Глава 325: Бангкок (1)
Четыре синопсиса, которые изучал Джозеф, лежали перед ним как тонкие, пульсирующие сердца возможных будущих миров. К каждому прилагался сокращённый сценарий — лишь намёк, предвкушение истории. Их источником был голливудский гигант, Universal Pictures. По сути, это были лишь концепции, зёрна идей, которые Джозеф, нанятый студией исполнительный продюсер, заранее разослал разным сценаристам.
Всё это случилось ещё до недавней командной встречи.
Меган Стоун, креативный директор, тоже была в курсе исходной концепции. Universal показали её ей при присоединении к проекту. Идея, отталкивающаяся от «Джекила и Хайда», кружилась вокруг диссоциативного расстройства личности, расщеплённого «я». Но голый концепт — ничто, пока он не пройдёт через горнило писательского сознания.
Только в руках сценариста идея обретает плоть, кровь и дыхание.
Синеватые папки в руках Джозефа и были этим преображённым плодом. На создание синопсисов и черновиков ушло немало времени, но работа была завершена. Интриговало другое.
Кто бы мог подумать, что они окажутся настолько разными?
Тот факт, что 4 истории, выросшие из одного корня, разошлись в совершенно разные стороны, создавал ощущение, будто перед ним лежали сценарии к 4 независимым фильмам. Что было естественно, учитывая, что над каждым работал отдельный мастер. Но великан Джозеф всё равно улыбнулся, вновь ощутив давно знакомое, странное щекотание творческой тайны.
Мир творения — вечная загадка.
Голливудская система написания сценариев отличалась от корейской. Конечно, бывали режиссёры-авторы, но это была редкость, удел избранных. Обычно же всё происходило именно так, как сейчас: концепцию раздавали нескольким сценаристам, словно семена, чтобы посмотреть, что взойдёт на разной почве.
И, разумеется, этим занимался не один человек.
Более того, сценаристам строжайше запрещалось знать о существовании друг друга или контактировать. Несколько умов в полной изоляции рожали свои версии на основе одной исходной точки. Готовые синопсисы ложились на стол исполнительным продюсерам вроде Джозефа, и уже потом студия и продюсеры совместно выбирали единственный, самый многообещающий росток.
И только после этого выбора начиналась настоящая, полномасштабная работа над сценарием.
Другими словами, в тот самый момент Джозеф выбирал будущее голливудского фильма. Безусловно, продюсерская компания также имела голос, но львиная доля власти была сосредоточена в его руках. Не будет преувеличением сказать, что этот единственный выбор определял грядущий успех или громкое, дорогостоящее фиаско.
Провал отбросил бы тень на всех: на самого Джозефа, на его протеже Меган, на всех ключевых голливудских игроков, которых он с таким трудом собрал на первую встречу. Огромные инвестиции могли обратиться в прах.
Именно поэтому Джозеф Фелтон, чей рост превышал 190 сантиметров, вновь и вновь перечитывал уже знакомые тексты. Нет, ему предстояло перечитывать их бессчётное количество раз. От первого ко второму, от второго к третьему, к четвёртому. И снова — к первому.
Он читал быстро, натренированным взглядом продюсера, выискивающего алмаз среди породы, но время всё равно текло незаметно.
Наконец он откинулся, положив последний синопсис обратно на стеклянную столешницу. Скрестив длинные ноги, он пробормотал в тишину кабинета:
— Триллер, нуар, криминальный боевик, чёрная комедия... Жанры разбежались, что лишь усложняет выбор. Что ж, в этом, наверное, и есть прелесть нашей работы.
Уголки его губ поползли вверх.
Как бы я был благодарен, если бы кто-то мог просто заглянуть в будущее произведения и сделать выбор за меня.
Это была частая фантазия Джозефа в такие моменты. Хотя такого человека не существовало, он всегда лелеял эту мысль.
Не может быть никого, кто обладал бы таким почти божественным даром.
В этот момент в его сознании, подобно вспышке, возник образ.
Нет. Похоже, один такой человек всё же есть.
Мысль великана обратилась к корейскому актёру. Кан Ву Джин. В его фильмографии не было ни одного провала. Более того, его карьера была в самом разгаре, на восходящем тренде. В Корее и Японии ему уже дали прозвище — «Прикосновение Мидаса».
Конечно, это заслуга его острого чутья и исключительного умения выбирать проекты. Но на таком уровне... это граничит с чем-то сверхъестественным.
Немного поразмышляв, Джозеф тихо проговорил вслух, как бы пробуя идею на вкус:
— Если позволит время... возможно, стоит ненавязчиво показать ему эти синопсисы.
Он поправил скрещённые ноги и осторожно отодвинул папки в сторону, доставая другие файлы. В них содержался список потенциальных голливудских режиссёров, а также детали предстоящей поездки в Бангкок. Поездка, разумеется, была связана с Кан Ву Джином и поиском локаций для «Благородного зла».
— С режиссёром определимся, как только утвердим синопсис. Начнём с более осязаемого.
Он открыл файл по Бангкоку. Переговоры со стороной Ву Джина и командой сериала уже были согласованы. Джозеф пробежался глазами по списку сопровождающих: он сам, кастинг-директор Меган Стоун, уже нанятые каскадёры и несколько топ-менеджеров из Universal Pictures.
Вырисовывалась довольно внушительная делегация.
Переместить такую группу разом было непростой задачей. Личная заинтересованность Джозефа и Меган в Ву Джине была одним делом, но убедить остальных членов команды — другим. Однако Джозефу удалось продать идею, преподнеся поездку как многоцелевую миссию.
— Бангкок, а затем сразу — Франция. Давно у нас не было такого насыщенного графика.
После Бангкока команда Джозефа планировала отправиться на Каннский кинофестиваль.
Тем временем, после длительной встречи с Майли Карой, режиссёр Сон Ман У, Ким Со Хян и Чхве На На тем же вечером сели на самолёт и вылетели обратно в Корею.
Они ступили на корейскую землю 12-го числа.
Сон Ман У, чья воля, казалось, была выкована из стали, даже прибыв домой, не позволил себе остановиться.
— Вы все хорошо поработали. Отдохните, встретимся завтра.
— Да, режиссёр-ним. Но вы разве не домой? Сразу в офис?
— Надо. Завтра читка сценария.
— Вам бы хоть немного отдохнуть. Будет ужасно, если упадёте без сил.
— Не беспокойтесь, я не впервые. Выдержу.
Читка сценария «Благородного зла» была назначена на полдень 13-го. В ней должны были участвовать и Ким Со Хян, и Чхве На На, но сегодня спешить приходилось только Сон Ман У. Завтрашний день отмечал первую веху в глобальном вызове сериала, окончание долгой подготовительной фазы. Времени на отдых не было.
Вскоре продюсер вернулся в DM Production.
В то же самое время Кан Ву Джин, как и следовало ожидать, нырял в водоворот своего графика. Утром — грандиозная автограф-сессия как амбассадор бренда, сейчас он направлялся на дополнительную рекламную съёмку, вечером — запланированная трансляция в соцсетях для общения с поклонниками.
Ах, как хочется зевнуть. Надо бы спуститься в Пустоту и как следует подзарядиться.
Погружённый в свою концепцию, Ву Джин изо всех сил сдерживал зевок, когда телефон в его кармане мягко завибрировал. Личное сообщение. От ведущего японского актёра, Маны Косаку. Короткое «Как дела?» и несколько скриншотов японских статей.
«Они что, взяли курс на вирусный маркетинг? Заявление Кан Ву Джина о «Жутком жертвоприношении незнакомца» распространяется как лесной пожар!»
«Высокомерие или уверенность? Заявление Кан Ву Джина о японской киноиндустрии вызвало неоднозначную реакцию экспертов».
В статьях, присланных Косаку, доминировали новости о фильме и о нём самом.
Какая наглость. Я просто сказал то, что думал.
Ву Джин тихо усмехнулся, отправил небрежный ответ и открыл японские порталы. 15 минут скольжения по новостным лентам и соцсетям привели его к одному выводу:
Они действительно выложились по полной в рекламной кампании.
Продвижение «Жуткого жертвоприношения незнакомца» вышло на новый, агрессивный уровень. Фактически, с момента той пресс-конференции режиссёр Кётаро Таногути и его команда не пропускали ни дня, непрерывно подбрасывая японским СМИ новые детали.
«После пресс-конференции: монтаж «Жуткого жертвоприношения незнакомца» будет завершён к концу месяца, релиз намечен на конец октября».
«Унаследовать уверенность Кан Ву Джина? Команда «Жуткого жертвоприношения незнакомца» анонсирует многократное расширение масштабов премьерных мероприятий».
Они добросовестно выполняли план по усилению активности.
Ву Джин, молча наблюдая за японским медиаполем, позволил себе на мгновение пофантазировать.
После всей этой нарастающей шумихи... японцы сойдут с ума, когда фильм наконец выйдет?
Одна лишь мысль о возможных последствиях вызвала лёгкий холодок под кожей. Но лишь на миг.
Что ж, мне бояться нечего.
Он отбросил мысль. В конечном счёте, не имело значения, станет ли это грандиозным событием или нет. Главное — чтобы проект достиг цели. К моменту прибытия на следующую съёмку у него благодаря буферу оставалось около получаса.
В последнее время основной фокус его внимания сместился на «Пиявку».
Продюсерская компания фильма, до этого хранившая почти монашеское молчание, активизировалась после закрытого показа несколько дней назад. В результате «Пиявка» стала одной из самых горячих тем в корейских медиа.
[Обсуждение] Участник Каннского кинофестиваля «Пиявка» успешно прошёл закрытый показ. Всё внимание — к тому, в какую секцию он попадёт!
На данный момент фильм был официально приглашён в Канны и завершил все формальности. Однако конкретная секция, в которой он будет представлен, оставалась неизвестной. Грандиозный Каннский фестиваль, вершина «большой тройки», включает в себя различные секции. Основная и самая престижная — «Основной конкурс». Затем следуют «Особый взгляд», «Внеконкурсный показ» и другие.
В основном конкурсе обычно представлено около 20 фильмов со всего мира, и именно там разыгрывается главный приз — «Золотая пальмовая ветвь».
Также вручаются Гран-при, приз за лучшую режиссуру, за лучшую мужскую и женскую роль, за лучший сценарий. Эти награды — сердце и душа Канн, за них сражаются кинематографисты всего мира.
Объявление было не за горами.
Каннский кинофестиваль объявит официальную программу Основного конкурса 17-го сентября. Сколько корейских фильмов, включая «Пиявку», войдут в список?
Фестиваль проводит специальную пресс-конференцию во Франции, чтобы одновременно огласить все фильмы-участники. Трансляцию можно смотреть в прямом эфире. Объявляются только фильмы основного конкурса; остальные публикуются на официальном сайте позже.
Короче говоря, уже само попадание в Канны было честью. Но чтобы по-настоящему громко заявить о себе в мировом масштабе...
Попадёт ли тщательно выстраданный фильм режиссёра Ан Га Бока «Пиявка» в Основной конкурс Канн в этом году?
Это был первый и решающий шаг.
13 сентября. DM Production.
Дверь в большой конференц-зал компании, ответственной за «Благородное зло», была плотно закрыта. Снаружи дежурили несколько сотрудников, а на стеклянной поверхности красовалась аккуратная табличка:
ЧИТКА СЦЕНАРИЯ «БЛАГОРОДНОГО ЗЛА»
Да. Внутри шло самое первое, ритуальное прочтение будущего сериала. Массивный стол в форме прямоугольника в просторном зале был окружён актёрами. По периметру расположились ключевые члены съёмочной группы: продюсеры, постановщик экшена, оператор-постановщик. Присутствовал и Итан Смит из зарубежной каскадёрской команды.
Читка корейского сценария... довольно похоже на голливудскую. Разве что немного сдержаннее.
Среди присутствующих были исполнительный директор Ким Со Хян и другие представители Netflix, в результате чего общее число участников перевалило за сотню. Во главе стола, естественно, восседали режиссёр Сон Ман У и сценаристка Чхве На На.
— Далее — представление актёров.
Большинство собравшихся были либо новичками, либо актёрами с ограниченной известностью. Выделялись лишь несколько узнаваемых лиц, вроде Ха Ган Су, скрывавшихся под кепками. Также присутствовали новоиспечённые Лим Хэ Ын с миловидной, но скрытной внешностью и Чо Му Чан, излучавший юношескую свежесть. Но и они не могли похвастаться громкими именами.
Центром притяжения этого многолюдного собрания было одно-единственное имя.
— Роль Чан Ён У исполнит Кан Ву Джин.
— Здравствуйте. Я Кан Ву Джин. Буду рад плодотворной работе.
Несмотря на то, что с его дебюта прошёл всего второй год, он уже был актёром с мировым резонансом, а по степени влияния и значимости внутри страны ему не было равных.
Его персонаж, Чан Ён У, делал в сериале свои первые шаги. Но все в зале знали: это лишь видимость. Ву Джин уже давно вышел за рамки простых «первых шагов».
Спустя несколько десятков часов в корейских СМИ начали появляться первые материалы о «Благородном зле».
[Фото] Актёры сериала Netflix «Благородное зло», включая Кан Ву Джина, собрались на читку сценария.
«Читка сценария «Благородного зла» успешно завершена. Кан Ву Джин в главной роли готовится покорить мир».
Ровно 4 дня спустя, в пятницу, 17 сентября.
До начала зарубежных съёмок «Благородного зла» оставалось всего около 3 дней.
Как только Кан Ву Джин устроился в кресле фургона после очередной фотосессии, его рука инстинктивно потянулась к телефону. Чхве Сон Гон, сидевший напротив, сделал то же самое. Было около 16:00. Внешне Ву Джин оставался образцом ледяного спокойствия, но внутри всё сжалось в тугой, трепещущий узел.
Объявление программы Канн должно было уже начаться!
В Корее был полдень, но во Франции — утро. Именно сейчас, в эту самую минуту, в Каннах должны были огласить официальный состав фильмов Основного конкурса.
Пальцы Ву Джина быстро скользнули по экрану, открывая YouTube. Ссылка на трансляцию уже была сохранена. На экране появилось лицо директора фестиваля — лысеющего мужчины в очках. Под вспышками фотокамер он спокойно говорил в микрофон, один за другим объявляя 20 фильмов, удостоенных чести войти в главную программу.
Именно эти картины станут центром вселенной Канн в этом году. Их имена войдут в историю.
Хорошо, они только начали. Я успел.
Ву Джин впился взглядом в экран. Директор фестиваля говорил на французском, но бегущая строка перевода давала понять суть. Первый фильм — французский. Второй — японский. Третий — немецкий, затем — британский. Список продолжался. Вот объявили 15-й фильм. Снова Япония. О Корее — ни слова.
16-й... 17-й... 18-й...
Сердцебиение, обычно не ощутимое, начало отдаваться глухим гулом в висках.
19-й!
Анонс приближался к концу. Но 19-й фильм снова оказался французским.
Ах, чёрт!
Проклятие едва не сорвалось с его внутренних уст, но внешне он лишь на миллиметр сильнее сжал челюсть.
В тот самый момент, когда казалось, что надежда иссякла, голос с экрана произнёс:
— Двадцатый и последний фильм, отобранный для Основного конкурса. Режиссёр Ан Га Бок, Республика Корея. «Пиявка».
Имя прозвучало. Последним. Самым весомым аккордом.
«Пиявка» был в Каннах. В Основном конкурсе.