Третий - не лишний.
В одну из весенних ночей родился тот, кто перевернул наш мир с ног на голову... Я даже представить себе не могла, как изменится наша жизнь. Наша привычная жизнь, в которой мы, каждый по своему, были счастливы на протяжении шести лет. Жизнь, в которой мы всегда были вместе. Жизнь, где мы ездили отдыхать, встречались с друзьями, устраивали романтические вечера и просто спали в одной постели. Жизнь, где не было ссор и оскорблений. Жизнь, в которой мы любили друг друга без оглядки на прошлое и без притязаний на будущее.
После рождения малыша Александр сильно изменился: да, он по-прежнему, говорил, что любит меня, но я этого уже не чувствовала. Я старалась не обделять мужа вниманием, но он говорил, что я только и делаю, что занимаюсь сыном. При этом все домашние обязанности Саша взвесил на меня, ведь я находилась в декретном ОТПУСКЕ, а он работал на благо семьи. И если, по началу, я думала, что это дурацкая ревность, ведь у меня появился ещё один мужчина, пусть и крохотный. То потом, спустя два года, пришла к выводу, что ему на меня плевать. Мы стали ссориться; я начала плакать по ночам в подушку. А любовь... казалось, что она прошла, испарилась подобно воде в жаркий день.
— Нас пригласили на день рождения Нацвалова в эти выходные. Я сказал, что приеду один, — поставил меня перед фактом, некогда обожаемый, отец моего ребенка, зайдя в комнату.
— И зачем ты мне это говоришь? — мне было обидно, что он ничего не сказав, принял решение за нас обоих.
— Чтобы ты не теряла меня и не звонила, доставая с дурацкими вопросами, — довольно грубо ответил он.
— Ясно.
Алекс развернулся и, молча, вышел из комнаты. Одинокая слеза скатилась по щеке и, вытерев её, я переключила внимание на сына. Антошка сидел на полу и разбрасывал игрушки, доставая их из ящика. Когда он закончил, то подошёл ко мне и обнял.
— Мама, — сколько тепла и нежности было в этом маленьком светловолосом мальчике. Сколько чувств, которые он, пока, не мог высказать, но активно демонстрировал.
— Я тоже тебя люблю, мой родной, — легонько обняв его маленькое тельце, сказала я.
Малыш разжал свои ручки и побежал в другую комнату... к папе. Я последовала за ним.
— Иди ко мне, мой пупсик, — муж взял Антошку на руки и поцеловал, а после поставил обратно на пол.
— Папа, бибика, — малыш схватил отца за руку и потянул в детскую.
— Антон, поиграй с мамой. Папа устал и хочет отдохнуть.
Но сын не унимался:
— Папа, бибика.
Саша высвободил руку и сел на диван, а малыш плюхнулся на попу и заплакал.
— Не плачь, мой маленький, — взяв сына на руки и поглаживая его по голове, говорила я, успокаивая малыша. — Папа завтра с тобой поиграет.
Антон, всхлипывал и вытирал слезы, растирая их по щекам.
— В этом доме когда-нибудь будет покой? — рявкнул муж и я, ничего не ответив, вышла из комнаты.
И такие сцены были в нашей семье постоянно.
Иногда я смотрела на Александра и не могла понять: всегда ли он был таким, а я просто идеализировала его, потому что любила и носила "розовые очки", или он превратился в жестокого и холодного не так давно?
Малыш сильно изматывал меня, а помощи просить было не у кого. И после очередной ссоры с мужем я не выдержала. Дождавшись утра, я собрала сумку с вещами, и мы с Антоном ушли. Заложила обручальное кольцо и крестик с цепочкой в ломбард, а на вырученные деньги сняла комнату у одной пожилой женщины и купила еды. Уже к утру следующего дня мой телефон был переполнен пропущенными вызовами и сообщениями от мужа, но я даже смотреть не хотела содержание его посланий. Он звонил день и ночь, но я, всякий раз, сбрасывала звонок. Спустя ещё неделю постоянных нервов и недосыпа, слёз и переживаний я всё же ответила:
— Что ты хотел? — спросила сдержанно и почти бездушно.
— Где ты? Где мой сын? — в голосе Александра была тревога.
— Там, где мы с Антоном не будем тебе мешать... — слёзы предательски подступили к глазам, и ком застрял в горле.
— Рита, родная моя, только не вешай трубку. Выслушай. Прости меня. Прости за всё, что я тебе сделал. Я люблю вас. Без тебя и без Антошки моя жизнь потеряла смысл. Умоляю: вернись домой.
Сынишка подошёл ко мне и, показывая крохотной ручкой на телефон, поинтересовался:
— Папа?
— Да, малыш, это папа, — ответила я ему.
Саша продолжал говорить:
— Скажи мне, где вы находитесь, и я приеду к вам.
— Для чего? Чтобы снова оскорбить и унизить?
— Нет. Я всё осознал. И больше никогда не причиню тебе боль. Вы нужны мне. Вы оба.
Мне так хотелось верить его словам, но я боялась, что если сдамся, то всё вернётся в прежнее русло. Я больше не могла сдерживать слезы, и они нескончаемым потоком полились по моим щекам. Увидев, в очередной раз, плачущую маму, Антон забрался ко мне на колени и, крепко обняв за шею, тоже начал всхлипывать.
— Любимые мои, не плачьте. Папа скоро приедет и заберет вас домой, — из телефона доносился ласковый голос мужа. Он повторил свой вопрос: — Рита, пожалуйста, скажи мне, где вы находитесь?
И я спасовала. Продиктовав адрес, нажала на отбой, и прижилась к сыну.
Спустя полчаса в дверь позвонили. Я подошла и открыла. На пороге стоял помятый, заросший щетиной, с синяками под глазами, но такой родной Саша. В руках он держал большой букет белых роз и новую машинку для сына. В его глазах, отчетливо, читались боль и раскаяние.
Антошка подбежал к двери с криками "Папа", но увидев игрушку, переключатели внимание на неё.
Саша шагнул внутрь квартиры и протянул мне цветы, но я отступила назад, рефлекторно скрестив руки на груди.
— Прости меня. Я знаю, что последние два года вёл себя, как конченый урод. Я думал, что больше не нужен тебе, после того, как у нас появился сын. Меня раздирали, ревность и обида, будто я отработанный материал и потому так глупо и по-детски реагировал. А ты...ты ушла, и жизнь потеряла смысл. Любимая моя, вернись ко мне. Ведь ты — моё всё.
Муж положил цветы к моим ногам и заключил в свои объятия.
— Я так сильно люблю тебя, — прошептал он мне на ухо.
— И я люблю тебя, — ответила, тихо всхлипывая.
Саша немного отстранился и, стерев слёзы с моего лица, горячо поцеловал, а после взял сына на руки со словами:
— Хватит заниматься глупостями. Поехали домой.
Прошло время, и теперь я понимаю, что с рождением ребенка мы прошли суровое испытание семьи на прочность, уготованное для нас вселенной или судьбой, как хотите. Бесспорно, наши отношения изменились, наверное даже, в лучшую сторону. Мы вместе. Я и Саша по-прежнему любим друг друга. А совсем скоро у нашего Антошки будет маленькая сестричка. Саша говорит, что дочь он будет любить сильнее меня. Ну что ж, поживём — увидим.