Джеки
— Ариох! — позвала Джеки, и голос её дрогнул в густой, давящей тишине. Пространство вокруг, словно белый шум старого телевизора, обступало со всех сторон, сдавливая, как бездна океана.
Она ощутила падение, лёгкий стон сорвался с губ, но осталась неподвижной.
— Ариох! Приди ко мне! — повторила она, вкладывая в слова всю надежду.
В ответ из серой дымки возникло чудовище — огромный, волкоподобный зверь. Он приближался, неотвратимо и страшно, а далеко на горизонте маячила темная длинная тень Ариоха словно боясь приблизится.
На груди у Джеки вскипели болью две ядовитые раны.
Зверь прыгнул, и его клыки сомкнулись на призрачной плоти волшебницы. Боли не было, лишь холод отчаяния.
— Спи! — приказала она, но дух меча не повиновался. Он терзал её, разрывал на части, и клочья призрачной материи взмывали в серую пустоту, превращаясь в голубоватый дым.
Злость, тёмная и обжигающая, поднималась из глубин души. Она устала. До предела истощена морально. Вера в победу угасала. Всё стало непомерно сложным, и в то же время она чувствовала, что семья — вот она, совсем рядом, на расстоянии одного шага.
Зверь продолжал рвать её, заставляя сражаться, но в ней не осталось сил.
— Не могу... Не хочу драться! Я устала... Я не хочу воевать с тобой... — прошептала она, с силой обхватив ладонями огромную, зловещую морду. Заглянула в бешеные, кровожадные глаза. — Ну чего ты такой... такой беспокойный? Будто иголки под кожей... Тише, тише... Почему ты так злишься?
Она говорила ласково, умоляюще, а призрачный зверь вырывался, раздирая когтями её чёрный плащ, её ментальную проекцию, на бесчисленные лоскуты.
- Ты мне не отдашь его правда? - уворачиваясь от очередного укуса ве так же ласково и печально сказала джеки. зверь завыл но в его злобном вое послышались знакомые ноты тоски.
— Кричи, кричи, мой хороший, ты так долго страдал... Тебе тоже больно... И тоже страшно и одиноко... Я знаю.
Ее руки крепче обхватили морду зверя, и она, закрыв глаза, попыталась передать ему всю свою боль, всю свою усталость, все свое желание мира. Она делилась не словами, а чувствами, обнажая свою душу перед этим кровожадным монстром.
- Давай сделаем так, я спою тебе песню, а ты просто послушаешь... - она не наделась что это поможет, просто джеки умирала, ее силы таяли растворяясь в безграничном и необъятном Хаосе параллельного имра. она запела.. голос был тихий но твердый ласковый и немного мультяшный.
Зверь замер. Его тело все еще содрогалось от ярости, но хватка ослабла. Он прислушивался, словно зачарованный, к мелодии, проникающей в самую его суть. В кровожадных глазах промелькнуло что-то похожее на удивление, затем на грусть. Песня, словно мягкий свет, рассеивала тьму, окружавшую его.
- Je ne rêve plus, je ne fume plus
(Я больше не мечтаю, я больше не курю)
Je n'ai même plus d'histoire
(У меня даже больше нет истории)Je suis sale sans toi, je suis laide sans toi
Я грязный без тебя, я уродливый без тебяComme une orpheline dans un dortoir
Как сирота в общежитииJe n'ai plus envie de vivre ma vie
Я больше не хочу жить своей жизньюMa vie cesse quand tu pars
Моя жизнь заканчивается, когда ты уходишьJe n'ai plus de vie et même mon lit
У меня больше нет жизни и даже моей кроватиSe transforme en quai de gare
Превращается в железнодорожную платформуQuand tu t'en vas
Когда ты уходишьJe suis malade
Я больнаComplètement malade
Совершенно больнаComme quand ma mère sortait le soir
Как когда моя мама уходила вечеромEt qu'elle me laissait seule avec
И что она оставила меня наедине сMon désespoir
Моим отчаяньем
Она оборвала песню но все еще раскачивалась в такт неслышной никому мелодии.
- Ты пришел, чтобы разрушить меня, но я вижу в тебе лишь отражение собственной боли. Ты - пленник своей ярости, своей тоски. Я знаю, каково это - быть одиноким, потерянным, забытым. Мы оба изранены, но ты не должен страдать в одиночку.
Я чувствую, как твоя боль пронизывает меня, как твои страхи становятся моими. И я не хочу, чтобы ты мучился. Я хочу, чтобы ты обрел покой. Позволь мне разделить твою ношу. Позволь мне исцелить тебя ... Je suis malade, parfaitement malade. Ты можешь рвать меня на части, уничтожать мою проекцию, но ты не сможешь убить ... и это будет длится вечно. .... Я вижу в тебе не монстра, а заблудшую душу, отчаянно ищущую спасения.
Зверь замер. Его тело все еще содрогалось от ярости, но хватка ослабла. Он прислушивался, словно зачарованный, к мелодии, проникающей в самую его суть. В кровожадных глазах промелькнуло что-то похожее на удивление, затем на грусть.
Джеки нарисовала в воздухе странную руну, сложила пальцы как-то по-особенному, витиевато. Золотое свечение озарило и ее, и завороженного зверя, прежде чем дух меча опомнился. Она скользнула легким дымом, окружила Ариоха и исчезла вместе с пленником.
***
Страйф водил пальцем по губам и смотрел на свои мечи, как будто гипнотизировал их. Несколько часов ничего не происходило. Но на исходе третьего часа один меч вспыхнул, по нему пошла трещина. Джул расширила глаза, но Страйф остался неподвижно сидеть, словно бы ничего не произошло. Следующая вспышка озарила второй меч, он зазвенел, как струна, и оба клинка повалились на ковер, крест-накрест упав друг на друга.
— Сломанные мечи — это тебе не дырка в «Шевроле-Стингрей», — мрачно проговорил Страйф. Джул потянулась к рукояти, но лорд Хаоса остановил ее.
— Не стоит сейчас.
Вдруг Джул болезненно вскрикнула, прижала руку к груди, тоскливый вой заполнил ее сознание, она знала, что то же самое чувствует Страйф. Голоса посторонние, чужие, как будто многокамерный хор, взвыли на одной чистой ноте. Высота его била по ушам. Свет, чуждый Хаосу, стал литься из трещин на клинках, борясь с чернотой, как солнце с грозовой тучей.
Страйф почувствовал, как его сердце болезненно сжалось. Не просто магия, но сама суть Джеки, ее душа, кровоточила сквозь сломанные клинки. Он ощущал ее усталость, ее отчаяние, но еще – проблеск надежды, удивительную нежность, с которой она смотрела в глаза чудовищу. Злость, что клокотала в нем, внезапно уступила место жгучей, всепоглощающей боли. Он видел ее там, в серой пустоте, отчаянную, но такую сильную в своей любви.
Страйф закрыл глаза, пытаясь дотянуться до нее, прорваться к ее сознанию. Он шептал как молитву в мыслях лишь бы она не сломалась, лишь бы выдержала.
Свет, льющийся из клинков, становился все ярче, словно бы Джеки, сквозь боль и страдания, пробивалась к ним, к своим друзьям....
Мучительный ультразвук внезапно сменился детским плачем. Свет погас, стало тихо и спокойно, но замок вознегодовал, его стены задрожали. На ковре перед камином сидела Джеки, держа на руках младенца.
— Ариох? — Джул подошла ближе и вгляделась в маленькое сморщенное личико с печатью хаоса на красном лбу. - Джеки ты как?
Волшебница обернулась, всё нормально, но она плакала, хрупкие ручки младенца вскидывались вверх, он издавал хрипловатые возгласы и вздрагивал. Джеки подумала о своем сыне, о том, что не видела его уже так давно, словно его и не было... Осторожно передала малыша на руки подруги, она неуверенно встала.
Страйф же стоял на коленях перед своими мечами и нежничал с ними не хуже, чем женщина с младенцем. Он порезал себе запястья и сжимал кулаки, поливая черной субстанцией лезвия мечей там, где были трещины.
— Вот так, что эта плохая тетя с вами сделала... Обещаю, больше никогда, никогда никто не будет петь вам. Только крики боли и страх... — затем он поднялся, удовлетворенный своей работой, и, уперев руки в боки, посмотрел на Джул и Джеки.
— И ты собралась бросить на нас этого мелкого, а сама укатить домой?
— Ну, это же твой брат, родная кровь.
— Сама воскресила, сама и воспитывай! — отрезал Страйф.
— Вот еще, он мне всю кровь выпил, всю душу вымотал, — притворно разозлилась Джеки, топнув ногой. — Я что, не говорила, что он угрожал убить моего маленького сына страшными муками? Я считаю, кто убил, тот пусть и воспитывает.
Ариох зашелся так, что все взрослые перепугались, как бы не пришлось его еще раз воскрешать.
— Страйф, возьми его, он точно успокоится тогда, — сказала Джул. Нехотя лорд Хаоса подошел, взял младенца, тот притих, икая, он сжимал красненькие крохотные пальчики в поисках защиты и утешения.
— Ну-ну, — сказал Страйф, успокаивая ребенка, — сейчас тебе дадим покушать, ути, мой маленький.
- Жаль, что теперь, когда он такой несмышленый, он не может рассказать, куда спрятал моего Тони, Мерлина и Морган. - кисло улыбнулась Джеки. - Ну ничего, я их сама найду, делов-то... Ребят, ну вы пока посидите с ним?
- Конечно, куда теперь от него денешься, горе наше луковое. - сказала Джул.
- Я пойду отправлю Тони к себе во вселенную и найду своих, честное слово, с ног валюсь. Мечи-то целы? - скрывая как обычно под шутливым тоном истинные чувства сказала Джеки.
- Ну, не знаю теперь, - ворчливо проговорил Страйф, на самом деле просто для назидания.
- Тони, собирайся, мы уходим. - крикнула Джеки.
С кухни вывалились Тони и Кхамер, бухие как не в себя.
- Фу, - не сдержалась Джеки.- ну что это ну...
Она не слишком дружелюбно поглядела на Кхмера который на это никак не отреагировал. Джеки направила на Тони руку .
- Ко мне иди, - велела она гипнотическим голосом - щас быстренько по все делам раскидаю и я вернусь обсудим судьбу Ариоши. - на последок она подмигнула Джул.
***
На заброшенной базе стоял шум от работающих генераторов. Джеки с трудом сдержалась, чтобы не заставить выпитый Тони алкоголь пойти обратно по его горлу прямо наружу, но это было бы невежливо с её стороны. Вместо этого она отыскала в его крови соединения, образованные спиртом, и принялась выводить их из организма Тони с помощью магии. Она терпеть не могла пьяных людей.
- Ммммм, - застонал Тони, - мне плохо.
- Естественно. - без сочувствия ответила волшебница и сама ощутила слабость. Казалось, где-то в душе пробили невидимую брешь, через которую утекали остатки воли и стойкости. Но она приободрила себя мыслью, что еще немного, и все будут дома, и она сможет отдохнуть, насытить эфир, побыть в пятом измерении. Но главное, что подтачивало ее, был не недостаток магии, а психологическая усталость. Она просто боялась. Боялась столкнуться с тем, что когда Тони и ее сын вернуться, она не сможет смотреть им в глаза. Нет, не из-за поцелуев с его двойником, хоть и это тоже было стыдно и больно, а то, что она не уберегла, не смогла не допустить... Она так гордилась своей силой, так любила свое всемогущество, что позволила кому-то похитить ее сына и мужа. Да она просто ноль без палочки, ничтожество.
- Водички... - простонал Тони.
Джеки сжала кулаки и сотворила магией холодной минералки.
- Я тут чуть не умерла, а он нажрался до потери пульса.
- Ну прости, детка. Там все было такое странное, мозги закипали, надо было как-то абстрагироваться.
- У тебя проблемы с алкоголем, ты знаешь? Хочешь, я тебя заколдую от пьянства?
- Нет, ни в коем случае.
- Ну и напрасно. почему ты так громко разговариваешь, ммм, кстати, милая-красивая ты не могла бы наколдовать мне аспирина, раз уж начала...
Джеки взмахнула рукой, и головная боль у него прошла.
- Спасибо, ну вот как в тебя не влюбиться. Не женщина, а мечта.
Раздался гулкий стук, словно что-то бросили на пол. Джеки не обратила внимания.
Тони замер, секунду он стоял раздумывая, затем его глаза расширились.
- Это граната! - крикнул он.
Раздался взрыв, заглушив его голос. Джеки успела наложить защиту. Один за другим взрывы сотрясали стены базы, повалил дым, искры пошли от генераторов электрического тока.
- Это Гидра! - сказал Тони.
Руки Джеки внезапно затряслись. Она почувствовала, что что-то большее, чем взрывная волна, давит на её защиту. Она мысленно рассеялась по всему зданию базы и увидела каждого бойца. Фьюри и Романофф были на другом конце базы, у какой-то установки. Джеки проникла в сознание Наташи, так как та была наиболее податливой для неё, как родной сосуд. Она нырнула в память шпионки, одновременно защищая себя и Тони от бомбардировки ракетами. Находиться в двух местах одновременно было сложно: нужно было анализировать всё сразу, защищать Старка, следить за отрядом бойцов и сканировать память Наташи.
Вот оно! Джеки упала на грудь Тони. Защита слабела, и многотонная тяжесть навалилась на неё. Собрав всю волю, она поднялась и решила телепортировать себя и Тони в безопасное место. Но установка, с которой были связаны Фьюри и Романофф, посылала странные излучения. Это была сила, противостоящая ей. Тессеракт. Они использовали камень бесконечности, к которому она была особенно уязвима. Взрыв. Пол ушёл из-под ног.
— Тони! — вскрикнула Джеки, обняв его руками. Они телепортировались, но защита спала. Вместо того чтобы оказаться далеко, они оказались прямо перед ангаром, в снегу. Гидовские агенты заметили их. Фьюри перенаправил луч Тессеракта на них. Снова ракета. Джеки не могла достать её. Взрыв. Вспышка света. Джеки поставила щит, но её руки дрожали.
Она сосредоточилась, но хриплое дыхание Тони за спиной заставило её вздрогнуть. Она всё ещё обнимала его, и его одежда окрасилась кровью. Его ранило осколками.
— Нет-нет-нет, — прошептала Джеки, чувствуя, как слёзы наворачиваются на глаза. Не время плакать. Но страх охватил её. Защита истончалась, и ударные волны от снарядов заставляли её качаться. Она должна была собраться с силами, чтобы спасти их обоих. доли секунды оставалось до того чтобы принять решение, спасти Тони и пустить магию оставшуюся в ней на его исцеление или уничтожить установку с тессерактом.
Джеки приложила руки к груди еще ничего не понимающего Тони, оглушенного взрывом и болью. Она растворила осколки магией, заживила раны. Его боль перетекла в ее пальцы, сжимаясь, превращаясь в энергию и с легким покалыванием распределяясь по ее телу. Защита рухнула.
Она чувствовала, как её сущность распадается, как её тело становится невесомым. Мир вокруг вспыхнул ослепительным светом, а потом погас. Перед ней и камнем бесконечности стояла фигура Железного человека.
- Тони! - Никого из Гидры в сознании не осталось, все лежали как будто контуженные, но живые. Человек в броне не пошевелился, замерев, за ним дымилась установка с Тессерактом. Она встала, сознание очистилось, все стало таким простым и подвластным ей.
- Наконец-то, - она не удерживала ни слез, ни улыбки и бросилась к нему, больно стукнувшись о броню костяшками пальцев, оплела руками его несгибаемую шею, щекой прильнув к холодному металлу.
- Откуда ты знаешь, что здесь я, а не кто-нибудь другой? Как неосмотрительно. - услышала она глуховатый, чуть искаженный костюмом голос, но не ответила. Металлические руки осторожно, как могли, обняли ее в ответ.
- А где Мерлин?
- Он дома с твоей сестрой и Пеппер.
- А Морган? Она в порядке?
- Да, все дома, все хорошо.
- Слава богу, и как ты меня нашел? Хотя нет, потом расскажешь, мне надо тут прибрать, зачистить кое-что, и сразу же домой.
Джеки нехотя отлепилась от железного человека и обернулась там на снегу стоял другой Тони.
- Симпатичный малый, - сказал Железный Человек .
Джеки улыбнулась и подошла к Тони, который сгорбился, но всё ещё пристально изучал броню, словно вглядываясь в неё с непримиримым выражением лица.
- Тони, - сказала она с нежностью.
- Это и есть мой двойник? - сказал молодой Старк с типичной небрежностью.
- Ну да, - сказала Джеки. - Все хорошо закончилось. Правда, славно. Спасибо, что все время был рядом. Я без тебя не справилась бы.
- Всегда пожалуйста. - Тони вскинул брови, увидев, как гидровцы исчезают, словно призраки. - Куда это они?
- Я переместила их в госпиталь и стерла им о себе память. - Пояснила Джеки, не отрывая от него искрящихся глаз.
Они помолчали, пока не услышали сварливое покашливание.
- Прощай, Тони, - ласково сказал Джеки.
- Прощай, - повторил он, не в силах больше ничего произнести.
- Хочешь, я перемещу тебя магией к тебе домой? - спросила она и взяла его за руку.
- Нет. Не надо. - ответил он шепотом, голос пропал, слезы подступали к горлу. - Ладно, прощай, скажи ему, чтобы тебя берег.
- О Тони! - Джеки обняла его.
— Я знаю, это глупо и ужасно с моей стороны, но я буду ждать тебя, я буду тебя всё время ждать... — прошептал он так тихо, что казалось, что она не услышала.
Джеки коснулась губами его щеки, и магия сошла на него, стирая память о ней. Тони обмяк, медленно погружаясь в снег.
- Джеки что это было такое?! - еще более сварливым голосом громыхнул ее Тони из костюма. - Давай заканчивай. Дома поговорим!
Затем магия перенесла заколдованного Тони Старка к нему домой, в башню Старк.