Преподаватель английского языка

Почему на душе так тоскливо? Почему сердце разрывается на миллионы частиц, не в силах самостоятельно склеить эти осколки? Почему это решение далось так тяжело и отдаётся фантомой болью в груди раз за разом, когда она видит их? Почему хочется орать во всё горло от беспомощности и рыдать в захлёб до изнеможения? Почему каждый раз не хватает воздуха, когда она вспоминает всё, что их связывало? Почему она каждый раз сомневается в правильности своего решения? Почему снова хочет всё бросить и уехать? Но она не простит себя, если вновь опустит руки и сдастся. Анастейша больше не собирается убегать.

Это её не спасёт.

Прошло уже несколько дней после разговора с Юнги. Она дала тому понять, что между ними ничего больше не может быть, но на душе всё равно «скребли кошки». Одно грело её душу – парни обещали быть рядом, не смотря ни на что, приняв решение Анастейши. Она не знала, как справиться со своими эмоциями, поэтому в трудную для неё минуту она всегда шла к единственному человеку, в котором всегда так нуждалась и доверяла, понимая, что он поймёт и примет её саму и её проблемы как свои – Джуну.

Он единственный, кто всегда замечал плохое настроение Стейши, если даже Паркер пыталась это тщательно скрыть. Всегда молча обнимал и так нежно смахивал большими ладонями слезы с её щёк. Мембер никогда и ни в чём не отказывал, заботился как о родном ему человеке.

Проведя ладонями по лицу, Анастейша приоткрывает глаза и встречается с обеспокоенным взглядом серых глаз напротив. На протяжение получаса она не может собраться с силами и рассказать всё, что сейчас творится на душе, лишь периодически тяжело вздыхая, нервно сколупывая бирюзовый лак с ногтей. Джун не торопит, не пристаёт с расспросами, он просто терпеливо ждёт, усмехаясь над меняющейся мимикой лица преподавательницы.

– Ты сейчас выглядишь, как забитый в угол котёнок, – проведя ладонью по щеке девушки, наконец, нарушает тишину в студии Мон, – такие же большие испуганные и в тоже время печальные глазки. Всю трясет мелкой дрожью, и лишь иногда что-то жалобно пищишь себе под нос.

Анастейша приподнимает уголки губ в ответ на его улыбку, видя, как на щеках мембера появились ямочки. Такой милый и такой забавный. Кажется, ему не надо было объяснений девушки. Ким и так понимает, что терзает её, поэтому просто находится рядом, зная, что она нуждается в нём, как в свежем глотке воздуха.

– Ты знаешь, что настоящая близость обычно начинается издалека, Анни? – Паркер удивлённо изгибает брови, неуверенно кивая, глядя на парня, который расположился у её ног, сложа руки на трясущихся коленках девушки, вырисовывая незамысловатые рисунки на них. – Проблема в том, что отношения между тобой и парнями слишком интенсивно начали набирать оборот, особенно с Юнги. Если Чимин делал тебе шаги на встречу постепенно, боясь сделать что-то лишнее, то с Шугой, даже я не понял, как всё резко, словно по щелчку, изменилось, и вы уже с трепетом начали относиться друг к другу. Поэтому у Минни и «снесло крышу» от ревности, ведь все из нас прекрасно знали, с самого знакомства с тобой, что Пак влюбился. Поэтому он и стал действовать, боясь, что потеряет тебя, что в итоге и случилось.

– То есть, Юнги знал, как я сильно нравлюсь Чимину, но всё равно тогда поехал ко мне? Это значит... – тяжело вздыхая, Паркер, опускает голову, качая ею в разные стороны. – Шуга, засранец.

Стейша рассмеялась в голос, прикрывая ладонями лицо, склонившись к своим коленям. Не прекрати это она сейчас, чтобы могло произойти дальше? Ей даже страшно подумать об этом. Решение хоть далось ей трудно, но она смогла отпустить свои чувства сомнения и тревоги именно сейчас. Паркер сделала правильно, прервав зарождающиеся отношения с айдолами, ей было необходимо время, чтобы всё хорошо обдумать и принять решение. Кто знает, как распорядится судьба. Время и только время поставит всё на свои места.

Анастейша могла часами разговаривать с Джуном на абсолютно разные темы, ощущая рядом с ним себя комфортно и в безопасности от всяких проблем. Девушка часто задавалась вопросом, почему он терпел все её выходки и нытьё, хотя и не был обязан этого делать. И она совершенно не ожидала, что именно в этот вечер узнает ответ на истерзанный вопрос.

– И всё-таки ты глупышка, Анастейша Паркер. – неожиданно меняет тему Ким. Подсев к златовласой преподавательнице ближе, он поправляет её ноги на своих коленях и улыбается. Анни хмурится, не понимая, что она опять могла натворить или сказать.

– Да что? Чего ты так на меня смотришь, Джун?

– Забавно получается, Стейша. Многие живут рядом с человеком и не замечают в какой момент они начинают любить его. – Анни опешивает, распахнув глаза, чувствуя, как айдол берёт её руки в свои и крепко сжимает, поглаживая большим пальцем по тыльной стороне. Мон не решается поднять взгляда, смущённо улыбаясь.

– Ч-чего? Джун... Ты...меня? Серьёзно?

– Любовь – это такое абстрактное чувство, по тому, что её трудно, если вообще возможно, определить словами. Но, если каждое утро я просыпаюсь с мыслью о том, что хочу увидеть твою улыбку и узнать, выспалась ли ты, не забыла ли позавтракать, а каждый вечер, хочу знать, как прошёл твой день, слыша твой звонкий смех или же твоё милое нытьё. Если хочу каждый день радовать тебя и видеть только улыбку на твоём прекрасном личике, видеть, как твои глаза сияют. Если хочу заботиться о тебе каждую свою свободную минуту, посвящать тебе стихи и песни. Если я знаю, что ты любишь кофе только с молоком и тремя кусочками сахара; знаю, какие жанры книг ты предпочитаешь, даже знаю название твоих сигарет, которые терпеть не могу. То да, Анни, это любовь. И я люблю тебя.

Анастейша не в состоянии произнести и слова. Она просто смотрит ему в глаза, не скрывая своего удивления, приоткрыв рот, на что мембер лишь усмехается и обнимает её, касаясь лба нежным поцелуем.

***

– Блять! Ты понимаешь, что нас с тобой прибьют, Джин?! Мы опаздываем на рейс, мать твою! – теребя лямку рюкзака, Анна покусывает истерзанные губы, выглядывая через затонированное окно такси здание аэропорта. – Это ты виноват! Зачем надо было врываться ко мне в ванную? Мог бы, и подождать, нет, ему было невтерпёж! Теперь нас точно прибьют, Ши Хёк меня порвёт на части!

Анастейша никогда бы не успела всего в срок. Ещё вчера вечером она понимала, что совершает ошибку, приглашая Джина остаться с ночёвкой в новой квартире. Но ей так не хотелось оставаться одной, она скучала по нему, не видя несколько дней.

– Не ворчи на меня, как старая бабка, Стейши! Ты больно и не была против этого! – Джин надувает губы и обиженно пихает девушку плечом. – Думаешь, я не переживаю? Мой телефон разрывается от смс-сообщений с угрозами от парней.

– Мало того, что я душ нормально принять не смогла, так ещё и не выспалась! – продолжает возмущаться златовласая преподавательница, нервно бросая взгляд на экран телефона. До посадки остаётся буквально минут тридцать, хорошо, что они с Джином додумались оставить свои чемоданы другими мемберам.

– Эй! Хватит уже!

– Ну а что? Почти целую ночь я не могла сомкнуть глаз, понимаешь? Я же тебя просила, Джин!

– Я, по-твоему виноват только? Я один в этом участие принимал что ли?

– Могли бы и тише трахаться с Кэтрин, понятно? – Анни зло глядит на него, нахмурившись, сложа руки под грудью. – Я всё понимаю, что у вас любовь и вы больше месяца не увидитесь, но... какого чёрта?! Всю ночь, блять! А потом ещё и с утра, выпихнув меня из душа!

– Айщ...заканчивай уже, Паркер. – Сокджин обнимает подругу за плечи и притягивает к себе, чмокнув в макушку золотистых волос.

Анни хмыкнет в ответ, вздёрнув носик вверх и касается пальцами шрама на левом плече, оставленным Юнги в ту самую их последнюю проведённую страстную ночь вместе. Парень настолько был возбуждён и увлечён ею, что не подрассчитал силы сильно укусив белоснежную кожу до крови, оставляя на её теле след. Глядя на этот шрам, Паркер всегда так по дурацки улыбается, вспоминая всё, что их связывало.

– Тебе-то хорошо, вы со своим оппой летите вместе! А мне столько ждать придётся!

– Хорошо, что Кэтрин вообще дали отпуск, и она прилетит к нам.

Подъехав к аэропорту, двое друзей мчатся со всех ног в здание. Тяжелое, прерывистое дыхание сопровождается жжением в легких, времени на передышку не оставалось, поэтому игнорируя репортёров они мчаттся мимо к пункту досмотра, затем проходят и регистрацию. Собравшись с силами, друзья были готовы получать люлей от остальных мемберов группы и начальства, Седжин сожрёт их с потрохами, в этом Анна была уверенна на все 100 %. Как они и ожидали, парочку встретили разъярёнными взглядами и упрёками, им ничего не оставалось, как молча всё выслушать и приносить свои извинения, кивая в знак согласия.

Когда же все возмущения утихли, и до посадки осталось буквально минут десять, Паркер, мило улыбаясь, внимательно изучала наряд своего молодого человека: серая удлинённая кофта, чёрные облегающие штаны, расстёгнутая белая джинсовая куртка и ко всему этому образ завершала чёрная кепка, одетая козырьком назад. Как же он чертовски хорош собой. Анни не видела его со вчерашнего дня, а если быть точнее, утра. И очень соскучилась. Но парень не торопился подходить, делая вид, что обижен, о чём-то разговаривая с Хосоком. Поджав губы, Стейши, вздрагивает и встряхивает волосами, когда чужие руки нежно обнимают её сзади и парень кладёт подборок на её хрупкое плечо.

      – Я же говорил тебе, Паркер, чтобы ты гнала Кима прочь из квартиры или вы опоздаете. Собственно, я был прав. Ну как всегда. – усмехается айдол и сладко улыбается, когда Анни оборачивается к нему и обнимает за шею, смазано чмокнув того в щёку.

         – Не бурчи, Юнги,– хихикает Паркер и убирает чужие руки со своей талии, а затем пальчиками убирает спавшие пряди со лба парня.– Да, да ты оказался прав, зато они с Кэт отлично проверили время.

            –Да подойди ты уже к нему, он чертовски зол на вас с Джином. Поэтому бесполезно прожигать его взглядом. Топай, принцесса.– Юнги приподнимает уголки губ и пихает девушку в сторону друга, а у самого сердце сжимается от боли и обиды. Но он обещал, что не будет больше тревожить блондинку своими чувствами, пока Анна сама этого не захочет. Он просто обещал.

Поджав губы, Паркер проводит пальчиками по щеке Мина и резко разворачивается на пятках и без промедления приближается к двум айдолам, крепко обнимая парня за талию, уткнувшись носом ему в шею.

– Оппа... я соскучилась.

– А ещё пару месяцев назад, Стейши, ты даже его взгляды на себе не замечала и даже не знала, что он специально напросился к тебе на занятия по английскому ...Какая же ты всё-таки невнимательная.–тихо смеётся Хо, подмигнув подруге. Анна посмотрела на друга из-под ободка чёрных ресниц, ярко улыбается, прежде чем тот оставляет их наедине.

– Чтобы я ещё раз разрешил Джину ночевать у вас с Кэтрин! Вы чуть не опоздали, Анастейша! – возмущению парня не было предела, но после поцелуя в шею айдол расплывается в улыбке и приподнимает личико девушки за подбородок, подарив блондинке долгожданный поцелуй. – Выспалась? Ты обещала мне, что ляжешь пораньше.

– Ага, если бы! Прощались они всю ночь! Громко и страстно, на минуточку! – недовольно мычит блондинка, обнимая айдола за шею. – А я так надеялась наконец-то поспать нормально, без твоих приставаний. – айдол лишь расплылся в хитрой улыбке, отводя взор глаз, делая вид, что он тут не при чём. – Мне надо поговорить с Чимином, так что не грусти без меня, хорошо?

– Хочешь поблагодарить его за подарок?

– А что, ревнуешь, Ким Намджун? – смеётся блондинка, когда парень закатывает глаза и убирает руки с её талии. Подмигнув Мону, Паркер с яркой улыбкой на лице направляется к мемберу, который что-то внимательно рассматривает в своём телефоне, ну или просто делает вид, что не заметил девушку. Анни без лишних слов накидывается на шею мембера с объятиями.

– Спасибо, Чимин, за серьги. Я буду носить их не снимая, как и браслет , обещаю! – стиснув блондина в своих объятиях сильнее, Анастейша не сдерживает себя и целует его в уголок губ, от чего щеки Пака заливаются алым оттенком, и он смущённо улыбается девушке в ответ, приобняв.

– Я купил тебе их ещё полтора месяца назад, до того, как вы с Джуном начали встречаться. Но вчера подумал, что стоит отдать, хотя бы через Джина.

От таких простых слов у Анны сжалось сердце. Она вновь чувствует вину, которая так давно не одолевала её. Паркер хватило времени, чтобы узнать этого человека, и она видела каждый раз его взгляд наполненный болью, стоило им с Джуном проявить свои чувства при всех. Анастейша думала, что похоронила все чувства по отношению к этому человеку глубоко в себе, заперев на всевозможные замки, без шансов и права на освобождение. Поставив запрет вырываться наружу. Но в жизни Анастейши Паркер всё идёт не так, как она хочет.

– Прекращай, Анни. Не смотри так на меня. Не грузись вновь этими проблемами, я всё понимаю. – его голос пробуждает преподавательницу от депрессивных мыслей, заставляя вновь посмотреть ему в глаза. Паркер чувствует, как Чимин нехотя опускает руки с её талии и улыбается уголками губ. – Как сказал один дорогой мне человек, если люди предназначены друг для друга, если им суждено быть вместе, то, несмотря на все преграды, что встанут на их пути – будь это люди или жизненные ситуации, они пройдут через них и время, чтобы ни случилось, судьба сама сведёт их. Я просто буду рядом, потому что знаю, нет, я убеждён в этом, что судьба сведёт нас с тобой, Анни. Обещаю. Видимо, нам предназначено пройти через этот путь, да я и сам виноват, что медлил и боялся чего-то, идиот. Я больше не хочу отдавать своего любимого человека кому-то другому. Время всё расставит на свои места и ты будешь только моей. Поверь, я не отступлю.

Анастейша очередной раз берет в плен белых зубов истерзанную губу, искренне улыбаясь от трепета внутри и приятно обволакивающего тепла нутро. Паркер еле заметно кивает Паку в знак согласия и подмигивает. Она даже не заметила, как сзади к ней подошёл Джун, пока не почувствовала, как он прижимается к ней всем телом и крепко обнимает.

– Идём, а то самолёт без нас улетит. Впереди ещё несколько месяцев тура, успеете ещё наговориться, ребят.

– И не только... Общею, Стейши.– Анни смущенно улыбается от слов Чимина, понимая весь смысл, от которого кожа стала гусиной. Обняв Джуна, Паркер тихо смеется, опустив голову, шагая по телескопическому мосту на борт самолета вместе с другими айдолами.

    –Обещаю, ты будешь только моей. Только подожди и время расставит всё на свои места.

Анни точно знает, что этот тур, близких для неё людей, запомнится девушке, ой, как надолго и не только их выступлениями...

"Никогда ведь не знаешь, насколько ты привязан к человеку, пока эта связь не оборвется."

Артур Хейли

The End.