Так, наверное, сходят с ума [ЗАМОРОЖЕНО]

   Переварить всё произошедшее неимоверно трудно. Генри пытается сложить дважды два, но у него не получается. Кэролайн. Клинтон. Убийство. Показания в суде через неделю. Отчаяние и тревога. Он шёл по руку с убийцей его Кэролайн. Да как это животное вообще посмело даже разговаривать с ним!? Но в то же время... Он точно не был в машине, в которой находились похитители. Он не мог быть в двух местах одновременно. Да и шёл мужчина в участок без задней мысли, будто и не сделал ничего плохого. Он выглядел напугано, когда его уводили за решётку. Парень же... Стоял там без эмоций, отказывающийся принимать факт смерти своей подруги. Беннетт не хочет верить ни на секунду в отчаянный крик Клинтона про то, что его "Подставили! Парень, скажи им!". Но... Действительно ли всё так? 

   Генри зарывается лицом в свою подушку, еле сдерживая слёзы. Он обнимает её настолько крепко, насколько обнял бы Кэролайн, оказавшись она рядом. Полиция послала его домой, "выспаться и прийти в себя". Но Генри точно знает, что сон теперь будет казаться чем-то запретным. Чем-то, что предаст память о девушке. Нельзя спокойно спать, зная, что её больше нет. Нельзя. Никто не знает, через что она прошла перед своей... Своей смертью. Сил и желания сдерживаться больше нет. Генри падает лицом на кровать и издаёт нехарактерные человеческому виду звуки - он воет и отчаянно кричит, избивая матрас. Ему всё равно, что отец спит в гостиной, а разбудить его значит получить новые шрамы и синяки. Ему всё равно, что подумают соседи. Слёзы ручьями стекают с его щёк на постельное бельё и он уже не может остановиться. Его единственная опора, единственный луч солнца в тёмном мире. Он уже никогда не проведёт рукой по её блондинистым, отливающим на солнце золотом, мягким волосам, никогда не заглянет в глубокие, словно океан, голубые глаза, никогда не посмеётся над тем, как смешно сморщивается её курносый носик, когда они вместе смотрят очередной фильм ужасов. 

   На улице темнеет. День давно сменился вечером, покрывая небо обворожительным слиянием розового и фиолетового цветов. Любимое сочетание цветов Кэролайн. Но она не сможет его больше увидеть. Не сможет написать об этом в свой блог с тысячами читателей. Они наверное думают, куда она пропала и почему обновлений не было целых два дня. Генри бы точно задавался этими вопросами. Блог Кэролайн - единственный и поэтому лучший блог, направленный на экологию Англии, о котором он знает. Она помешана на... Была помешана на чистоте и окружающей среде. Парень уверен, будь возможность она бы уже давно записалась волонтёром в Green Peace. Не то чтобы он когда-либо винил её в таком отношении к природе и животным, наоборот - он всегда выходил с ней на безвозмездные уборки улиц от мусора и пытался не пропускать ни одного семинара по вопросам окружающей среды. Кэролайн была счастлива, что ей удаётся привлечь в это дело Генри, а он был рад услышать что-то новое про защиту утконосов от браконьеров, хоть и к Англии этот вопрос никак не относится. Ему было приятно проводить с ней время. 

   Генри уже не плачет - слёзы закончились. Он просто глубоко дышит, время от времени повторяя "Почему?". Парень смотрит в одну точку на стене, будто загипнотизированный, практически не моргая. Он снова обнимает свою подушку, утыкаясь в неё подбородком. Даже эта комната напоминает о ней. Не удивительно, ведь она помогала ему и его семье подобрать интерьер, когда они только переехали в этот дом с окраины. Кэролайн была так рада, что теперь они будут жить всего через одну улицу, что буквально повалила Генри на землю и обнималась с ним минут десять, не меньше, когда он раскрыл эту тайну. Но в то же время, с этого дома и начались все проблемы. Они переехали сюда, когда Генри было двенадцать лет. Когда его родители были порядочными людьми с приличными работами и заработной платой. Его тогда ещё папа, а не отец, занимался проектированием малосемейных квартир и был очень востребован, но с переездом сюда у него начались проблемы с алкоголем. Его мать, тогда ещё учительница начальных классов, винила во всём местные пабы и случайные знакомства, а после и сама попалась на эту удочку, только с наркотиками. Из дома начали пропадать деньги и ценные вещи, отец ушёл с работы, мать же уволили за частые прогулы. Генри умолял их прекратить, но они не слушали. Конечной точкой, из-за которой он перестал стараться стала сдача его матерью бабушкиного кольца в ломбард. Кольца, которое из поколения в поколение передавалось по женской части семейства Фостер, было продано за несколько фунтов, чтобы купить очередную дозу. 

  Генри отрывает свой взгляд от стены и вытирает лицо рукавом куртки. Куда не посмотри - везде маленькая Кэролайн приложила свою руку. И шкаф, который она выбирала дольше всего, потому что ну нужно ведь, чтобы он соответствовал твоим стенам цвета циана, и компьютерный стол, и даже кровать, на которой он сейчас сидит. А вон та еле заметная вмятина на стене около плаката с Майклом Джексоном - её лоб, которым он приложилась, радостно прыгая по его комнате, сразу же после окончания ремонта. Она тогда даже не заплакала, а начала исполнять танец "червячка" на полу, хотя позже на месте удара появилась огромная шишка. Или ещё шторы, на маленьком окне, которых больше нет. Потому что она порвала их, когда пыталась залезть к нему, на второй этаж. Генри горько усмехается, вспоминая, как она звала его на помощь, свисая с обоих концов окна. Она тогда ещё ругалась на него. Парень как сейчас помнит, как она сказала...

  — Эй, блондинчик! Блонди, — Генри поворачивается к окну, в ужасе узнавая шёпот убийцы Кэролайн. — Помоги залезть , пока меня никто лишний не увидел. 

  Клинтон, одной рукой держась за раму, вытягивает другую прямо в его комнату. Парень вскакивает с кровати и хватает первый попавшийся под руку острый предмет - канцелярский ножик.

  — Какого чёрта ты здесь делаешь!? — Кричит он, отходя от окна настолько, насколько позволяет размер его комнаты.

  — Не кричи! — Всё так же шёпотом отвечает мужчина. — Нам с тобой проблем не надо. Да помоги ты уже!

— Ты убил мою подругу! — Чуть тише, но всё ещё громко заявляет Генри, упираясь спиной в дверь и вытягивая перед собой предмет канцелярии.  

  — Да никого я не убивал. Более того, — он выдыхает и хватается второй рукой за другую сторону рамы, пытаясь не упасть. — Она жива, они все живы. И ты должен довериться мне, если хочешь, чтобы всё так и оставалось.