Искажение реальности
Прочитав от А до Я все свидетельства, Мирай дошла до последней страницы на которой были сделаны различные пометки и печати. Наверное не то, что ей следует читать.. Но, внимание девушки все же привлек кривой, с очень мелким шрифтом подчерк в конце имен каждого студента: "Психическое расстройство", "Галлюцинации", "Необходимо дополнительное обследование"...
Мирай стоит, словно окаменев, взгляд прикован к строчкам на пожелтевшей странице. Что теперь? Сделать вид, что ничего не произошло? Или, может быть, эти слова не имеют к ней никакого отношения? Мысли проскакивали разные, но ни одна из них не успокаивала, застревая не доверительным напряжением в голове.
Мирай:— Мм.. да, я видела как соседи говорили о них, но я ничего не слышала. Знаете наверное я слишком крепко сплю, но у меня все спокойно.
Внешне умиротворенная, Мирай обратилась к полицейскому, стараясь говорить как можно непринужденнее. Но она чувствовала, как его взгляд прожигает её насквозь, словно он ждет, что она выдаст себя. Зачем? С каких пор встреча с полицейским которого была рада видеть Лэйнор, превратилась в игру кто быстрее сломается под невидимым давлением?
?:— Очень странно.. что вы оказались единственным человеком который не сталкивался ни с одной из этих проблем. Что ж, очень жаль.
Мирай:— У вас есть ещё какие-то вопросы? Мне нужно ложиться спать, завтра.. завтра родители обещали позвонить, но я живу слишком далеко и наш часовой пояс разный, поэтому надо встать пораньше.
Эта нелепая отговорка, произнесенная с неожиданной уверенностью, повисла в воздухе. Переваривая свои же слова, Лэйнор поняла, что если он не купится, то она точно в полной заднице закопает себя самостоятельно.
?:— Конечно, понимаю. Если соизволите, ответьте на последний вопрос, после чего я больше не побеспокою вас.
Барышня немного помялась, но все же согласно кивнула, сложив вспотевшие ладони за спину.
Пока мужчина принялся рыться в карманах собственной одежды, Мирай просто стояла, ожидая, когда это все закончится. Один вопрос наверняка ни на что не повлияет.. К тому же офицер обещал убраться сразу после окончания допроса, что уже немного расслабило, убирая ноющую пульсацию в висках.
Наконец потёртые пальцы извлекли из маленького кармашка пиджака сложенную пополам фотографию, поворачивая её в сторону девушки на вытянутой руке. Лэйнор прищурилась, пытаясь сфокусировать взгляд на изображении. Но внезапно, прикрытые глаза тут же распахнулись, словно от удара током, в них застыл животный ужас. Содержимое фотографии заставило отшатнуться. На снимке была все та же Мирай, искаженная нечеловеческим кошмаром в собственной комнате. Выпавший из ока глаз, словно раздавленный виноград, растекался по щеке, оставляя за собой липкий след из мерзкой жидкости, смешанной с кровью и чем-то еще, напоминающим слизь. В руке девушки, сжатой в победном кулаке, красовалась вилка, её зубцы были густо покрыты той же отвратительной субстанцией, что и её щека.
Из горла едва не вырвался крик, и она, зажмурив глаза, постаралась вытеснить всё из головы, просто перестать думать о том, что сейчас происходит здесь и сейчас. Главное - это не поддаваться панике. Эта фраза сопровождала её везде, и в школе, и дома, когда учителя и родители постоянно твердили, что самое худшее в опасной ситуации это паника. Но и это не сработало, лишь ухудшая ситуацию. Лэйнор резко открыла глаза..
Перед ней возвышалось нечто, лишь отдаленно напоминавшее того офицера которого она видела три секунды назад. Что-то высокое.. вонючее.. мерзкое.. Кожа офицера покрылась мелкими, пульсирующими бугорками. Уставшие глаза превратились в щели, сквозь которые проглядывали желтые, вертикальные зрачки. Рот растянулся в жуткую, беззубую ухмылку, обнажая слизистую, пульсирующую внутренность.
«— Чертова мерзотная тварь.»
Мирай не знала и знать не хотела, оно или нет убивает тех людей, новости о которых разлетелись слишком быстро, но она вновь вспомнила слова того парня у магазина про то, что полиция состоит из бестолочей - этот на пороге явно посмышленнее других будет, да и выглядит неприятнее раз.. в миллион.
Мирай:— Пошел вон!
Руки заледенели от страха, но она надавила на себя и попробовала закрыть, скорее нет, захлопнуть дверь с такой силой, что вся дверная рама затряслась, а затем привалилась к двери всем телом, не желая пускать это нечто внутрь. Закрыв дверь на оба замка трясущимися руками, она отошла от входа на безопасное расстояние, а затем, пытаясь сделать ещё шаг назад, споткнулась о собственную ногу и упала около кровати.
Звуки по ту сторону становились все громче и яростнее. Скрежет когтей по дереву, отчаянные вопли, переходящие в нечленораздельные рыдания – все это создавало в комнате атмосферу невыносимого ужаса. Казалось, что за дверью не одно существо, а целая стая, готовая свести её разум с ума. В какой-то момент, сквозь хриплые рычания, казалось, пробивались отрывки слов, словно нечто пыталось достучаться до её совести. Но слова эти, искаженные и неестественные, звучали скорее как насмешка, чем как мольба, вызывая лишь леденящий душу ужас.
«— Я знаю тебе страшно Мирай.»
Существо прижалось деформированной щекой к двери, и отвратительный шепот, усиленный неестественным резонансом, заполнил комнату Лэйнор. Каждое слово, словно пропитанное гнилью, отдавалось эхом, проникая в самые глубины её сознания:
«— Тупая крыса... Я знаю, ты прячешься. Открой дверь, иначе я вырву твои глаза. Я выковыряю их своими когтями, и ты больше никогда не увидишь. Мираааааййй... Я наслажусь твоими криками, когда я буду рвать твои веки, один за другим.»
Не в силах выносить этот ужас, Мирай закрыла уши руками, пытаясь отгородиться от угроз, но тщетно. Спасло её лишь то, что планам этого монстра суждено было не сбыться.. Что-то из тени внезапно ринулось в его сторону, пырнув существо чем-то острым. Тварь взвыла, её нечеловеческий крик эхом прокатился по коридору, смешиваясь с треском ломающейся мебели. Незваный гость двигался с невероятной скоростью, не оставляя и шанса мерзкому отростку хотя бы для ответной атаки. Его движения были резкими и точными, как у опытного бойца. Каждый удар его оружия вонзался в плоть существа с разных сторон, вызывая отчаянные вопли. Тварь яростно сопротивлялась, пытаясь своими когтями добраться до головы врага, желая вырвать её с корнями.
Битва была ожесточенной, но короткой. В моменте воздух наполнился запахом крови и гари. Нечто, издав эхо подобный крик, рухнуло на пол, а деформированное тело стало сотрясаться в конвульсиях. Незнакомец отступил на несколько шагов, тяжело дыша. Он огляделся вокруг, словно ожидая новой атаки. Но тишина стояла непроницаемая. Монстр оказался тряпкой.
Саркастично пытаясь отшутиться от реальности где-то в своей голове, девушка, сжимая собственные руки между животом и коленями, старалась унять дрожь. Это ощущение пробирающего страха было не описать словами, да не описать впринципе, ведь.. ведь возможно она была не единственной такой падалью.
На время вышибло из реальности, полностью затягивая в перекрутку события в голове, улавливая все, вспоминая каждую деталь жуткого монстра, каждую ноту воя за дверью, а потом все стихло.
Тишина. Покой. И накрывающая паника.
Резко встав, едва ли не упав снова на негнущихся ногах, Мирай осторожно подошла к двери. Но прежде чем она успела оказаться рядом со входом, послышался аккуратный звук и та как резаная отшатнулась. Но короткий стук не был настойчивым, а аккуратным, словно прося разрешения.
Алекс:— Ты в порядке? — слышится уже знакомый голос за дверью.
Мирай:— А ты что здесь забыл..?
Её голос на удивление не дрожал, но был хриплым и сжатым. Под кожей обжигал холод адреналина, пока мозг лихорадочно соединял все события, которые произошли.
Мирай:— Это ты его..? Что это за мразопакость?
Если спросить, почему в тот момент на неё накатило спокойствие, Лэйнор не обьяснит, да даже близко не обрисует суть - главное то, что она его видела, она его знает, и он дал ей правдивый совет. Уже без разницы, был ли он какой-нибудь тварью, если, кажется, не хотел убить её на месте
Алекс:— Не задавай вопросы, ответ на которые ты наверняка не хочешь слышать. Испортишь себе драгоценный сон.
Реальность вокруг исказилась, словно кадр из старого фильма, который кто-то стер ластиком. Кровь, царапины, даже само чудовище – все исчезло без следа. По ту сторону порога стоял Алекс, его черное пальто едва заметно было испачкано странной, желтоватой жидкостью, словно он только что вышел из химической лаборатории, а не из смертельной битвы.
Алекс, как человек, привыкший считать городских жителей психологически слабыми, не сразу осознал, в каком состоянии находится Мирай. Лишь после нескольких секунд тягостной тишины до него дошло, что пережитое, должно быть, повергло её в ужас.
Алекс:— Тебя всю трясет, я чувствую это даже отсюда. Давай ка лучше подышишь свежим воздухом. — девушка промолчала, заставив юношу прозвучать ещё более убедительно, — Здесь ничего нету, а рядом со мной будет спокойно. Но я не настаиваю. Просто.. — тот слегка замялся, — Не хорошо если у тебя крыша поедет.
Лэйнор с нажимом потерла лицо, пытаясь стереть всё то, что испытала за последние минут двадцать. Словно короткометражка в жанре психологического триллера, только с полным погружением.
Мирай:— Как заботливо. — едко отозвалась Мирай, стараясь дышать ровнее, — Ты так и не ответил как здесь оказался.
После всплеска адреналина к горлу подступила тошнота и легкое головокружение, начало казаться, что все снова меняется, как в тот раз, когда прямо на её глазах та тварь изменила свое обличие, но сейчас всё ощущалось менее враждебно. Раздражало и пугало насколько сильно это выбивает её из колеи, но она не может приказать организму забыть этот стресс и заставить воспринимать всё как раньше, так, немного тускло, невесело, зато безопасно.
Дрожь в пальцах медленно сходила на нет. Схватив зажигалку, одну палочку благовония и обувшись в уличную обувь Мирай всё таки осмелилась открыть дверь, сначала на маленькую щелочку, выглядывая, проверяя точно ли перед ней тот парень, а затем немного настороженно вышла, старательно избегая взгляда.
Мирай:— Пошли. Недолго только.
***
С трудом уговорив девушку на прогулку, парень повел её по знакомым тропинкам университетского кампуса. Двадцать минут абсолютной тишины были пропитаны неловкостью, особенно после произошедшего. На её вопрос о том, как он здесь оказался, он решил ускользнуть от ответа. Чем меньше она будет знать, тем лучше, решил он. Только если она не станет задавать слишком много вопросов, как это обычно делают девушки.
Алекс:— Кстати. — с трудом прерывает тишину парень, — Можешь звать меня Алекс, на людях моего имени не произноси.
Мирай задумчиво кивнула. На свежем воздухе стало легче, однозначно, только теперь она не была уверена, что в безопасности даже сейчас.
Мирай:— Почему? Хотя ладно.. мы всё равно видимся слишком редко, чтоб я тебя могла на улице окликнуть.
Пару мгновений спустя, она выдохнула, понимая, что раз её имя по волшебству узнал монстр, это не значит, что и он его мистически раскопал.
Мирай:— Я Мирай.
Алекс:— Мирай.. — бубнежом повторяет юноша, — Ты и дальше тут планируешь жить, или ты одна из тех кого жизнь ничему не учит?
Тяжело осознавать, что оставаться здесь слишком опасно, но и домой ехать тоже ужасный вариант, хотя, конечно, там её жизни угрожает только летающая посуда, когда на завтрак манка.
Мирай:— Нет, учит, но я не хочу возвращаться. Ты же убил одного, разве это не повод другим держаться подальше? — хотелось убедить саму себя, что есть шанс остаться здесь и не страдать от похожих инцидентов регулярно.
Алекс:— Не повод.
Кейджи был мастером неожиданностей. Сегодня, например, он решил перекусить прямо на ходу. Парень вдруг достал из кармана огурец и принялся хрустеть им, словно это были самые обычные чипсы, которые он ел по дороге. На лице Лэйнор не отразилось ни единой эмоции. Учитывая, что её прошлые попытки выразить своё мнение, касающиеся гарнира, не привели ни к чему хорошему, она решила воздержаться от комментариев.
Мирай:— Здесь поэтому все хмурые? Постоянно таких видят?
Алекс:— Догадливая. В Мэрлионе выбор невелик: либо твоё тело мелькает в криминальной хронике даркнета, либо ты превращаешься в измождённого, безвольного зомби. Ну, есть ещё третий вариант – медленно сходишь с ума и сводишь счёты с жизнью. Не каждый способен выдержать этот прессинг. Даже если у человека произошло за все время лишь одно явление, этого достаточно чтобы не быть прежним. Но люди едут сюда, из-за возможности здесь себе все позволить, например, цены. Обратно выехать не могут по многим причинам. Хотя.. пару раз я все же видел как отсюда сбегали жильцы.
Его слова мало воодушевляли, точнее.. вообще нет. Но её радовало, что он не пытается жалостливо выдавить какой-нибудь плюс, чтобы подбодрить. Алекс говорил так, как есть, и его не волновало насколько разбито звучит эта правда.
Мирай:— А ты к какому типу относишься?
Алекс:— Ни к одному из них. — Лэйнор молчит, но следом слышится отчаянный, громкий вздох.
Мирай:— Черт, ну не может быть все настолько безвыходно. Неужели нет возможности избежать рук смерти?
Возмущённо запричитала Мирай, но её пыл тут же стих когда она испуганно обернулась, ведь сзади что-то прошуршало. Это был лишь пролетающий мимо пакет, но тяжело было сейчас не воспринимать каждый звук как сигнал тревоги. Взгляд Алекса тоже скользнул по пролетевшему сзади мусору, заставив его
плечи едвазаметно напрягтись.
Проклятие, таящееся в глубинах его сущности, наделяло Кейджи острыми, как у хищника, рефлексами и недюжинной силой. Не в силах подавить внезапно вспыхнувший инстинкт, парень внезапно взял женское запястье, уложив её ладонь себе на волосы в грубой манере.
Алекс:— Погладь.
В его обычно спокойном голосе теперь сквозило неладное беспокойство. Дыхание сбилось, выдавая что-то неладное в собственном поведении. Но она не сопротивлялась, сейчас видя в нем не угрозу, а защиту, и пусть всё слишком туманно, что бы хотя бы определиться кто враг, кто нет, Алекс всё равно уже помог несколько раз.
Открыв рот для очередного вопроса девушка также беззвучно закрыла его, издавая ошеломлённый вздох, глазами бегая от его лица к волосам.
Мирай несмело подвигала пальцы, осторожно поглаживая немного жесткие темные волосы, которые приятно ощущались под ладонью.
Его неспокойное состояние заставляло её перенимать настроение, оглядываясь по сторонам, но пока на горизонте не было ни души, ни аномально появляющихся зданий. Тем не менее, почти на подсознательном уровне, она сделала шаг к нему ближе, ведь он как-никак здесь местный и наверняка знает, когда начинает происходить непонятная чертовщина и нужно уносить ноги.
Легкий запах благовоний сохранялся рядом с ними, даже не смотря на небольшой ветер, сдувающий спасительный аромат.
Внезапно, словно проснувшись от дурного сна, юноша отпрянул. Неприятное ощущение, сковавшее его мгновение назад, уступило место растерянности. Он отчетливо осознавал, насколько нелепы были его действия, но где-то он читал, что хищники успокаиваются когда их поглаживают по голове. И.. это действительно помогло.
Алекс:— Я провожу тебя домой..