Зелье из листьев тьмы

Темнело. Тэд сидел на колючей траве посреди лесной поляны, а рядом трещал маленький костер и стояла чёрная палатка. От скуки Тэд сидел, уставившись в пустоту.

— Ква-а.

Машинально повернувшись на звук, Тэд увидел её — маленькую и зелёную. Лягушка уселась на листик и протянула лапку. Тэд наклонился и заметил привязанную к ней бумажку. Чернильные буквы складывались в слова: «Пора. Найди Силвианн. В». 

В. Одна буква. Огромная многозначная буква, нацарапанная в уголке листочка. Карие глаза Тэда вспыхнули, потому что теперь всё понятно. Он вскочил, потому что теперь можно действовать. 

* * *

Сегодня родной лес, в котором Силвианн знала каждую тропинку и каждую веточку, казался огромной чужой чащей. Возможно ли здесь найти любимого лягушонка? Она искала, уверенно шла сквозь заросли по узким тропинкам, несмотря на то, что рыжие волосы постоянно цеплялись за ветки, а серая юбка путалась под ногами. Силвианн почти не следила за дорогой, и на развилке свернула не в ту сторону. Она подошла к Мёртвой реке слишком близко прежде, чем осознала ошибку. Её сердце дрогнуло и, кажется, на миг перестало биться. Вода бежала бешеным тёмным потоком, почти не отражая голубое небо, а это значит, что монстр рядом. Ещё немного, и из этого призрачного мира навсегда бы исчезла одна ведьма. Подняв глаза, девушка увидела лес на другом берегу. Огромный, жуткий до мурашек на спине, он возвышался над всем и всеми, угрожающе скрипел ветками и следил глазами чёрных воронов. К нему вёл шаткий деревянный мост. Глубокий вдох. Выдох. Надо возвращаться, искать Грэга.

Она сделала шаг и тут же замерла. Неподалёку стоял человек и смотрел на Чёрный лес. Ветровка, джинсы, тёмные волнистые волосы и зелёные кроссовки. Обычный горожанин, но что он забыл здесь, возле Мёртвой реки? Для пикника место неподходящее. Силвианн стала медленно отходить, а он повернулся к ней и натянул безмятежную улыбку. 

— Привет, — мягко сказал он.

— Привет. Не подходи к реке, — на всякий случай предупредила Силвианн. 

— Иначе что?

— Умрёшь. 

Она ушла, почти сбежала, не желая связываться с этим странным человеком. Как можно стоять в таком жутком месте и просто улыбаться незнакомке?

Вскоре усталость накрыла Силвианн волной: ведьма искала лягушку уже несколько часов. Хотелось просто лечь на землю и не вставать по крайней мере неделю. Застыв на месте, она сделала самое нелепое, что только могла — начала звать лягушку по имени: 

— Грэг! 

Тишина. Голос оказался настолько слабым, что даже ворон, сидящий на ветке ближайшей ели, скорее всего не услышал её. Силвианн постояла пару минут, сама не зная, чего ждёт, и в конце концов поплелась дальше, волоча за собой чёрную остроконечную шляпу. Добравшись до озера, она почувствовала холодные объятия темноты и плюхнулась на сырую землю. Хотелось уснуть прямо здесь. Целый день поисков. Надежда осталась только на это место. Ноги болели, голова казалась невыносимо тяжёлой, и ведьма свернулась калачиком, уткнувшись лицом в колени. Даже мягкий, полный жалости голос подруги показался подобным грохоту барабанов.

— О-о, Силви, ты чего такая печальная? Пришла утопиться? — с долей надежды спросила русалка, подплывая к берегу, а её длинные волосы тянулись за ней красивой волной бирюзового цвета.

— И тебе привет, Лаврина, — вяло отозвалась ведьма, не поднимая головы.

— Бедняжка Силви, что случилось? — ласковым, до тошноты сладким голосом спросила русалка.

— Силвианн, — с недовольством поправила её ведьма. — Меня зовут Силвианн. Напиши на хвосте и запомни.  

— Какая вредина, — заявила Лаврина и надула свои синие пухлые губы, изображая обиду. Только изображая, потому что она никогда не обижалась по-настоящему.

— Ты не видела Грэга? — спросила Силвианн, наконец подняла голову и уставилась на русалку полузакрытыми от сонливости глазами.

— Кого?.. А! Твою лягушку. Нет, не видела.

Заметив, как Силвианн вздохнула и погрустнела, русалка осторожно добавила:

— Слушай, когда я подарила тебе того лягушонка и сказала, что он теперь будет твоим лучшим другом, я пошутила. По-шу-ти-ла. Понимаешь?

Лаврина вопросительно взглянула на подругу туманными голубыми глазами.

— Он и правда мой друг.

— Конечно, — саркастично согласилась русалка, — а тот ворон — твой жених. — Она показала на большого чёрного ворона, который расхаживал неподалёку. 

— Опять он, я его уже видела сегодня.

— Вот видишь, свадьбу ждёт. Ну так что там с твоим Грэгом?

— Он не появляется уже третий день. Я подумала, что он мог уйти к твоему озеру. 

— Он слишком маленький, чтобы ходить так далеко. Наверное, сидит где-то около твоего дома и скоро покажется.

Силвианн это совсем не успокоило, она по-прежнему была готова вот-вот заплакать. 

— Да что ты так расстроилась?

— Я устала. Очень устала. 

— Одиночество совсем съедает тебя, — выдержав небольшую паузу, задумчиво произнесла Лаврина и вылезла из воды на большой камень. Её рыбий хвост блестел и переливался в свете полной луны. — Или скорее ты сама себя съедаешь от одиночества. Переезжай в город, — предложила она, но ведьма энергично замотала головой, даже слишком энергично, вопреки усталости. — Или можешь утопиться. Станешь русалкой, будем вместе здесь жить, будет здорово.

— Размечталась, — ухмыльнулась Силвианн. — Ладно, раз Грэга здесь нет, я пойду домой. 

Она встала, попутно отряхивая юбку от земли и травы. Лаврина тут же встрепенулась, подплыла ближе к берегу и заговорила с наигранным драматизмом:

— А как же я? Опять оставляешь меня одну. Для тебя лягушка важнее меня. Да и как ты пойдёшь в такую темень? 

— Ты всё время забываешь, что я ведьма.

Силвианн слегка взмахнула рукой, и из леса вылетели светлячки, окружив девушек. При их свете у Силвианн, на её круглом лице с мягкими чертами, стали видны следы усталости и тёмные круги под глазами, а резко очерченные скулы Лаврины показались еще более острыми. Какое-то время девушки молча смотрели друг на друга. Глаза Силвианн цвета тёмной листвы сливались с кустами и деревьями за её спиной, а глаза русалки, обычно тусклые, мёртвые, прояснились, в них неуверенно заиграли блики света. В конце концов ведьма подошла к воде и обняла подругу. Ей было всё равно на теперь мокрую одежду и холод, идущий от русалки.

— До встречи, — сказала Силвианн, отстранилась, сделала несколько шагов назад и едва не упала, наткнувшись на толстый корень дерева. — Увидишь Грэга — свистни.

— Обязательно, — хмыкнула русалка в ответ.

На лице ведьмы промелькнула тень улыбки. Несмотря на меланхоличность и обидчивость Лаврины, встречи с ней поднимали настроение. Так было с самого детства, когда Силвианн увидела на озере русалку. Та расчёсывала волосы гребнем, украшенным синими камушками. Хвост скрывался под водой, и поначалу её можно было принять за обычную девушку. Но рассмотрев получше её впалые щёки, бледные губы и мутные глаза, Силви решила, что она немного... неживая. Придя к такому выводу, она поёжилась, но не ушла, а попыталась заговорить с ней. Лаврина, пусть и не очень охотно, рассказала о том, как утопилась и уговорила водяного сделать её русалкой. При этом она время от времени медленно отводила печальные глаза в сторону, томно вздыхала и слегка ударяла блестящим хвостом по поверхности воды. Лаврина осталась красивой, несмотря на смерть. Во всей этой бледности и холодном, но игривом выражении лица было что-то очень притягательное. На вопрос, почему она утопилась, русалка ограничилась фразой: «Любовь — штука трагичная». 

Силвианн откинула нахлынувшие воспоминания и вместе со светлячками скрылась за деревьями. Озеро погрузилось в темноту.

* * *

Тишина, царившая в лесу, оглушала. Тэд закрыл уши, будто пытаясь спрятаться от неё, но это не помогло. Он почти слышал своё сердцебиение. «Так непривычно тихо», — думал он. Хруст сухих веток под ногами больше напоминал отвратительный звук, с которым ломаются кости мертвецов.  

Уже окончательно стемнело, и отыскать дочь Воллиса после того, как она убежала, стало гораздо сложнее. Тэд следовал за ней, но она словно специально петляла по самым узким и почти невидимым тропинкам, а потом затерялась где-то среди деревьев. Сейчас бы взлететь на сильных вороньих крыльях и осмотреть лес сверху… Ещё несколько шагов. Хруст. Хруст. Хруст. Тэд остановился, потому что, кроме шелеста травы под собственными ногами, услышал что-то ещё. Хруст, а затем свет. 

Ведьма вздрогнула, заметив силуэт Тэда. На секунду она замерла, но потом пошла дальше. Тэд, который стоял на её пути к дому, решил, что девушка подходит к нему. 

— Снова привет, — сказал он. 

— Опять ты, — отозвалась Силвианн, продолжая идти.

— Да, опять я. Я заблудился, — немного растерянно сообщил Тэд.

— Город на востоке.

— А восток — это где?

— Просто иди в ту сторону, — она остановилась и указала рукой влево.

— Можешь меня проводить? 

— Не могу. До города идти два часа, ты хочешь, чтобы я потом шла обратно ещё два часа? — В её голосе уже отчётливо слышалось раздражение. 

— А зачем тебе обратно?

— А зачем тебе в город?

Тэд поплёлся за ней, Силвианн не знала, как от него отделаться, и не хотела продолжать диалог. Проще было дойти молча и скрыться в доме, который Тэд не сможет увидеть. К счастью, парень не проронил больше ни слова, пока они не добрались до болота. Силвианн направилась прямо в топь, из-за чего Тэд осмелился схватить её за руку и остановить. Такая холодная… 

— Ты идёшь в болото?

— Я иду на тропинку. — Ведьма выдернула руку из его ладони и пошла дальше. 

Тэд не ответил и последовал за ней. Под их ногами действительно была узкая полоса твёрдой земли. Тэд старался ступать в точности по следам Силвианн, потому что боялся утонуть. Эту часть леса он совсем не знал. Там, куда не проникал свет насекомых, всё окутала почти непроглядная тьма. Только кривые силуэты голых деревьев выделялись на фоне чёрно-синего неба. Атмосфера на болоте была ужасающей. Тёмное и гиблое место. Повсюду торчали какие-то брёвна и ветки, похожие на руки мертвецов. Изредка раздавались странные булькающие звуки. Только они и прерывали вязкое, глухое молчание болота. 

— Силвианн, — осторожно позвал Тэд. — Можно вопрос? 

И услышав мычание, означающее «да», спросил:

— Почему светлячки летят с нами? В смысле, как... как ты это сделала?

Она вздохнула и неохотно ответила:

— Не уверена, что ты сейчас готов это узнать. Светлячки заколдованы.

— Что?..

— Я ответила на вопрос.

— Ладно. 

Вдруг довольно громкое и жуткое «кар» разрезало тишину и заставило Силвианн и Тэда одновременно вздрогнуть и замереть. Им стало не по себе, по коже пробежали мурашки. Где-то над их головами пронеслись чёрные тени, хлопая крыльями, а потом будто испарились. 

Несколько секунд ничего не происходило. Силвианн сделала шаг вперёд, но тени снова дали о себе знать. Три огромных чёрных ворона подлетели к Тэду и схватили его за шиворот мощными когтями. Он и моргнуть не успел, как его столкнули в болото, и Тэд оказался по колено в трясине. «Это конец», — подумал он. На этом вороны не остановились. Они стали рвать ему одежду и толкать ещё глубже в густую болотную грязь и ещё дальше от тропинки. Тэд молчал и даже не пытался сопротивляться. Ему ли не знать, что это бесполезно.

От испуга Силвианн потеряла концентрацию, и светлячки в панике разлетелись, так что теперь прибавилась ужасающая тьма. Из-за неё ведьма несколько раз промахнулась, но всё же смогла заклинанием прогнать птиц. Потом она превратила болотную жижу в обычную воду там, где застрял Тэд, и одним рывком вытащила его обратно на тропу. Тот сидел неподвижно, сильно дрожал, а глаза смотрели в одну точку. Куртка была порвана на плечах и спине. Ткань пропитали капли крови. Небольшие царапины растянулись и на лице. Вся одежда теперь была грязной и сырой.

Силвианн вернула часть светлячков, и как только насекомые снова закружили рядом, руки её опустились, губы сжались, а глаза как-то сами по себе закрылись. Нестерпимо хотелось спать. Эмоциональное потрясение дало ей силы на то, чтобы справиться с угрозой, но использование магии вымотало её окончательно. Она постаралась взять себя в руки, глубоко вздохнула и легонько потрясла Тэда за плечо, не задевая порезы. Тот медленно поднялся, и Силвианн, схватив его за руку, из последних сил рванула в сторону дома настолько быстро, насколько это было возможно в их состоянии. До конца тропинки оставалось всего несколько жалких шагов.