Глава 28
Ночь. Жилой комплекс «Нова». Тишина. Квартира погружена в полумрак. Пиксель дремлет, растянувшись на диване
Она сидела на кухонной столешнице и болтала ногами в воздухе. В руках у неё была любимая керамическая кружка с остывшим чаем - её она перевезла первой.
Он стоял рядом, прислонившись к спинке дивана. Смотрел на неё так, словно собирался сказать что-то важное, ‒ но не сказал. Просто неуклюже поправил ещё не высохшие после душа волосы.
‒ Почему ты на меня так смотришь?
Он распрямился и подошёл к ней. Взял кружку у неё из рук и убрал в сторону. Уткнулся лицом в её шею, погладил влажные кудрявые волосы. Даже сквозь аромат душгеля и шампуня до сих пор ощущался слабый запах дыма. Или ему это только казалось?
‒ Я всё ещё пытаюсь понять, что произошло, ‒ это было первое, что он сказал с тех пор, как вышел из ванной.
Она крепко прижала его к себе.
‒ Со временем мы в этом разберёмся, ‒ пообещала она, отстранилась и окинула его насмешливым взглядом. ‒ Очень мило с их стороны было отпустить тебя домой раньше срока.
‒ Всё дело в бюрократии, ‒ повторил он сказанную когда-то давно мысль. Кажется, это было утром. ‒ Центр временно закрыли, пациентов теперь приходится раскидывать по двум другим. Представляешь, сколько мороки с документами? Им просто не хотелось возиться ещё и со мной.
‒ Всё ещё не допускаешь гуманного отношения к своей персоне?
‒ Допускаю. Просто не от них.
Они замолчали ‒ и на кухне стало так тихо, словно время замерло вместе с ними. Где-то вдалеке пронёсся аэрокар: звук будто из другого мира.
Он коснулся её щеки, провёл пальцами по шее, боясь надавить сильнее, чем нужно.
Она склонилась ближе; губы коснулись его виска ‒ лёгкий, почти неловкий поцелуй, будто разрешение. Или вопрос.
Он коснулся её талии - медленно, осторожно, словно осваивал новый для себя приём.
Она соскользнула со столешницы и потянула его за собой.
Через пару часов Пиксель проснётся и обнаружит, что отгородка в спальный сектор опущена. Впервые в жизни.