глава 8
— Я ЗНАЧИТ ЗАХОЖУ, А ОНА СТОИТ С ПРОСТЫНЕЙ НА ГОЛОВЕ БЛЯТЬ! — размахивая руками, рассказывала кира, сидя вместе со всеми за столом во время ужина. я смотрела на неё и едва удерживалась, чтобы снова не расхохотаться, у неё были такие расширенные глаза, будто она реально увидела призрака, а не меня, стоящую с простынёй на голове, как дебилку.
— да я больше тебя испугалась! — выкрикнула я, и смех всё-таки прорвался, накрыв меня тёплой волной облегчения. сцена всплывала перед глазами снова и снова, и я сама не понимала, как мы вообще умудрились так упасть.
— А ПОТОМ ОНА МНЕ НА ЕБАЛО ЭТУ ПРОСТЫНЮ ПОВЕСИЛА! — кира, возмущённая и одновременно умирающая со смеху, почти ударила кулаком по столу. я зажала рот ладонью, но это не помогло, я снова начала ржать.
— так а чё ты хотела? — вилка, смеясь, даже не пыталась быть серьёзной. — заорала и побежала на неё!
и всё. ужин закончился, никто больше даже не притронулся к тарелкам. мы все говорили одновременно, перебивая друг друга, кидали фразы, повторяли моменты, изображали, как именно я стояла с простынёй, и ржали до боли в животе.
на секунду мне стало так хорошо, будто это просто лагерь, обычные девчонки, обычная суета, и я часть этой шумной стаи.
— надо было ей в ебало дать, — вдруг процедила юля, глядя на киру.
я сначала подумала, что это шутка.
но её лицо… оно было каменным. напряжённым. злым.
я нахмурилась.
кристина склонилась к ней ближе и чуть слышно шепнула:
— завязывай.
я прочитала по губам, голоса девчонок заглушали всё.
юля что-то ответила, коротко, резко. у кристины дёрнулся уголок губ, взгляд стал опасно узким.
— я сказала завязывай нахуй, — уже громче, твёрдо, сказала кристина и ударила кулаком по столу.
всё вокруг дёрнулось. несколько девочек осеклись. кто-то отодвинул тарелку.
— всё, наелась, — холодно бросила кристина, поднялась и ушла.
вилка и я одновременно переглянулись. у неё в глазах вопрос. у меня тревога.
напряжение, будто кто-то затянул узел между нашими шеями.
когда столовая снова наполнилась голосами, мы с вилкой тихо встали и почти бегом выскользнули в коридор.
я выдохнула:
— что это было? — шёпотом, но так, будто слова сами срывались с языка.
— не знаю… ничего не понятно, но чё-то происходит хуёвое… — так же шёпотом ответила вилка, понижая плечи. — захватим мою косметичку и в комнату? — предложила она.
я кивнула. это лучше, чем стоять здесь в непонятках.
мы подошли к её старой комнате, и уже когда вилка взялась за ручку, я услышала голоса. не крики, но такие напряжённые, высокие, что по спине пробежал холод.
— стой, — прошипела я, резко схватив её за локоть.
вилка замерла, непонимающе глядя на меня.
но когда в комнате прозвучала следующая фраза, она всё поняла.
— это не дела, шума. так не делается! — злилась юля.
кристина шума? это я услышала впервые.
— а кто мне запретит? ты что ли, блять? — огрызнулась кристина, её голос был резкий, как щелчок от удара.
я тихо переспросила:
— шума?..
— так кристину называют. шума, шумахер, — так же тихо, почти невесомо, объяснила вилка.
мы обе снова прильнули к двери.
— она крыса! я это своими глазами видела! ты мне не веришь?! — юля почти сорвалась на истерику.
— я тебе сказала ебало прикрыть и не орать! — рявкнула кристина.
у меня сердце провалилось куда-то в живот.
— почему ты не веришь мне? нахуй ты её защищаешь?! — эта фраза юли прозвучала хуже, чем удар.
потому что в этот момент я поняла, речь идёт обо мне.
кристина выдохнула сквозь зубы:
— потому что мы себя как звери ебаные ведём. а она нас даже после этого не перестала прикрывать.
я почувствовала, как вилка медленно, почти комично, открыла рот и глаза. я сама подняла брови так высоко, будто могла ими коснуться линии волос.
— ну и пусть дальше строит из себя спасительницу! она же на камеру больше выёбывается! — выплюнула юля.
я посмотрела на вилку. она молча ткнула в меня пальцем. ясно.
— да не выёбывается она… по ней же видно… — зло, напряжённо выдохнула кристина.
у меня на секунду перехватило дыхание. странное чувство: неприятная дрожь и почему-то что-то тёплое, будто бы кто-то впервые сказал обо мне что-то честное.
— а чего ты за неё заступаешься? — голос юли стал тише. но в нём появилась обида.
— делать мне нехуй, что ли? я просто правду говорю, — отрезала кристина.
— ты защищаешь её, — повторила юля.
— слушай ты… — раздался приглушённый голос кристины, и я почти увидела её оскал, даже через дверь. — ебать тебя не должно, кого я защищаю, а кого травлю. ясно?
мурашки пробежали по позвоночнику.
— ливаем, — прошептала я, схватив вилку за руку.
мы сделали два шага и услышали приближающиеся шаги.
мы даже не успели обменяться взглядами, как из-за угла вышла кристина. глаза холодные, острые, как лезвия. она мельком, почти касательно, посмотрела на меня, и сразу отвела взгляд, будто не хотела выдавать ни одной эмоции.
за ней шла юля и на меня она посмотрела с такой ненавистью, будто я лично разрушила её жизнь.
когда они прошли мимо и скрылись, мы с вилкой наконец выдохнули и быстро поднялись наверх. забрали оставшиеся вещи, закрыли дверь моей комнаты на третьем этаже и сели на кровать.
вилка выглядела потерянной. я, наверное, тоже.
— и что это, блять, было? — спросила я, глаза распахнуты, руки дрожат.
вилка провела ладонью по лицу и выдохнула:
— лик… мы просто… блядь… я не знаю, как тебе всё это объяснить…
— говори напрямую. кто, что, зачем и почему. — я подняла голову, смотря прямо на неё. — я не обижусь. и перед девочками буду молчать.
вилка, виновато, тихо сказала:
— бабы видели тебя с телефоном. с любовью розенберг. мы подумали, что ты можешь выбрать позицию лизы и сливать всё…
я слушала. внимательно. не перебивала.
— некоторые девочки сильно обозлились… кто-то не верил… я пыталась как-то защитить… но злость перекрыла меня… — она посмотрела на меня так, будто ждала удара от меня.
я только кивнула.
снова.
и снова.
потому что внутри было слишком много, чтобы сейчас говорить.
я мягко взяла её за руки, молчала, чтобы она продолжила рассказ. внутри у меня всё было напряжено, я чувствовала, что вилка пытается подобрать слова аккуратно, чтобы не задеть, но всё равно говорила то, что давно сидело у неё на душе.
— почти все в тебе не видят крысу, ты слишком хорошо вливаешься в коллектив, не пытаешься узнать лишнего, не давишь… — пыталась объяснить свои мысли виолетта. она смотрела на меня честно, открыто, без намёка на злость. просто хотела сказать правду.
— но и о себе ты ничего не говорила в основном, это всем не нравилось, — пожала плечами вилка.
я почувствовала, как внутри что-то неприятно кольнуло. будто меня поймали на чём-то, что я даже не замечала.
— я не знаю, что и говорить, у нас ведь тема даже не заходила за это, — качая головой, произнесла я. правда, я и сама не понимала, почему обо мне никто толком ничего не знает.
— ну вот какая твоя главная цель, кроме того, что дойти до конца? — спросила вдруг виолетта.
я даже не задумывалась ни на секунду. будто ответ давно был готов, просто ждал момента.
— бросить до конца героин, бросить пить и забрать ребёнка жить к себе, — ответила я. голос мой сорвался на последнем слове, и я сама это услышала.
— почему ты так рвёшься её забрать? — спросила с непониманием вилка. не грубо, просто она не представляла того ужаса, что стоял за моими словами.
— потому что у неё больше нету никого, только я одна, — честно призналась я, опустив голову на стену. внутри больно дёрнуло, как всегда, когда я думала о сестрёнке.
— а мама? папа может? — робко попыталась спросить вилка.
— они ебанутые. мама она мне только по документам, а отчим вообще никто, — закатив глаза, ответила я. становилось тяжело дышать, ненавижу эту тему.
раздался стук в дверь.
— можно? — послышался тихий голосок ангелины.
— заходи, — крикнула я в ответ.
она показалась в дверях, аккуратно держа в руках разнос, на котором стояли три кружки чая.
— можно мне тут с вами посидеть? — робко спросила она, стоя в проходе.
мы с вилкой переглянулись и в один голос согласились. я даже улыбнулась. гелю я любила. она была милой.
теперь диалог шёл даже лучше, мы обсуждали прошлое. чай был горячим, комната тёплой, и напряжение будто растворилось в воздухе.
— а сколько ей лет то? — спросила у меня пчёлка.
— пять лет скоро будет, — невольно улыбнулась я, вспоминая про сестрёнку.
— а у меня сыну четыре, ровесники почти, — улыбаясь сказала геля.
вилка смотрела на нас с грустью. видно было, не понимает до конца, но пытается. и за это я её любила.
через какое-то время к нам присоединилась рони и лера, следом амина с настей, потом диана и лиза. становилось теснее, теплее, громче. мы разговорились по душам, многие начали рассказывать о себе, меняясь в моих глазах. я слушала и впервые за долгое время чувствовала себя настоящей частью этого коллектива.
сидя на полу, с подушками, одеялами и приглушённым светом, я вдруг услышала, как дверь медленно приоткрылась. за ней показались четыре фигуры. кристина, кира, юля и алиса. смотрели настороженно, как будто мы чужие.
— ну, чего стоите вы? к нам пойдёмте, — позвала их мягко я, ведь смотрели они на нас, как на врагов, словно мы решили их отделять.
я подвинулась ближе к вилке. кристина села рядом, между мной и ангелиной. было спокойно, но напряжение всё равно висело.
сначала диалог с ними совершенно не шёл, атмосфера была натянутой, как струна. но со временем они стали мягче. появлялись улыбки, редкие смешки. и всё же…
— да нет, бабы, давайте честно, ну у кого-то тут проблем явно меньше, — сказала юля, специально глянув на лизу, которая моментально сжалась под её взглядом.
я тяжело вздохнула. терпеть не могла такое.
— у каждого свои проблемы, а находясь в таком месте, обесценивать других, это тупо, — спокойно произнесла я.
— тупой меня назвала? — начала пылить юля, сидевшая напротив, рядом с кирой.
— подумай сама, так не делается, тем более при всех, — чуть более сухо ответила ей я. я не хотела ругаться. правда. — и всё, закрываем эту тему, — добавила я.
— нет, блять, ты поясни, с какого хуя ты меня тупой называешь, ебанутая? — начала орать юля, вскакивая и идя на меня.
— юля, остановись, хватит, — пыталась успокоить её я, вставая.
вскочили и другие. амина, кира, вилка, кристина. амина и кира схватили юлю под руки, чтобы та не подошла ко мне. вилка и кристина встали около меня, будто щит.
— чьё место я, по твоему, заняла? — спросила я спокойно, делая шаг вперёд.
вилка резко схватила меня за руку.
— лик, не надо, — тихо сказала она, качнув головой.
— всё нормально, — уверила я её, но руку не убрала, лишь подошла ближе к юле.
— а ты у кристины спроси, она тебе наглядно объяснит, — огрызнулась юля, зло глядя на меня.
я медленно повернулась к кристине.
её лицо было на грани, смесь обиды, злости, усталости. я не понимала, на кого она злится больше, на меня или на юлю.
почувствовав, что кристина и так на исходе, я снова повернулась к юле и сделала ещё шаг вперёд.
— а ты её сюда не впутывай. я же с тобой разговариваю, а не с ней, — уверенно, спокойно произнесла я, глядя прямо ей в глаза.
— да у тебя даже проблем нахуй нет! придумала себе че то и захотела, чтобы все тебя пожалели, — пыталась вырваться юля, крича мне эти слова, всё больше начиная злиться.
я смотрела на неё и чувствовала, как внутри что-то застывает, не злость, нет, а это странное, холодное спокойствие, когда тебя бьют словами, а ты не знаешь, что именно болит.
злило ее то, что я была совершенно спокойна. я видела, как её трясёт, как она сама себя заводит.
— сестру спасти свою хочешь, о, какой я герой! похлопайте мне! я такая крутая! — писклявым голосом говорила юля, делая вид, что пародирует меня.
каждое слово как щелчок по виску. я такого не говорила. и провокация её ударила прямо в душу. будто грязными руками полезла в самое святое.
я резко двинулась на неё. в тот момент я уже не думала, просто шагнула.
— всё, харе, блять, — сказала кристина, вставая передо мной, глядя мне в глаза. я замерла прямо перед ней, будто ударилась о стену.
— отойди, — спокойно попросила я. голос сорвался на шёпот, но чувствовала, ещё чуть-чуть, и тресну.
— успокойся и сядь, — велела мне кристина.
её тон бесил сильнее юлиных слов. как будто я ребёнок, которого оттаскивают.
— я прошу тебя, кристина, отойди, — снова повторила я.
пыталась сохранить видимость спокойствия, но меня уже трясло.
— крыса конченая! — продолжала кричать мне юля за спиной у кристины.
сердце провалилось. это слово… оно больнее удара.
— кристина, блядь, пожалуйста, отойди! — уже сорвалась на крик я, толкая её.
я чувствовала, что срываюсь, и ненавидела себя за это.
мою руку перехватила лера, пытаясь отвести в сторону, чтобы успокоить. её пальцы были холодные. мои горячие от злости.
— да че вы блять все ведёте себя так? — крикнула я. ощущение, будто весь воздух скомкался в горле.
— ничего я вашей юле не сделаю, поговорить мне с ней дайте нахуй, — уже злясь кричала я, вырываясь из их рук, когда они пытались оттащить меня.
чувствовала себя животным, которое удерживают за лапы.
— отпустите их, пусть решают сами, — вдруг сказала кира.
я услышала это будто через воду.
— кира, нет! — воскликнула вилка.
— всё нормально будет, — похлопала я по плечу вилку, чтобы та успокоилась. на секунду почувствовала к ней тепло, единственное спокойное что-то в этой комнате.
когда нас с юлей отпустили, я подошла к ней ближе.
— выйдем? — кивнула ей я.
— а ты при всех говори, — наигранно громко ответила мне она.
она хотела шоу. она жила в этом.
— а я на публику не играю, пойдем, — прошипела я, хватая её за руку.
рука у неё дрогнула под моей ладонью. она боялась, но делала вид, что нет.
— э, э, э, — заорала кристина, идя за нами, когда я вытащила юлю из комнаты.
— да что? не собираюсь я с ней драться. даже если бы хотела, не смогла бы, у меня рука больная, — хмуро воскликнула я, чтобы от меня уже отстали.
внутри кипело: почему мне постоянно нужно оправдываться?
я начала беситься, что во мне видят угрозу.
— на балкон пойдем, — попросила юлю я, та уже не сопротивлялась, но что-то ворчала себе под нос, мол, я такая, сякая.
её голос раздражал, но я заставила себя терпеть.
вообщем-то она никак не унималась.
— юль, да в чем проблема то? — вдруг сорвавшись спросила я, стоя на балконе. я выдохнула в холодный воздух и будто немного отпустило.
на улице уже было прохладно, темно, ветер поднимался всё сильнее.
— хватит делать этот спектакль, твой сценарий нахуй никому не нужен, — процедила она. она опять наступила. специально. больно.
я, оперевшись на перила балкона, взглянула на нее устало.
ощущала, как тело дрожит от злости, но удерживала её, впечатывая пальцы в металл перил.
— а конкретнее можно? — спросила я.
— а ты тупая типо? твоя ебаная помощь, поддержка блять. а что на самом деле? ходишь и сливаешь каждую, — крикнула она. её слова падали тяжело, как будто камни бросали мне в грудь.
я молчала, глядя на неё.
молчание это мой единственный способ не сорваться.
— че это, не так что-ли блять? — снова крикнула она.
я смягчила взгляд, по крайней мере попыталась это сделать.
внутри же резало.
подошла к ней ближе, взглянула в глаза. я хотела, чтобы она увидела в моём лице хоть что-то стабильное среди этого хаоса.
— почему ты это решила? — спросила уже спокойно я.
— я видела это своими глазами блять, — крикнула она, напирая на меня более агрессивно, словно хочет ударить. она подалась вперёд, а я не отошла. не собиралась.
— ты видела слишком мало, чтобы сделать такие выводы, — пыталась переубедить её я.
— хватит думать, что вокруг все враги, и если кто-то хорошо к тебе относится, то это обязательно со скрытыми целями, — сказала я, уже более уверенно, почти строго.
в тот момент я сама ощущала, что стою на грани, но надо было закончить эту войну.
— хватит толпой одного гасить, это не правильно, сама кричишь, что тебя улица воспитала, но на улице то так не делается, — продолжила я.
я попыталась подойти ближе, коснулась левой, здоровой рукой её плеча. в тот момент я почувствовала, она вздрогнула.
— думаешь если я спокойная и кулаками дело не решаю, то значит я на улице не воспитывалась? — снова спрашивала я, вводя ее в ступор.
— а лиза? вы хоть раз, хоть кто-то один пытался её услышать? может, она и не хотела никого обидеть, а вы налетели на нее, — говорила я уже с осуждением, а потом остранилась.
— всё, идём. и завязывай этот цирк перед девочками. если есть претензии, то идёшь и говоришь в лицо, иначе крыса тут явно не я, — процедила я напоследок и вышла из балкона. повернулась резко, потому что ещё секунда и я бы сорвалась.
пройдя немного к комнате, я увидела кристину, что похоже наблюдала за нами, следя за обстановкой ссоры. её взгляд прожигал. как будто она оценивает моё состояние, не ударила ли я.
— не тронула я твою юличку, иди, проверь, — с какой то злостью сказала я, пряча за злостью свою обиду за её недоверие. голос дрогнул, и я это почувствовала.
— лика, — произнесла хрипло кристина, попыталась схватить меня за руку.
— кристина, хватит уже, а, достаточно, — проговорила я спокойно, но очень устало.
слишком устало. внутри было ощущение пустоты. — иди к юле, — добавила я, а потом мягко высвободилась из её хватки и ушла к комнате.
войдя внутрь, я увидела напряжённые лица остальных девочек, что стояли кто где, переговариваясь и предполагая, как закончится эта стычка.
все замолкли, когда я появилась, будто увидели раненого зверя.
— ну, че там? — спросила лера, подходя ближе ко мне.
её голос звучал осторожно.
— да че вы так, нормально всё, не трогала я её. просто поговорили, — раскинула руками я. я сама ощущала, как во мне ещё дрожит остаточное напряжение после слов юли, но показывать никому не собиралась, наоборот, хотелось разрядить атмосферу.
— а жаль, кх, кх, — шепнула кира, так, якобы случайно вырвалось, а потом сделала наигранный кашель. она даже взгляд не подняла, сидела с тем самым выражением, будто не при чём, но я-то видела, что она это сказала вполне намеренно.
— кира! — возмутилась геля, хлопнув ладонью по колену. я улыбнулась, чуть опустив глаза, чувствуя, как внутри всё же теплеет от этого их обмена, не злобного, а скорее привычно-дружеского.
— всё, че вы завелись, обратно давайте, — позвала их я, садясь на свое место. я специально сказала ровно и спокойно, будто приглашая всех в ту же точку, где мы сидели до этого, без конфликтов.
все расселись обратно, но было свободно два места, рядом со мной и напротив. воздух стал чуть мягче, не таким тяжёлым.
поговорив еще немного, многие, зевая, попрощались и ушли спать, в комнате осталось совсем немного людей. и когда разговор снова свернул на личное, я уже заранее почувствовала, что меня сейчас спросят что-то не слишком удобное.
— а парень то у тебя был? — спросила у меня кира, когда речь зашла о личной жизни. вилка и кира рассказывали о своём опыте, а я молчала. я слушала, будто сериал смотрела: вроде интересно, но совершенно не про меня.
— не было, — ответила я, с лёгкой улыбкой, словно насмехалась над самой собой. внутри же от этой темы всегда было ощущение пустоты.
— девушка?... неуверенно спросила кира, подняв брови. она смотрела так, будто боялась обидеть, но всё равно спросила.
— не было! — воскликнула я, поперхнувшись. я даже рукой махнула, будто отмахиваясь от этого вопроса, чтобы скрыть, как меня смутило.
— ну, уточнить я должна была, — пожала плечами она, издав смешок.
вилка начала ржать с моего лица, а кира, не сдержавшись, последовала ее примеру. я тоже засмеялась, но скорее смущённо.
— не мешаю? — раздался приглушенный голос кристины, издавшийся тихим хрипом. она стояла у двери, будто не была уверена, можно ли входить.
— заходи, садись, — кивнула ей я, всё еще с улыбкой на лице от вопроса киры.
я понимала, что кристина пришла лишь от скуки, остальные то спят.
а сама кристина села между мной и кирой, аккуратно, будто старалась никого не задеть плечами. и вот, такой компанией у нас зашёл слишком личный диалог, о каком я и подумать не могла. казалось, что все границы стираются сами собой.
— нет, нет, нет, — качала головой вилка. — это было некрасиво с вашей стороны, — добавила она, пожав губы. её голос стал чуть строже, чем обычно.
— да я уже поняла. блять, была бы я еще в себе в тот момент, — проводя рукой по затылку, говорила кристина. по её тону было слышно, как она устала оправдываться.
— перебрали все, — не оправдываясь, но к слову добавила кира. она подняла плечи, как будто сама не рада была всему произошедшему.
— а мне кажется она не такая уж и плохая, как вы мне рассказываете, — честно пожала плечами я. и это правда, я не видела того, что они видели, и не хотела слепо поддакивать.
— она провокатор, — пыталась донести до меня кристина.
— я в ней не вижу провокатора, — выгнув брови, ответила я. говорила спокойно, без конфликта, просто исходя из своих ощущений.
— да она из кожи рвётся, чтобы с кем то поругаться, чтобы блять на нее внимания обратили, — резво жестикулируя руками, говорила кристина. она почти кипела, но не агрессией, скорей устала мне это доказывать.
нет, она не злилась, мы с ней даже не ругались, хоть и мнения были разные. я даже поймала себя на мысли, что мне было любопытно наблюдать за ней, как она двигается, говорит, как будто всегда пытается доказать что-то невидимому человеку.
сейчас мы вчетвером очень хотели спать, но разговоры текли всё дальше. воздух был тёплый, приглушённый свет давал уют, будто мы не на проекте, а где-то дома, после трудного дня.
— вот именно, она пытается привлечь внимание любимыми способами, как может, — подняв руку в воздух, повторила я слова кристины, когда она сказала то, что является верным.
— а ты у нас психолог чтоли? — спросила кира, отмахиваясь, не разделяя до конца мою точку зрения. её слова звучали игриво, без злости.
— по себе знаю, — хмыкнула я, лежа головой на плечу у вилки, полусидя на полу, облакотившись спиной о кровать и о ее тёплое плечо и руку, которая меня обнимала. это была такая тихая нежность, которую невозможно было не чувствовать.
— а по тебе и не скажешь, — хмыкнула кристина.
я чуть улыбнулась, без обиды. может, они и не знают мой характер, может, я всё таки смогла сама заставить себя быть спокойней, но я знала, какого это, требовать внимание любыми способами и радоваться, даже если на тебя обращают внимание в плохом ключе.
— всё, бля, глаза уже закрываются, — зевая, вставала с пола кристина, а за ней кира. они обе поднялись медленно, почти синхронно, будто тела уже не слушались.
мы с вилкой тоже поднялись на ноги, я взяла стакан, увидела, что он пустой.
— ты куда? — спросила вилка, когда я направилась к выходу из комнаты. её голос звучал сонно, но заботливо.
— воды набрать, — кивнула я на пустой стакан.
— давай, давай, меньше слов, больше дела, — закидывая руку мне на плечо, сказала кира, слегка усмехнувшись.
вилка осталась в комнате, а мы втроём спустились на второй этаж. ступени чуть поскрипывали под ногами, коридор был тёмный, только лампы у дверей давали слабое освещение.
кира развернулась в сторону комнаты, а я в сторону лестницы на первый этаж.
— до завтра, — кивнула мне кира, улыбаясь слегка. — кристин, ты идёшь? — добавила кира.
— я на кухню, пить хочу, — отмахнулась кристина, многозначительно переглядываясь с кирой.
— поняла, — кивнула кира и исчезла в коридоре.
войдя молча в кухню, я начала набирать в стакан воды, а кристина, подойдя ближе, сложила руки на груди и, опираясь спиной о стол, смотрела на меня впритык. этот взгляд был не злым, не агрессивным, скорее изучающим. от него внутри стало горячо, хотя я не показывала.
— а про юлю ты лишнее сказанула, — подметила кристина, смотря на меня ровным взглядом.
я медленно повернулась к ней, громко ставя стакан с водой на столешницу. звук эхом прошёл по пустой кухне.
— продолжишь защищать? — спросила я, выгибая брови, настраиваясь на конфликт. мне самой стало странно, откуда во мне это желание уколоть, проверить её реакцию.
— а ты ревнуешь? — с каким то мягким оскалом спросила кристина прямо в лоб, озадачив меня этим, ведь разговор никак не мог зайти в такие русла.
я умолкла, даже не зная что ответить. слова будто застряли в горле, а сердце глухо стукнуло.
— да шучу я, — улыбнувшись впервые мягко, но скорее от усталости, сказала кристина, выпрямляясь и потрепав меня по волосам. этот жест был неожиданно тёплым, почти домашним.
— кристин, мне кажется ты слишком устала, — сделав голос невозмутимым и ровным, намекнула я.
она отстранилась, усмехнувшись.
— иди спать, а, — произнесла кристина, отходя от меня. — спокойной ночи тебе. желаю, чтобы никакая юля ночью не задушила, — наигранно произнесла она и подмигнула, а затем не дала даже прийти в себя, испарившись из кухни.
я лишь громко и тяжело вздохнула вслух, чувствуя, как раздражение давит на виски. взяла стакан в руки и быстрым шагом направилась на третий этаж, в комнату. закрыв намертво за собой двери, я поставила стакан на тумбочку.
вытащила со дна сумки привычные таблетки «феназепам». пальцы дрожали чуть заметно, то ли от усталости, то ли от того, что сегодняшний день просто вымотал до тошноты. выпив несколько, я почти сразу почувствовала, как тяжесть накрывает плечи.
я упала на кровать, даже не пробуя лечь нормально, просто рухнула напротив вилки, что уже лежала на своей кровати. ноги свесились вниз, я пыталась отдышаться, но в голове всё равно шумело.
— че взъерошенная такая? — спросила она, прищурив взгляд.
я подняла глаза на вилку. она смотрела на меня так, будто пытается просканировать насквозь.
— зацепились опять? — спросила она, и голос её звучал неожиданно взволнованно.
я лишь потупила взгляд и усмехнулась. коротко, будто самой же себе не веря.
вилка приподнялась на локтях, наклонилась ко мне поближе.
— да что с тобой, лика, твою мать, — пыталась выпытать она.
я сглотнула и отвела глаза. и правда… что со мной? я сама не знала. ни одной чёткой мысли.
— кто? кира? — многозначительно спросила виолетта.
— неет, — протянула спокойно я, даже не поднимая взгляд.
— кристина? — снова спросила она, делая вид, будто сама поражена своей догадкой.
— нет! — громко воскликнула я, резко повернув голову.
— кристина-а-а, — медленно протянула вилка, расширив глаза, открыв рот и делая неприличный жест рукой.
— нет! вилка, нет! — ещё громче повторила я.
— не пизди! — пыталась добиться правды она, почти смеясь.
— вилка! — уже хмуро крикнула я.
— всё, всё, молчу, — подняв руки вверх, истерично усмехнулась она.
— вот и молчи! — буркнула я, ложась в правильное положение, головой на подушку.
— ты обиделаась? правда глаза колит? — спросила она, прыгнув рядом со мной, только не на спину, как я, а на живот, будто специально, чтобы быть ближе.
— вилка! ну ты дурочка… — сказала я уже правда злясь, отвернулась лицом к стене.
— мааенькииий, я же шучууу, — протягивала медленно она, обнимая меня за плечи и делая голос более писклявым, как она всегда любила.
я закатила глаза, но её тепло всё равно делало меня спокойнее, чем таблетки.
— всё! спим! — ворчливо сказала я.
— прям так? — спросила вилка насмешливым голосом.
— а тебе что-то не нравится? — наигранно сделала я голос обиженным, не оборачиваясь.
— да я только за, бля, ты че, — усмехаясь ответила она, обнимая меня крепче.
— ну вот и всё, — усмехнулась я, закрывая глаза.