•12 глава.
Звук шагов на втором этаже перестал быть фоновым шумом, он стал ритмичным, направленным. Карина отпрянула от Семёна так резко, будто её ударило током, в полумраке лестничного пролета возник силуэт Варвары. Она стояла, опершись на перила, и её фигура в длинном халате казалась неестественно белой, почти призрачной, но взгляд был живым - острым, как скальпель.
- Я, конечно, могу сделать вид, что мне показалось… - голос шаманки разрезал тишину, как бритва шелк. - Но у меня зрение хорошее.
Воронцова замерла, чувствуя, как лицо обдает жаром, который невозможно скрыть даже в темноте, она выпрямилась, возвращая себе маску ледяного спокойствия.
- Тогда не делай вид, - отчеканила темноволосая.
Лесков даже не вздрогнул, он стоял чуть позади, засунув руки в карманы, и в его расслабленной позе сквозила опасная уверенность.
- И не шуми. Все спят, - добавил ведьмак с едва уловимой усмешкой.
Варвара спустилась на пару ступеней, и свет уличного фонаря из окна мазнул по её лицу, девушка улыбалась - той самой понимающей и пугающей улыбкой человека, который только что нашел идеальный рычаг давления.
- Уже нет, - парировала та. - Теперь мне очень интересно.
Напряжение в холле стало почти осязаемым, как невидимая стена, Карина выдержала этот взгляд, не позволяя себе отвести глаза.
- Утром обсудим, если тебе так хочется.
- Обсудим, - эхом отозвалась Петрович и, плавно развернувшись, исчезла в темноте коридора, оставив после себя шлейф недосказанности. Темноволосая закрыла глаза и едва слышно выдохнула:
- Отлично.. просто отлично!
- Могло быть хуже, - Семён подошел ближе, его голос снова стал мягким, почти интимным.
- Серьёзно? Хуже Вари? Сомневаюсь.
Они обменялись коротким взглядом, в нем уже не было того безумного порыва, что минуту назад, но появилось нечто новое - общее «преступление», общая тайна.
- Спокойной ночи, Карина.
- Спокойной…
Утро не принесло облегчения, особняк проснулся раньше обычного и гудел, как встревоженный улей. Когда медиум спустилась на кухню, она кожей почувствовала перемену, воздух был пропитан запахом свежего кофе и предвкушения. Варя сидела во главе стола с чашкой чая, при виде Карины её брови чуть поползли вверх, а губы тронула мимолетная усмешка.
- Доброе утро, - произнесла Воронцова, стараясь, чтобы её голос звучал максимально обыденно.
- Очень доброе, - отозвалась Варвара, и в этом «очень» было слишком много смысла.
За столом уже сидели Артём, Полина и Миха. Разговор, который они вели до её прихода, мгновенно стих.
- Ты поздно вернулась, - как бы между прочим заметил Артём, изучая дно своей кружки.
- Прогулялась, - Карина сосредоточенно наливала себе чай, чувствуя на себе четыре пары глаз.
- С кем? - вопрос Михи прозвучал почти в лоб.
Девушка медленно подняла взгляд, задержав его на каждом по очереди.
- А ты как думаешь? С кем я вчера уезжала?
Тишина на кухне стала невыносимой и именно в этот момент в дверях появился Семён. Он выглядел так, будто проспал положенные восемь часов и вообще не знаком с понятием «ночные приключения». Чистая рубашка, собранный взгляд, парень окинул комнату спокойным взором и на долю секунды дольше положенного задержался на Карине. Этого короткого касания глазами хватило, чтобы по кухне прошел невидимый разряд.
- Доброе утро, - его голос был ровным, глубоким.
- Доброе, - ответили остальные почти в унисон, как загипнотизированные.Карина уткнулась в свою кружку, надеясь, что завтрак пройдет в молчании, но Лесков не собирался играть в прятки.
- Кариш, передай сахар.
Слово «Кариш» упало в тишину, как камень в стоячее болото, гробовое молчание. Полина, собиравшаяся сделать глоток, замерла с открытым ртом, Миха откровенно уставился на Семёна, а потом на Карину, Артём медленно поднял брови, переводя взгляд с одного на другого. Воронцова медленно, очень медленно подняла голову. Ведьмак стоял напротив, глядя на неё в упор, в его глазах плясали те же черти, что и ночью у стены, это была проверка. Открытый вызов, заявление на права.
Девушка взяла тяжелую керамическую сахарницу и, встав, подошла к нему. Поставила её на стол прямо перед ним, не разрывая зрительного контакта, расстояние между ними снова сократилось до опасного.
- Держи, Сёма.
Голос не дрогнул, но в нем слышался вызов, равный его собственному.
- Быстро привыкаешь, - почти не шевеля губами, прошептал он, когда она оказалась совсем близко.
- Ты сам начал, - так же тихо ответила она.
Темноволосая отступила, но дело было сделано. Варя за столом тихо, победно усмехнулась, больше не нужно было слов, расспросов или доказательств. Ночной поцелуй в темном холле перерос в нечто, что теперь принадлежало не только им двоим.
*Ой-ой-ой...*