Церера. Восход тьмы.

Существует легенда, которой порой
Пугают детишек холодной зимой,
Она о народе, великом, былом,
Что сеял кошмары и ночью и днем...
Колыбельная, автор неизвестен.

Настоящее. Континент Фаервил. Королевский дворец.
Цикл 9777 от Прихода Первых, лье 132.

Сорокопуты-кровянки насвистывали песни, похожие на мелодии эльфийских флейт. В королевском саду гулял мужчина, одетый в чёрную мантию с причудливым узором из гранатов. Солнечные блики мерцали на золотой короне с багровыми камнями.

В королевском саду росли всевозможные растения, собранные со всех уголков королевства. Больше всего Виссариону Аль'Сивьери, нынешнему королю, нравились варриаские фай'кхситы – небольшие, ветвящиеся растения белоснежного цвета, лепестки которых аккуратно собирались в одну чашечку. Ствол этих невинных растений покрывался шипами с истекающим из них смертельным ядом.

В саду в это время не было ни души. Садовники всегда прятались в часы прогулок Виссариона по саду. Пение птиц на мгновение прекратилось, когда меж кустов скользнула тень. Но король не обратил на это внимание.

Подойдя к кустам фай'кхситы, Виссарион стал нежно поглаживать бархатные лепестки, погрузившись в воспоминания. Когда-то давно именно эти цветы он посадил одними из первых вместе с покойной королевой.

– Элли... Мне тебя не хватает. – Виссарион поднял взгляд заметив, что сорокопуты с интересом смотрят на него глазами-бусинками. Он попытался им просвистеть какую-нибудь простую мелодию, но пересмешницы лишь разлетелись в разные стороны. Сколько Виссарион себя помнил, никогда не мог угодить этим мерзким птицам. А вот если пела Эллаинера, сорокопуты замолкали, и лишь после окончания музыки, они повторяли мелодию на свой лад.

Виссарион услышал еле различимые шаги, раздавшиеся за спиной.

– Я говорил вам, швали текарийские, чтобы никого не было в саду, когда я здесь! – Монарх с ревом повернулся, ища взглядом нарушителя. Глаза Виссариона загорелись багровыми оттенками, а в руках сама собой образовалась плеть, ещё не высохшая от крови. Но цветочная аллея как была пуста до шагов, так и осталась. Лишь сорокопуты-кровянки, собравшись в небольшую стайку, закружились по небу от крика.

– Показалось... – Прошептал Виссарион, чьи глаза вернули оттенок грязного золота.

В это время среди травы проплыла темная дымка, приближаясь к королю всё ближе и ближе. Виссарион некоторое время прислушивался к окружавшей его тишине сада, недоверчиво смотря по сторонам. Но он так никого и не нашёл.

Повернувшись обратно к фай'кхситам, Виссарион ахнул от боли, что начала жечь грудную клетку, словно пламя. Король опустил глаза вниз и увидел руку, державшую кинжал «элиос», воткнутый на несколько сантиметров в грудную клетку. Виссарион рассмеялся, отплевывая чёрную кровь.

***

Виссарион Аль'Сивьери, стоя на коленях, пытался вытащить лезвие элиоса, в то время, пока Призрак стоял над ним. Но древняя магия Первоначала не давала ему даже коснуться клинка. Сквозь затуманенные глаза, Виссарион видел, что лезвие покрывали ярко-светящиеся символы на эскрипте, языке Первых Богов. Король поднял голову вверх и посмотрев на убийцу, усмехнулся:
– За что ты так со мной? – Перед тем, как потерять сознание, Виссарион услышал выражение, сказанное ещё первым из рода Драконов:
– Огонь побеждают огнём.

Виссарион упал на изумрудную траву, по которой стелилось его любимое растение – фай'кхситу. Шипы пронзили его тело, словно маленькие иголки, пронизывающие ткань во время шитья. Сорокопуты-кровянки среди криков услышали присвистывание, которое потом стали повторять снова и снова. Мелодию пересмешниц прерывало капанье крови на белоснежные лепестки цветков.

Настоящее. Континент Диссарпил. Под куполом.
Цикл 9777 от Прихода Первых, лье 134.

Солнце местами освещало хвойный лес. Последние лье месяца эписа выдались жаркими. Среди елей быстро мелькала тень. Держась за поводья, Амалия чувствовала как сердце замирает в груди, когда Хэлли – черная, как уголь, лошадь, перепрыгивала через сваленные деревья и выступающие из земли камни. За спиной у девушки друг о друга стучались стрелы и тисовый лук – единственная вещь, сохранившаяся у неё в память об отце. Вдалеке виднелось ярко-голубое небо без единого облачка. Для Багряного мыса, где жила девушка, это было редкостью.
– Ну же, Хэл, мы уже почти добрались, – сказала Амалия, и стукнула ногами о бока животного, – вперед!

Они добрались до места, где заканчивался лес и начинался Обрыв Тренировок. Амалия остановила животное и неуклюже спрыгнула, не забыв погладить Хэлли по любопытной морде.
В воздухе витал запах океана: соленый ветер обдувал лицо, оставаясь на самом кончике языка. Амалия отправила лошадь пастись, а сама села на край скалы, обняв себя за ноги и глубоко дыша. Прямо перед ней вихрем пролетела стая чаек, крики которых разносились со всех сторон.

Вдали виднелся Костяной океан. Амалии казалось немного пугающим такое название. Обсидиан рассказывал, что так его назвали из-за белой пелены тумана, которая часто стояла над водой. Из-за этого воды напоминали кости огромного чудовища. Девушка вздохнула, когда присмотрелась получше вдаль: было четко виден купол, который резко заканчивался сразу же после Обрыва Тренировок. Амалия каждый день с надеждой смотрела, надеясь, что этой ночью он исчез. Но купол, под которым она жила, был всё также на месте.

Сегодня для Амалии был особенный день – прошло ровно пять лет с того момента, как её дом, а вместе с ним и всю семью – уничтожил пожар. И теперь она живёт под этим куполом, спрятанной ото всех. За эти пять лет Амалия узнала о том, что в мире существует магия. Она бывает тёмной и светлой. Именно тёмная магия, как рассказал Обсидиан – маг, спасший её от гибели, послужил причиной пожара. С тех пор Амалия живет с ним и ещё одним парнем – Маем, в котором недавно проснулась сила огня.

Раздумья девушки прервал звук ломающихся веток за спиной. Быстро встав с места и натянув тетиву, Амалия стала прислушиваться. Хруст веток снова раздался из-за деревьев. Прицелившись, Амалия отпустила стрелу в сторону высокой ели.
Рыжеволосый парень, вышедший из-за дерева, поймал ее без особых усилий.
– Представляешь, если бы я не поймал? Всё, считай убила бы на месте. – Сказал Май с улыбкой, смотря на девушку. На вид ему было чуть больше двадцати лет.
– Ну не убила же, – Амалия положила лук за спину и взяла стрелу из руки юноши, – и давно ты следишь за мной?
– От самого дома. – Серьезно ответил Май, но после злобного взгляда девушки начал смеяться и продолжил, – Да не следил я, просто решил пройтись по лесу, а потом увидел Хэлли ну и понял, что ты тут. Напугать хотел.
– А, ну тогда не зря я стрелу в тебя пустила. – Амалия вскинула подбородок, ухмыляясь. Она внимательно посмотрела на веснушчатое лицо молодого парня. Несмотря на улыбку, взгляд у него был печальный. В последние дни под глазами Мая появились синяки, которые с каждым днем становились всё более заметными на бледной коже. Амалия хотела понять, что с ним происходит, но он каждый раз отшучивался и менял тему. Но почему? С каких пор между ними образовалось это недоверие?

Вздохнув, Амалия сказала:
– Ты как-то неважно выглядишь, может, всё-таки расскажешь, что с тобой происходит?
– Эх, кажется, я никогда не перестану восхищаться здешней красотой, особенно во-о-он за тем куполом, – и снова Май проигнорировал её вопрос. Амалия почувствовала нарастающее раздражение. Ну неужели было так сложно сказать? Она ведь хотела ему помочь.

Поставив ногу на камень, Май стал всматриваться вдаль, быстро и глубоко и дыша. Глаза его беспокойно метались из стороны в сторону.

Они немного помолчали, после чего Май вновь заговорил:
– Давай потренируемся, а то Обсидиан со мной заниматься не хочет. Но я-то знаю, что он просто боится проиграть. – Словно по-секрету произнёс молодой парень.
– Май, ты уверен, что стоит? Может сначала отоспишься? Что ты вообще делаешь ночью, а? А то у тебя такие синяки, как будто...
– Тш-ш-ш... – Май приложил палец с губам. И чуть наклонив голову набок, словно кот, проговорил. – Давай я не буду спрашивать тебя о том, где ты пропадала несколько дней и о новых синяках, а ты меня об этом? – Он указал рукой себе на глаз, улыбнувшись.
– О чём ты? Я всё время была дома. – Озадаченно проговорила Амалия. О каких днях он говорил? Амалия не покидала купола ни разу за эти пять лет даже на часик. А что уж было говорить про несколько дней?
– Да? – Май вскинул брови, но его лисья улыбка стала ещё шире. Он долго всматривался в лицо Амалии, словно видел её впервые в жизни. – Значит мне показалось. – Он пожал плечами. И словно этого глупого диалога не было, сказал, – так что, потренируемся? Или ты тоже боишься проиграть?

Амалия нехотя кивнула и отошла немного в тень леса. Странности Мая всё больше бросались ей в глаза. Но она решила, что сегодня он уже точно ничего не расскажет. Разве что, после тренировки. Поэтому, сняв лук и стрелы, и, отложив их в сторону, она достала из внутреннего кармана легкой куртки нож.
"Моя задача - бежать. Бежать, прятаться, бежать. Ничего сложного." – попыталась снять волнение Амалия. Ей не нравились эти тренировки, но выбора не было. Когда сидишь безвылазно под куполом, ищешь любую возможность, чтобы развеяться. Даже если это опасно для жизни. Амалия вытерла вспотевшие ладони о штаны.

Отойдя друг от друга на приличное расстояние, Амалия вытянула руку с кинжалом вперед, согнув колени. Она посмотрела на Мая и он кивнул ей, говоря тем самым, что готов.
Девушка с разбега кинула кинжал в мага, от которого тот с легкостью увернулся. Нож на половину застрял в ближайшем дереве. Амалия побежала в его сторону, но Май начал бросать в неё небольшие огненные шары. Девушка на бегу проскользнула под ним по траве, резко дернув огненного мага за ногу. Май с грохотом упал на острые камни, захрипев.
Амалия нашла глазами нож и вскочила с земли, выдернув его из дерева. Май всё ещё лежал, отходя от удара об камни.
"Бежать... Нужно бежать..."
– Вот это да, неужели сам Май, человек, управляющий огнем, так легко сдался? – Почти пропела Амалия. Ей хотелось его немного подразнить, чтобы скрыть страх.
– Во-первых, не управляющий, а учащийся, а во-вторых... Рано расслабляешься! – прокричал он ей в ответ, быстро поднявшись. В его руке то загоралось, то исчезало слабое пламя.
"Бежать... Вот теперь однозначно бежать!"

Амалия помчалась в лес со всех ног. Но на пути девушка кое-как перепрыгивала корни деревьев, торчащие из земли.
– Откуда... Здесь... Столько поваленных... Елей... – Устало выдохнула девушка, переваливаясь через очередной ствол с грацией тюленя.

Когда в боку нещадно закололо, Амалия остановилась, чтобы перевести дыхание. По лицу струился пот. Быстрое сердцебиение отдавалось во всём теле. От бега Амалию начало тошнить и она присела, надеясь оставить обед в желудке. Но у еды были другие планы.

"Класс.. Надеюсь, Май этого не увидит...!"
– Эй, тебе плохо? – С жалостью проговорил Май, подойдя к девушке. Она мысленно прокляла всё на свете, но в ответ только прикрыла рот рукой. Май положил ей руку на плечо. – Может на сегодня закончим?
– Я... В норме... – Еле-еле проговорила девушка, глубоко дыша носом. – Дай... Минуту... Отдохну...

Амалия ненавидела в этот момент всех на свете. Обсидиана за то, что заставлял её тренироваться с Маем. Мая, за то, что у того вообще появилась сила. Ну и себя конечно же не обошла: зачем плотно поела перед прогулкой?

– Прости, ты прав. – Наконец заключила Амалия, чувствуя, как её всю выворачивает. –  Мне совсем пло... Ай! – Но девушка не договорила своей фразы, вскрикнув от боли. Май сжал её плечо настолько сильно, что оно хрустнуло.
– Ты что творишь!? – Закричала Амалия, сдерживая подступающие слёзы. И в этот момент темноволосая девушка заметила в глазах юноши какой-то неизвестный до этого отстранённый огонёк. Лицо Мая в один миг перекосилось, словно от ярости. Амалия стала пятиться назад:
– Эй! Ну если ты так хочешь тренироваться, попроси Обсидиана! Хотя ты немного пугаешь, так что... – Произнесла девушка, но Май со стеклянным взглядом и горящим пламенем шел на неё. – Май... Что с тобой происходит? Ты меня очень сильно пугаешь!

Но он не реагировал на её слова.

"Бежать, бежать, бежать!"

Амалия взяла горсть земли и, кинув прямо в лицо Маю и побежала, что есть мочи.
«Кошмар... Нужно не забыть рассказать об этом Обсидиану», — промелькнула мысль.

Убрав землю из глаз, Май стал осматриваться по сторонам. Огненный цветок, медленно прорастающий в недрах его сознания, стал распускать свои первые обжигающие лепестки. Он видел призрака, мелькающий меж деревьев. Призрак бросил ему в глаза пыль, чтобы суметь убежать, но Май не мог дать ему это сделать.
Огненный парень раскрыл руки, которые горели по самые плечи, напоминая крылья. Вихрем погнался за Амалией, снося огненной стихией деревья. Май стал кидать огонь в верхние ветки, которые тут же загорались и падали сверху на девушку, которая уже с трудом перебирала ногами..
«Да что на него вообще нашло?! Ну всё, я с ним больше тренироваться не буду, так и скажу Обсидиану!»

Когда Амалия добежала до обрыва, то была готова упасть и больше не двигаться. Но тогда она точно умрет.
– Так... Надо спрятаться... – Амалия юркнула за огромную ель, скрывшись среди пышных веток. Её взгляд упал на большую палку неподалёку.

Достигнув этого же места, Май стал искать призрака, словно дикий зверь добычу. Дождавшись нужного момента, Амалия выпрыгнула из-за дерева, ударив парня палкой по голове.
– Надеюсь это тебя отрезвит! – Прокричала она вместе с хрустом старого дерева.

Взявшись за голову, Май обернулся и увидел испуганную девушку, а не призрака. Огненный цветок вновь спрятался где-то в глубине памяти.
– Я... Прости, не знаю, что на меня нашло...
– Мне плевать! Я пошла домой! – Чуть не плюнув прямо в лицо Маю от злости и обиды, выпалила Амалия.
– Стой-стой, я покажу тебе кое-что... – Май взял девушку за руку и резко перекинул через себя, спрыгнув со скалы, крепко держа ладонь Амалии в своей. Адреналин в крови дошел до максимума. Чувствуя, как сердце задрожало в груди во время падения, он взялся одной рукой за выступ, а другой продолжал не отпускать, висящую в воздухе Амалию, которая брыкалась, словно жук.
– Едрить тебя за ногу! Обдолбанный ты огневик! Ты что творишь вообще?! – Амалия в который раз возненавидела этот день. Сердце было готово выпрыгнуть из груди. – Сначала нападаешь ни с чего, теперь со скалы сбрасываешь! Если убиться хочешь, то один и скидывайся!
– Да, ну, Амалия... Посмотри, какая красота! Какое это чувство... Свободы! – выдохнул он из себя.
– Быстро. Подними. Меня. Наверх. Кальмаров ты засранец! Иначе я тебе устрою чувство свободы прямиком со скалы!
Всё ещё вися на обрыве, он крепче схватился за камень, а другой рукой поднял девушку к краю так, чтобы она смогла взяться за выступ. И опустил руки. В груди во время падения казалось, что сердце остановилось, было тяжело дышать.
Пролетев несколько метров, рыжеволосый приземлился на выступ в обрыве и снизу вверх начал смотреть на то, как Амалия заползает на гору, всё ещё громко чертыхаясь, словно старый дед. Он усмехнулся.
Потом Май обернулся к океану. Волны с шумом разбивались о скалы и капельки соленой воды попадали на лицо. Это очень освежает Мая, поэтому он часто бывал здесь. Вблизи с ним несколько ласточек залетели в свои гнезда прямо в скале. Птицы с негодованием смотрели на гостя, защищая свой дом.

С недавнего времени Май стал замечать за собой приступы гнева, и голос Цветка в голове. В такие моменты он всегда боялся, что окажется рядом с кем-то и причинит ему боль. И сегодня он чуть не убил Амалию.
– Что же я наделал... – проговорил он сам себе, – так, просто держи себя в руках... – Май старался успокоить себя, глубоко вдыхая соленый воздух.

Амалия с благоговением коснулась ровной поверхности и зеленой травы. Она уже представляла, как скрутит шею свою другу, когда тот поднимется. Только сначала Амалия собралась пролежать без движения несколько лет. Но ей хватило и десяти минут. Сев на край обрыва, Амалия начала кричать Маю:
– Ты там ещё жив?
– А с каких пор ты волнуешься за меня? – Эхом отозвался голос огневика.
– Ну, я сейчас буду возвращаться и хотела спросить: может быть, тебя подвезти на Хэлли. Но я уже передумала, так что, встретимся в дома! – Амалия, пошатываясь, встала и надела на спину лук со стрелами.
– Стой-стой-стой, меня подожди, я быстро! – вновь крикнул ей Май, раскрыв глаза.

Смотря наверх, Май начал глубоко дышать и резко оттолкнулся ногами от земли. Его прыжок был очень высоким, и он практически допрыгнул до самой земли, не хватило лишь метра. Рыжеволосый взялся двумя руками за отверстие в скале. Адреналин вновь прилил ему в кровь, и вены на руках стали светиться оранжевым цветом. Найдя небольшой, выступающий камень, Май аккуратно развернулся и снова резко оттолкнулся, взлетев высоко над скалой. Камень, на котором он только что стоял, упал вниз, потерявшись среди волн. Май с грохотом приземлился как раз в то время, когда стрела Амалии пронзила дерево.
– Эй, отличная меткость! – похвалил огневик девушку.
Амалия быстро достала ещё одну стрелу и натянула тетиву прямо перед лицом Мая, свирепо прорычав:
– Ещё раз так сделаешь, и я тебя пристрелю. Серьезно. – Она посмотрела на него со злобой, однако отпустила орудие.

Минуту помолчав, рыжеволосый вновь заговорил:
– Извини, что я так накинулся. Я... Это... Извини ещё раз. Ты права, мне нужно отоспаться.
Амалия, всё ещё дрожа то ли от злобы, то ли от страха, сказала:
– Всё нормально, просто тебе нужно... Чаще гулять?
"И желательно одному" – подумала про себя девушка, сглотнув ком в горле. Амалия выдернула стрелу из дерева и сложила её в колчан к остальным.

Сев на траву Амалия стала водить кончиком пальцев круги. Май сел рядом, внимательно наблюдая за её движениями.
– Не в обиду, но я просто не понимаю, почему тренировать тебя должна именно я. – Вздохнула Амалия. – У меня ведь и силы то никакой нет. Я и бегать то могу максимум на сто метров. Не говоря уже о том, чтобы защититься.
– Обсидиан в последние дни не общается со мной. Ну и ты знаешь его отношение к тебе, может, дело в этом?
"Да и лучше бы у меня тоже не было никакой силы. Одни проблемы с ней..." – Май вспомнил об огненном цветке и призраке в его голове.
  
Амалия немного покраснела, но ничего Маю не ответила. Лишь молча продолжала рисовать узоры на траве.

Май и Амалия рысью проходили через хвойный лес. Иногда пышные ветки царапали иглами лицо, если они не успевали вовремя наклониться. Сквозь деревья стал видеться дом, черепичная крыша которого была разрушена. Благодаря этому Амалия нередко проводила там время, смотря на небо. Она уже и не помнила, как выглядел мир за куполом. Поэтому Амалия часто закрывала глаза, представляя, как однажды она выйдет за его пределы и... И что она будет делать дальше? Вдруг за его пределами опасность? Убийцы? Или мир поглотила война? Болезнь?

Амалия не заметила, как оказалась у себя в комнате. Ей уже начало казаться, что недавняя прогулка ей лишь приснилась, но новые царапины, полученные во время тренировки, доказали обратное.
– Вот же Май... Из-за его слов теперь постоянно буду думать, что схожу с ума... – Амалия коснулась синяков на шее и ойкнула от боли.

"Как же странно... Почему я не могу вспомнить, откуда появилось это?" – подумала про себя девушка, стягивая грязную одежду. Оставшись полностью нагой, Амалия собрала волосы в хвост и подошла к зеркалу.

– Мать моя каракатица! – Ругнулась девушка, прикрыв рот от ужаса. Амалия оглядела в отражении своё искалеченное тело. Местами были виды синюшно-красные кровоизлияния. Многочисленные порезы. Десятки ссадин. Но сильнее всего её впечатлили отпечатки пальцев рук, идущие от шеи к рукам. – Что же... Как же так... – Амалия начала судорожно пытаться припомнить день, когда она получила все эти раны. Но это было бесполезно. А потом она стала замечать, как её отражение меняется. Отражение девушки начало мерцать, искажая черты. Амалия словно разрослась ввысь и в плечах, а лицо приобрело мужские черты. Отражение неизвестного человека скользнуло по её телу, а потом внимательно задержалось на лице. Неизвестный мужчина открыл рот, произнеся с шипением, словно змей:
– А вот и ты, дитя-я-я эф-фи-ра-а... Я Багдес-с-ст...

Амалия закричала, не заметив, что находилась в комнате не одна. Всё вокруг засияло золотом, прежде чем погрузиться во тьму.