Леила

Возвращение в собственный дом не было похожим на возвращение в клетку. Теперь это было пространство, которое им предстояло очистить от призраков. Джамал распорядился вынести старую мебель из гостиной, словно вместе с ней выбрасывал годы холода.
Спустя несколько дней:
Вечером, когда дом погрузился в уютные сумерки, они сидели на террасе. Джамал, глядя на звезды, тихо произнес:
— Знаешь, Лейла... я так долго винил тебя в том, что случилось с Хавой. В той аварии, в её смерти... Я думал, твоя подстава с вещами стала началом конца. Я почти забыл, как ненавидел тебя за это.

Лейла замерла.

Внутри неё всё похолодело.
— Джамал, — её голос дрогнул. — Да, я подставила её. Я была глупой, влюбленной и отчаянной девчонкой. Я подбросила те украшения ей в машину, чтобы твои родители увидели в ней воровку. Это был мой грех. Но я не убивала её. Я никогда бы не пошла на такое.
Джамал резко повернулся. В его глазах отразилось непонимание:
— Но те отчеты... фотографии тебя с тем человеком из порта...
Лейла покачала голвой, слезы брызнули из глаз:
— Какие фотографии? Какой человек? Я в тот день вообще не выходила из дома родителей!
Пазл в голове Джамала, который он собирал шесть лет (в её памяти) и два месяца (в реальности), внезапно рассыпался. Он увидел в глазах Лейлы такую искреннюю муку, что сомнений не осталось:
она говорит правду.

Он встал, не сказав ни слова, и ушел в кабинет. Дверь захлопнулась.
Два часа Лейла мерила шагами спальню. Сердце колотилось о ребра: «Неужели всё снова рухнет? Неужели он опять поверит лжи?».
Она слышала его приглушенный, яростный голос за стеной, короткие приказы по телефону. Он поднимал старые архивы, звонил людям, которые занимались безопасностью его семьи в то время.

Дверь распахнулась внезапно.
Джамал влетел в комнату, и прежде чем Лейла успела вскрикнуть, он сжал её в таких крепких объятиях, что у неё перехватило дыхание.
— Прости меня... — шептал он ей в волосы, и его голос вибрировал от ярости на самого себя. — О боже, Лейла, прости своего идиота-мужа.
Он отстранился, держа её лицо в своих ладонях. Его глаза были красными.
— Я только что получил записи и признание одного из бывших охранников, которого Хава подкупила. Лейла... это была её игра.
Он тяжело выдохнул, пытаясь осознать масштаб лжи.
— Она никогда не любила меня. Ей нужны были только счета и влияние. Она узнала, что ты начала что-то подозревать, копаться в её прошлом...
И она решила убрать тебя.
Тот человек, с которым тебя якобы «сняли» — это был её наемник. Она сама инсценировала твою встречу с ним с помощью подставных лиц, чтобы я возненавидел тебя навсегда.
Лейла слушала, приоткрыв рот. Мир переворачивался.
— А та авария? — прошептала она.

— Она хотела разыграть «нападение», за которым якобы стояла ты, — Джамал горько усмехнулся. — Она должна была слегка пострадать, чтобы я окончательно выгнал тебя из семьи. Но она была слишком самоуверенна. Человек, которого она наняла, не справился с управлением на той скорости. Всё вышло из-под контроля. Она погибла в ловушке, которую готовила для тебя.
Джамал снова прижал её к себе, зарываясь лицом в её шею.
— Я шесть лет... — она осеклась
— я всё это время верил картинке, которую она нарисовала. Я презирал тебя, считая убийцей, а ты была единственной, кто любил меня по-настоящему. Как ты вообще терпела меня, Лейла?
Лейла закрыла глаза, чувствуя, как с души падает последний камень. Прошлое действительно умерло. Теперь не было тайн, не было Хавы, не было вины.
— Потому что я знала тебя настоящего, Джамал, — тихо ответила она. — И я знала, что когда-нибудь ты откроешь глаза.
Он отстранился и посмотрел на неё с такой нежностью, от которой кружилась голова.
— Теперь я их никогда не закрою. Мы начнем всё сначала. Без лжи.