Глава 1
Слабый холодок пробежал по коже. Веки еще тяжелые - не могу открыть. Зато чувствую запах. В воздухе витает едва уловимый аромат воска. Будто я нахожусь в церкви. «Меня уже собираются хоронить? Я уже в гробу? Интересно, какую фотографию они выбрали для надгробия?», - это первое, о чем подумал мой больной мозг.
- Ну, чего сидим? Подъем! – где-то надо мной, кажется слева, раздался грубый командный голос. Неужели это мне?
Я с усилием потянула ладони к глазам, ощущая боль во всем теле, как будто меня переехал первоклассный внедорожник. Я медленно открыла глаза. Картина передо мной изначально привела в ступор, а потом и в попытку отшутиться.
Я сидела на стуле со спинкой, а вокруг творилось черт знает что. Люди. Много людей. И все смотрят: изучающе, кто-то с интересом, кто-то с… пониманием? Не знаю. Я подняла брови и попыталась улыбнуться, но, конечно, без искренности.
- Отец все-таки отвез меня в реабилитационный центр, да? – взгляд бегал от одного лица к другому. Все такие разные, но одновременно такие одинаковые.
- Добро пожаловать в Перепутье, Кора, - женщина, кажется на вид лет 30-35, добрым тоном обратилась ко мне.
Меня передернуло. Я перевела взгляд на пол в попытках понять, что это за Перепутье такое, и увидела, что под ногами у всех не тени. А вернее, тени есть, но они падают в разные стороны. У кого-то налево, у кого-то направо. А у женщины, которая назвала мое имя, тени не было вообще.
Я попыталась встать, но ноги не слушались. Села обратно. Закрыла глаза на секунду и попыталась вдуматься, вспомнить хоть что-то. Как я сюда попала? Что было до? Последнее, что помню – дождь за окном. Или нет? Чёрт. Ничего.
- Где я? – повернулась в сторону грубого голоса.
Слева стоял мужчина. Лет сорок на вид, жесткое лицо, волосы с проседью, руки скрещены на груди. Смотрел так, будто я таракан, которого увидел инспектор в нашем кафе.
- В Перепутье, - бросил он. – И не ори. Тут все через это проходят.
- Через что?
- Память. Первое время ее нет. Потом вернется, - он так просто бросал эти слова, как будто это вообще ничего не значило.
- То есть вы хотите сказать, что это нормально?
Я оглянулась на других людей. Женщина без тени пожала плечами.
- Для первого дня – да.
Я тяжело выдохнула, потирая виски.
- Вы в зоопарке что ли? Пришли поглазеть на новый экземпляр медведя в спячке? Отойдите уже от меня! – гаркнула я. Голос резанул тишину.
Люди действительно стали отходить. По периметру в форме круга стояли ещё стулья – такие же, как мой. Кто-то сел, кто-то просто отошел дальше.
- А теперь хоть кто-то объяснит, что здесь, мать твою происходит? – я уставилась на женщину, ожидая, что именно она расскажет. Ее стул был прямо напротив моего. Я оглядела круг. Футов шестнадцать – не меньше. Места было достаточно, чтобы не касаться локтями соседа, но и достаточно, чтобы чувствовать взгляды со всех сторон.
- Для этого здесь есть я. – по залу пронеслось эхо. Голос был тихий, спокойный, и от него почему-то захотелось сесть ровно.
Передо мной в самой середине круга будто из тумана стал проясняться силуэт. Это был мужчина. Он выглядел так, будто пришел в этот мир прямо из огромной башни на склоне горного утеса: морщины прорезали его кожу, как годичные кольца на срезе векового дуба, каждая складка хранила историю. На нем вместо привычных брюк и кофты была большая накидка, скрывающая пятки.
- Вот это сны мне снятся, конечно. – я уставилась прямо на мужчину, пытаясь понять, действительно ли это ночное видение.
- Здравствуй, Кора. – его голос звучал спокойно, монотонно, даже пугающе. – Я понимаю твою озадаченность, но…
- Как замечательно вы подбираете слова. - Воскликнула я, - Потому что у меня на языке крутятся выражения не самые приятные.
- Не перебивай, Кора. Сейчас тебе нужно просто послушать меня.
Люди вокруг с интересом поглядывали то на меня, то на старца. Выдержав недолгую паузу, он продолжил.
- Место, куда ты попала, называется Перепутье – место, где расходятся душа и тело. Душа твоя сейчас здесь, а тело в пограничном состоянии.
- Как это понимать?
Старик подошел ко мне. Холод пробежал по ногам, пальцы инстинктивно сжали ткань джинсов на коленях. Он приблизил руку к моему плечу.
- Это ещё зачем? – я дернулась, не желая, чтобы меня трогали.
- Сейчас ты все поймешь. – Мужчина все же положил свою большую сморщенную ладонь на мое правое плечо. – Закрой глаза.
Я вжалась в стул и действительно прикрыла глаза в надежде, что туман сейчас разойдется и я проснусь в своей комнате на полу, услышу знакомое капанье воды, увижу мусор на полу. Но нет…
К горлу подкатил ком, резко начало тошнить – ещё чуть-чуть, и подол платья этого модника будет неизвестно в чем. Я зажмурилась сильнее, пытаясь удержать остатки сознания. Миг – и меня будто вывернуло наизнанку. А потом – тишина. Не та, что была в Перепутье. Другая. Я резко встала на ноги и распахнула глаза.
Белый цвет ослеплял. Пахло медицинскими препаратами и антисептиком. Первое, куда упал мой взгляд – это приоткрытая дверь. Я в больнице? За спиной послышались всхлипы. Когда я обернулась, сердце словно перестало биться.
- Папа? – тихо произнесла я. Его седая голова склонилась к самым ногам. Он плачет? – Пап, что случилось? Почему мы здесь? – Но меня словно не слышали.
Я рванула к нему, протянула руку к плечу – и пальцы прошли сквозь. Я ошеломленно посмотрела на отца, проглотив подступающую тошноту.
- Да что здесь вообще происходит?! – прокричала я, но слова ушли в пустоту, остались незамеченными.
Я снова обратила внимание на дверь. Поднялась со стула и, чуть пошатываясь, пошла прямиком туда. Неуверенно приоткрыв дверь так, чтобы могла пролезть голова, я заглянула внутрь.
От увиденного у меня буквально встали волосы дыбом, будто я пошла на самый страшный аттракцион. Это была больничная палата. Раздавался пикающий звук кардиомонитора. Посередине койка, на которой… лежу я. Голова закружилась. Я не успела схватиться за дверь и упала без сознания.