Серия 26. Потрясение.
Квиллы сразу направились в кабину пилота. Джейсон занял своё законное пассажирское место, когда Джуди уже поудобнее разместилась за рулём и завела корабль. Двигатель издал тихое рычание, кнопки на панели управления засветились, всё было готово к взлёту. Введя нужные координаты, ребята отправились в путь.
Вся эта ситуация с Маркусом Джуди совсем не устраивала. Девушка не могла понять, почему все так легко поверили ему. Но возмущаться и выгонять белобрысого было уже поздно.
Джейсон прекрасно понимал чувства Джуди, но решил ничего не говорить и оставить сестру наедине со своими мыслями.
- Вспоминаю те времена, когда мы дрались с тобой за те вкусные донатосы с Заковии... - протянул Джей, прикрыв глаза.
- А ты, Джей-Джей, остаёшься всё таким же безмозглым, как тогда, - улыбнулась девушка, отвлекаясь от своих мыслей.
- Кто бы говорил, Зелёнка, - парень повернул голову к сестре и высунул язык, корча забавную рожицу.
- Ну и о чём я говорила, - улыбнулась Джуди и продолжила курс, а парень надел наушники и, закинув руки за голову, принял безмятежную позу.
Пока близнецы прогревали двигатели и выводили корабль на орбиту, Асвейг с Маркусом обосновались в кают-компании.
Пепельноволосый сейчас казался особенно задумчивым и мрачным, что не могло не беспокоить, поэтому девушка невольно следила за ним взглядом. Интересно, о чем он думает? Может, все еще не смирился с тем, что придется бросить артефакт без присмотра? В таком случае ему следовало бы остаться на планете...
Асу присела на мягкий диван в противоположном конце помещения. Маркус в своем углу, кажется, медленно погружался в дремоту. Девушка хотела окликнуть его, но передумала. Кто знает, сколько он не спал? Пусть отдохнет, пока есть время. Ей и самой следовало бы выспаться, однако голова оставалась на удивление ясной. Какая-то смутная тревога поселилась в сердце еще тогда, когда они ступили на пустынную планету. Девушка привыкла искать во всех действиях связь, логику, определенную конечную цель, к которой должны привести звенья цепи, а в новом «приключении» математической точностью и не пахло.
Нет, цель определенно была... Только у каждого своя.
За окном чернела бесконечность. Асу всматривалась в беззвездный космос, пока не начали болеть глаза, и наконец сдалась. Взгляд сам собой тянулся к спящему Маркусу – теперь его дыхание выровнялось, только иногда лоб хмурился, а плечи вздрагивали. Наверное, ему снится что-то не особенно приятное... Альва вспомнила собственные детские кошмары, преследовавшие долгие годы после смерти родителей, и невольно поежилась. Снова подняла глаза на нового члена команды, не в силах прогнать мысли о нем из головы.
Странно было вот так сидеть в тишине. Обычно ее преследовали гомон трущобных улочек, окрики уличных торговцев... Жизнь беглеца, как ни странно, была наполнена шумом, который с годами стал ненавистен, ведь минуты умиротворяющей тишины были недоступной роскошью.
От погружения в собственные мысли ее оторвало внезапное резкое движение пепельноволосого. Парень дернулся во сне и издал то ли рык, то ли стон. Что же такое ему снится? Асу с любопытством наблюдала за лицом парня, пока не поймала себя на том, что в голове витают какие-то слишком опасные мысли.
Заставила себя отвернуться, снова впилась глазами в проносящееся за окном пространство.
Слишком все было спокойно вокруг.
...
В отсеке было холодно. Он просто знал это, потому что ощущения испарились, будто тело никогда не умело воспринимать окружающий мир прикосновением. Мерное гудение - приборы или шум в ушах? - сбивало с толку. Он хотел поднять руку и коснуться виска, но не смог. Отвратительное чувство - быть наблюдателем в собственной плоти.
Зрение сфокусировалось не сразу. Сначала ему показалось, что впереди на ветру колышутся легкие тюлевые занавески... Откуда на корабле занавески? Нет, это просто отголоски прошлых видений... Перед ним стояла девушка.
Будь Маркус хозяином собственного тела, он бы с шумом втянул воздух и отпрянул на несколько шагов. Впервые он увидел ее - гостью каждого его кошмара. Низкая, закутанная в темный плащ, хрупкая и все равно стойкая, непоколебимая. Мгновение - и на ее лицо упали блики тусклого света. Бледно-розовая кожа, губы, почти слившиеся с ней. Струйка крови, стекающая на подбородок. И длинный посох в руке.
Асу. Это не мог быть никто другой, это была она. Мгновенная паника пронзила все существо. Нет, только не она... Как он может позволить им убить ее вместе с остальными?
- Не отдавай его.
Ее голос был не таким, как в реальности - низким, хриплым, но все равно слишком знакомым.
- Спаси нас.
Она вздрогнула всем телом, подалась вперед - и на пол выплеснулся фонтан крови. Девушка опустила голову. С подбородка капала алая жидкость.
Он хотел броситься к ней - инстинктивное желание, продиктованное скорее сердцем, чем разумом, однако не успел. Все поплыло, а потом и вовсе погасло, будто кто-то выключил экран. Безумное слайдшоу кошмаров, которые, кажется, никогда не отпустят.
Теперь Маркус видел все. Он видел Вселенную в огне, видел, как тысячи людей погибали, и в каждом из них искал знакомое лицо, но не находил. Она исчезла. Был только хаос, величественный и ужасный в своей разрушительной силе. А в центре - Магистр. Человек, благодаря которому Дарнесс стал тем, кем был сейчас (а может, уже и не был?). В его руках сверкал посох альвы, соединенный с тем самым оружием.
В одну секунду он не только увидел, но и понял все. И что-то в душе поколебалось.
- Они убьют всех.
Ее голос прорезал пучину страха и ужаса, разорвал сковавшее разум оцепенение, вызванное то ли потрясением, то ли сомнением.
- Это неправильно.
Да, это неправильно. Но... Маркус едва удержал внутри крик ярости, подпитанной сомнением. Он всегда знал, что без крови им не возродить былое величие расы Теней, однако сейчас что-то внутри пошатнулось. Неужели это - будущее Вселенной? Смерть, разрушение и страх?
Дышать стало совсем трудно. Вихрь закружил его, унес куда-то далеко, а потом вытолкнул из видения, будто ненужный мусор. Парень проснулся.
Маркус сел на диване и уставился широко раскрытыми глазами прямо перед собой. Из другого конца каюты на него смотрели удивленные и чуть-чуть испуганные глаза Асу. Точно такие же, как и во сне.
Пальцы сами собой сжались в кулаки.
Нет. Она не умрет.