Глава 25
Я сижу на полу, прижав колени к груди, и чувствую, как от сырого воздуха по коже идут мурашки. Внутри — пустота, похожая на звон после крика. А снаружи все кажется приглушенным.
Лола.
Имя, которое до этой ночи ничего для меня не значило, теперь цепляется за каждую мысль, как заноза. Кто она? Почему я никогда о ней не слышала? Что таит в себе прошлое?
Мой взгляд направлен на Сью. Ее лицо серьезное и усталое. После моих слов подруга некоторое время молчит и только потом поднимает глаза — осторожно, будто это я стою на краю пропасти, и в любой момент что-то способно подтолкнуть вниз.
— Это было в прошлом году, — наконец говорит она. Голос звучит глухо, неуверенно. — На моем дне рождения. Алекс тогда пришел не один. С ним была девушка. Очень красивая, светлая, хрупкая, но, казалось, она была ярче нас всех. Сразу чувствовалось, что умеет притягивать внимание.
Я пытаюсь вспомнить тот вечер. Шумный, солнечный, почти беззаботный. Ведь была там, просто уехала раньше. Слишком рано, чтобы пересечься даже с Нейтаном. Тогда мне казалось, что я не пропустила ничего значительного.
— Они вели себя как пара, — продолжает Сью. — Алекс не сводил с нее глаз, уделял внимание только ей, смеялся над каждой шуткой, как будто ничего важнее в тот момент не существовало. Он ведь не часто подпускает кого-то так близко. Ты знаешь.
Ее взгляд падает прямо на меня. Где-то под ребрами ощущается болезненный «укол», но я лишь молча киваю.
— Помню, как говорил мне, что влюбился в Лолу по уши. Даже не пытался скрывать. Слишком сильно к ней привязался. А мы были уверены, что это взаимно. Ведь между ними ощущался не просто флирт.
Лив молча подходит к окну, и Сью на секунду отвлекается, а затем снова возвращается к рассказу.
— В тот вечер Нейтан появился только к концу праздника. Еще утром бурчал, что не пойдет на мой день рождения. Сказал, ему «неинтересны конкурсы для пятиклашек с пиньятой», — Сью закатывает глаза. — Но, видимо, передумал. Я помню, как изменился взгляд Лолы, стоило ему подсесть к нам. Весь вечер она не сводила с него глаз. Алекс стал просто фоном.
Я стискиваю зубы. Сцена сама складывается перед глазами, как пазл из чужих эмоций. Лола — яркая, решительная. Алекс, который достаточно замкнут в себе. И Нейт... он ведь умеет быть в центре, даже если молчит.
— Сложно сказать, что тогда происходило, — продолжает Сью. — Для Нейтана это было просто развлечением: подкалывать, смеяться. Возможно где-то мой брат и ответил на ее флирт, но ведь он и предположить не мог, что Лола пришла не одна. Ее поведение больше не давало оснований думать иначе.
Я прижимаю колени ближе и чувствую, как внутри что-то тяжелеет.
— Все началось уже после праздника, — голос Сью становится серьезнее. — Она начала звонить ему, приглашать на свидания, навязываться, а он, в общем-то, не возражал. Просто, как всегда, оставался честным, не обещая взамен ничего. Вот только Алекс не понимал, почему Лола вдруг отстранилась от него. Почему больше не ждала звонков, не хотела проводить время вместе. Он продолжал бегать за ней, пытался что-то изменить, а она... Кажется, так и не поговорила с ним напрямую, просто перевела в ранг друга. Возможно, именно это его подкосило.
Капли тяжело бьют по подоконнику, и я на секунду отвлекаюсь. Внутри все сжимается. Потому что... звучит слишком знакомо. Бассейн. Вечер. Слова Алекса. И то, как я не сказала тогда «нет», не остановила. А теперь в этом рассказе, на месте Лолы, мне видится собственное отражение.
— Через какое-то время он пропал, — голос Сью вытягивает меня обратно. — Я решила, что все улеглось, и он остыл. А вот поведение Лолы начинало все больше напрягать. Она часами караулила брата у ворот нашего дома, названивала и писала мне, когда он не брал трубки. Какое-то время Нейт старался не придавать этому значения, но потом между ними все же состоялся неприятный разговор.
Сью поднимает взгляд и направляет его на меня. В упор. Так, что даже глоток воздуха мне дается с трудом.
— Он может быть сложным. Резким. Иногда — невозможным. Но он честный, Эйли. Мой брат не станет тянуть за собой девушку, если не видит смысла. Никогда.
Опускаю глаза. В горле все вяжет, но я верю. Память сама подкидывает доказательства. Тогда в бассейне, он замер, не позволил себе лишнего, оставил мне право решать самой.
И на парковке... Сказал, что уедет, если я захочу остаться с Алексом. Стоял, почти не дыша, отвернувшись. Молчал — не потому что не чувствовал, а потому что не хотел давить.
Когда дело касалось чего-то действительно важного, Нейтан всегда позволял мне выбрать, даже если это ломало его изнутри.
От неожиданной мысли становится зябко: что если сейчас он не вернется? Пальцы сжимаются в кулаки. Пытаюсь согреться, но это не помогает. Да, я привязалась. Привыкла к его голосу, даже к тишине рядом с ним. Мне до ужаса хочется увидеть его снова.
— Лола сильно переживала, — продолжает Сью. — Не знаю, что именно она себе надумала. Может, поверила, что брат передумает, если проявить настойчивость. Но с ним это не работает.
Пауза затягивается, и я чувствую, что дальше будет нечто тяжелое. Не ошибаюсь.
— Однажды, Лола оставила записку. Письмо с признанием. И... наглоталась таблеток. Она была почти без сознания, когда Алекс ее нашел. Он просто заехал, как раньше и... успел. Ему пришлось самому делать ей искусственное дыхание, пока не приехала скорая.
Я закрываю глаза. Вот она — боль. Та, что была сегодня под каждым их взглядом, словом, жестом во дворе. Лола. Не просто девушка из прошлого, а трещина, которая так и не срослась.
— И что было дальше? — спрашиваю, но голос будто не мой.
Лив все это время молчит. Стоит у окна, прислонившись плечом к раме, и не задает ни одного вопроса. Только сейчас замечаю, как она напряжена.
— Не скажу точно, — отвечает Сью. — Алекс после этого ушел в себя. Мы старались не говорить с ним об этом. А Лола... Знаю, что она несколько дней провела в реанимации. Потом была закрытая клиника. И только после этого родители перевезли ее в другой штат.
Я чуть выдыхаю. Не потому что стало легче — просто воздух все это время стоял где-то на уровне горла. Однако, внутри мысли по-прежнему разбиты.
Тишину прерывает голос Лив.
— Это так глупо, — тихо говорит она, отходя от окна. — Таблетки. Записка. Я понимаю, ей было больно. Но... никто не обязан любить кого-то в ответ. Понимаете?
Мы со Сью одновременно поворачиваемся к ней.
— Самая большая ошибка — полагать, что только твои чувства настоящие. В этом легко утонуть. Что и случилось с Лолой. Ее поступок... он не заставил бы Нейта полюбить. Только вызвал бы вину. А вина — это не любовь.
Лив делает паузу, словно дает нам осознать сказанное.
— Настоящая любовь — это когда даешь другому право выбрать. И если результат оказался не в твою пользу — суметь отпустить. Да, Лола выбрала Нейта. Он — не влюбляться. А Алекс... просто не смог чужой выбор принять. Посмотрите, к чему это привело.
Сью едва заметно кивает.
— Это объясняет, — говорит она. — Но не оправдывает.
Лив опускается на кровать.
— Мы ведь тоже ошиблись. С Алексом. Он держал все в себе, а мы... просто обошли стороной. Молчали. Хотя у него на руках едва не умерла любимая. Буквально, — ее взгляд переключается на меня. — Возможно, поэтому он так цепляется за Эйли. В его глазах ты — второй шанс. Попытка все переиграть.
Я не знаю, что ответить. Молчу. Просто слушаю.
— Мы должны уметь видеть причины. Чтобы самим не стать такими же, — продолжает она. — Чтобы не тянуть за собой кого-то, кто не выбирал этого. Честность — единственный способ двигаться вперед. Без этого мы заперты в прошлом.