глава 37
утро началось приятно. точнее, для меня оно началось часам к двум дня. я спала крепко, глубоко, на одной кровати с кристиной. ночью она уткнулась носом в моё плечо, и когда я проснулась в таком положении, то не хотела шевелиться. боялась разбудить её.
виолетты в комнате не было. она ничего не объясняла, просто спала где-то, но точно не у нас. я отметила это мельком, но спрашивать пока не собиралась.
полежав немного, я устала рассматривать лицо захаровой. она спала крепко, спокойно, без привычной хмурости. ресницы отбрасывали лёгкую тень, губы были чуть приоткрыты. впервые я видела её такой беззащитной.
медленно, очень осторожно я выбралась из-под её руки и укрыла её пледом. сняла с себя толстовку, пошла в душ, занялась утренними делами, неспешно, лениво, с каким-то внутренним спокойствием.
выйдя из ванной, я поняла, что кристина вставать не собирается.
не желая случайно разбудить её, я спустилась на первый этаж, в кухню.
первым делом начала наливать себе чай и тут же меня засыпали вопросами.
— захарова где? — с какой-то усмешливой улыбкой спросила кира.
— спит, — спокойно ответила я.
но лёгкая улыбка всё же появилась на моём лице.
— че так долго? — недовольно вздохнула кира.
— ночью не спали, — вставила свои пять копеек виолетта, сдерживая смех.
я медленно перевела на неё взгляд, поджала губы, вытаращила глаза.
— виолетта! — громко крикнула я, прекрасно понимая намёк.
— а че, не правда что-ли? — продолжила она и снова залилась смехом.
— вилка, блять! — уже раздражённо бурчала я.
я звонко поставила кружку на стол и пристально уставилась на этих двоих, которые ржали с моего недовольного лица.
— девчат, сегодня будем убираться? — громко спросила даша, входя в кухню.
— будем, будем, — хмуро ответила я вместе с остальными.
— а что с лицом, гроза ты наша? — хихикнула даша, глядя на меня.
я выгнула брови, приоткрыла рот, чтобы что-то возразить.
— так она ж гроза, вот и лицо всегда такое, грозное, — подшучивала виолетта.
я перевела на неё взгляд и громко выдохнула.
— ну да, нашлась причина, только поэтому! — вскрикнула я, разведя руками.
даша рассмеялась, а вместе с ней и мы.
— так, это, конечно, хорошо, но давайте, встаём и за дело! — крикнула она сквозь смех.
девочки разошлись по комнатам.
нам с виолеттой скучно не было, даже несмотря на то, что мы были вдвоём. мы шумели, смеялись, что-то роняли, переговаривались. и всё это время кристина продолжала спать.
но на вопросы виолетты я отвечать не могла. боялась, что кристина в какой-то момент проснётся, а я не замечу.
— так че было-то? ну расскажи! — не унималась виолетта, вытирая окна.
я, со шваброй в руках, грозно посмотрела на неё, шикнула, указала глазами в сторону спящей кристины и вернулась к делу.
спустя часа два проснулась и она. что-то пробурчав, захарова ушла к себе.
я тут же заперла дверь, подперла её шваброй и кинулась к сумке. достала несколько сигарет, себе и виолетте. мы встали у окна.
— ну давай, я жду, — произнесла виолетта на взводе. вся в ожидании.
— ну значит… — начала я сначала тихо, а потом, как обычно, во всех подробностях.
— поцеловались?! — заорала виолетта, вытаращив глаза.
я испуганно ударила её в плечо.
— вилка, тише, блять! — шикнула я.
— молчу, молчу, — рассмеялась она.
виолетта задумалась, взглянула на меня загадочно. я даже не сразу поняла, к чему она клонит.
— ночью что-то было, да? — спросила она с явной надеждой услышать «да».
я выпустила дым и покачала головой.
отрицательный ответ её даже расстроил.
— я зря, что-ли, на другом этаже ночевала? — цокнула она, сделав вид, что возмущена.
— вилка! а кто тебя просил-то? лучше б с нами… — пробурчала я, смущённая таким разговором.
— ага, тройничок захотела? — выгнув брови, спросила она, глядя на меня сверху вниз.
— сука, вилка, — прошипела я, пряча улыбку.
потушив окурок, я резко рванула за ней. схватила по пути швабру, стоявшую у выхода, и мы понеслись на второй этаж.
виолетта юркнула в одну из комнат, я кинулась за ней, почти успела забежать, но вдруг врезалась во что-то высокое и очень недовольное.
— ой… — медленно протянула я и подняла взгляд вверх.
кристина мягко удержала меня за талию. даже когда я уже уверенно стояла на ногах, она не отпустила. продолжала держать.
на моём лице медленно появилась смущённая улыбка. я захлопала ресницами.
— добегалась? — усмехнулась хрипловатым голосом захарова.
я звонко рассмеялась.
и, улизнув из её хватки, обернулась через плечо. виновато посмотрела на неё, но всё равно убежала в комнату.
уже у девочек я буквально рухнула на чью-то кровать, похоже, это была кровать амины. матрас мягко пружинил подо мной, и я раскинула руки.
геля сидела на полу у шкафа, разбирала одежду аккуратно, сосредоточенно, перебирая каждую вещь. лера расположилась на своей кровати, она вязала то ли шарф, то ли плед, нитка плавно скользила сквозь её пальцы. амина хлопала в ладоши, задавая нам ритм.
мы с виолеттой стояли посередине комнаты и танцевали под песню. движения вальса мы не знали, импровизировали, путались, сталкивались. но зато слова песни знали идеально и орали их во всё горло.
— запутались в полной темноте, включили свои огни, обрушились небом в комнате, остались совсем одниии… — фальшиво тянула виолетта, вытягивая каждую гласную из песни земфиры.
мы кружились, смеялись, заплетались в собственных ногах.
— жить в твоей головеее, и любить тебя неоправданно, отчаянно, жить в твоей голове, и убить тебя неосознанно, нечаянно, неосознанно, нечаяннооо… — сквозь смех пела и я.
петь мы не умели. совсем не умели. но выходило круто. по-нашему, громко, живо, по-настоящему.
— да какой это вальс, хуйня! — вдруг раздался голос.
я обернулась. у входа в комнату стояли кристина и кира.
— а ты что, лучше можешь? — наигранно хмуро спросила я, сложив руки на груди.
— сомневаешься? — усмехнулась захарова и двинулась ко мне.
она аккуратно оттолкнула от меня виолетту, положила одну руку мне на талию, другой взяла за запястье. я свободной рукой легла ей на плечо.
— ну давай, захарова, удиви, — язвительно протянула я и рассмеялась.
— давай. правой. левой. назад. назад, — тихо диктовала она.
и мы закружились.
встречаясь с ней взглядом, я вдруг поняла, что мне даже не так важен танец. я слушала, как она подсказывает, куда двинуться, что сделать. но важны были не сами подсказки, а то, как она их говорит. её голос был тихий, мягкий. движения плавные, осторожные.
она смотрела вниз, на наши ноги, внимательно следила за шагами. а я на её серьёзное лицо.
мне нравился этот миг. этот момент, растянутый, замедленный, почти нереальный. я хотела остаться в нём навсегда.
время тянулось. я перестала слышать музыку, девочек, смех. пришла в себя только тогда, когда отстранилась от неё.
в груди заныло. будто что-то вырвали. пустота, которую она оставила после себя, была неожиданно ощутимой.
я мягко улыбнулась и присела на край кровати рядом с ангелиной.
время шло. мы переслушали, казалось, все песни, что существуют в этом мире. занимались всем, чем только можно. смеялись, спорили, что-то обсуждали.
с ангелиной мы сделали друг другу маникюр. белый френч на молочной базе идеально лёг на мои тонкие пальцы. ей я сделала просто бордовые, насыщенные.
к вечеру стало совсем скучно. поэтому, не долго думая, мы своим любимым составом оделись потеплее и вышли на улицу.
— я уже всё, умираю! — крикнула нам виолетта, кашляя, когда мы пробежали уже восьмой круг вокруг дома.
— я тоже… надо хотя бы десять добить, — ответила я ей, немного замедлив шаг.
бег. зарядка. базовые упражнения. дыхание сбивалось, лёгкие горели. без отработки ударов и приёмов мы тоже не обошлись.
разбились по парам.
виолетта с кирой отошли в сторону. мы с кристиной остались стоять друг напротив друга.
— я всё детство каратэ занималась, — похвасталась она.
я усмехнулась:
— а я вольной борьбой. ну что, один на один?
мы рассмеялись.
— неет, — покачала головой захарова и отошла в сторону.
— значит, победила дружба, — пожала плечами я.
она лишь улыбнулась шире и закивала, не прерывая зрительного контакта.
удары мы всё же отработали. точнее, кристина подставляла руки, уворачивалась, а я била. в полсилы, но чётко, выверенно. отрабатывала удары на ней.
я знала, что сильна. физически. духовно. но понимала, захарова сильнее. крупнее, выше. шансов у неё больше.
и меня это не пугало. совсем.
после долгой тренировки, когда уже стемнело, даша позвала нас на ужин.
мы сильно замёрзли. ели тёплую еду, согреваясь изнутри. разговаривали, сидя за столом.
с кристиной мы сидели близко. слишком близко. настолько, что остальные могли что-то понять. но, похоже, её это не волновало.
в груди распылялось тепло от того, что она рядом. мы касались плечами, ногами, локтями. каждый раз я замирала на секунду, чувствуя смущение.
тогда я и поняла, насколько неопытна. отчего каждое соприкосновение казалось необычным, новым, слишком ощутимым.
в голову вновь закрались самые ужасные мысли. что она обманет. обидит. предаст. сделает больно морально.
да и вдруг физически? хотя это не так страшно, как всё остальное.
я поникла. почти незаметно.
но, похоже, виолетте стало всё понятно.
она смотрела на меня пристально, изучающе.
и я поймала её взгляд.
виолетта сидела чуть поодаль от меня. почти незаметно для остальных она указала глазами в сторону выхода из кухни. взгляд короткий, точный, понятный только мне.
я едва заметно кивнула.
просто так встать и уйти мы не могли. кристина с кирой сразу бы напряглись, подумали, что что-то не так, пошли бы следом, начали бы докапываться. а сейчас мне нужен был разговор. с виолеттой. вдвоём. один на один.
— так… что-то холодно совсем, я за кофтой пошла, мою тарелку не трогать, — заявила виолетта, вставая и опираясь руками о стол.
при этом она смотрела на меня.
когда она скрылась на лестнице, я поёрзала на месте, делая вид, что занята едой. не знала, что сказать, как встать естественно, не привлекая внимания. но всё же поднялась.
кристина мягко поймала меня за запястье. я почувствовала тепло её пальцев и невольно посмотрела в глаза. она слегка запрокинула голову назад.
— ты куда? — тихо спросила она, чуть нахмурившись.
— в душ, — пожала плечами я, придумывая на ходу.
захарова неохотно отпустила мою руку, кивнула. я не стала дожидаться новых вопросов и выскочила из кухни.
быстрым шагом дошла до комнаты, где уже сидела виолетта. упав на её кровать, я устроилась рядом.
— ну давай, выкладывай, — поёрзав, заявила она.
я начала говорить. слова шли тяжело. я не любила жаловаться. не умела. но то, что накопилось внутри, слишком сильно давило. сжимало грудь, не давало покоя.
— я сейчас доверюсь, привыкну, а она… а потом я… и всё… — пыталась я донести до виолетты обрывки мыслей, несвязанные, рваные.
она громко вздохнула.
— тяжёлый случай…
я развела руками, грустно улыбнулась.
— я думала об этом, а потом поцелуй, и она такая хорошая… у меня из головы вылетело даже… а сейчас опять думаю об этом, думаю, думаю…
я провела рукой по волосам, взлохматив их.
— и что ты будешь делать? — хмуро начала рассуждать виолетта. — каждый наебать может. парень, девушка. ты же не будешь одна до старости.
она замолчала на секунду и негромко добавила:
— попробуй.
я подняла на неё взгляд и одними губами ответила:
— я не могу так.
виолетта улыбнулась, положила руку мне на плечо.
— сможешь, — уверенно сказала она.
а потом крепко обняла меня. долго. прижимаясь.
— она на тебя так смотрит… — тихо продолжала виолетта, не отпуская. — так она смотрит… ты же даже не видишь этого…
от её интонации, от этого восторга я мгновенно покраснела.
— и спокойной она стала. ты улыбаешься, она спокойная. всё ахуенно.
после этих слов она отстранилась и заглянула мне в глаза.
— слышишь? всё ахуенно! — повторила уже громче.
— вилка… — тихо протянула я, расплываясь в улыбке.
— всё, пойдём, а, — отмахнулась она весело и поднялась.
время было позднее. заняться было нечем. каким-то образом мы все выбрались на террасу.
на моих плечах лежал плед, в который я укуталась. я сидела на диване рядом с кристиной. с другой стороны от меня устроилась кира, следом виолетта.
напротив сидели лера и амина, рядом с ними геля и лиза. настя стояла, опираясь на перила. рядом с ней юля, молча наблюдала. на маленьком пуфике сидела даша, в руках у неё была колонка. она включала песни, которые мы просили.
музыка была знакомая всем. спокойные, комфортные мелодии. словно мы одна большая компания друзей.
заиграла песня «вахтёрам».
знакомые слова сами сорвались с губ. я слегка покачивалась из стороны в сторону. ловя чей-то взгляд, улыбалась.
кристина откинулась на спинку дивана. почти не пела. с её губ срывался тихий шёпот, не больше. она будто была равнодушна ко всему этому. не в таком восторге, как мы с виолеттой.
в какой-то момент мы начали петь громче, почти хором, ловя взгляды друг друга.
я обернулась вправо, к кире. мы посмотрели друг на друга и начали громко петь, жестикулируя, качаясь из стороны в сторону:
— задвигаем шторы, кофеёк, плюшки стынут, объясните теперь нам, вахтёры…
и в этот момент я почувствовала, как чья-то рука мягко легла мне на плечи. придвинула к себе.
я смущённо улыбнулась, поймала взгляд виолетты.
поддавшись назад, я прижалась к кристине.
— почему я на ней так сдвинут… — шёпотом протянула она слова из песни.
я улыбнулась шире, но сделала вид, что ничего не услышала. что не замечаю её пристального взгляда боковым зрением.
мы сидели так долго. слушали море песен. постепенно уставали петь и просто сидели молча.
я начала замерзать. холод пробирался под плед, скользил по плечам, по шее. кристина это заметила почти сразу. ничего не говоря, она мягко надела капюшон мне на голову, поправила его, будто я маленькая. следом её свободная рука опустилась на мою ладонь. правая рука захаровой всё так же лежала у меня на спине, прижимая к себе, крепко, но бережно.
— девчонки, фото давайте! — громко предложила даша, вынося из дома общий телефон.
кристина лишь ближе притянула меня к себе.
я улыбнулась и слегка уложила голову ей на плечо. вспышка. фото сделано. телефон пошёл по рукам, кто-то начал снимать видео, кто-то смеялся, кто-то кричал, чтобы пересняли.
когда дождь усилился, капли, гонимые ветром, полетели прямо в нас. самые последние в дом вошли мы вчетвером, уже промокшие, окончательно замёрзшие.
сразу пошли на кухню. горячий чай, какое-то печенье, простое, но в тот момент самое вкусное. я грела ладони о кружку, слушала разговоры вполуха. смех, болтовня, и постоянные взгляды юли, которые я чувствовала кожей.
устав вслушиваться в ненужные слова и ловить эти взгляды, я медленно встала из-за стола.
кристина резко обернулась ко мне. она даже не успела приоткрыть рот, чтобы задать вопрос, как я ответила раньше:
— я быстро.
и, не дожидаясь реакции, выскользнула из кухни.
я нашла дашу в доме, глубоко вздохнула и подошла к ней.
— дашаа… — медленно протянула я, захлопав ресницами.
она уже посмотрела на меня с подозрением.
— а можно, пожалуйста, позвонить… — тихо продолжила я, глядя на неё как можно печальнее.
даша театрально вздохнула, цокнула, закатила глаза, но кивнула.
— пойдём ко мне в комнату, — качнула она головой и первой пошла по коридору.
я следовала за ней. она открыла дверь, закрытую на ключ. войдя внутрь, снова провернула замок, только потом кивнула на коробку с телефонами.
в ней я нашла свой. пальцы слегка дрожали, когда я уселась на стул и набрала номер.
гудки медленно раздавались эхом в голове. потом прекратились.
— алло, лика, привет, — раздался голос маши.
— маша, привет! как ты? как ева? что оксана романовна говорит? — слова посыпались сами.
я чувствовала, как на лице загорается улыбка, как блестят глаза.
— у меня всё отлично. твои дела как? у евы не знаю, надя не выходит на связь. завтра, в воскресенье, приедет оксана романовна, мы встретимся с опекой и вместе поедем на дом. планируем сразу забрать ребёнка, но не знаю, получится ли. отзвонись мне вечером, пожалуйста.
— маша! боже, как я рада. после такой новости любой день станет ахуенным, правда, — громко начала говорить я, положив руку на голову и взлохматив волосы.
— будь умницей. я хочу увидеть тебя в финале. и ева тоже. я состоятельный человек, обещаю, если ты войдёшь в финал, я устрою тебе несколько сюрпризов, — голос маши звучал заманчиво, и я почти видела её улыбку.
— хорошо, хорошо, я постараюсь, правда, — ответила я, кивнув самой себе.
— я не могу долго разговаривать. спасибо, маш, до завтра, — вздохнув, попрощалась я.
— не буду тебя задерживать. пока, лик. держись, — сказала она на прощание.
раздался короткий писк, звонок сброшен.
я опустила телефон от уха и подняла взгляд на дашу.
— всё хорошо? — спросила она, улыбаясь, видя мой настрой.
я закивала.
— всё просто замечательно. даш, я могу завтра вечером позвонить? — заранее попросила я.
— какой повод? почему так часто? — слегка нахмурилась она. переживала.
— завтра адвокат и тётя поедут с опекой забирать еву. я надеюсь, что всё пройдёт хорошо и хочу знать об этом, — спокойно объяснила я.
и от одной мысли, что еву могут забрать из того дома, моя улыбка становилась всё шире.
— ну вот видишь, как всё хорошо, — хлопнула в ладони даша.
я вновь кивнула.
— я так благодарна. и тебе, и всем остальным. это вообще… отпад. я вас очень всех люблю, — поднявшись, начала я.
она мягко обняла меня, похлопала по спине. прямо как мама.
хотя мама никогда так не делала.
я аккуратно отстранилась, поблагодарила ещё раз и вышла.
приоткрыв дверь своей комнаты, я сразу увидела кристину. она лежала на свободной кровати, раскинувшись.
— я тебя ждала, заебалась уже. ты где столько ходишь? — проворчала она, но злости в голосе не было.
я улыбнулась шире и прикрыла за собой дверь.
захарова похлопала ладонью по кровати, приглашая рядом.
я сразу села к ней. она лежала, а я устроилась сбоку.
— ну что там? рассказывай, — видя моё настроение, начала выпытывать она.
рассказав ей всё, что было в комнате у даши, я замолчала и стала смотреть на кристину. внутри всё светилось, я была уверена, что она улыбнётся, что обрадуется за меня, что разделит этот восторг.
но её лицо медленно изменилось. брови сошлись, взгляд потяжелел.
— это, конечно, новость ахуенная, но ты… — начала она и вдруг замолчала.
кристина резко закрыла лицо руками, потерла лоб, будто пытаясь стереть мысли.
— блять, давай без этого, ладно? — глухо сказала она. — я не хочу, чтобы про тебя думали лишнее. а слухи разлетаются быстро.
в её голосе смешалось всё: злость, тревога, переживание. я почувствовала, как во мне поднимается обида.
— кристин, а что ещё мне делать? — нахмурившись, ответила я. — мне нужно поддерживать связь с адвокатом, с тётей, с опекой.
я сложила руки на груди. голос мой звучал жёстче, чем хотелось. обида всё равно проскальзывала.
захарова уставилась на меня довольно зло. её глаза блестели, горели, мерцали, в них было столько напряжения, что я почти физически его ощущала. я была уверена, что сейчас разгорится огромная ссора.
— я понимаю. я верю. — она говорила уже спокойнее, но кулаки её были сжаты, а слова выходили сквозь силу. — но я не хочу для тебя проблем.
я молчала. поджала губы и смотрела в ответ, не отводя взгляда.
— будь внимательней. если что... решим, — через время добавила она.
в этих словах было не давление, а защита. я не смогла не смягчиться. улыбка сама появилась на лице.
заметив это, кристина притянула меня к себе. уложила головой на подушку, подложила под неё свою руку. её ладонь легла мне на плечо.
мы лежали молча. слов не находилось. да и не нужны они были. в тишине нам было даже лучше.
я смотрела в потолок, пока глаза не устали, и прикрыла их.
кристина приподняла голову, я почувствовала её взгляд на своём лице.
— а мы будем общаться после проекта? — внезапно спросила она.
голос хрипловатый, тихий. будто она боялась услышать отказ.
я резко распахнула глаза и перевела взгляд на неё.
— а ты хочешь? — спросила я.
— хочу, — уверенно заявила она.
я поджала губы.
— это будет тяжело, — глухо произнесла я.
я говорила правду. не отталкивала. просто озвучивала реальность.
— почему? — не поняла меня захарова.
я глубоко вздохнула. нужно было объяснить правильно. аккуратно. чтобы не ранить.
— я буду занята ребёнком. я буду забита полностью. сначала суды, опека, бумаги… нужно найти работу. жильё, которое осталось после смерти бабушки, нужно привести в порядок. потом заберу её и всё. а что мне делать? я буду матерью. дом, работа, ребёнок…
я говорила спокойно, негромко. без истерики. просто перечисляла.
лицо кристины становилось всё мрачнее. тень легла на её глаза.
в глубине души я хотела услышать: «я рядом», «мы справимся», «мне не страшно».
но понимала, для неё это звучит иначе. слишком серьёзно. слишком по-взрослому.
— я… понимаю, — глухо произнесла она.
и обняла меня крепко. уткнулась носом в мою грудь.
я мягко зарылась рукой в её волосы. начала гладить, перебирать пряди, медленно, осторожно.
в этот момент мне хотелось одновременно и защитить её, и спрятаться самой.
так и закончился наш выходной. субботний день, тёплый, шумный, живой, растворился в тишине комнаты и в этом молчаливом объятии.
спасибо за прочтение главы до конца! жду ваше мнение))