Русские завоевывают BTS

  –Хён, мы дома! – крикнул Тэхён, закрыв за собой дверь.

Ника не знала, что было страннее всего: то, что Тэхён практиковался с ней, или то, что в общежитии слишком тихо. Наверное, после прослушивания её уже ничего не удивляло. Она всё ещё не можёт поверить, что сделала это. Осталось лишь побороть страх и не раскрыть себя раньше времени. А то, что Тэхён остался с ней в зале, не было пиком её удивления. Неожиданно? Да. Но не до такой степени, чтобы у Ники глаза были по пять копеек. Она наблюдала за ним, когда Ви звонил предупредить хёнов, хотя их зал был на этаж выше, и не могла не заметить его квадратную улыбку во время разговора. Утренний Тэ слишком отличался от того, что беззаботно общается с ребятами.

Ковалёва была рада здесь и сейчас, но и представить себе не может, что будет тогда, когда наступит время камбэка ребят и её дебюта в группе. Времена наступят другие. Работая стилистом, Ника часто вместе с Хосоком были батареями для ребят, заряжали энергией и позитивом на оставшиеся время съёмки или репетиции. Когда Хоби уставал вместе со всеми, Ника не боялась взять роль дуэта на себя одну. Но что будет тогда, когда даже она будет валиться с ног. Вероятность того, что придёт новый «шут» на их место, слишком мала. Как бы, не было, Ника пыталась не думать об этом, а уж упоминать при парнях тем более. Тогда для неё не только двери, но и окна открыты будут.

–Может, их нет? – обувая домашние тапки, спросила Ника.

Тэхён тут же пожал плечами:

–Да, нет. Они сказали, что едут домой.

Перед глазами девушки всплыл момент, когда Ви говорил с Намджуном по телефону и, укрывшись в дальнем уголке зала, пока Ника повторяла практику, ныл в трубку. Она отлично видела его через зеркало. А он отлично знал это, иногда они даже встречались взглядами. Когда Тэхён отложил телефон и вернулся к ней, всего лишь сказал, что все едут домой, но когда он попросил взять и курочки, ему тут же отказали, тыкая в нос диетой.

Ника только сейчас заметила, что свет в гостиной не горел. Вот что называла она странным, ведь в такое время, все смотрели телевизор в гостиной или играли во что-то. Кстати, тоже в гостиной. Поэтому уровень странности этот день мог побить любые рекорды.

–Твою мать! Темно хоть глаз выколи! Куда долбоёбы электричество дели? – раздражённо пожаловалась Ника, переступая порог гостиной.

–Можешь перевести? – спросил Тэхён, пытаясь нащупать включатель.

–Ничего такого, просто я сказала «Темноту дали».

–Но первый раз звучало длиннее.

–Языки разные – пожала плечами девушка – Ты давай свет врубай.

Нике было достаточно света, что пролезал из прихожей, чтобы заметить странную улыбку Ви. Спокойно на душе было из-за того, что она не была как утренняя. Тэхён, наконец, решил нажать на тумблер и тогда свет пронзил всю темень, что до этого держалась в гостиной. Это место в один лишь щелчок преобразилось.

Сердце девушки чуть не остановилось, когда парни вдруг выпрыгнули из-за диванов с криками «Поздравляем!». Бумажный салют из хлопушки в руках Джина, так же был причиной возможной смерти Ники. Она дёрнулась назад и врезалась в грудь Тэхёна, а он в свою очередь подхватил её, понимая, что всё было слишком неожиданно. А он и подумать не мог, что она так пуглива. Восстановив равновесие, Ника лучше смогла осмотреть всех. Чонгук с Чимином держали плакат и радостно трясли им, но Нике казалось, что ещё один дёрг и его порвут к чёртовой матери. Намджун держал торт и светил своими ямочками. Хосок то и дело издавал свои любимые звуки, махая флажками. Но когда та пригляделась, то поняла, что на флажках было её лицо. Мемное лицо.

Всё было слишком хорошо для неё, но не было ещё одного.

–Я тоже тебе поздравляю – сказал Тэхён, подталкивая Нику рукой со спины – А теперь го ближе к ним!

Их разделял диван. Перед Никой были парни, что улыбались ей как родной сестре и говорили лишь одно единственное слово «поздравляем». Но с чем её-то поздравлять, она не понимала. Своим вопросом Ника чувствовала, что возможно она собьёт весь настрой ребят, но не могла не произнести его вслух.

–А где Юнги?

–Юнги здесь! – раздался голос снизу.

Плед, который укрывал диван, полетел в сторону, а перед глазами явился Шуга, в великолепной позе. Определённо не хватало художников, что зарисовали бы этот момент на своих холстах. Так же разлёгшись на диване и подперев голову рукой, парень прокашлялся, смотря на девушку.

–Все мы тебя с чем-то поздравляем, а ты не врубаешься в чём дело. Если ты не в курсе, то ты стала восьмым мембером BTS. Думаю, это достойно как минимум поздравлений. Так что, желаем не сорвать голос, танцевать лучше Джин-хёна и Намджуна, не разбивать награды как MONSTA X, чтобы каждый из нас давал, чтобы кушала хорошо. И вообще, чтобы в жизни всё было заебись! Поздравляем!

Юнги спрыгнул с дивана, и быстро сократив расстояние, обнял Нику, что ещё находилась в прострации. За ним ни один мембер не стал мешкать, и они в тот же миг окружили девушку со всех сторон, не давая ей шанса выбраться из убийственных объятий бантан. Она и не хотела этого. Нике было приятно и тепло в их кругу, быть с ними близко и принимать их как семью.

–Спасибо, ребят – сказала Ника, когда они оторвались от неё – Я не ожидала.

Она пыталась изо всех сил, но сдерживаться ей было крайне тяжело. Ника всхлипнув, пропустила пару слезинок, что медленно и казалось, так мучительно катились по щекам, пока она смотрела сквозь лёгкую пелену на парней. Чонгук недовольно цокнул языком и, подойдя к девушке стёр одну слезу:

–Мы это тебе устраивали не для того, чтобы ты сейчас плакала. Серьёзно, это обидно.

Ника стёрла быстро рукавом кофты подступающие слёзы и улыбнулась в знак того, что всё и правда в порядке:

–Это слёзы счастья!

–Ути пути! Наш Сухарик плачет! – прикрикнул Хосок, изображая голосок милого животного из мультфильмов для маленьких детей.

–Не надо так – покачал головой Чимин.

–Тогда я предлагаю, пройти на кухню – сказал Джин, хлопнув в ладони.

***

Шла одиннадцатая бутылка соджу. Чимин уже перестал считать, какую по счёту рюмку успел перекинуть, а Джин вяло ковырялся палочками в рисе. Чонгук хоть и составлял компанию хёнам, ел уже как минимум пятый кусок пиццы, перелив в себя не больше одной бутылки, если собрать все его рюмки вместе. Хосок после несколько стопочек совсем слинял из кухни, что-то бормоча про незаконченную песню. Разве они начинали? Вся оживлённая беседа больше велась между Юнги, Никой, Намджуном и Тэхёном. Они не только были одни из тех, что всё ещё держался на ногах, но и под алкоголем язык оказался довольно длинным. Вместе того, чтобы принимать участье в переговорах, Чонгук предпочитал наблюдать за всем со стороны. Пьяные всегда были интересными.

–Ща всё будет – пролепетал Ви.

Тэхён крутанул в руках ещё закупоренную бутылку соджу и в один щёлк освободил жидкость. Наблюдающие восторженно охнули и похлопали, а Юнги не скрывая, заржал. А когда, Ви собирался выпить ещё одну, свежую стопочку, то небрежно разлил почти весь соджу по лицу. Не теряя своей пафосности, Тэхён взял салфетку и обтёр щёки и шею, что стали влажными из-за неаккуратности.

–Держи – потянувшись, почти через весь стол, Чонгук протянул другу стакан сока.

–Спасибо.

Какая бы не была атмосфера, но иногда не помешает вместо алкоголя и стаканчик сока подержать в руках. Улыбнувшись Чонгуку и отпив глоток ананасового сока, он, как и младший продолжал слушать незамысловатый диалог хёнов.

–Всё-таки, как ты можешь ещё держаться трезвой? – негодовал Намджун, что поддерживал рукой голову и крутил пустую стопку.

Тэхён этот жест невольно заметил и, взяв недавно открытую бутылку соджу, налил лидеру. Джун посмотрел на Ви, толи благодарно, толи с укором. Хрен пойми! Вот и Тэхён не понял, но на всякий случай улыбнулся, неуверенно приподняв края губ, что желали спуститься.

–Соджу – плёвое дело! – сказала Ника и махнула рукой, будто ей сказали перевести текст на китайский.

–Ты хочешь сказать, что пила, что-то крепче и довольно часто? – спросил Шуга, изогнув бровь.

–Да!

–Не верю! – тут же вскрикнули Юнги и Джун, одновременно.

–Не верите?

–Нет.

–Если нет, то можете позвонить моему дяде, а дедушке тем более! Он вам не только формулу самогона расскажет, так ещё и моё позорное первое пьянство расскажет во всех ярких деталях, будто это было вчера – тут же стала бодро отзываться Ника.

Юнги прокашлявшись, подвинул стул ближе к девушке и деловито склонился, так чтобы слышала лишь Ника, но, увы, в своём состоянии он не контролировал громкость, с которой слова вылетали из него. И когда парню казалось, что он что-то бормочет себе под нос, оказывается, что его слышали все находящиеся в комнате.

–Ты можешь мне дать номер дедушки?

Ника прочистила горло и только с вопросом Шуги, поняла, что только что сказала. Она в свою очередь подвинулась ближе к Намджуну:

–Я зря это сказала?

Джун щёлкнул пальцами и подмигнул девушке:

–В точку!

Ребята вздрогнули, когда, Джин уронил голову на стол, чуть не попав носом в пиалу с рисом. Он сопел в обе дырочки, хотя со стороны выглядело, что уже можно снимать шляпу. Некоторые даже так и подумали, особенно Чимин который после этого, вскрикнув встал из-за стола и, покрестившись скрылся в сторону спален. Если бы парень, не пустил бы первый храп, то мемберы так бы и сидели с открытыми ртами. Сейчас всемирный красавчик был далеко от своего идеального состояния. Единственное, что могло прейти в голову, глядя на это «чудо», так это слова – всемирный алкоголик.

Намджун вздохнув, отложил в сторону свежую стопку и посмотрел на настенные часы, что указывали ровно три часа ночи. Для лидера всё было по старому сценарию – именно в такое время Сокджин сдавал свои позиции. А Джун думал, что сегодня они посидят чуть дольше. Но ему стало понятно, что скоро придётся сдавать своего хёна на закалку Нике.

Встав из-за стола, Намджун подошёл к Сокджину и, положив ладони на плечи, потряс его немного. Джин лишь что-то неразборчиво пробормотал, но не соизволил разлепить глаза. Намджун с самого дебюта думал, что если и вне камер будет называть Джина женой, то это будет сущий ад и его самооценка падёт ниже всего, что может быть на земле. Но когда он вжился в свою новую роль, всё оказалось совсем незаметным и даже слегка приятным. Чем Джин не мог быть женой? Ким готовит, убирает, за детьми и мужем приглядывает, к тому же ещё и с бонусом – красивый, чёрт возьми. Намджун никогда не испытывал к хёну сексуального влечения, но и то, что он привязался к нему ни разу не отрицал.

–Джин-хён, идём. Поздно уже, к тому же, ты уже вырубился – говорил Джун, пока тормошил за плечи старшего.

–Оставь меня! – наконец отозвался Ким старший.

–Хоть что-то.

Похлопав Джина по открытой щеке и потянув за нос, Намджун добился эффекта, чтобы старший находился в состоянии хоть дойти до кровати, какие бы шаги не были ужасными со стороны. Наконец подняв Джина на ноги и закинув его руку через плечо, он смог вздохнуть. Один шаг из плана пройден.

–Намджун, если что я могу остаться сегодня на диване – крикнул Шуга, подпирая голову рукой – Ты только свистни!

–Ага – бросил через плечо Джун, даже не обратив большого внимания на слова пьяного Юнги. Иногда они были лишены логики, во время пьянства.

–Трахни его хорошенько!

–Господи, заткнись! – взвыла мученически Ника и, вырвав из рук Чонгука недоеденный
кусок пиццы, сунула в рот Юнги.

–Твою мать! – послышался голос Намджуна из гостиной, а ещё и глухой стук падения.

Тэхён и думать много не стал в такой ситуации. Отложив стакан с соком подальше, парень с криком «Хён, я помогу» побежал к старшим на помощь. Добрая душа всея бантан.

Шуга доел кусок пиццы и, вздохнув, откинулся на спинку стула. Не смотря на недовольство макнэ Юнги, отпил несколько глотков пива, окончательно опустошив металлическую банку. После такой пьяни хотелось спать. Ужасно глаза слипались, а мысли путались в клубок, который можно коту кинуть и тот спутает всё ещё сильнее. Но единственное в чём Юнги точно уверен так это то, что валить отсюда нужно быстрее. Нужно пользоваться моментом, пока голова совсем уже не влетела в туман, и смыться с кухни, будто его и не было.

–Я пойду в душ, отогнать похмелье – объявил Юнги, отодвинув стул назад – С меня на сегодня хватит. Если не просплюсь, то менеджер с меня все шкурки сдерёт и посалить не забудет – бормотал парень.

Как только Чонгук вместе с Никой оказались наедине, они невольно взглянули друг на друга. Самые трезвые из компашки, если не считать Хосока, который просидел лёгкие десять минут. Их уже не смущала такая близость – они делят одну комнату. Единственное, что не давало покоя, так это лишь бардак, что царил на столе. За всё время, пока Ника дружила с парнями и, не смотря на недовольства менеджера, посещала их общежитие, она никогда не видела кухню Джина в таком хаосе. Особенно обеденный стол. Было просто ужасно смотреть.

–Валим – прошептала Ника.

–Пусть хёны убирают? – спросил Гук.

–Пусть хёны убирают – одобрительно кивнула девушка.

Ника, схватив за руку Чонгука, подлетела торопливо к лестнице. Сжав его покрепче за руку, девушка вытащила телефон. В кромешной тьме, освещая себе путь лишь лучом фонарика, хихикали и пытались тихо дойти до комнаты. Всё оказалось куда сложнее, ведь каждый смешок, казалось, что в любой момент мог перерасти в настоящий ржачь с катанием по полу. Когда послышался хлопок из-за спины, они невольно замолкли и обернулись. Как бы интуиция у них не работала хорошо, определить, кто так грубо хлопнул дверью, не смогли. На втором этаже находились спальни мемберов, и это мог сделать абсолютно каждый.

Соседи по комнате решили не включать весь свет – подумали, что и энергии настольной лампы хватит. Ника расставляла на кровати все свои принесённые из дома подушки. Иногда казалось, что у неё мания собирать самые разные подушки. Поправив последнюю приобретенную подушку, Ника взглянула вниз, на Чонгука.

Парень, размяв спину, взъерошил волосы на макушке и подошёл к шкафу. Когда он начал вытаскивать матрас, Ника не могла сдержать себя:

–Чонгук-а!

Чон тут же обернулся и выжидающе поднял брови.

–Оставь матрас. Го со мной наверх.

Чонгук замер от слов девушки. Ему хотелось покрутить пальцем у виска и, не замечая её дальше расстилать свою импровизированную кровать. Конечно, ему не очень хотелось лежать как собака на полу, но другого выхода он не видел. Спросите про диван? Идиотизм. Чонгук не видел разницу между матрасом на полу и диваном, что будто был из камня.

–Ты меня слышишь? – буркнула Ника, не дождавшись ответа – Не чего боятся. Я не буду тебя домогаться. Больно ты мне нужен – сказала она и откинулась на кровать как маленькая звёздочка.

–Я не за это волнуюсь – отшвырнув спортивную кофту на стул, сказал Чонгук – Это просто неправильно, ведь ты – девушка, я – парень. Видишь разницу?

Нике ничего не стоило проверить. Как только она услышала, что состоится пьянка, то быстро скрылась в комнате, а когда вернулась, то оказывается она поменяла джинсы на спортивки, резинка которых осталась только с таким названием. Оттянув резинку и взглянув на своё нижнее бельё, состроила важное лицо и кивнула сама себе. Ника отпустила её, и она приземлилась на кожу со шлепком. Ковалёва уставилась в потолок и подумала, что слишком резко ей опять пива захотелось. С чипсами. Нет! С рыбой!

–Ну, если в штаны заглянуть, то вроде баба, а так что-то мысли мужика в голову лезут.

–Всё равно это не то, Ника! – вскрикнул Чонгук, не волнуясь, что потревожит сон хёнов.

–Суха, пожалуйста – поправила его Ковалёва – Слушай, Чонгук, я не считаю тебя, каким-то насильником. Я не боюсь, что ты мне что-то сделаешь – я полностью доверяю тебе.

Пока Ника рассказывала, она смотрела в потолок. Она даже не заметила, как Чонгук перебрался на второй ярус. Он сминал простыни в кулак и прикусывал нижнюю губу пытаясь принять тот выбор, который он считал правильным. Он не хотел мучить ни себя, но и её не хотелось вводить, в какие-то неясные ситуации. Отцепившись от постельного белья, пальцы Чонгука хватили ладошку девушки в свой плен.

Ника тут же прервала свою тираду и бессмысленное разглядывание потолка.

–Чонгук...

–Нет! Пожалуйста, дай мне сказать. Мне не по себе, когда я осознаю, что оставляю тебя в неведенье.

И она дала ему сказать. Ника плюхнулась на свою кучу подушек и уселась, по-турецки заключив в хватку белого малыша Арджея. Девушка смотрела на Чонгука в полумраке. Его фигура была обвита тёплым светом настольной лампы, но возможно не так от слов Чона как от атмосферы Ника была встревожена.

–Когда ты появилась в первый раз в агентстве, в нашей комнате, мне показалось, что ты трейни. Ты была в самой простой одежде, но тогда твоё лицо говорило всё за тебя. Потом, когда раскрылось то что ты всего лишь стилист, вроде бы успокоился немного. Со стафом отношения не желательны. Но сколько я тебя видел ... это было невозможно! Даже если ты пряталась за кулисами на концертах и держала за нас кулаки, я был готов бросить всё и бежать тебя вытаскивать рядом с собой. Наверное, это и есть та детская чистая любовь. Я видел тебя с хёнами – внешне был спокоен, а внутри всё бушевало. Но...всё не так просто.

Ника замерла, но не хотела прерывать его. Пусть договорит.

–С недавних пор я начал понимать, что этот неуправляемый костёр понемногу утихает – Чонгук вздохнул и продолжил – Если честно, я не заметил, когда всё начало сбавлять обороты. Когда я увидел рвение Тэхёна помочь тебе вступить в агентство? Когда я начал замечать, как ты часто спишь на диване с Юнги? Тогда я уже не чувствовал того шквала эмоций в груди. Тогда я был вполне спокоен. Всё было довольно мимолётно. Теперь я не чувствую ничего более дружбы или таких же семейных уз как с остальными ребятами.

Арджей куда-то улетел. Ника бросила игрушку, а сама подползла ближе к Чонгуку, что улыбался. Он колебался ранее, но сейчас, когда выговорился, то ему стало легче находиться рядом с ней. Так будто ничего и не было до сегодняшнего дня. А Вероника, не могла поверить во всё то, что он с глубокой лёгкостью соизволил изложить девушке.

–Это правда?

–Мне не зачем тебя обманывать.

–Но ты выпил сегодня – настаивала Ника.

–Тогда, под эффектом алкоголя, не должен ли я говорить правду? – улыбка Чонгука возросла, и пред Никой предстали его кроличьи зубы.

–Ты прав – буркнула девушка и опустила взгляд.

Их ладони всё ещё были скреплены, а она даже не знала, как относится к такому жесту теперь. Он же сказал, что больше ничего не чувствует к ней. Так почему ей так неудобно? Чонгук же будто понял, о том, что они всё ещё связаны и тут же потряс руками, но, не разъединяя их.

–Могу ли я всё равно называть тебя «нуна»?

–Нет.

Чонгук уставился на неё огромными от удивления глазами. Уголки губ медленно поползли вниз, понимая, где их место на самом деле, рука тут же отцепилась от её ладони.

–Ты можешь называть меня «хён»! – крикнула Ника.

Парень не успел одуматься, когда Вероника сгребла его в охапку и со звонким смехом уложила его рядом с собой. Ей нечего волноваться, если он признался, что его чувства прошли. Наверное, и ей не стоит быть на иголках, если Чонгук чувствует себя свободно. Он честно отступил, понимая, что сердце его обмануло, а она должна принять его решение. Но с другой стороны, у него всё равно нет шанса. Уже давно рядом с её сердцем уже кто-то есть.

–Давай просто отоспимся и с новым восходом солнца – мы начнём новую жизнь!

***

На следующий день, Ника и, правда начала новую жизнь, ведь она взялась серьёзно за свой график айдола, что теперь торжественно прикреплён к холодильнику. Она поняла, что если не хочет подвести ребят, Вероника Ковалёва должна с помощью труда и упорства превратиться в Пак Суха. Она не могла предсказать, что такое случится, когда ступила за порог BigHit. Всё обернулось не так, как она надеялась. Но отступать не было в её планах. Никогда. Даже когда покинула экономический, Ника решила жить, как душа подскажет. Никаких стереотипов и правил.

Встав даже раньше поставленного будильника, Ника лениво поплелась в ванную, потом уже и гордо потопала на кухню. Её чуть инфаркт не хватил, когда стол, да и вся кухня полностью была чиста как невинный ребёнок, а за плитой помешивая что-то, гордо стоял Джин. Вчера напился за столом, а утром уже гордо восседал на своём посту матери. Она не смогла вывести из него секрет его резкой трезвости, но зато увидела его радость того, что остальные мемберы, что ещё валяются с похмельем, охватят от менеджера.

Ника не осталась на завтрак. Она решила, что перекусит каким-то салатом по дороге в компанию и не стоит Джину заворачиваться с лишней порцией. Рядом со зданием общежития подсчитывая каждую минуту, девушку ждал тренер. Господи! Были смешно наблюдать, как всё агентство думало, что она действительно являлась парнем. Неужели одна лишь причёска и мужская одежда могла так изменить её. Но это больше сыграет ей на руку чем узнаваемость от коллег. А сомнений в том, что тренер Ли так же видит в Суха исключительно парня, не остались, смотря на тот как он нещадно гнал Нику по дорожкам ближайшего парка. А про то, что он заставлял её в то же время петь и вовсе лучше не начинать говорить. Она тогда даже забывала о том, что перед людьми боится петь. Она осознала его единственный принцип – или пой или жди начало голодных игр, коей участницей она не жаждала становиться.

После тренировки Ника на ходу завтракала салатом, что успела купить по пути в агентство. С довольно хорошим завтраком, по её мнению и оптимистичными нравами, Вероника появилась в кабинете теории музыки, решив сэкономить время и позаниматься с трейни. Она должна была сейчас изучать иностранные языки, но Ника отказалась от них, решив, что она хорошо их знает и не нуждается в таких занятиях. А зря. Она была готова вместе с остальными упасть носом в тетрадь, до такой степени её клонило в сон. И не было ничего удивительного, после вчерашнего.

–Расстояние между двумя звуками по высоте называется интервалом – объясняла белокурая женщина, стоя за пюпитром – Интервал в ширину в одну ступеньку, то есть образуемая двумя звуками одинаково названия – прима.

Почувствовав, что она теряет связь с трейни, женщина постучала дирижерской палочкой по пюпитру:

–Йа! Очнитесь! – и продолжила свою лекцию – Кварта – музыкальный интервал в ширину четырёх ступеней.

Ника не была уверенна, что продержится всё время, что ей выделили в кабинете теории. Как только она чувствовала, что уже на грани, Ника резко открывала глаза и пытались попридержать веки пальцами, что так и спадали вниз.

После теории, она вновь попала к тренеру Ли. Он увёл её в тренажёрный зал и таким образом хоть немного поднял ей настроение. Ведь так уменьшаются шансы уснуть. Не хватало того, что он утром её по парку гонял, так ещё и на беговой дорожке не давал вздохнуть. То, что радовало, так это факт того, что на этот раз он не заставлял её петь. Но и слабачкой не хотела показаться со стороны. Ника с уверенностью поднимала гантели, под внимательным наблюдением тренера. Он думал, что Ника окажется куда слабее, но Ковалёва ни разу не уронила те гантели, так ещё и глазами говорила, что тренер Ли её недооценил.

После уборки зала, девушке казалось, что она вот-вот упадёт посреди коридора. У неё ещё не было танцевальной практики, а уже хотелось завалиться спать рядом с Шугой. Ника без стыда признает, что у неё давно не было такой физической нагрузки. Конечно, иногда она ходила на пробежки и занималась в зале, но не по программе тренера Ли. Он не знал пощады. Ника не сомневалась – если бы тренер знал, что она девушка, программы легче всё равно бы не дождалась.

–Суха! Пак Суха, остановись сейчас же!

Нике было наплевать. Кому она нужна тот и догонит. Самое главное для неё сейчас было, хоть как-то дойти до танцевального зала, там уже и перекусить кимпабом можно, после и попрактиковаться. График ещё никто не отменял.

–Гражданка Ковалёва, именем закона Российской Федерации, остановись!

И она остановилась. Уж данная угроза и такой родной русский ни с кем не спутать. Повернувшись к брату лицом, Ника ели подавила желание, выразится не самым культурным образом. Брат был растрёпанным, будто подрался с шайкой уличных псов. А уж раздражение на лице ничем не скроешь. Брови были нахмуренными, а уголки губ недовольно подрагивали из-за внутреннего напряжения, что чувствовал Хёджон.

Ковалёв старший недолго думал. Без всяких объяснений он схватил сестру за руку и потащил в студию, что ему выделили. Наверное, им обоим повезло, что Ника проходила именно по тому этажу, где находилась рабочая комната брата. Ведь не сдержавшись, он мог взорваться прямо посреди коридора. Чего ему не очень была охота делать.

Как только, девушка была в его студии, перед тем закрыть дверь окинул ещё один подозрительным взглядом коридор. Если Ника претворилась парнем, то аккуратность нужно в любой ситуации превышать до максимума. Он отпустил ручку двери и, оказавшись рядом сестрой, схватил её за плечи и взглянул прямо в глаза.

–Объяснись, пожалуйста – с опаской потребовала Ника.

Веронике прекрасно была видна его напряжённая челюсть и как жевалки плясали по его лицу. Он попытался успокоиться. Чёрт! Получалось довольно дёшево, как бы он не старался. Чуть сбавив обороты, тот тяжело вздохнул.

–Пиздец на горизонте.

–О чём ты! – вскрикнула девушка, скинув руки парня с плеч.

Ника почувствовала, как телефон в кармане завибрировал. Когда на неё свалилась такая ноша на плечи, девушка уже не может пропускать ни один телефонный звонок. Вытащив сотовый из кармана, даже не предупредив брата, Ника взглянула на дисплей телефона. Её действия повторил заинтересованный Хёджон. Прочитав имя контакта, тот вновь ухватился за плечи сестры.

–Нет! Ника, нет! Не делай свою самую большую ошибку!

–Почему это?

–Очнись, чёрт возьми! – встряхнул он её один, но хороший раз – Сейчас июнь на дворе, Ника. Июнь!

Девушка, пораздумав несколько секунд над его словами, только сейчас поняла весь смысл. Её глаза расширились и в панике, начали блуждать по лицу брата, ища ответ, но тот никак не выделялся. Он понимал, в какой они жопе и сам не знал, как выбраться.

–Тебе тоже звонили? – спросила Ника.

–Да.

–А ты что?

–Вырубил интернет и мобильные связи.

–Ну нахрен! – вскрикнули они в унисон.

Ковалёвы пытались отключить вызов. Каждый хотел это сделать быстрее, ведь знал, что если они намерено, всё затянут, то пощады точно уже не дождёшься. Их пальцы судорожно бегали по дисплею, как, назло не попадая по одному самому важному значку «отключить вызов». Хёджон вырвал телефон из рук сестры, но Ника не успела его отпустить со спокойной душой. Она задела сотовый. Телефон упал на пол и перестал издавать хоть какие-то звуки.

Парень с девушкой облегченно вздохнули, глядя расслабленно на лежащий телефон. Но рано радовались.

–Алло, Ника? Это мама! – послышалось по ту сторону телефонной нити.