Глава 10. Немного тишины.
После ухода Аглаи ужин закончился быстро, у Арины испортился аппетит, а Георгий поспешил избежать общества Тани.
По тёмному коридору двигалась, в поиске сбежавшей из-за стола подруги, Даша. Она обошла уже не первую комнату, но везде было пусто и одиноко, только большая, словно из фильмов, луна заглядывала в окна большого дома.
Каждый шаг еле-заметно прогибал окрашенные в пыльно-рыжий деревянные доски, которые иногда тихонько и сухо поскрипывали.
В такой таинственной и одинокой тишине хочется молчать. Тишина... Она проникает в тебя и захватывает. Так много хочется тебе сказать в этой тишине, при этом не произнеся не звука. Выплакать все слова, которые не смог подобрать, чтобы объяснить свои чувства. Просто заплакать от того, что ты человек, а жизнь человека не может быть лёгкой. Обидится мокрыми глазами на то, что тебе не дали в этот мир чёткого сценария: кто ты, зачем здесь нужен, что должен сделать, и пойти скрипеть по доскам дальше, потому что назад отступают только слабые, а тебе хочется быть сильным.
Углубившись в свои мысли, Даша не сразу услышала тихое, певучее мычание, напев какой-то детской песенки, которое еле-слышно разносилось по коридору.
Замерев, девушка поняла, что звук доносится из приоткрытой двери ванной комнаты. Она осторожно заглянула в щель, надеясь найти здесь Аглаю, но разглядела только лунный свет, ровной полоской лежащий на полу.
Тогда, не уступая нерешимости, она как можно тише открыла дверь и проскользнула в ванную, оставив свою тень на полу.
Окно было открыто, и за ним, на надвесной крыше сидела...Нет, это была не Аглая, а Арина, покинувшая ужин после «урагана», и теперь тихонько гудевшая себе под нос.
Даше ещё ни разу в жизни не приходилось видеть подругу в таком состоянии, когда она не старается выглядеть определённой личностью в глазах других, а сидит одна на холодной крыше, опустив глаза в колени и находится
наедине с собой, своей душой своим сердцем и жизнью. Даша замерла, прислушиваясь к полушёпоту слов её песни. «Давай никому... не будем говорить, пока не наступит такая минута...» – совсем на детский мотив распевала «пророчица» и вдруг замолчала. Тишина опять наполнила пространство.
–Даша? - вдруг спросила она, не подняв голову с колен, и даже не обернувшись.
–Я... – вздрогнув от неожиданности выпалила Даша, не успев подумать, от того свой голос показался ей странным и чужим. –У тебя что глаза на затылке?
–Нет – хмыкнула Арина, наконец подняв голову с колен и посмотрев в усеянное звёздами небо.
Девушка выдохнула, из носа вылетел пар, на улице становилось всё прохладнее, но воздух так под настроение обжигал щёки, что не хотелось никуда идти, а просто замереть и слушать стук сердца.
–ты чуть скрипнула дверью, а потом замерла, так делаешь только ты...
Продолжала Арина
–Аглая бы сразу залезла ко мне, смеясь или, после сегодняшнего, плача, Таня бы зашумела, а хозяева этого дома и вовсе согнали бы. А ты... понимаешь тишину. И поэтому меня тоже понимаешь...
Она дотянула последнее слово и обернулась, заглянув в душу блестящими, серебристыми глазами, чуть приподняв брови, поджав губы, было видно, что её сердце холодно закипает, хочет сказать больше, но она молчит... смотрит, так, печально, волнующе, чтобы высказать всё глазами.
Арина, до сих пор не шелохнув ресницами, вдруг, чуть наклонила голову и отпустила нижнюю алую губку, приоткрывая рот.
–Даш, я... – голос замер, оборвался, девушка опустила глаза.
Именно сейчас Даша неожиданно поняла, что застала Арину в момент, когда душа хочет вылиться в этот мир чем угодно: песней, историей, слезами. Момент, когда жизнь кажется чем-то очень-очень глубоким, и хочется кричать, что-то сказать всему миру, что-то очень очень важное... и если Арина и приоткроет какую-то завесу тайн о себе, то только сейчас, в такую минуту забвения одновременно с прозрением.
Девушка подлетела к окну и положила руку Арине на плечо, вторая снова подняла глаза.
Серебристая полоска вокруг блестящего зрачка переливалась луной. Арина смотрела в лицо подруги, но как будто видела насквозь. Этот её взгляд всегда пугал.
–Что ты чувствуешь? – взволнованно спросила Даша.
–Не знаю... это странно... не могу объяснить
–Этот дом тебе что-то напомнил да? Что-то о книге? – вспомнила разговор за ужином подруга
–Напомнил, но не книгу... В книге я всё представляла по другому – она опустила веки и резко выдохнула, а затем скользнула взглядом по лицу подруги – а здесь, как будто я видела этот дом, всё знакомое и... ты не всё знаешь о моём детстве. – она резко посмотрела в карие глаза, ища в них поддержку.
Даша успокаивающим жестом провела рукой по её пушистым кудряшкам, собранным по бокам в мальвинку.
–Ты многое нам не рассказываешь... Так что я не удивлена. – потянула она, всё так же продолжая трогать волосы, а потом вдруг решительно посмотрела подруге в лицо, демонстрируя своё серьёзное отношение к ситуации.
–Что с тобой случилось? – отдельно выговорила девушка каждое слово.
«Пророчица» закрыла руками глаза, собираясь силами, а затем шёпотом, словно какую-то сказку, издалека начала
–помнишь, я рассказывала тебе, что потеряла в детстве красную туфельку... – голос дрогнул
—Причина по которой твоя мама иногда зовёт тебя «Туфелькой»? Помню.
—Да, в детстве она рассказывала мне сказку, про то, как злобный волшебник заманил маленькую девочку в лес, и она пропала. Её родители сбились с ног пока искали дочку, но нашли только красную туфельку с её ножки. Эту туфельку достали из лесной речушки, и поэтому все думали, что девочка утонула... Но на самом деле она
была жива и, сбежав от волшебника, вернулась домой, правда в одной туфельке...
Так вот, в детстве я думала что это просто сказка, однако... оказалось что эта история про меня. В три года я действительно потерялась в лесу.
Воцарилось молчание.
Вдруг Арина заплакала. Даша очень испугалась. Она не видела её слёз со времён начальной школы. Подруга приобняла девушку, положив руку на плечо.
–Я ничего не помнила, понимаешь?! Совсем ничего! – шмыгая носом говорила «пророчица» – родители потом говорили, что я вернулась, вся потрёпанная. Я пыталась вспомнить, хоть что-нибудь! Но мне было около трёх лет, и видимо из-за шока, моя память стёрла всё, что я пережила! Но этот дом! Я помню этот дом! – она всхлипывая уткнулась в Даши рукав. Та, до сих пор пребывала в шоке, но старалась сохранять спокойствие.
–Как ты помнишь этот дом? Просто знакомое место? Или какие-то события?
Арина вдруг отстранилась от уже мокрого рукава и замолчала. Несколько секунд она не произносила не слова... Будто оценивая насколько она может довериться. И вдруг заговорила полушёпотом, смущённо опустив ресницы.
–Я помню... глаза... Зелёные... Помню их взгляд. – она замолчала, и даже Даша не слышала сейчас, как трепетало её сердце.
Воцарилась тишина.