Тайна на костях 16+ [ Заморожено ]

Счастье — это проводить время с любимыми для тебя людьми. Хоть у этого слова и миллионы понятий, для каждого они весьма индивидуальны. Но мало же кто поспорит, что быть с важным человеком рядом — прекрасное чувство. Возможность обнять и чмокнуть в щечку от радости, а после упасть на ковер и долго смеяться из-за кокой-то глупой шутки, сказанной очень давно.

То с друзьями, то с любимым, любимой или с родней — это может происходить с каждым. Кто-то вообще может веселиться и смеяться со своим питомцем-другом и люди не нужны. А после ночевок просыпаешься раном утром и видишь спящие их лица: они все такие беззащитные. И сразу становится тепло на душе. 

Быть одиноким — это одно из самых страшных, что может быть для человека. И как бы кто-то не упирался как ему и одному хорошо, все вокруг знают — страдает. Как только дверь закроется перед носом, так слёзы начнут течь по щекам, а руки закроют рот, чтоб не было слышно крики одиночества. До жути больно слушать, когда кто-то кого-то обнял, а тебя нет. Ты совершенно один. И как бы не пытался быть сильным, в итоге всё равно сломается всё внутри, а потом человека просто не становится: морально или физически, это не так важно. Человека в принципе нет. 

Такая участь одиночества как-то нахлынула польскую студентку, Амелию Кравчик, потерявшую лучшую подругу детства. Казалось бы, что всё вмиг рухнуло и одиночество настало, но как бы ни так. Любящие родители и парень смогли помочь: обычное везение, которое не всем достается. 

***

Мягкие пухлые губы парня нежно целовали скулы бледной девушки. Его руки обнимали её тело, прижимая тем самым к себе ещё крепче. Спустя какое-то время он начал спокойно гладить пальцами лицо, улыбаясь. Томный взгляд пропал, сменился скорее на трепетный и обеспокоенный, хотя девушка, сидящая на его коленях, скорее считала сейчас парня больше заботливым, нежели обеспокоенным.

— Марек, надо учить баллистику. У меня экзамен на носу...

Парень лишь немного засмеялся и рухнул на спину, потянув за собой свою "жертву", ноющую о подготовке к экзамену. Пальцами сразу начал щекотать, пытаясь вызвать хохот, а не занудный лепет.

— Н-ну, п-пожа-алуйста! — чуть ли не заикаясь пыталась сказать студентка.

— Ами, мы уже шестой час сидим над тетрадками и учебниками. Надо размять косточки. Ну, губы тоже можно...

Марек медленно потянулся к розовым губам девушки,  от которой в этот же мик получил плюху по затылку: носом же уткнулся в подушку мимо лица Ами, ухмыляющийся данной ситуации. 

— Для тебя я Амелия, а не Ами, понял?

— С какого такого перепугу? 

— С того, что ты обещал со мной заниматься и помочь, а не отвлекать! У нас есть чёткий график. С часу до трёх занимаемся, потом перерыв на час, но ты решил его не брать со словами "лучше освободимся на час раньше, а сейчас будем сидеть подряд", шёл шестой час, мы закончим уже через полтора часа, но ты перешёл все... 

— Все границы, я знаю. Не будь занудой. Я, конечно, привык, что у тебя всё чётко по расписанию и по порядку, — Марек повернулся к шкафу и кивнул в его сторону, — даже носки твои и мои очень "перфекционично" расположены на полке. 

— Такого слова нет.

— Будет. Ладно, пошли дальше заниматься, Амелия Кравчик.

— Ами. Просто Ами, Каминский.

Марек ухмыльнулся и сел спокойно поближе к девушке с тетрадями, продолжая повторять материал, который оба проходят уже не первый год. 

***

Русая девушка с наушниками в ушах что-то ритмично подтанцовывала, пока стояла в дверях к кабинету, где с минуты на минуту будет экзамен. В руках толстые тетради, а в голове ветер и текст "we are young, we are brave" из песни. 

От погружения в музыку отвлек неожиданный щелбан в лоб. Амелия от неожиданности резко вытащила наушники и удивленно подняла взгляд, чтоб узнать, кто же такой умный отвлек её от "подготовки" к экзамену.

— Чего тебе, Марки? 

— Марек, сколько я уже говорил.

— Честно? Твоё "е" по центру лишнее, удобнее "Марк", ну или "Марки". Могу "Марке". И вообще-то ты меня отвлек от подготовки.

— М? От какой? Музыка закончилась ещё в начальной школе. И это разные имена, раз на то пошло. Я же не говорю "Омелия". Всего одна буква, знаешь ли! Раздражает. Очень. Начиталась своих американский книжек, — парень нахмурился и облокотился о стенку возле Кравчик.

Девушка только промолчала и решила не давать никаких комментариев. Присутствие Марека окончательно отбило желание поднимать себе настроение с помощью музыки. Амелия постоянно перед чем-то важным старается не думать об этом, потому что из-за волнения мысли кучкуются в кашку и уже не разобрать идею вовсе. Музыка — хороший способ отвлечься, начинаешь повторять скорее текст песни, чем материал. Забываешь. А потом в хорошем и спокойном настроении садишься писать экзамен, не забивая голову "а я не сдам", "а я забыл", так как для них уже времени вообще нет.

Так экзамен и начался. Точнее вторая попытка, потому что Амелия попала на пересдачу. Из-за обычного волнения, которое она допустила, забыв про музыку, её знания просто смешались. Всё было просто перепутано, даже в номере группы появилась лишняя цифра. Такой же лишней оказалась паника, испортившая всё. 

Ами постукивала карандашом по парте, вспоминая ритм песни. Тело было максимально расслаблено, если сравнить с другими. На парту даже не хотелось смотреть, только в окно, где виднелся дуб, а на нём два воробья. Они активно прыгали по ветке и что-то пытались украсть друг у друга.

— "Они похожи на Марека с его младшим братом. Два идиота, которые делят приставку". — Амелия усмехнулась. 

— Начало 9:00, конец в 12:30. Экзамен начат. Можете начинать писать.

После тридцати минут объяснения до этого наконец-то можно было взглянуть на свои задания. Кравчик всегда раздражало то, что нельзя прочитать их сразу и уже начать думать. Нет, надо еще полчаса слушать о том, как правильно и что заполнять, что делать нельзя и можно. Все они уже четвертый год здесь, но ощущение, что преподаватели держат их за дураков, которые не запомнили эту систему. 

9:30. Парень с передней парты нервно бьёт по столу и начинает шататься.

10:20. Он нервно ляпает свой пиджак, будто пытается, что-то там найти. 

— Глоболевич, вам плохо? Что вы пытаетесь найти? Не пытайтесь списать!

— Чёртов экзамен. Отец... не выдержит. Ублюдки!

Этот самый Глоболевич резко подскочил с парты, из своего пиджака вытащил что-то чёрное и наставил на преподавателя. Пистолет.

— В-вы опять мне дали сложный вариант! Тупой экзамен! Я из-за него потеряю всё. Я учил, правда! Как вы не понимаете? Меня же убьют из-за этой жалкой бумаги! 

Все ребята в страхе сжались, спустились почти под парту. Девушки сами себе закрыли рот, чтоб не закричать при виде пистолета. Амелия тяжело сглотнула и сама немного спустилась для безопасности. Самое дерьмовое то, что ни у кого нет телефона, все их положили экзаменатору на стол — никого не позвать.

— Александр, успокойтесь, пожалуйста. Давайте решим спокойно? — женщина средних лет пыталась утихомирить буйного студента. 

— Н-нет! Я пытался! Столько раз просил! Ублюдки! Я не хочу умирать...

Выстрел. За ним ещё один. Тогда уже никто не сдержался, половина студентов закричали, а те кто и вовсе продолжал наблюдать, со слезами на глазах уже и визжали. Пару людей попадали в обморок.

Амелия, сжавшись за парту крепче, медленно выглянула. Во рту был огромный ком, создающий ощущение тошноты. Женщина упала возле парты, она крепко сжимала своё окровавленное плечо, в которое попали. Она была жива. 

— Он убил себя! — дрыщавый парень закричал на весь кабинет, сжав резко волосы руками от паники. Может все студенты здесь и учились на криминалиста, но не все выдерживают сам процесс смерти на глазах.

Было ощущение, что длилось это больше пяти минут. Девушка слева от Амелии тихо плакала под партой и шаталась, повторяя непонятные слова. Парня рядом с ней буквально тошнило на пол, его лицо побледнело, кажется, он вот-вот упадёт в обморок. Ещё несколько людей забилось в конце кабинета, подальше от мёртвого тела и лужи крови. В их голове застрял страх, потому что любой в этом кабинете мог быть тоже застрелен. 

Амелия опустилась на четвереньки и очень медленно спускалась к одной девушке с парт вперёд, которая спокойнее других сидела — одногруппница. Несколько капель крови досталось ей, так как этот Александр был почти перед ней. Её лицо побледнело сильнее даже, чем у того парня слева, словно и она сейчас упадёт в обморок. Но девушка продолжала смотреть в окно. Заметив Ами, подползавшую к ней, она тихо прошептала:

— Воробьи улетели. Ты видела тех воробьев? 

Несколько взрослых влетели в кабинет на шум. Вся эта картина образовалось меньше, чем за минуту. А казалось бы... Один из них аж сам взвизгнул и помчался обратно через других преподавателей, которые с ужасом смотрели на это всё. Молодая девушка сразу начала звонить в скорую и полицию, другие в мед. кабинет, чтоб оказать хоть какую-то помощь экзаменатору и студентам. В это время пожилой мужчина начал оказывать первую помощь раненой женщине, так как счёл, что пока они дождутся этих медсестёр, можно и самим помочь хоть как-то.

Амелия прижалась к своей одногруппнице снизу и так же смотрела в окно. Воробьев и вправду уже не было...