Ведьма

Языки полыхающего пламени пожирали пылающее тело Астрид. Руки крепко были обвязаны верёвкой и привязаны к высокому столбу. На хрупком теле болтались обгоревшие куски роскошного платья. Она истошно кричала. Боль была невыносимая. Сквозь огонь она видела улыбку Анселла и... Луца. Он стоял подле него, живой и здоровый. А в следующую секунду оказался лицом к лицу с Астрид.

- Вот и всё... Ведьма.

Астрид резко вздёрнула голову и из-за этого чуть не свалилась с лошади.

- Держитесь крепче, фрау Шнауцер. Мне бы очень не хотелось, чтобы Вы пострадали,- Анселл положил свою руку сверху на кисть ведьмы.

Войдя в поместье, слуги сразу же занялись девушкой. Помогли снять тугой корсет и камзол, затем разобрались с причёской. И вот, Астрид стояла обнажённой.

Тёплая вода обласкала уставшие ноги. Струйки воды стекали по хрупким плечам. Затем Астрид умыла лицо. После умывания, вода окрасилась в тёмно-красный цвет. Теперь окрашенная вода стекала с шеи, попадала на ключицы.

Закончив мыться, Астрид вышла из "кровавой" воды. Завернулась в льняное полотенце и прошла босыми ногами к туалетному столику. Там она уже начала поспешно наносить краски. Глаза были накрашены чёрным, щёки нежно-розовым, а губы красным.

Переодевшись в нижнюю сорочку, девушка стала ждать служанку. Но вместо неё в комнату, аккуратно постучав, вошёл Анселл.

Не ждав подобного визита, Астрид быстро прикрыла руками грудь.

- Фрау Шнауцер... Я пришёл к Вам. Я хочу сказать Вам то, что чувствую.

Ведьма промолчала. Она смотрела на юношу испуганными глазами. Не знала, что он выкинет в следующую минуту.

- Вы... Ты мне очень нравишься. Я никогда не испытывал подобных чувств к девушкам. Ты стала исключением. Непохожей ни на кого. Я хочу, чтобы ты была только моей,- Анселл подошёл очень близко. Непозволительно близко. Астрид напряглась. Ей до жути не нравилась ситуация, - Я хочу, чтобы ты стала моей женой. Верной супругой. Правою рукою. Ответь мне, Софи.

Но Астрид молчала. Она смотрела на него сквозь прорези в маске. Взгляд был непонимающим, тяжёлым. В голове сразу возник образ обмякшего и исхудавшего Луца.

- Я не могу ничего конкретного сказать, герр Шульц. Мне приятно Ваше внимание, но стать Вашей женой... Это слишком. Извините.

Анселл резко отстранился. Вышел и хлопнула дверью.

Астрид осталась одна. Осознание того, что она сделала пришло постепенно. Ведьма быстро вскочила и прямо в одной ночной сорочке помчалась через всё поместье к камерам.

- Луц! Луц!

Чьи-то крепкие руки поймали её и зажали рот. В нос резко ворвался запах пота и дублёной кожи. Астрид вырывалась, пинала, царапала держащую её руку.

Её понесли и посадили на холодный пол. Она увидела Анселла, яростно глядящего на худого, еле живого Луца.

- Я догадывался, что это ты. Несите таз с водой. 

Холодная вода хлестнула по лицу, смывая макияж. По щекам, вместе с каплями воды, потекли слёзы. Это был конец.

Астрид затащили в камеру и закрыв, приставили охрану. Обернувшись на последок, Анселл хриплым, уже настоящим мужским голосом сказал Лиль одну фразу, так запомнившуюся Астрид.

- Завтра его казнят. А следом и тебя, ведьма. Будешь гореть на костре, как и твои родители.

Её оставили.

Одиночество и горькая скорбь пожирали изнутри, словно тягучие язвы нежную кожу. Она не знала, день сейчас или ночь, утро или вечер. Лето или весна.

Астрид постепенно, час за часом, сходила сума. Пыталась спать, но сна не было ни в одном глазу. Некогда украшенные роскошными украшениями волосы растрепались, ночная тонкая сорочка порвалась и испачкалась.

Было холодно. С потолка капала вода. Кое-где бегали крысы. Ведьма думала о своих родителях, о Гансе и его матери, но в основном мысли были заняты Луцом. Всё из-за неё, во всём виновата она.

Постепенно желудок сворачивало от голода. Язык был сухим из-за жажды. Ясные глаза были красными и опухшими. Астрид понимала, что находится ещё в лучшем положении, ведь прошло то всего несколько часов, а вот Луц сидел здесь несколько дней, без еды и воды. Исхудалый, бледный от недостатка солнечного света и еле живой. Во всём виновата Астрид.

Прошло ещё какое-то время. В соседних камерах стояла оглушающая тишина и лишь в камере Луца было слышно его тяжёлое прерывистое дыхание.

Горячие слёзы текли по бледным щекам ведьмы. Тело дрожало от холода, изо рта шёл пар. Скоро всё закончится, уверяла себя Астрид. Всего несколько часов продержаться, всего несколько часов...

Послышался шум. Охрана, стоявшая при них, убежала наверх. Оттуда слышался грохот и крики. Что-то началось.