Глава 125: Фейерверки (5)
Ослепительная какофония вспышек обрушилась на Кан Ву Джина. Пресс-конференция, посвящённая «Просто друг», в одно мгновение превратилась в его личный адвокатский стол.
Журналисты неистово щёлкали затворами, не прекращая ни на секунду.
На сцене Кан Ву Джину удавалось сохранять ледяную маску, хотя внутри он задавался вопросом, реальность это или бред.
Я сейчас ослепну. Совершенно точно ослепну.
Но слабость была непозволительной роскошью. Ву Джин максимально использовал свой публичный образ — стоическое, отстранённое выражение лица, которое теперь навеки запечатлевали объективы более 50 фотографов.
Затем вопросы посыпались, как град.
— Господин Ву Джин! Вы лично встречались с режиссёром Кётаро Таногути?!
— Когда начались переговоры?!
— Какую роль вы сыграете в «Жутком жертвоприношении незнакомца»?!
— Вы знакомы с писательницей Акари Такикавой?!
— Это беспрецедентно! Каков ваш гонорар?!
— Сюда, господин Ву Джин, посмотрите сюда!
— Вы уже встречались с японскими актёрами, вашими будущими партнёрами?
— У вас и так невероятно плотный график! Как вы со всем справитесь?!
— Как вам, новичку, удалось получить главную роль у японского мэтра? Расскажите о процессе!
Вопросы били в него с той же неумолимой скоростью, что и вспышки. Глаза слезились, в ушах стоял звон. Ву Джин изо всех сил цеплялся за самообладание.
Я ничего не знаю. Пожалуйста, остановитесь. Это безумие. Дайте же мне время ответить хоть на что-то!
Несмотря на его внутренние мольбы, рвение репортёров только нарастало. Это было понятно: сам Кан Ву Джин только что подтвердил новость, которая потрясла обе страны. Любой журналист, промолчавший в этот момент, был бы попросту глупцом.
Именно тогда взгляд Ву Джина, до этого остекленевший, дрогнул и сместился. Он посмотрел поверх голов журналистов, в самый конец зала. Там, скрестив руки, с лёгкой, знающей улыбкой стоял мужчина с хвостиком — Чхве Сон Гон.
Их взгляды встретились.
Достаточно?
Чхве Сон Гон едва заметно кивнул.
Более чем. Отлично.
Всё это был тщательный расчёт. Заранее подготовленная бомба. И вопрос той журналистки, и прямое признание Ву Джина, и нынешний хаос — всё было спланировано им и Чхве Сон Гоном ещё до начала конференции. Впрочем, эта «прямота» была личным решением Ву Джина.
— Ву Джин, я на 100 процентов уверен, кто-нибудь спросит о Кётаро. Что будешь делать?
— Не стану уклоняться. Может, раскрыть карты прямо сейчас?
— Переговоры с Кётаро уже завершены.
— Если нет возражений, я выложусь по полной.
— Ха-ха, это на тебя похоже. Ладно, я разберусь с последствиями. Действуй.
Так и родилась эта сцена. Чхве Сон Гон, наблюдая за разгорячёнными репортёрами, позволил себе широкую, довольную улыбку.
Идеальный кадр.
Позади него раздался женский голос.
— Фух. И как нам теперь всё это утихомирить?
Обернувшись, Чхве Сон Гон увидел приближающуюся дородную фигуру исполнительного продюсера Netflix Ким Со Хян. Её спокойная манера выдавала, что она, в определённой степени, тоже в курсе игры. Что подтвердил и небрежный ответ Чхве Сон Гона.
— Не стоит утихомиривать. Пусть бушует. Спасибо, что пошли навстречу моей просьбе, госпожа исполнительный продюсер.
— О, это вам спасибо. Рекламный эффект от пресс-конференций обычно предсказуем, но то, что происходит сейчас... Где ещё можно получить такую отдачу?
— Название «Просто друг» теперь будут упоминать так же часто, как и имя Ву Джина, и в Корее, и в Японии.
— Безусловно. На презентации нашей дорамы прогремел настоящий взрыв. Когда вы предложили раскрыть эту сенсацию именно здесь, я поняла — это идеально.
— Ха-ха, вы мне льстите.
Затем Чхве Сон Гон плавно сменил тему.
— Теперь вам предстоят серьёзные разговоры с Netflix Japan. Правила игры изменились.
— Понимаю. Вы о предстоящем промо-мероприятии в Японии? Я свяжусь с ними и расширю масштабы.
— Нужно будет поработать и с японскими медиа. Думаю, сторона режиссёра Кётаро Таногути тоже уже действует.
— Я дам указания нашему японскому исполнительному директору активно продвигать кампанию, связанную с «Просто друг».
Ким Со Хян ответила улыбкой.
— Благодаря этому ажиотажу Ву Джин ещё долго будет в центре внимания обеих стран.
Именно на это и рассчитывал Чхве Сон Гон. Всё шло по плану, и результат превосходил ожидания.
— Да, к счастью.
Тем временем на сцене, под непрекращающийся град вспышек и вопросов, Кан Ву Джин продолжал молча смотреть в пространство.
С этого момента — только молчание. Договорились?
Разумеется, это была просьба Чхве Сон Гона. Чтобы подлить масла в огонь. Справа от Ву Джина Хва Рин смотрела на него широко раскрытыми глазами.
Что? Что происходит?!
Её взгляд был полон шока.
Боже правый! Неужели? Неужели Ву Джин и вправду дебютирует в Японии? И в главной роли у режиссёра Кётаро?!
Она тоже читала новости. Слухи были слишком громкими, чтобы их игнорировать, но она не решалась спросить его прямо. А теперь оказалось, что всё — правда. Её сердце наполнилось бурей восторга.
Это же невероятно! Ву Джин, наверное, первый, кто делает такое? Да, точно первый! Ах, почему я так счастлива за него?
Её фанатское сердце, преданное Ву Джину, ликовало. Видеть, как её кумир покоряет новые вершины, было для неё чистейшей радостью.
Затем, возможно, почувствовав её взгляд сквозь ослепительные вспышки, Ву Джин, до этого смотревший прямо перед собой, медленно повернул к ней голову. Хва Рин вздрогнула. Он молча смотрел на неё несколько секунд, прежде чем тихо произнести:
— Прости.
— Э-э? За что?
— Что удивил тебя.
— Ой.
— Не мог сказать раньше. Конфиденциальная информация.
Хва Рин яростно замотала головой, хотя мысленно.
Нет-нет, всё в порядке. Это же потрясающая новость для тебя, Ву Джин.
— Да. Всё решилось недавно.
— Ты будешь играть на японском у режиссёра Кётаро, да?
— Да. Постараюсь изо всех сил.
Игра моего кумира на японском? Это даже лучше. Просто фантастика.
Сдерживая внутренний восторг, она спросила как можно спокойнее:
— Тогда тебе нужно практиковать язык. Я могу помочь, я кое-что знаю.
— Разве я не говорил? Я немного говорю.
— Правда?
Любопытство Хва Рин вспыхнуло с новой силой. Она отчаянно хотела услышать и увидеть это как можно скорее.
...Его голос на японском, его игра... Ах, я уже очарована.
Режиссёр Син Дон Чун с квадратной челюстью тоже смотрел на Ву Джина с немым удивлением. Однако его шок не был таким всепоглощающим, как у репортёров. Узнав ранее новости о Кётаро Таногути, он был почти уверен.
Конечно же, это должен был быть он.
Наблюдая за Ву Джином, он размышлял про себя:
От таких мастеров, как Квон Ки Тэк, до японского мэтра... Насколько же высоко он взлетит?
Он строил догадки, сам того не осознавая.
При таком раскладе, возможно, в следующем году он будет штурмовать уже Голливуд.
Спустя 30 минут. Пуё, провинция Южный Чхунчхон.
На обширной съёмочной площадке «Острова пропавших» шли последние приготовления. Поддержание и доработка декораций были процессом непрерывным. После недавней читки сценария и завершения подготовительного этапа финальные штрихи наносились быстро и чётко.
Перед одним из зданий-декораций режиссёр Квон Ки Тэк, дородный мужчина с добродушным лицом, в окружении 12 членов команды изучал будущие ключевые локации. Вскоре, рассматривая почти готовую раскадровку, режиссёр Квон произнёс:
— Это здание выглядит слишком новым, не находите? Или это мне кажется?
— Стоит попросить художников состарить фасад?
— Нет, дело не только в фасаде. Вопрос общего баланса. Снимите дверь, разбейте несколько окон. Пусть выглядит радикальнее.
— Понял, режиссёр. Передам.
Именно в этот момент из-за угла к ним, запыхавшись, подбежал помощник режиссёра с густыми тёмными кругами под глазами.
— Ре-режиссёр!
Естественно, Квон Ки Тэк и остальные обернулись. Запыхавшийся помощник показал ему телефон.
— Взгляните, пожалуйста!
На экране горела новостная статья.
[Срочно!] На презентации «Просто друг» Кан Ву Джин заявил: «Я — тот самый корейский новичок» / Фото
Это был уже не слух, а подтверждённый факт. Глаза десятка сотрудников расширились от изумления.
— Неужели правда?!
— Вы уверены, что это не очередной вброс?
— Нет! Медиа сходят с ума! Статьи выходят одна за другой!
— Боже, никогда не думал, что застану такое.
Большинство реагировало с полным потрясением. Спокойный же режиссёр Квон Ки Тэк лишь мягко улыбнулся, словно ожидал этого.
— Как я и думал.
— Э-э, вы знали, режиссёр? — быстро спросил его заместитель.
— Откуда мне было знать? Нет.
— Но вы совсем не удивлены.
— Просто вспомнил выражение лица режиссёра Кётаро Таногути, когда видел его на Mise-en-scène. Оно было... знакомым. Похожим на то, что было у меня, когда я впервые увидел Ву Джина.
— А...
— Думаю, он почувствовал то же самое. Как можно устоять, увидев такой алмаз прямо перед собой?
— Тем не менее, я в индустрии давно, но никогда не видел ничего подобного. Новичок, меньше года в профессии...
Пока помощник режиссёра терял дар речи, Квон Ки Тэк слегка наклонил голову.
— Хм? Но Ву Джин ведь играет главную роль в моём фильме, верно?
— Да... Конечно. Да, но я имел в виду...
— Понимаю, понимаю, о чём вы.
В этот момент менеджер по производству, изучавший другие статьи на своём телефоне, присоединился к разговору с серьёзным видом.
— Но Ву Джин и вправду впечатляет. Режиссёр Кётаро Таногути, возможно, менее известен на международном уровне, чем вы, режиссёр Квон, но он безусловный титан в Японии.
— Да, этого достаточно, чтобы вызвать медиашторм.
— Именно, — медленно кивнул менеджер. — Более того, даже если это совпадение, цепь событий поражает. То, как это привлекло внимание медиа и публики в обеих странах... Слишком идеально, чтобы быть просто удачей.
Режиссёр Квон, поглаживая подбородок, вдруг вспомнил мужчину с хвостиком. Чхве Сон Гона. А точнее, его недюжинные способности.
— Возможно. А может, и не совпадение вовсе. Думаю, это была тонкая работа.
— Что?
— Ничего, неважно.
— В любом случае, раз уж дело приняло такой оборот, нам нужно всерьёз обсудить график Ву Джина. Я слышал, у него и так адская нагрузка, а теперь ещё проект Кётаро. Наши съёмки могут пересечься.
Замечание было справедливым. В зависимости от скорости работы команды Кётаро Таногути, съёмочные периоды могли наложиться. Оба проекта были значимыми, и в случае конфликта потребовался бы тщательный компромисс. Но это была рядовая ситуация для топовых актёров, особенно с такой загрузкой.
В любом случае, режиссёр Квон обратился к менеджеру:
— Генеральный директор Чхве вряд ли начал бы это без продуманного плана. Мы намечали начало съёмок на 15-е число следующего месяца, так?
— Да, режиссёр. 15 сентября. Дата может сдвинуться в зависимости от подготовки, но ориентировочно — около того числа.
Около 3 недель. Режиссёр Квон, словно размышляя вслух, осматривая площадку, тихо произнёс:
— Съёмки во Вьетнаме — ключевые. Давайте сконцентрируемся на них.
Тем временем по всему миру. Скандал, запущенный прямым признанием Кан Ву Джина, мгновенно достиг точки кипения.
[Официально] Режиссёр Кётаро Таногути намекал на «корейского новичка» — и им оказался Кан Ву Джин!
[Звёздный выбор] Кан Ву Джин спокойно подтверждает свою роль / Фото
Сразу после конференции журналисты, бывшие там, выплеснули свои первые впечатления и эксклюзивы.
«Беспрецедентно: Кан Ву Джин присоединяется к японскому шедевру в качестве новичка... Какая реакция в Японии?»
Фотографии с места событий удваивали эффект. К обсуждению подключились и те медиа, кого на презентации не было.
««Как и ожидалось» против «Не может быть!»: Разная реакция публики на признание Кан Ву Джина»
«В фильме мэтра Кётаро Таногути и всемирно известной писательницы Акари Такикавы главную роль играет Кан Ву Джин... Он творит собственную легенду»
Подтверждение Ву Джина превратило слух в сенсацию. Статьи появлялись ежеминутно. Поток новостей, наводнённых ключевыми словами, был подобен ливню, затопившему сеть, эффективно смывая накопившиеся сомнения и любопытство. Медиа и публика нашли, наконец, точку соприкосновения.
Имя Кан Ву Джина гудело в каждом уголке интернета. Комментарии «Правда?», «Так и знал!», «Безумие», «Невероятно», «Эпично», «Мурашки» множились, как грибы после дождя. Это уже был не фейерверк. Это был одновременный запуск тысяч ракет по всей стране. Ажиотаж быстро перекинулся и на оффлайн: телевизионные студии, индустрия развлечений.
— Чёрт возьми! Режиссёр Чан! Смотрите! Кан Ву Джин сам всё подтвердил!
— Что? Серьёзно? Он лично сказал?!
— Кто стал бы так нагло врать, не будучи сумасшедшим?
— Это перевернёт всё с ног на голову!
— ...А у меня было предчувствие. Я видел его видео на YouTube.
— О чём ты?
— Я же вчера говорил? Кан Ву Джин отлично говорит по-японски.
— О! И ещё поёт, да?
— Да, это подтверждено. Он признался, что это он снимается у Кётаро Таногути.
— Что?!!
— Этот парень — нечто. Я, хоть и старше, но испытываю к нему уважение. С момента своего появления он просто непобедим, верно?
Новости, разумеется, долетели и до широкой публики.
— Ого! Кан Ву Джин подтвердил!
— Я только что прочла статью!
— Все думали, что это не он, а оказалось — правда! Значит, Кан Ву Джин дебютирует в Японии почти сразу после корейского дебюта?
— Похоже на то. Но, честно говоря, Кан Ву Джин — феноменальный актёр. У кого ещё из наших новичков такая фильмография?
— Ни у кого. Сколько новичков получали такие главные роли подряд?
— А он ещё и потрясающе поёт. Видели его японский кавер Элани на YouTube?
— Голос завораживающий. Но почему Кан Ву Джин хорош во всём? Говорят, он из семьи чеболь, это правда?
— Что? Я слышал, у него есть идентичный близнец. Что их на самом деле двое.
В кафе, ресторанах, метро, офисах — имя Кан Ву Джина было у всех на устах.
В это же время, в Японии
Закончив телефонный разговор, режиссёр Кётаро Таногути, с седыми прядями в тёмных волосах, медленно опустил телефон в кресло своего минивэна. Затем он повернулся к мужчине на пассажирском сиденье и сказал на чистом японском:
— Пора выпускать наш официальный пресс-релиз насчёт Ву Джина.
Вскоре после этого команда режиссёра Кётаро Таногути обнародовала заявление, окончательно и официально подтвердив «прямое» признание Кан Ву Джина.
«Эксклюзив: Корейским актёром-новичком в фильме режиссёра Кётаро Таногути является Кан Ву Джин».