9. Югам.
Прим. Югам[유감] - Как жаль🦋
Пронзительный взгляд сосредоточен на глазах напротив. Кажется, что буквально через пару секунд произойдет что-то необратимое, но вместо этого, Тэхен отталкивается от кровати Чонгука руками и отходит к противоположной стене. С каждым шагом назад, Ким все более и более становится похож на маньяка, но в тоже время Чонгуку не страшно, а наоборот, ему интересны следующие действия.
- Ах, Чонгук, - начинает тихо старший, - какой же ты... Я даже, ха... - усмехнулся Тэ, - Я даже не могу сделать тебе больно.
- Тэхен, - неожиданно для себя заговорил Чон, на что старший тут же убрал улыбку со своего лица и посмотрел на него, всматриваясь в черты лица в темной комнате, - ты всегда просишь меня быть с тобой откровенным, - продолжил младший, - но сам говоришь закладками.
- В этом весь я, - снова улыбнулся Тэ, - но, - улыбка снова исчезла, - почему бы тебе просто не раскрыть глаза, Чонгук-а?
- О чем ты?
- Оу, ну что насчет твоей шлюхи мамаши?
Тело Чонгука резко напряглось, глаза расширились и что-то перевернулось внутри, будто по жилам пустили кипяток.
- Не говори так! - поджав подбородок, вскрикнул Чон, - ты не имеешь права высказываться в ее сторону такими словами!
- Гуки, - снова наступает Тэхен, - ты все еще веришь в этот цирк? Семья, путешествие? Твоя мамочка конечная инфантильная мразь, которая забила хер на своего сына, только для того, чтобы защитить свою жопу! Думал, что ты умный мальчик и уже должен это понять!
- Заткнись! Заткнись! Заткнись! - уже вскочил на ноги Гук, по его щекам стали скатывается непрошенные слезы, ему обидно, ведь он не мог поверить в то, что Ким способен на такие слова, - что за бред ты несешь?!
И почему он вообще говорит их, нет никаких оснований считать его маму падшей женщиной. Или же Чонгук чего-то не знает? Но раздумывать дальше ему не дал голос брата, который уже близко подошел к нему.
- Прекрати жить иллюзиями! Я хочу чтобы ты сам догадался что к чему, малыш, - снова успокоился Ким, - Я хочу чтобы ты поскорее был моим алмазом, я хочу тебя огранить, помнишь? И хватит вспоминать всякую падаль! - Тэ протянул руку к щеке Чона и хотел было дотронутся, но младший резко отстранился, откинув руку, тянущуюся к нему.
- Нет, ты не можешь вот так просто говорить мне такое, хватит! - у Чона уже истерика, он лихо проскальзывает под Кимом и вылетает из комнаты прямиком на первый этаж. Он бежит, бежит, бежит, а сердце стучит, слезы льются на, уже немного красные, раздраженные от соленой жидкости, щеки. Его глаза цепляются за выход и теперь он хочет просто сбежать отсюда.
Отворив входную дверь, Чонгук, вместо свободы, получает удар. А именно, он просто ударился об кого-то стоящего за ней головой, но его резко хватают и тянут на себя, прежде, чем Гук упал.
- Ты? Ты снова здесь? - слышит Гу сверху знакомый голос. Подняв голову, Чон столкнулся взглядом с тем рыжим мудаком из магазина, кажется, Хо его называли в тот раз? - Стоп, ты плачешь? - продолжает рыжий, увидев слезки на лице мальчика.
И Чонгук просто... просто начинает рыдать. Просто рыдать. От безысходности. От непонятности. От того, что он настолько никчемный, что даже не может сбежать.
Хосок оглядывается за спину младшего, услышав, как оттуда что-то кричит Ким. "Блядь, ясно. Пойдем." Тихо говорит он, хватая рукав худи Чонгука, таща за собой на выход со двора дома, сам Гук просто идет следом, как кукла, его мозг, будто отключился, и ему не было страшно, ему был противно. За слова, за действия, которые к нему совершал старший брат. Брат? Ему кажется, что уже нет.
Рыжий усаживает младшего в авто, тут же уезжая. Вся дорога была в тишине, но не в напряжении. Каждый был в своих мыслях. Иногда, у Чонгука снова накатывали слезы, тогда он просто отворачивался к окну, прекрывая рот, думая, что остается незамеченным.
🌠🌠🌠
Зайдя в квартиру Чона старшего, Гук только сейчас понял, что не помнит, как они уже доехали и как поднялись сюда. Он сходи с ума.
Хо садит Чона на кожаный диван, садясь рядом. Его обеспокоенный взгляд утопает в ладонях, затем следует тяжелый вздох.
- Тэ в своем репертуаре, - прервал долгую тишину рыжий, - просто нужно привыкнуть к нему, таким, как Тэ, свойственно подчинить и перевоспитать под себя, - пытался разговорить Гука он, встав с дивана, направляясь к окну.
- Я ничего не понимаю, почему вы все говорите какую-то чушь? - кричит Чонгук, - Что все это значит? Ты же друг Тэхена, верно? Скажи, почему он так себя ведет, почему мой сводный брат говорит такие вещи, почему все так быстро происходит, я не успеваю понять...
Нервный срыв младшего совсем не пугает Хо, нет, точнее, его пугает не это. Старший настороженно оглядываться в сторону Гу изучая, воспроизводя слова, сказанные им секундой ранее.
- Так тебе еще не сказали... - бормочет он.
- Не сказали что?! - напрягся Чонгук.
- Я думаю, мне не стоит забывать свое место.
- Вы все больные ублюдки, - шепчет Чон, мороща нос, - когда же ты приедешь, мама, я свихнусь скоро без тебя, - говорил он в потолок.
Еще чуть-чуть и он снова заплачет, но слеза не успела скатиться по щеке, ведь, неожиданно для Чонгука, он почувствовал тепло, а именно тепло объятий, в которых он нуждался сейчас. Хосок просто обнял его. Это так нелепо, вспоминая то, что до этого Гук назвал его больным ублюдком и одному только Богу известно, что в его голове, но сейчас, когда младший на пороге потерять понимание существования себя на земле и понимания о происходящем в его неудачной жизни, ему приятно ощущать себя в этих сильных теплых руках, которые поглаживают его спину и эти губы шепчущие на ухо: "Успокойся, совсем скоро все поймешь, малыш." И даже этот странный жест, когда Хосок поднимается носом вверх и вдыхает запах волос Гу. Он точно сходит с ума, но все же какие-то отголоски разума приходят, хотя и не сразу, и сообщают, даже кричат поскорее оттолкнул рыжего и Чон слушает их приказ, поспешно выполняя, на что старший не злится, не смущается, а лишь заглядывает в его заплаканные красные оленьи глаза, после переводя взгляд на красные влажные губы, и снова на глаза, попутно облизнув свои пересохшие, которые прошептали еле слышно:
- Как же повезло этому сукину сыну, - Хо, усмехнувшись, продвинулся вперёд к Чону, сам Гук, недоумевая, отодвинулся назад, пытаясь стать дальше хоть на сантиметр, но вместо этого лишь уперся в мягкую кожаную спинку дивана, - как жаль, - бросил Хосок, прежде чем быстро отстраниться назад, и напоследок снова огладев лицо младшего, скрыться за лесницей на второй этаж.
- Вино на верхней полке позади тебя, - последнее, что услышал Чонгу, перед тем как Хо громко закрыл дверь в свою спальню.
