Глава 2
Я лежала и чувствовала, как засыпаю. И вдруг со стороны улицы донесся какой-то шум. Я заткнула руками уши, чтобы посторонние звуки не помешали мне заснуть. Вскоре зазвенело разбитое стекло. Тут мне стало не до сна.
Оранжерея! Кто-то забрался в мою оранжерею — мое единственное святое место. Я вскочила с постели и, не одеваясь, бросилась в сад.
— Кто смеет тревожить мои розы?
Фраза была как из старинного романа. Сама не знаю, почему я ее произнесла.
Стекла оранжереи отражали лунный свет и пятна уличных фонарей. Пролом выглядел как черная дыра. В углу я заметила чей-то силуэт. Вор выбрал самое неподходящее место для вторжения — возле деревянной шпалеры с ползучими сортами роз. Шпалера опрокинулась. На полу валялись смятые розы, поломанные ветки, битые горшки и комья земли.
— Мои розы! — взревела я и бросилась на вора.
Он попытался скрыться через пролом. Но мои звериные ноги оказались быстрее и сильнее. Зубами я впилась ему в ляжку. Вор завопил от боли.
— Отпусти меня! — кричал он. — Я вооружен! Я тебя застрелю!
— Как же, испугал!
Я не знала, уязвима я для пуль или нет. У меня кипела кровь. Меня захлестывала бешеная злоба. Угрозы вора меня не трогали. Я и так потеряла все, что только можно. Если я лишусь еще и роз, то наверняка умру. Я швырнула злоумышленника на пол, придавила его ногой, завернула руки за спину и вырвала оружие. Вместо пистолета я увидела всего-навсего ломик.
— Эта штука еще не научилась стрелять, — прорычала я вору. — Но череп тебе она может раскроить.
Я замахнулась, полная решимости исполнить свою угрозу.
— Умоляю! Отпусти меня! — испуганно вопил он. — Не ешь меня. Я сделаю все, что ты хочешь!
Только тогда я вспомнила, как выгляжу. Вор решил, что я зверь и что сейчас переломаю ему кости, а потом закушу его мясом. Абсурдная мысль, однако в тот момент я была зла настолько, что могла откусить ему руку. Вор пытался сопротивляться, но силы были неравными. Я сгребла его и потащила в дом. Я волокла его, как добычу, пока мы не оказались на пятом этаже, у окна. Я открыла окно. В лунном свете я разглядела лицо вора. Оно показалось мне знакомым. Наверное, видел где-то на улице.
— Что ты собираешься делать? — хриплым шепотом спросил похититель роз.
Этого я не знал, но сказала ему:
— А что еще делать с таким мерзавцем? Сброшу вниз.
— Погоди! Прошу тебя, не надо. Я не хочу умирать.
— А мне плевать на твои «не хочу».
Конечно, я была разгневана, но голову не потеряла. Если сбросить его вниз — в дом явится полиция, и тогда неизвестно, чем это грозит мне. Я не могла вызвать копов, чтобы вора арестовали за вторжение. Но мне очень хотелось напугать его до смерти. Этого он заслуживал. Погубить столько моих роз, мою единственную драгоценность! Пусть обмочится со страху.
— Я знаю, что тебе плевать, — стуча зубами, пробормотал он.
Его трясло, и, как я поняла, не только от страха.
В его кармане вместе с водительским удостоверением я нашла полиэтиленовый мешочек с белым порошком. Героин. Вор был наркоманом, у него началась ломка.
— Прошу тебя, — канючил он. — Не убивай меня! Я отдам тебе все!
— Неужели у тебя есть что-то нужное мне?
Он извивался в моих руках.
— Смотри. Это чистый героин. Можешь забрать себе. Я принесу еще. Сколько захочешь. У меня много клиентов.
«Ах вот как. Маленький грязный бизнес».
— Облом, подонок. Я не травлю себя разной дрянью.
Раньше мне было хорошо и без наркотиков. Сейчас они могли толкнуть меня на любое безрассудство. Этого я боялась.
Я еще на парю дюймов выпихнула его из окна.
— Я дам тебе денег! — крикнул вор.
Я сдавила ему шею.
— Зачем мне твои деньги!
— Пощади… нужно же тебе хоть что-то! — плаксивым голосом говорил он.
Я надавила еще сильнее.
— У тебя нет того, что мне нужно.
Вор попытался лягнуть меня. Дохлый номер. Ему действительно было тяжело дышать, и он всхлипывал.
— Хочешь девчонку? — вдруг спросил он.
Я ослабила хватку, но мои когти глубоко вонзились ему в кожу.
Он закричал.
— Что? Я не ослышалась? — спросила я.
— Нет. Так тебе нужна девчонка?
— Издеваешься? Я тебя предупреждала.
Однако вор почувствовал мой интерес и задергался, пытаясь высвободиться из моих когтей.
— У меня есть дочь.
— И что с того?
Я еще немного ослабила хватку, и он заелозил, стараясь отодвинуться подальше от окна.
— Моя дочь. Я отдам тебе ее, только отпусти.
— Зачем она мне?
— Это ты сама решишь. Я приведу ее к тебе.
Мерзавец, корчившийся от страха и ломки, явно врал. Придумал уловку, чтобы я его отпустила. Какой отец согласится отдать свою дочь? И кому? Чудовищу! Тем не менее…
— Я тебе не верю.
— Напрасно. Я говорю правду. У меня есть дочь. Красивая.
— Расскажи мне о ней. Я хочу убедиться, что ты не врешь. Сколько ей лет? Как ее зовут?
Он захихикал, полагая, что купил меня.
— Сколько лет? Вроде шестнадцать. Зовут Ира. Она любит… книги. Читает про разную чепуху. Возьми ее, делай с ней что захочешь. Она твоя. Только отпусти.
Похоже, он не врал. Я знала, что у наркоманов нет ничего святого. Папаша-наркоман вполне может продать собственную дочь. Шестнадцатилетнюю девчонку. Но сдержит ли он обещание? Может, его Ира — как раз то, что мне нужно?
Мне вспомнились слова Кендры:
«Иногда события принимают неожиданный поворот».
— Ей наверняка будет лучше без тебя, — сказала я и вдруг поняла, что поверила этому негодяю.
Да кому угодно будет лучше без такого папочки! Я хотя бы помогу этой девчонке. Так я мысленно говорила себе.
— Ты прав, — всхлипывая, хихикал вор. — Ей будет лучше. Бери ее.
— Значит, так. Не позже чем через неделю приведешь сюда свою дочь. Она останется со мной.
— Конечно, — радостно хихикал он. — Как скажешь. А зачем ждать? Я пойду за ней прямо сейчас.
Я разгадала его трюк.
— Не надейся меня провести!
Я опять вцепилась в вора. Его голова и плечи вновь повисли в воздухе на высоте пятого этажа. Он испуганно закричал, решив, что я передумала и вот-вот сброшу его вниз. Но вместо этого я показала ему камеры наблюдения.
— Видишь те игрушки? В доме их полно. Твое вторжение зафиксировано. Так что доказательств у меня больше чем достаточно. Но это еще не все.
Я схватила его за длинные грязные волосы и потащил к шкафу, где лежало зеркало Кендры.
— Покажи мне его дочь Иру, — велел я зеркалу.
Мое уродливое отражение исчезло. В зеркале появилась кровать, на которой спала какая-то девчонка. Потом изображение стало крупнее. Я увидела длинную русую косу. Потом лицо. Ира! Ира Лазутчикова . Девчонка из моей бывшей школы. Та, кому я подарила помятую розу. Та, за кем я наблюдала душными августовскими днями. Неужели Ира — дочь этого ничтожества? Теперь понятно, почему его физиономия показалась мне знакомой.
— Это она? — спросила я, поворачивая зеркало к нему.
— Как тебе…
— Не твое дело, — перебила я. — А теперь я хочу видеть адрес, — велела я зеркалу.
В зеркале появилась табличка с названием улицы и номером дома.
— Тебе не улизнуть, — сказала я, поднося зеркало к его мерзкой роже. — Я знаю, где тебя искать. И знаю, кто ты, — добавила я, глядя на водительское удостоверение. — Поэтому, Игорь Лазутчиков, если ты не вернешься с дочерью, тебя ждут ужасные последствия. Я тебя найду.
«Тебя ждут ужасные последствия».
Это тоже фраза из какого-то романа. Из какого? Ладно, потом вспомню.
— Я могу заявить в полицию, — вдруг сказал папаша Оуэнс.
— Можешь. Но не заявишь, поскольку это не в твоих интересах.
Я поволокла его вниз, подвела к оранжерее и кивком головы указала на разбитое стекло.
— Надеюсь, мы поняли друг друга.
Он кивнул.
— Не беспокойся. Я ее приведу.
Лазутчиков попытался забрать у меня удостоверение и мешочек с героином.
— Завтра же приведу, — пообещал он.
— Не завтра, а через неделю. Мне нужно время, чтобы подготовиться. А твои улики пока останутся у меня. В залог твоего возвращения.
Я открыла калитку и вытолкала его на улицу. По-воровски озираясь, Лазутчиков быстро зашагал прочь и вскоре растворился в ночи. Вор и есть вор.
Я поднялась наверх, думая проследить за Лазутчиковым, однако он исчез из моего поля зрения. Я стала спускаться, перепрыгивая через ступеньки. Ира!
На площадке третьего этажа стоял Уилл.
— Я слышал шум, но решил не вмешиваться. Думаю, ты сама сумела разобраться.
— Вы правильно поняли, — сказала я ему и улыбнулась. — Вскоре в нашем доме станет одним жильцом больше. Мне понадобится ваша помощь: надо купить кое-какие вещи, чтобы ей здесь было уютно.
— Ей?
— Да, Уилл. Здесь будет жить девушка. Возможно, она… полюбит меня и снимет заклятие.
Я чуть не поперхнулась собственными словами. Они были пропитаны безнадежностью. Уилл кивнул.
— А откуда ты знаешь, что эта девушка подойдет?
— Мне хочется так думать.
Я вспомнила ее отца, готового продать дочь за свободу и наркотики. Настоящий отец наотрез отказался бы от подобной сделки даже под угрозой ареста. Я вдруг подумала, что и мой отец поступил бы так же, как Оуэнс.
— К тому же она больше никому не нужна.
— Понимаю, — кивнул Уилл. — И когда она здесь появится?
— Через неделю.
Я смотрела на мешочек с героином и думала, что Оуэнсу захочется поскорее получить назад свое зелье.
— Или даже раньше, — добавил я. — Нам надо спешить. Все надо сделать лучшим образом.
— Понимаю, о чем ты, — усмехнулся Уилл.
— Да. Об отцовской кредитной карточке.
____________________
Вы не набрали 12⭐.... Ну что ж... Буду надеяться, что в этот раз наберёте.