•13 глава.
Утро не пришло - оно напало. Карина вынырнула из сна так резко, будто в легкие плеснули ледяной водой, сердце колотилось о ребра тяжелым, неровным ритмом, она села на кровати, обхватив себя руками, и замерла.В комнате было серо и пусто, но внутри.. Внутри стоял гул, словно сотни невидимых радиостанций включились одновременно на полной громкости, транслируя помехи, обрывки чужих мыслей и белый шум.
- Только не сегодня.. - прохрипела она, прижимая ладони к вискам. Но «сегодня» уже наступило, и оно не собиралось делать скидок.
Съемочная площадка встретила их промозглым запахом пыльной старины, атмосфера была стерильной и жестокой: сегодня каждый был сам за себя. Никаких переглядываний, никакой подпитки от чужой энергетики.
- Карина, заходите.
Темноволосая шагнула в круг света, перед ней висели четыре фотографии разных мужчин. Но стоило ей настроиться, как шум в голове на секунду стих, пропуская один-единственный, кристально чистый образ. Черно-белое фото, острый профиль, печаль, застывшая в веках.
- Этот, - Карина указала на фотографию в центре, даже не взглянув на остальные.
- Быстро,- хмыкнула Вера Сотникова, - Почему он?
- Это фантом, образ. Вы привязали его через старое фото или думаете я не узнаю Александра Блока?
В зале повисла тишина, а затем - одобрительный гул, первое попадание было хирургически точным, но радость не успела расцвести, как шум вернулся - утроенный, агрессивный.
- Вторая часть, - голос ведущей стал суше. - В этой семье проклятие: мужчины с именем Александр умирают, причем все они братья и названы в честь дедушки Александра, который сам покончил со своей жизнью. Почему? Неужели проклятье?
Воронцова подошла к столу, где лежали снимки погибших, девушка протянула руку, и стоило пальцам коснуться глянцевой поверхности, как в локоть ударил разряд чужой, невыносимой боли. Холодный пот выступил на лбу, она видела обрывки: веревка, темная вода, блеск стали, но картинка не складывалась. Шум в голове превратился в крик, канал «рвало», как старую пленку.
- Там есть воздействие… - начала медиум, но голос сорвался. Мысли разбегались, как тараканы от света, девушка видела страх в глазах родственников, но не видела первопричину.
- Я не могу, - выдохнула Карина, отступая. - Пусто. Я ничего не чувствую, кроме этого шума. Это было не просто поражение, это было падение с вершины.
Готический зал в этот вечер казался склепом. Тяжелые бархатные шторы поглощали звуки, а пламя свечей металось, предчувствуя развязку, Карина стояла в строю, чувствуя на себе взгляды. Анзор смотрел с нескрываемым торжеством, смешанным с разочарованием - он ждал сильного соперника, а увидел слабость. Семён… Семён просто не сводил с неё глаз, и в этом молчании было больше силы, чем в любых словах.
- Сегодня были как триумфы, так и сокрушительные провалы, - голос ведущего эхом отражался от высоких сводов. - Карина, вы начали как фаворит, но финал это было фиаско.
После просмотра голосования героев он медленно вытянул листок из конверта.
- В черном конверте - Карина и Лариса.
Зал ахнул, Лариса задрожала, прикрыв рот рукой, Воронцова же стояла неподвижно, как изваяние, она уже приняла этот удар.
- У Карины сегодня почти нет шансов, она пуста.
- Есть.
Голос Лескова прозвучал как удар колокола, парень сделал шаг вперед, выходя из общего строя, его лицо было бледным, но решительным.
- И если нужно - я готов отдать ей своё место, прямо сейчас.
Мир на секунду замер, Полина вскрикнула, Артём выругался сквозь зубы, Анзор резко обернулся к Семёну, его глаза сузились от ярости. Это был поступок, нарушающий все негласные правила их мира.
- Сём. - прошептала Карина, глядя на его прямую спину. Зачем? Зачем он так подставляется?
- Правила не позволяют таких жестов, - холодно ответил Марат, хотя в его глазах блеснул интерес. - Но сценарий дуэли остается прежним.
На массивный дубовый стол вынесли поднос. Восемь идентичных бокалов из тяжелого хрусталя, накрытых черным шелком.
- В одном из бокалов - кровь, которую мы взяли у создателя нашего проекта 10 минут назад. Найдите жизнь, - скомандовал ведущий.
Лариса подошла первой, ее руки тряслись, она долго водила ладонями над бокалами, что-то шепча.
- Этот! - выкрикнула она, указывая на крайний, с левой стороны. Теперь очередь Карины. Она подошла к столу. Весь шум, весь хаос этого дня внезапно схлопнулся в одну точку, девушка перестала бороться с этим гулом, та просто позволила себе упасть в него, закрыла глаза.
Шум усилился, стал невыносимым, а потом - тишина, абсолютная вакуумная пустота, из этой пустоты потянуло холодом. Не мертвым, а тяжелым, металлическим запахом жизни, гемоглобин , ритм.
Воронцова не колебалась, её рука легла на бокал, стоящий посередине.
- Здесь.
Ведущий медленно, смакуя момент, потянул за края шелка, открывая сразу бокал и Ларисы, и Карины.
Выбор Ларисы не был верным, там оказалось вино. В бокале, выбранном медиумом же темная, густая, почти черная жидкость лениво качнулась, оставляя на стенках алые разводы.
- Карина победила.
Вздох облегчения в зале был почти осязаем.Когда свет софитов начал гаснуть, Лесков подошел к ней вплотную.
- Я же говорил, - тихо сказал он. В его голосе не было гордости, только облегчение.
- Я была в одном шаге от вылета, Лесков, - Карина посмотрела на него, и в её глазах впервые за день отразилось не проклятие, а живое чувство. Анзор стоял в тени колонны, наблюдая за ними, его молчание было тяжелее любого проклятия, Варвара прошла мимо, коснувшись плеча Карины:
- Неплохо вывернулась. Ты молодец.
Карина выдохнула, девушка осталась , но цена этой победы и тот жест Сёмы теперь связывали их глубже, чем любые ритуалы..