Верните мой 2008

Ночь окутала Джеки тоской, и с восходом луны это чувство только усилилось. Она старалась не показывать свои эмоции, чтобы не беспокоить Тони, но печаль, словно ветер, поднималась в груди, нежно, но болезненно касаясь души.

Джеки старалась занять себя обычными делами: приняла ванну, натерла кожу кремом с ароматом абрикоса, роз и мёда.

Просторная красивая комната, которую она так любила, казалась ей тесной. Не физически, а душе не хватало простора. Сколько ни открывай большие окна, всё равно хочется видеть звёзды.

Тони сидел на кровати, склонившись над чертежами нового прототипа брони. Свет настольной лампы выхватывал из темноты его сосредоточенное лицо и тонкие морщинки в уголках глаз. Джеки неслышно подошла, ступая босыми ногами по ковру. Она присела рядом, обняла его за плечи и прижалась щекой к его волосам. Хотела сказать, как она благодарна ему, но слова казались пафосными и глупыми по сравнению с тем, что она чувствовала, и Джеки понадеялась, что он всё поймет и так.

Тони отложил планшет.

— Что-то не так, милая? — спросил он, поворачиваясь к ней. Он всегда чувствовал её настроение, даже когда она пыталась скрыть свои чувства. Джеки улыбнулась, стараясь, чтобы в улыбке не было печали.

— Всё в порядке, просто немного тоскливо, — ответила она, глядя в окно. Тони вздохнул и взял её руку в свою. Его прикосновение всегда успокаивало.

— Ясно, — прошептал он. — Хочешь, посмотрим «Властелин колец» и будем есть мороженое или читать «Маленький принц» по ролям?

— Я не хочу смотреть фильм, — сказала она, неподвижно глядя на небо, затем перевела блестящие глаза на него. — Я хочу смотреть на тебя...

— Смотри...

Но в ее глазах была тоска.

- Если, конечно, ты именно меня хочешь видеть. - Тони нахмурился и потер лицо руками.

Лицо Джеки потемнело от обиды.

- Зачем ты опять это начинаешь?

- Наверное, потому что ты без разговоров поверила, что я тебе изменяю, и сбежала, и там, где я тебя нашел, был он.

Весь подавленный гнев и боль стали на повышенных тонах вырываться наружу.

- О господи! - Джеки демонстративно отвернулась и зарылась в одеяле.

Тони оставалось только откинуться на подушки. Его переполняла обида, и то, что Джеки постоянно замыкалась и не хотела откровенного разговора, лишь усиливало раздражение. Он хотел, чтобы она была с ним более открытой, но её привычка держать всё в себе не поддавалась исправлению. Она молчала, он тоже, усталость взяла свое, он уснул на время, но как будто кто-то позвал его, и он, резко подскочив, проснулся.

— Ты не спишь? — забыв спросонья держаться холодно и отстраненно, спросил он.

— Как я могу спать, когда твой реактор светит мне прямо в глаз? — ядовитым шепотом ответила Джеки. Она демонстративно поправила волосы и положила спящего сына в люльку.

- Прости, — произнес Тони с искренней виной в голосе. Сердце Джеки дрогнуло: она могла смириться с его холодностью, но когда он проявлял такую уязвимость и нежность, это было невыносимо. Закусив губу, она отвернулась.

Тони подошел к сыну:

— Я отнесу его в детскую.

- Да, ты прав, спасибо, — ответила Джеки.

Тони осторожно взял Мерлина на руки. Малыш даже не проснулся, лишь сладко засопел во сне. Тони вышел из спальни, и Джеки осталась одна в полумраке. Она почувствовала себя маленькой и глупой, как школьница, обиженная на своего возлюбленного из-за пустяка. Ревность... Какая же это разрушительная сила.

Тони вернулся, на ходу небрежно снимая лонгслив. Джеки почувствовала, как ее взгляд против воли становится расплывчатым и скользит по нему. Она сцепила зубы, выдохнула, но не оторвала взгляда.

Тони, словно почувствовав ее взгляд, обернулся и посмотрел на нее с нежностью и легкой грустью в глазах.

Джеки знала, что он ожидает от нее первого шага, может извинений и это раздражало ее еще больше. Но не сводила с него томного взгляда,  как бы невзначай прикрывала губы рукой, будто опасаясь что эти слова вылетят изо рта вопреки воле.

- Скажи, я по-твоему капризная? - Джеки навела свои зеленые глаза, на очерченные темными ресницами глаза Тони. Ее шелковый халат в стиле золотой эпохи Голливуда распался красивыми складками, открывая длинные ноги.

Тони остановился в нескольких шагах от нее, оценивающе оглядывая с головы до ног. В его глазах читалось восхищение, смешанное с легкой укоризной.

– Капризная? Нет, что ты, – протянул он, делая еще один шаг вперед. – Ты просто... требовательная.

Он не смог скрыть улыбку.

– Почему ты спрашиваешь?

– Просто так, – надменно ответила Джеки.

Он усмехнулся.

– Я постараюсь быть менее требовательной, – добавила она тем же тоном, поднимаясь с кресла и подходя к Тони. Она даже положила руки на его плечи.

– Не стоит, мне это нравится, – сказал Тони.

 Джеки замерла. Этот его взгляд – насмешливый и немного строгий – вызывал в груди тепло, а сладостные волны желания распространялись по телу.

– Если хочешь меня поцеловать, просто сделай это, – низким обволакивающим шепотом произнес он у самого ее уха.

Неужели он видел ее насквозь, несмотря на все ее попытки казаться холодной и неприступной? что ж никогда еще она не могла устоять перед его чарами. 

Чтобы скрыть улыбку она поцеловала ключицу на его обнаженной груди медленно,  ласково,   не проронив ни звука..

Тони замер, ощущая ее прикосновение словно электрический разряд. Он прикрыл глаза, наслаждаясь моментом близости, который казался ему сейчас бесценным даром. Он знал, как тяжело ей даются эти шаги навстречу, как она борется со своей гордостью и желанием отгородиться от всего мира. И эта борьба делала ее еще более прекрасной в его глазах.

Он обнял ее за талию, прижимая к себе ближе.

– Я не закрывайся от меня, – прошептал он, отстраняясь.

Джеки подняла на него глаза, полные нежности и раскаяния.

– Хорошо я попробую, – призналась она. 

Тони ощутил горячие губы на своей шее, она двигалась ниже, целуя его грудь, дыхание становилось глубже, в висках стучал пульс, кончик ее языка коснулся жаждущей прикосновений кожи.

- О, Джеки, что ты со мной делаешь... - он не услышал своего голоса за стуком сердца, запустил руку в ее волосы, мышцы вибрировали от сдерживаемой страсти, она водила пальцами, гладила его руки, играла, не зная, что он совсем больше не контролирует себя, Тони сдерживал, сдерживал, сдерживал свой порыв, но хотел бросить ее на постель и взять ее.

Джеки целовала его тело ниже, спускаясь к бедрам, стон сорвался с губ, рывком он поднял ее, пытаясь поймать взгляд. Нет, это было ошибкой, долю секунды она смотрела на него, он на нее, и в следующее мгновение она лежала на постели, придавленная его телом, изворачиваясь от поцелуев и с улыбкой на лукавых губах.

Тони целовал ее лицо, шею, плечи, не давая ей и шанса перевести дыхание. Его руки крепко держали ее, словно боялись, что она исчезнет, растворится в воздухе. Джеки отвечала на его поцелуи с не меньшей страстью, обвивая его шею руками и притягивая к себе еще ближе. Она чувствовала его тепло, его силу, его желание, и это опьяняло ее. Все обиды, все недоразумения, все ссоры казались такими незначительными, такими неважными в этот момент. Были только они двое, их любовь и неутолимая жажда друг к другу.

Он отстранился на мгновение, чтобы посмотреть на нее. Ее глаза горели огнем, губы были припухшими от поцелуев, а волосы растрепались по подушке. Он обожал ее такой – дикой, необузданной, настоящей. "Я люблю тебя, Джеки".

Он медленно провел пальцами по ее волосам, ощущая мягкость шелка. Ему хотелось сказать ей, как сильно он любит ее, как она важна для него, но слова казались пустыми и бессмысленными. Он хотел показать ей свою любовь действиями, прикосновениями, взглядами, всем своим существом.

Он поднял ее лицо и заглянул в ее глаза. В них он увидел отражение своей собственной души, полную любви, нежности и уязвимости. Он коснулся губами ее губ, нежно и осторожно, словно боясь разрушить хрупкий момент примирения. Он чувствовал, как она дрожит в его руках, и это заставляло его сердце биться еще быстрее.

Поцелуй становился все более страстным и требовательным, и Джеки отвечала на него с такой же жадностью и тоской. Они обнимали друг друга крепко, словно боялись отпустить и потерять навсегда. В этот момент не существовало ни ревности, ни обид, ни недопонимания. Была только любовь, чистая и всепоглощающая, которая связывала их навеки.

Джеки смотрела на Тони, он спал, она прижалась к его спине, вдохнула запах и потерлась лбом о него, пока тот недовольно не заворчал, но всё-таки сонно и почти бессознательно положил свою руку поверх ее и прижал к себе. Как страшно было терять его, всё казалось нереальным, и как он может любить ее?  Нет, должно же быть в ней что-то хорошее, за что он ее любит. Может быть, но это загадка, тайна, как и то, как зарождаются души детей в утробе матери, сначала это просто две клетки, а потом настоящий человек, так и любовь, как жизнь и смерть, непостижимая тайна, она никогда не поймет, в это можно только верить, верить и бояться.

- Прекрати щекотать меня, - буркнул Тони в полусне.

- Прости, я нечаянно.

- Ты что, плачешь? - Тони встревоженно обернулся разметав одеяло.

- Нет, просто глаза слезятся.  - Джеки перелезла через него удобно устроилась у него под рукой как в гнездышке.

Борясь со сном, он недоверчиво нахмурился.

- Почему ты опять не спишь? - ласковым, но хриплым голосом спросил Тони у жены.

- Мне не нужно спать, я же волшебница, я восполняю энергию из космоса.

- Поздравляю, но мне всё еще нужно спасть....

-Конечно-конечно, спи-спи

-Точно?

Джеки улыбнулась но он этого не видел потому что его глаза слипались.

Тони попытался притвориться спящим, но что-то не давало ему покоя. Он знал ее, как облупленную, и эти перепады настроения были ему знакомы. Раньше он думал, что это просто женские штучки, но теперь понимал – дело в другом. В ее прошлом, в ее силе, в ее вечном страхе потерять. Он крепче обнял ее, прижал к себе, надеясь, что этот простой жест сможет хоть немного успокоить ее бушующую душу.

-Знаешь, - тихо проговорил Тони, не открывая глаз, - я тоже боюсь. Боюсь потерять тебя, Мерлина, все, что у меня есть. 

Джеки подняла голову и посмотрела на него с изумлением. Откуда он все знает? Как читает ее мысли? Она упрямо молчала, не желая признаваться в своих страхах, но Тони всегда умел видеть ее насквозь. И эта его способность одновременно пугала и притягивала ее.

-Ну что ты я никогда не исчезну.. никогда.

Тони улыбнулся, услышав эти слова. Он знал, что она говорит искренне. И в этот момент все тревоги и сомнения отступили, оставив лишь тепло и любовь, которые согревали их сердца. Он прижал ее к себе еще крепче, и они заснули, обнявшись, в тишине и покое, зная, что вместе смогут преодолеть любые трудности.

— Расскажи мне что-нибудь, — тихо попросила Джеки. — Давай мое любимое...

- Нет, не проси меня... — со смехом сказал Тони.

- Устройство двигателя внутреннего сгорания, ну пожалуйста, — протянула Джеки, осыпая его грудь и плечи мелкими поцелуями, быстрыми, нежными, теплыми и ласковыми.

Тони застонал в шутку, но знал, что не устоит,  в её поцелуях таяла вся его воля.Он начал рассказывать про поршни, цилиндры и такты, про впуск и выпуск, про искру зажигания и силу сжатия. Голос его звучал ровно и спокойно, как всегда, когда он говорил о том, что любил. Джеки слушала, прикрыв глаза, и представляла себе сложные механизмы, танцующие в ритме его слов. Ей нравилось, как он горит своим делом, как его глаза загораются искрами интеллекта и страсти. В этом был его космос, его вселенная, и она хотела быть ее частью.

Вскоре ее дыхание выровнялось, и она уснула, прижавшись к нему, как маленький котенок. Тони долго не спал, прислушиваясь к ее дыханию, чувствуя ее тепло. Он знал, что ее печаль не исчезла полностью, но надеялся, что хотя бы на время она ушла. Он готов был на все, лишь бы видеть ее счастливой. Он любил ее больше жизни.

Он тихонько поцеловал ее в висок и тоже закрыл глаза.