Какой-то богатый бездельник... вряд ли такие бегают с мешками на плече. Кто же он? Видя молчание, парень придвинулся ближе: — Вы в каких отношениях? Ты так боишься попасться ему на глаза.
Ло Юньцин подумал секунду и серьезно ответил: — Я с ним с-спал. — Что?! Ты... — Да, именно т-так. И не просто спал, а б-бросил его. Теперь он рыщет повсюду и грозится меня п-прикончить. Так что... — Юньцин подбросил маску в руке. — Приходится прятаться. Будем считать, что мы не в-встречались. Не выдавай меня.
Юньцин нацепил маску и быстро скрылся, оставив парня стоять с открытым ртом. «Надо же, какой наивный богатей. Так легко поверил».
Прошло немало времени, а парень так и стоял, не в силах закрыть рот от шока. Наконец перед его глазами помахали ладонью. — Господин Тэн. — Чэнь Чжао убрал руку за спину. — Вы чего тут застыли? Тэн Цзае медленно закрыл рот и несколько раз моргнул, глядя на него: — Чэнь Чжао. — Что такое? — Твоего босса... кто-то п-поимел и бросил!
Чэнь Чжао: «??!!»