глава 20
— и так, подведём итоги. быстрее всех полосу препятствий прошла пара… — произнёс мужчина и замолчал, делая паузу. все разом переглянулись.
— мы? — неуверенно предположила я.
в ответ кристина лишь приятнула меня ближе к своему плечу.
— лика и кристина. ваше время ровно две минуты. вы получаете один иммунитет на двоих. но вы должны решить, кому именно из вас он достанется, — добавил он.
мы переглянулись, с улыбками на лицах.
— кристине, — ответила я, не думая.
— лике, — в этот же момент раздался и голос кристины.
после повисла тишина.
— лике, — уверенно повторила захарова.
— нет, мне не… — начала отмахиваться я.
— лика, бери, тебе он нужнее, — крикнула лера, следом виолетта, амина, рони.
я молчала, думая, нужен ли он мне и вправду. мне нужен, но и ей тоже. но в случае чего я смогу его потратить на неё, поэтому сейчас спорить бессмысленно.
— лике, лике, — снова повторила кристина.
— спасибо, — негромко произнесла я, кивнула.
— лика, я тебя поздравляю, — произнёс на это мужчина.
звук аплодисментов резко раздался в ушах, я была рада, искренне благодарна ей.
съёмки закончились к удивлению пораньше, часам к девяти вечера. но я начинала уставать.
сидя в автобусе, а точнее, лежа на плече у виолетты, я смотрела на девочек. слушая с колонки песни, подпевая их, энергия девочек переходила и ко мне.
— оставлять твоего парня забытым. ты вся в моем распоряжении, где твой огромный зад, вверх-вниз, вверх-вниз. весь пир, а твоя подра валит домой, ведь её кости не в нашем стиле, — шепотом подпевала я, хоть остальные и орали в голос.
писк колонки и резкая тишина заполнила машину.
— ну, че за хуйня? — крикнула кира, глядя на рони, что крутила колонку в руках и пыталась включить.
— не работает, села, — расстроено простонала рони.
— блять, — выругалась зло виолетта.
— класс! вообще весело, блять! — раздражённо бурчала кира, сидящая передо мной.
— ну че вы? как маленькие, — цокнула я громко. — слова знаете? следующий припев! — крикнула я громко.
одобряющий гул прошёлся по всему автобусу.
— ну тогда насчёт три! раз, два, три, погнали! — заорала я и начала петь. — бар "2 лесбухи", пырло, гашик, ящик миллер, — громко пела я.
следующую строчку мы пели всем составом. громкие голоса смешались между собой, заставляя появляться тёплой улыбке на моем лице.
кира, сидящая ко мне спиной, резко развернулась и похлопала меня по плечу, показав большой палец вверх, продолжая петь громче всех остальных.
— пой, пой, не отвлекайся, — усмехнулась я, глядя на её довольное лицо и светящиеся глаза.
отвернувшись от меня, она продолжила петь, а я негромко подпевала, но вдруг руку пронзила боль. я чувствовала, словно в руку втыкаются мелкие иголки, их много и они повсюду. я дернулась не от боли, а от неожиданности, ведь ожог за неделю должен был начать заживать, не такой он и серьёзный.
— что? — непонимающе спросила виолетта, чувствуя, как я вздрогнула.
— чуть не уснула, — усмехнулась я, соврав.
говорить, что рука начала болеть, я не хотела. лишнее внимание к себе, почти что нытьё. такое я не любила, не допускала себе такого. слабость может быть у кого-то, но не у меня. я ведь не слабая.
— ты не спи, мы подъехали почти, — дала мне совет виолетта и, увидев мой ответный кивок, отвернулась к рони.
— спишь? не спи, не думай даже. у нас тренировка ещё будет. или всё? заднюю даешь? — тараторила кира, в которой было столько энергии, как никогда раньше.
— я?! да никогда! конечно будет! — воскликнула я, сложив руки на груди и прищурив глаза. взгляд мой был насмешлив.
— вот! правильно! — улыбнувшись во все зубы, ответила та.
машина затормозила резко.
— выходим! — крикнула рита, подходящая к автобусу, когда двери открылись. вместе со всеми я ринулась к комнатам.
упав на кровать, я не желала даже переодеться.
— ооой, устала? — протянула виолетта, параллельно переодеваясь.
— устала, — протяжно ответила я. тяжело вздохнув, но я всё же поднялась с места. в чемодане нашла спортивные штаны, немного свободные, чёрного цвета. наверх накинула белую футболку, облегающую, открывающую вид на живот и красивую талию. взяв бинты с тумбочки, я присела на край кровати, чтобы осмотреть обе руки и заменить бинты на чистые.
— лиз, ты куда? — спросила я у уходящей лизы.
— к пчёлке, она про маски для лица вспомнила. вам надо? — спросила она, повернув голову в мою сторону.
— приносите, — улыбнулась я.
та кивнула и вышла за дверь.
— лизок, я с тобой! — заорала ей в след виолетта.
— и даже не поможешь мне? — в шутку спросила я.
— а обязательно надо? — прищурив глаза, спросила виолетта.
— вилка, дурочка, шучу же, — выгнула брови я, но такой сухой реакции я не ожидала.
— ну… я тогда пошла? — спросила она неловко.
— иди, конечно, — ответила я растерянно кивнув. я пристально глядела, как быстро захлопнулась за ней дверь. нахмурившись, задумалась.
с виолеттой явно что-то не так, я заметила это ещё с самого утра. растерянная, отстранённая, может даже раздражённая. обычно она себя так не ведёт, она ведь другая. бывает всё, может, просто плохое настроение. но поговорить с ней стоит, явно я не могу оставить это так просто.
— лик, занята? — раздался беглый вопрос.
из-за дверей показалась голова киры, а потом и она вся. я опомнилась, всё это время я задумчиво смотрела в дверь, не начиная даже развязывать старый бинт.
— вроде бы и нет, — ответила я, пожимая плечами.
— я войду? — снова раздался громкий голос.
— конечно. конечно, заходи, — закивала я.
под цепкий взгляд киры, которая ходит кругами около моей кровати, я начала разбинтовывать левую руку. она оглядывала меня полностью, бестыдно.
— ну хватит ты, не смотри. и вопросов не задавай, всё сама ведь поняла, — спокойно произнесла я, даже не глядя на неё.
— я просто… неожиданно увидеть… у тебя… — растерянно пробормотала она, а потом подошла ближе.
— я помогу, давай? — спросила она, протягивая руки.
— спасибо, — улыбнулась я слегка, протягивая ей левую руку.
кира довольно аккуратно коснулась моей руки, одной крепко держала, а второй мягко накладывала новую повязку, оглядывая несколько глубоких порезов.
— точно сами затянутся? — спросила она, оглядывая раны.
— должны, — хмыкнула я. — все затянулись и эти затянутся, — пожала плечами устало.
— недавно? — спросила кира, прищурившись. вопросы она задавала неуверенно, словно не знала, что вообще нужно говорить в такие моменты.
— на днях, — ответила я, глядя, как она накладывает второй слой.
— тренироваться-то сможешь? или… может не стоит? — уточнила она, подняв взгляд на моё лицо.
— кир, ну что ты? как будто первый раз видишь меня. всё также, как и раньше. — уверенно ответила ей я, в конце слов даже натянула улыбку.
— вторую обработать? — спросила она, всё также глядя мне в глаза.
я отмахнулась, вскочив с места, и двинулась к дверям.
— пойдем быстрей на улицу, — кивнула ей я.
— ты кофту надень, — вдруг сказала она резко.
шрамы… а я ведь и забыла о них. и холодно ведь. приятно ощущать заботу от кого-то рядом.
схватив кофту с кровати, я начала надевать её на себя.
— а то открыто слишком, перед всеми… — продолжила невзначай кира. голос был грубее, чем раньше.
я даже не поняла, что произошло, но в миг она уже была прежней.
— давай, пойдём на улицу, душно так, — хмыкнула она и первая вышла из комнаты.
задумавшись на секунду, я последовала за ней.
— ну показывай, на что способна, — с азартом в глазах произнесла кира, в глазах которой горели искры предвкушения.
я потерла руки друг о друга.
— ну… основа основ, — хмыкнула я, пожала плечами.
резко рванув вперёд, пригнувшись, я сделала проход в ноги. кира, хоть и была вроде бы готова, но на ногах не устояла. она плюхнулась на заранее подготовленный коврик. повалила её я мягко, чтобы она не ударилась, а сама устояла на ногах.
сделав шаг назад, скрестила руки на груди.
— ну, как тебе? — спросила я с самодовольной улыбкой.
— довольно… ахуенно, — воскликнула медведева.
боль в правой руке снова раздалась лёгким покалыванием, на которое я не обращала внимания.
— ладно, вставай. теперь второе. — я ловко схватила киру за руку и шею, пытаясь завести её за спину.
практически одной рукой сделать это оказалось проблематично. мы завертелись волчком, как в танце, и я, вместо красивого броска, просто повалила её на землю.
— бляять, — мы обе прыснули со смеху.
— тебе бы руку вылечить для начала, — заметила кира, поправляя растрепанные волосы.
— ой, да похуй, проехали. сейчас моё любимое, — отряхивая одежду, воскликнула я.
я встала сзади, обхватила киру в замок.
— сейчас я тебя вот так… через себя… — проговаривала я, вспоминая.
я попыталась откинуться назад, но кира, будучи тяжелее, чем я ожидала, не взлетела в воздух, а лишь осела вниз, увлекая меня за собой.
мы обе оказались сидящими на полу в неудобной позе, громко хохоча.
— шесть лет, говоришь? кажется, тебе нужен кто-то полегче меня для тренировок, — крикнула громко кира, смеясь с меня.
— ой, кир, иди ты нахуй, — отмахнулась я, тоже смеясь.
а потом я резко замолкла. сначала от резкой боли в руке, а потом от тихого визга где-то рядом, за забором.
я вскочила на ноги резко, махнула кире рукой.
— быстрей, быстрей со мной! — зашипела ей я.
забор был невысокий и через него всё было отлично видно. там, недалеко, был маленький котёнок. испуганный, плачущий.
— кис, кис, кис… — негромко позвала его я, приседая на корточки. он пищал так громко, что похоже, и не слышал меня.
— кис, кис, кис! — уже громче повторила я. никакого внимания.
— зачем он тебе? оставь, — цокнула медведева.
— ты совсем дура? он сдохнет же тут, холод такой ночью, дожди идут… посмотри, — с жалостью в голосе говорила я.
— перелезу? — сразу же задала вопрос я кире, осматривая полностью забор.
— телки перелазили, значит, и ты сможешь, — кивнула мне кира.
— но я пас, — добавила она.
— сыкло, — шикнула ей я, хмуро.
— о себе думаю, домой не хочу, — ответила она, презрительно глядя на меня.
— а он жить хочет! — также грубо ответила я.
закатив рукава, я прыгнула на забор. кира сразу же ринулась ко мне, страхуя.
— аккуратно, не наебнись только, — просила она меня.
да, недовольная, но помогала.
залезла я быстро, ловко. про боль в руке забыла, думая лишь о том, как ему маленькому холодно и голодно.
прыгнув, приземлилась на ноги и медленно направилась к котёнку.
— лика! лика, блять, вернулась обратно! — закричала откуда-то далеко даша.
— тут кот! — заорала в ответ кира, объясняя ей, что я не сбегаю, что в себе.
— к воротам иди, дурная! — крикнула даша, когда я стояла с мокрым комочком в руках, морая белую кофту, но не задумываясь об этом.
медленно шагая к воротам, прижимая котёнка к себе, я уже думала, как бы уговорить дашу на то, чтобы не выкидывать животное.
ворота открылись, я вошла, виновато захлопала ресницами перед дашей, кирой, рони и виолеттой.
— оставим? — спросила я, делая невинный голос.
— конечно оставим, не выкидывать же! — крикнула зло даша.
— какой хороший… какой маенький, — начала приговаривать вилка.
— я как раз машину жду, куплю что-нибудь, — уже не так зло добавила даша.
— спасибо! — воскликнула я с благодарной улыбкой.
— иди в дом, отмой, нагрей, — кивнула мне даша.
— со мной вы? — спросила я, оглядев троицу.
— мне браслет найти надо, я потеряла его где-то тут… — виновато пожала плечами рони.
— я с тобой, — громко сказала виолетта.
замечательно, как раз и поговорим.
— я тогда рони помогу, — кивнула мне кира.
— отлично, — ответила я и, прижав животное к себе теснее, направилась в дом.
— это кто у тебя? — раздался удивлённый голос леры, она остановила меня на втором этаже.
— котёночка нашла, с нами жить будет, — ответила радостно я.
— красивый, а маленький какой… пиздец жалко… — произнесла она, чесав его за ухом.
— а это… кто? — спросила удивлённо я, услышав крики девочек из комнаты.
— да, настя с крис, — отмахнулась лера.
протянув котёнка виолетте, я пожала плечами.
— ну, вилка, я чуть позже подойду, — ответила ей я, поджав губы.
— лер, ты со мной? — спросила я уже у второй.
— пойдем, я тоже хотела влезть, думала, позже, — устало вздохнула лера.
войдя внутрь их комнаты, я увидела настю, что сидит на краю кровати, и кристину, что машет руками и ходит по комнате напряженной походкой.
— я тебе, блять, повторяю, я тебе нахуй не мамка! — крикнула вновь кристина. — ты бесхребетная, как мямля ебаная себя ведёшь. ты блять веди себя нормально, — кричала вновь захарова.
я взглянула на диану, алису, кивнула им, мол, что происходит? те пожали плечами, спокойно, без всякого участия. юля лежала на кровати, улыбаясь, наблюдала за ссорой, будто это было чьё-то представление, где она просто зритель.
настя поднялась со своего места, кинулась к кристине. я ринулась туда, втиснулась между ними, раставляя руки, пытаясь остановить накал.
— ну, ну, хватит уже! — громко крикнула я, сердце колотилось, руки слегка дрожали.
— че блять хватит? сама значит ей объясняй. там бессмысленно, она как была нытиком ебаным, так и осталась, — повернувшись ко мне, грубо ответила кристина. я сжала кулаки, стараясь удержать себя, чтобы не сорваться.
— ну а орать то зачем? спокойно не, никак? — спросила я, уже снизив тон, пытаясь донести до неё, что всё это не нужно. не нытик она, просто характер такой, пессимист, пыталась я объяснить кристине.
лера стояла в проходе, не вмешивалась, просто наблюдала.
— а ты, настя, правда ведь пришла сюда не просто так. нужно и себя перебороть уже, — строго произнесла я, взглянув на неё.
— да знаю блять, че я сделаю, если не получается! — громко, но уже не так зло крича, ответила она.
я отошла назад, присела на тумбочку, тяжело вздохнув.
— но я тебе ещё раз говорю, я тебе не мамка, бегать блять за тобой и общаться только с тобой я не буду, — тыкая пальцем в настю, уверенно повторила захарова. она тоже уже не кричала, пыталась вести себя тише.
— всё, кристин, она уже это поняла, повторять не надо, — шикнула я, нахмурив брови.
двое девушек разошлись по разным сторонам. настя выбежала из комнаты, кристина легла на свою кровать, закрывая лицо руками. я повернулась к лере.
— пиздец, — шепнула та.
— пиздец... — подтвердила я и вышла из комнаты.
— блять, меня же вилка ждёт, — выругалась я.
— да успокою я её, иди, иди к вилке, — похлопала рукой по моему плечу лера.
— спасибо, лерка, — поблагодарила я её и убежала к себе.
— вилка! вилка, ты где? — крикнула я, войдя в комнату.
— не кричи, напугаешь, — тихонько пробубнила виолетта, сидящая на кровати и держащая котёнка на руках. он не спал, но лежал спокойно, молча.
— вилка, ну его же помыть надо, — цокнула я, подходя ближе и взяв котёнка на руки.
— я уже помыла, только высушила не до конца, — гордо ответила виолетта.
— вижу, вижу, — усмехнулась я. из грязно-серого он превратился в белоснежный комочек пуха, серые глазки, мягкая шерсть, милый, размером с ладонь.
— как назовём? — спросила я, кинув взгляд на виолетту.
— вика! — уверенно воскликнула вилка, вскочив с кровати.
— вика? — удивилась я.
— виолетта и лика, — объяснила вилка и хлопнула в ладони, радостно.
— вика, значит вика, — улыбаясь, кивнула я.
я медленно села рядом с виолеттой. она накрыла вику полотенцем, которое было немного влажное.
— виолетт, слушай... — начала я негромко, пока в комнате никого не было и никто не мог помешать.
та медленно повернула голову ко мне, ожидая вопроса.
— что с тобой? с самого утра, — спросила я отдалённо, не называя моменты, которые заставили меня задуматься.
— есть что-то, что я не могу говорить тебе или кому-то ещё, — тихо вздохнув, объяснила она.
— вилка, мы же договаривались, — возмутилась я.
— лика, позже. я всё объяснить смогу, но не сейчас, ладно? — уже раздражённо произнесла она.
— ладно... сходи хотя бы за другим полотенцем, — хмыкнула я, расстроено.
та кивнула и быстро вышла из комнаты. я тяжело вздохнула, взглянула на котёнка, что спокойно спал на моих коленях, и не могла понять, в чём дело. всё нормально, вроде бы. но иногда виолетта была странная. резкая отстранённость без причины пугала, раздражала и выворачивала меня.
привязанность, что была во мне всегда, проявлялась ко всем, с кем я общалась больше двух дней, убивала меня. а тут один дом, мы находимся с ними буквально каждую минуту дня, уже начиналась вторая неделя, я уже привязалась почти к каждой. и это убивало меня всю.
пока я знакомлюсь со всеми, кто тут живёт, с людьми из проекта и девочками, я забываю о прошлом, это помогает и ранит сильнее. я могу забыть о проблемах на какое-то время, а потом накрывает с другой силой, с виной в перемешку.
я сжимала левую руку так, что свежие порезы начинали заново болеть, а на ладонях оставались следы от ногтей. виолетты не было слишком долго, а меня накрывало всё с большей силой.
— полежишь ты тут, только не упади, — шептала я, укладывая котёнка на кровать к стене.
с пустыми глазами и рассеянным взглядом я, касаясь стены, шла до второго этажа. подошла к каморке, в которой обычно лежат полотенца, постельное и подушки с одеялами, потянулась к ручке двери. она была приоткрыта, я слышала чей-то разговор.
— я тебе нормально говорю, вилка, — негромко, почти ровно, но в этом спокойствии было давление.
я машинально вдохнула глубже, словно это могло помочь не провалиться в услышанное.
— да ты весь день нормально говоришь, — усмехнулась виолетта. — и весь день звучишь, как будто сейчас уебёшь.
по интонации я почти видела её, лёгкая усмешка, привычная попытка всё перевести в шутку, спрятать напряжение за смехом. так она делала всегда. так делала и со мной.
кристина выдохнула шумно. этот звук был резким, раздражённым, будто что-то внутри неё сорвалось, но она тут же загнала это обратно.
— ты слишком много с ней.
у меня внутри что-то щёлкнуло. не больно, нет. просто резко. как будто кто-то назвал моё имя, не называя его.
— с кем?
виолетта спросила коротко, спокойно, но я уловила в этом вопросе осторожность. она уже понимала, к чему идёт разговор, но всё равно тянула время.
— не прикидывайся.
пауза. тишина между словами стала плотной, давящей. я невольно задержала дыхание, будто боялась спугнуть то, что сейчас прозвучит.
— лика? — виолетта сказала легко, будто между делом. — крис, ты серьёзно сейчас?
моё имя ударило неожиданно, хоть я и ждала его. сердце дёрнулось, будто сделало лишний удар.
— я серьёзно.
в голосе кристины не было крика. ни истерики, ни вспышки. и от этого стало хуже. такие слова не бросают просто так.
— мы просто общаемся, — пожала плечами виолетта, я это услышала даже по голосу. — ты же сама с ней нормально.
я сжала пальцы, не замечая, как ногти впиваются в кожу ладоней.
— это не значит, что мне нравится, как ты к ней липнешь.
это слово резануло. «липнешь». будто меня не просто обсуждали, будто меня пачкали.
— «липнешь»? — виолетта хмыкнула. — ты ревнуешь, что ли?
смех вышел короткий, неуверенный. я знала этот звук. так смеются, когда страшно.
— ты ебанутая? — коротко. — я не про тебя.
сердце дёрнулось снова, уже сильнее. от этих слов стало холодно.
— а про кого тогда?
— про неё.
тишина. плотная. тяжёлая. такая, в которой слышно, как внутри начинает гудеть собственная кровь.
— крис… — виолетта уже не смеялась. — ты сейчас херню говоришь.
я прижалась плечом к стене, словно искала опору.
— я говорю, как есть. — голос стал ниже. — не надо с ней так тесно.
— ты мне запрещаешь?
— я тебя предупреждаю.
— и что будет?
— мне это не понравится.
виолетта фыркнула. звук вышел резкий, нервный.
— блять, ты странная.
— я злюсь, когда меня игнорируют.
эти слова будто осели где-то под рёбрами. медленно. тяжело.
— тебя никто не игнорирует.
— ты знаешь, о чём я.
я сжала руки на груди, будто пыталась удержать себя целиком, не дать рассыпаться.
— крис, я не собираюсь с ней переставать общаться.
эти слова прозвучали твёрдо. и от этого внутри стало ещё тревожнее.
— тогда не удивляйся.
дверь скрипнула. звук был резкий, будто разрезал всё услышанное на «до» и «после». я не отошла. стояла прямо напротив, со сложенными руками, опираясь плечом о стену. ноги будто приросли к полу.
виолетта вышла первой и сразу застыла. лицо изменилось моментально напряжение, испуг, осознание. кристина вышла следом. её взгляд упёрся в меня. прямой, тяжёлый, цепкий.
между нами повисло молчание. плотное, неловкое, оглушающее.
— и что это было? — спросила я ровно.
голос прозвучал спокойнее, чем я себя чувствовала. внутри всё дрожало, но я стояла. и отступать уже было некуда.
можно немного актива?
ставьте звёздочки, пожалуйста)