Кобальтовый отряд

В Ольшанах веяло тревогой – ни одного звука, ни призрачного голоса, только ветер. «Куда делись все чумные? Почему молчит крикливый Ян Палах?» – подумал Штефан, оглядываясь. Черная дверь склепа скрипнула и качнулась. Этой ночью в Праге поднялся небывалый ветер. До начала осени оставалась еще пара жарких августовских недель, но город словно чувствовал приход череды дождей.

Думай о настоящем, напомнил он себе. Думай о настоящем, командир.

Хендрика не вернешь. Хендрик умер, и этот факт ничего не изменит – даже перо наследника Ральфа Розенберга.

– Штефан! – послышался тихий голос. – Ты слышишь меня, мой мальчик?

Постепенно все мысли исчезли. Никаких воспоминаний о Хендрике. И о Саше.

– Да, госпожа, – ответил Штефан, и сам удивился, как смиренно звучит его голос.

Дверь склепа снова скрипнула на ветру – протяжно и сипло.

– Расскажи мне о девчонке.

– Ее зовут Саша, – начал Штефан. – Она...

Она ненормальная, он это хотел сказать. Сумасшедшая русская, которая не боится ни скорости, ни призраков, ни самого дьявола. У нее карие глаза с едва заметной зеленцой – как у его матери, насмешливая улыбка и забавный акцент. Он всегда слышит, когда она пытается звучать по-другому, примеряя то раскатистую «р», как у Картера, то чисто британское придыхание. Но ему нравится этот акцент и то, как она, забываясь, начинает думать по-русски вслух, как cмеется, как морщит нос, как поет.

В ней столько жизни, что Штефану хочется есть эту жизнь горстями. Впервые за семь месяцев, как ушел Хендрик, Штефану кажется, что он живет, а не просто существует.

– Что молчишь?!

Голос из склепа путает Штефана, и мысли о Саше растворяются, как сахар в стакане воды.

– У нее дар Розенбергов, – говорит он. – Она может делиться своей силой. Своей удачей. Я видел.

– Как интересно. Может, она и есть наследница? Может, мы ищем именно ее?

– Я не знаю, – признается командир.

Невидимые ледяные пальцы хватают его за горло.

– Ты же помнишь, Штефан Флитц, – звучит в голове. – Мне нужны все пять перьев. Мне нужен наследник! Ты все еще хочешь увидеть брата? Своего любимого Хендрика, которого ты погубил?

– Конечно, – Штефан опускается на колени. – Я... все сделаю... Все, что скажешь...

Саша сидела во внутреннем дворике каварни «Добра Трафика», кутаясь в плед. Утро выдалось прохладным и хмурым, но она все равно не смогла заснуть после дежурства. Несколько дней назад Флитц ее поцеловал, и теперь все мысли возвращались к командиру. Им надо поговорить, но возможности не было – Штефан пропадал на дежурствах, а днем отсыпался, не выходя даже к ужину. Да и как начать такой разговор?

Уж лучше не разговаривать. Особенно зная, что поцелуй – всего лишь следствие любовного напитка Камилы.

Саша сделала последний глоток остывшего кофе. На столе лежал черный прямоугольник визитки с номером телефона. Когда Китти сунула ее Саше в карман на шабаше в «Попо кафе», та и не думала ей звонить. Но снящийся каждую ночь Хендрик всякий раз рисовал алхимический символ, и терпеть кошмар с летящей вниз машиной больше не было сил.

Саша вытащила телефон и набрала номер. Сначала в трубке послышалось странное хрипение, потом мягкий женский голос поприветствовал Сашу по-чешски.

– Это Китти?

– Вы позвонили в агентство и лабораторию Келси Лоуренс, чем могу помочь? – девушка на том конце провода быстро перешла на хороший английский.

– Мне нужна Китти, я могу с ней поговорить? – спросила Саша, удивившись, что попала в офис.

– Вы по поводу вакансии?

– Нет. То есть да.

– У вас уже назначена встреча с мисс Лоуренс?

– Нет, – ответила Саша и добавила, – но я бы хотела ее назначить.

– Вы можете приехать через час? – в трубке зашелестели бумаги.

– Могу.

– Как ваше имя?

– Са... В смысле, Александра. Александра, – повторила Саша для полной убедительности.

Сокращенным вариантом она решила не представляться: уж точно Китти прекрасно помнит «Сашу фром Раша», которая выиграла у нее спор.

– Александра, к сожалению, не могу найти ваше резюме.

– Я направляла резюме напрямую мисс Лоуренс, – брякнула Саша наугад.

– А, тогда все в порядке, – в голосе девушке проскользнули нотки облегчения.

– Говорите адрес!

– Палац Коруна, конечно же, ­– голос запнулся.

– А дальше?

– Вы точно по поводу резюме?

– Нет, я из Кобальтового отряда, и мне нужно срочно увидеть Китти! – крикнула Саша, и несколько посетителей каварни обернулось.

В трубке сделалось тихо и гулко, словно человек на другом конце провода закрыл ее рукой. Секунды молчания, обрывки таинственного шепота, и Саша услышала:

– Палац Коруна, Вацлавская площадь, один. В лифте нажмите код три-семь–один-восемь-восемь-три.

– В лифте? – переспросила Саша.

– Разумеется. Запомнили? Три-семь-один-восемь-восемь-три. Мисс Лоуренс будет ждать.

Палац Коруна – здание на углу Вацлавской площади и торговой улицы На Пршикопе – показалось ей суровым и мрачным. Саша подняла глаза на угловую башню со стилизованной короной и каменными фигурами на крыше и медленно вошла внутрь. Первый этаж занимали магазины. Она протиснулась в один из лифтов вслед за парнем в офисной рубашке и доехала до второго этажа. Там пришлось прокатиться – не будешь же расталкивать людей, нажимая мифический код. Наконец, оставшись одна, Саша быстро набрала три-семь-один-восемь-восемь-три на кнопках лифта.

Ей казалось, что ничего не произойдет. Эта Китти и поиздеваться может. Но цифры зажглись синим, свет выключился и, дернувшись, лифт поехал вниз.

Саша отступила в угол. Что может быть хуже, чем оказаться в неисправном лифте? А если она застрянет? Но кабинка остановилась, двери открылись, и перед Сашей возник длинный коридор, уходящий в темноту. Не горело ни одной лампы.

Под ногами виднелись красно-белые квадраты плитки – она едва не поскользнулась на натертом до блеска полу. Саша прошла вперед, с удивлением осматривая земляные стены с выдолбленными в них нишами. Они были уставлены прозрачными колбами и сосудами, и жидкости внутри мерцали. «Какой странный запах: сырости... и косметического магазина», – подумала Саша.

– Добро пожаловать, Александра.

Перед ней возникла девушка в широком серебристом платье с капюшоном. Саша узнала ее – это была Паулина, одна из спутниц Китти на шабаше в «Попо кафе». Перемена в поведении и образе Паулины была разительная – она склонила голову и протянула левую руку для приветствия. Около большого пальца с глянцевым черным ногтем у нее виднелась маленькая татуировка-клеймо ­– тот самый странный символ из соединенных креста, круга и дуги.

– Следуйте за мной, – прошелестела она и поплыла по скользкому полу.

Саша проходила один коридор за другим, оглядывая светящиеся колбы и пузатые графины с цветной жидкостью. Задрав голову вверх, она увидела желтую планету, и стоило сделать шаг, планета тоже начинала двигаться.

– Меркурий, – сказала Паулина, заметив ее интерес. – Мы пришли.

Она пропустила ее вперед и закрыла дверь. Меркурий остановился над Сашиной головой. Пальцы в босоножках щекотал мягкий ворс бежевого ковра. Стены по периметру оккупировали колбы и пузырьки. После полутемного коридора комната казалась светлой, но Саша так и не поняла, откуда шел свет. От свечей по углам? Слишком ярко. Или от планеты?

Китти сидела за глянцевым белым столом. На ведьме было черное платье – простое, с открытыми плечами, но казавшееся очень дорогим.

– Рада приветствовать тебя в своем доме, второй Патрол. Надеюсь, мы смогли тебя впечатлить.

– Где я? – спросила Саша.

– В моем офисе. Здесь мы принимаем людей и проводим некоторые алхимические исследования. Итак, зачем ты пришла, Саша фром Раша?

– Я не знаю, – вздохнула Саша.

– Все должно быть очень серьезно, раз ты решила обратиться ко мне.

– Один человек, – начала объяснять Саша, – показал мне во сне символ алхимиков. Он умер.

– Умер?

– Пересек границу, – уточнила Саша.

Под пристальным взглядом Китти она чувствовала себя голой и спрятала ладони в рукава пиджака. Ведьма прошлась по ковру, прикоснулась губами к собственной кисти, где тоже мелькнула татуировка-символ.

– Кто же этот человек? – спросила она наконец.

– Хендрик Флитц.

В красивом лице Китти произошла едва заметная перемена: уголок ее плотно сложенных красных губ дернулся, как от острой боли.

– Вот уж кого не стоит мучить вызовами, так это бедного Хендрика, – сказала она. – Такая бестолковая смерть.

– Ты знала его?

– Немного. Мы никогда не общались близко. Я делала свою работу, он – свою. А потом он погиб.

– Как это произошло?

– Машину занесло. Он был дерьмовым водителем. Так говорят.

– Тебе не кажется, что это странно – он умер, когда у него было перо? Почему ему так не повезло?

– Моя маленькая глупая девочка, – Китти улыбнулась, и улыбка вышла почти материнской. – Ты еще не поняла, что твое перо – не лекарство от всех болезней? Удача не поможет тебе играть на гитаре, если ты не умеешь. Удача не спасет, если ты летишь с моста из-за того, что не заметил дорожные работы.

– А ты не думаешь, что Хендрика убили?

Эта мысль поселилась в Сашиной голове почти сразу, как она увидела во сне аварию. И каждый раз, когда Саша об этом думала, она все больше убеждалась – Хендрик Флитц не мог умереть по собственной глупости. Кто-то приложил к этому руку – и Хендрик пытается сказать, кто.

– Я так не думаю, – ответила Китти.– Но если он приходил к тебе, значит, ему действительно хочется поговорить. Не все перешедшие границу могут вернуться в наш мир в физической оболочке. Они мучают ведьм и колдунов во сне, донимая своими просьбами. Многие так и сходят с ума, – она бросила на Сашу многозначительный взгляд.

– И что же делать?

– Провести специальный обряд и подойти ближе к границе миров. Обряд очень опасен, тебе должны помогать две ведьмы – одна пойдет с тобой по тропе смерти, другая выведет обратно на свет.

Голос Китти звучал зловеще. Желтая планета зависла над Сашиной головой.

– А другого способа нет?

– Нет, – отрезала Китти.

– А ты... поможешь мне в этом?

– Конечно, – ведьма улыбнулась. – Люблю рисковать. К тому же, мне интересно, кто ты такая, Саша фром Раша. Видишь мертвых, а еще, говорят, умеешь передавать силу, как Ральф Розенберг.

Саша фыркнула: ну конечно, Мария донесла про историю в казино.

– Спасибо за помощь, – сказала она.

– Не стоит. Неужели ты думаешь, я сделаю это просто так, из симпатии к тебе?

– Ну... Нет, наверное. Тебе нужны деньги? Или немного удачи?

– Ни то, ни другое. Когда мы спорили в «Попо кафе», мне хотелось просто тебя позлить. Зачем мне твое перо? Патролы всегда были тесно связаны с алхимиками. Как ты думаешь, откуда эти медальоны, кобальтовые клинки и другие артефакты? Только алхимикам доступна магия металла. Бартоломей Странник был одним из нас.

– Так что же тебе нужно? – спросила Саша.

– Это так приятно – одерживать победу, – Китти, как королева, прошлась по своему кабинету. Тонкие каблуки утонули в мягкой шерсти ковра. – Ты победила в состязании, но сейчас я могу его отменить. Я снова буду издеваться над твоей обожаемой Кэм и иметь отношения с Картером Филипсом – и ты согласишься. Люди могут пасть так низко, когда они боятся.

– Я не соглашусь, – шепнула Саша. – Ни за что.

– Серьезно? – Китти рассмеялась. – Почему ты тогда здесь? Мертвые приходят к тебе во сне? Забираются в твою постель? Ты боишься, малышка? Страх делает тебя такой уязвимой. Ты до ужаса боишься того, что тебе показывают, и можешь не строить из себя храбреца.

– Тебе-то что!

– Я играю честно и не отменяю результатов. Из таких, как ты, наглость надо вышибать трудом. Я меняю свою помощь на твой адский труд.

– В смысле?

– Когда Паулина пригласила тебя, она руководствовалась самыми благими намерениями. Я уже несколько недель ищу ассистентку.

– Ты это серьезно? – Саша расхохоталась. – И чему надо ассистировать – колдовству?

– Займешься любовной магией – у меня с моими экспериментами не хватает на это времени, – Китти кивнула на стены, заставленные колбами и сосудами. – Любовная магия – наш основной заработок. Будешь общаться с людьми, искать интересные проекты и сложные случаи. Поработаешь хорошо – помогу тебе с Хендриком. И постарайся не ходить здесь в кепке, будь добра.

Саша обиженно поправила козырек синей бейсболки и посмотрелаКитти в глаза. Ведьма улыбаласьтак, что было ясно: хорошего не жди.